Ты

— Эшли! Двадцать второе июня! — взволнованно выкрикивает Грэм. — Что там было в записке у Майка? — Когда солнце долго не зайдёт за горизонт? — Да! Я уверен, что он имел в виду именно эту дату. День летнего солнцестояния самый длинный в году. Всё сходится! Эшли задумывается, прокручивая в воспоминаниях ту злосчастную фразу. — Я снова сказал какую-то глупость? — Грэм поочерёдно прикусывает то нижнюю, то верхнюю губу. — Ты абсолютно прав, сладкий! — восклицает Эшли. — Я всегда знал, что ты очень проницательный. Единственное, остаётся понять, что означает «и с неба прольётся кровавый дождь». Грэм рад быть нужным и полезным. Ведь его самое большое желание — помогать Эшли. И он делает всё возможное ради достижения цели. — У нас ещё есть время. Не переживай. Мы обязательно решим эту загадку.

***

Следующие несколько дней выдаются слишком сумбурными. Несмотря на то, что Эшли назначают нового напарника, ему приходится отрабатывать оставшиеся часы дежурства вместе с Томасом. Из рации раздаётся скрипучий звук соединения. Оператор сообщает о вызове в Южный район, где бдительная соседка жалуется на странный запах от квартиры сверху. Патрульный автомобиль Эшли и Томаса находится ближе всех. Они берут происшествие на себя и отправляются по указанному адресу. Примерно через несколько миль в поле зрения появляется нужный многоквартирный дом, от которого, кажется, веет плесенью за все сто пятьдесят футов. Не удосуживаясь обсудить план с Томасом, Эшли заходит внутрь разрисованного подъезда. Он медленно поднимается по лестнице и наступает ботинком на разбитое стекло. Раздаётся неприятный хруст. Эшли поднимает голову вверх, ожидая увидеть мигающую лампочку, как в фильмах ужасов. Но, к сожалению или к счастью, помещение ярко освещается, демонстрируя каждую трещину на грязной стене. Видимо, для того, чтобы люди обязательно знали, как некий Джон умело рисует мужские гениталии. Наконец, Эшли находит нужную дверь и нажимает на звонок. Ему открывает пожилая женщина и, не давая представиться, начинает увлекательный рассказ о личной жизни соседей, совершенно не гнушаясь упоминанием мельчайших подробностей. Терпение парня практически на пределе, и он, отодвигая старушку, направляется прямиком в квартиру. Но стоит только шагнуть, как рецепторы атакует ужасный запах гниения. Только доносится этот смрад явно не из квартиры сверху. Эшли немного напрягается. Ему не впервые приходится сталкиваться с людьми, которые с виду кажутся безобидными, а сами хранят в шкафу труп внука-наркомана. В итоге, проведя полный осмотр зловонного помещения, он обнаруживает под раковиной источник бед — тайник с тухлым мясом. Эшли злится. Ведь вместо того, чтобы искать «тайного Санту», он занимается утешением какой-то сумасшедшей. Ещё и Томас даже не удосуживается подняться следом и сваливает самую грязную работу на него. — Что там? — лениво спрашивает он, замечая вернувшегося парня. Томас стоит возле единственного подъезда, выкуривая одну сигарету за другой, и брезгливо кривится, окидывая взглядом окружающую их местность. — Как обычно. — Так и думал. Поехали, — Томас выкидывает окурок, вальяжно подходит к машине, садится за руль и выжидательно смотрит на Эшли. Но того останавливает настойчивый телефонный звонок и пришедшие следом несколько сообщений. Одно из которых заставляет занервничать. «Срочно зайди. Есть дело». Подпись: «Пи Ди» — и адрес. Эшли раздражённо смотрит на часы. Их смена заканчивается через пятнадцать минут, и он просит Томаса отпустить пораньше. — Иди. Хоть избавишь мои глаза от своего присутствия. Эшли молча сдаёт оружие, разворачивается и направляется прямиком к нужной улице. Благо это совсем недалеко. И буквально через несколько минут он оказывается около массивных гаражных помещений. Несмотря на вечернее время суток, солнце ярко слепит глаза, отчего на лице появляется лёгкая испарина. Эшли оглядывается, ища подсказку, куда двигаться дальше. Внезапно в поле зрения появляется тот самый Стив и машет ему рукой. — Следуй за мной, легавый. Они идут по вытоптанной пыльной дороге прямиком к ярко-синему контейнеру, который выглядит словно раздражающее бельмо на глазу среди старых ржавых гаражей. — Давай, Пи Ди ждёт. Эшли стучит и, не дожидаясь разрешения, распахивает железную дверь. — Зачем ты хотел меня видеть? — он осматривается, подмечая набитые чем-то неизвестным картонные коробки. Также внутри стоит небольшой стол с единственным стулом. Возле него и находится мужчина. — За тобой должок. Помнишь? — Я сам нашёл Грэма. Без твоей помощи. — Но мне пришлось напрячь людей. Думаешь, у них больше нет других дел, кроме как искать твоего загулявшего паренька? — Его похитили, — сквозь зубы цедит Эшли. Он разворачивается и направляется к выходу. — Грэм был здесь десять минут назад. Просил разузнать кое-что. Я так подразумеваю, для тебя? Ты уже знаешь, что бесплатно информацию я не раздаю и требую что-либо взамен. Хочешь расплатиться вместо него? Эшли останавливается и стискивает кулаки. Его одолевает желание прикончить сначала Пи Ди, а потом собственными руками задушить уже Грэма. — И что нужно сделать? — Не бойся, я не буду просить толкать наркоту в вашем участке или сливать дружков. Мне всего лишь нужно, чтобы ты вытащил одного человека. — Имя? — Кристофер Тодд. — Хорошо. — Даже не поинтересуешься, за что его взяли? — Разве это так важно? — Крис — хороший малый. Немного странный, но хороший. Сын одной из моих любовниц. Он фотограф. Ну и занёс его чёрт на заброшенный склад снимать репортаж про застройки и отмывание денег. А территория-то оказалась выкуплена. Я подробностей конфликта не знаю, но хозяин взбрыкнул, написал заявление, грозится засудить. И от денег отказывается. Ты бы знал, как я ненавижу таких принципиальных. Так он ещё и говорит, что тот ограбить его пытался. Представляешь? Короче, легавый, помоги пацану — и, считай, Янг свободен. — Я постараюсь. — Нет, ты не просто постараешься, а сделаешь то, о чём я тебя по-дружески прошу, — с напором и толикой угрозы произносит Пи Ди. Эшли кивает и опрометью выбегает из душного помещения. Он несколько раз полностью осматривает старый гаражный комплекс, но Грэма так и не находит. В расстроенных чувствах парень возвращается домой и ложится спать. Рабочее утро Эшли начинается так же, как и предыдущее. Только самое большое отличие заключается в том, что сегодня ему предстоит встреча с новым напарником: двадцатисемилетним мужчиной, который переходит к ним в часть из Центрального округа. Но прежде всего он запрашивает досье с полной информацией о Кристофере и быстро знакомится с представленными сведениями. В целом дело пустяковое, но возникает сложность из-за того, что это не первый привод парня. В довесок ко всему владелец склада напрочь отказывается идти на мировую и даже нанимает хорошего адвоката. Эшли находится в приёмной, где его окружает множество привычных для полицейского участка звуков. Он полностью уходит в свои мысли и вздрагивает, когда чувствует лёгкое касание к плечу. Оборачивается, и перед его взором предстаёт молодой человек, улыбающийся во все тридцать два ровных зуба. Будто тот рекламирует стоматологические услуги. — Офицер Эшли Уайт? — Да, а ты? — Нил Маккой. Твой новый напарник. — Рад встрече, — Эшли заостряет внимание на очаровательных веснушках и зелёных глазах парня. Он протягивает руку, и Нил пожимает её в ответ. — У тебя очень красивое имя. Под стать обладателю. — Спасибо, наверное? — мнётся Эшли. Ему не очень приятно принимать настолько смущающие комплименты от другого мужчины. — Надеюсь, наша совместная работа будет весьма плодотворной. — Конечно. Очень рад знакомству. — А я-то как рад, — улыбается Нил. К счастью, дежурство проходит без особых происшествий, что очень несвойственно для города L. За целый день у них с Нилом было всего несколько вызовов: обычная ссора между соседями и пара типичных хулиганских разборок. И Эшли этому очень рад, так как все его мысли заняты одним лишь только Грэмом. Снова. Хотя он уже и не помнит, когда думал о чём-то или ком-то другом. По этой причине, когда новоиспечённый напарник предлагает после работы отправиться в бар, чтобы отдохнуть и получше узнать друг друга, тот вежливо отказывается, ссылаясь на мигрень, но обещая принять приглашение в следующий раз.

***

Июнь, как и всегда, выдаётся очень жаркий. Грэм лежит на полу с включённым маленьким вентилятором и надеется хоть так немного охладиться. В одной руке он крутит карандаш, а в другой держит исписанные листы бумаги, напоминающие настоящую детективную доску. За время своего небольшого расследования Грэм приходит лишь к единственному умозаключению: все дороги вновь ведут в ресторан «Роуз», где несколько лет назад он работал одновременно официантом и шпионом на полставки. Однако возникает важный вопрос: как проникнуть в то место и не быть узнанным? Грэм не знает, поэтому спешно собирается и, не предупредив Эшли, едет к Пи Ди. В этот раз встреча происходит в старом гаражном комплексе. И Грэм уже несколько часов сидит под палящим солнцем, ожидая, когда ему разрешат поговорить с мужчиной. Но, к сожалению, весь путь он проделывает зря. И в конечном счёте не получает ту нужную информацию, на которую рассчитывает. Да к тому же снова оказывается должным. Парень мысленно отвешивает себе оплеуху за беспечность. Грэм медленным шагом направляется домой и со злостью пинает лежащий на пути камень. Поднимается небольшое облако пыли. Он кашляет и чувствует, как в кармане джинсов вибрирует телефон. Достаёт его и видит входящее лаконичное сообщение от Эшли с просьбой явиться по указанному адресу. Грэма одновременно охватывает радость и паника. Он не так часто ходит по гостям и не знает, нужно ли приносить с собой угощение. А если нужно, то купить или приготовить? После долгих раздумий Грэм останавливается на втором варианте и целый вечер проводит за плитой, делая сухое печенье без сахара. Наступает следующий день. Солнце вновь озаряет город яркими лучами. И Грэм ровно в назначенное время приходит к дому Эшли. Он разглядывает массивную стеклянную многоэтажку и немного теряется. Его удивляет, что тот живёт в таком месте. Разве зарплата патрульного позволяет снимать квартиру в самом Центре? Грэм ещё раз проверят адрес и, убеждаясь, что всё верно, поднимается на нужный этаж. Он смотрит на часы, показывающие три часа после полудня, а затем вводит код-пароль. — Эш? Ты дома? А я испёк печеньки. Несладкие, как ты любишь. — Иди прямо по коридору, — раздаётся голос. Грэм аккуратно ступает по чистому полу, изучая стильный ремонт, выполненный в чёрно-белых тонах. Он заходит на кухню, ставит угощение на стол и направляется к раковине. Включает воду, берёт одну из многочисленных странных баночек и нюхает её содержимое. За спиной раздаются уверенные шаги. — Благодаря тебе я пахну розами, — Грэм оборачивается и улыбается. — А ну быстро подойди! — свирепо произносит Эшли. Грэм слегка хмурится от такого нерадужного приветствия, но просьбу, которая звучит как приказ, выполняет. Не говоря ни слова, Эшли крепко сжимает его руки и проницательно смотрит прямо в глаза. Грэм пятится, но сильная хватка заставляет стоять на месте. Ощущение, что даже в воздухе витает электрический разряд. И стоит только дотронуться, как сразу окажешься по другую сторону от этого шумного мира. Не выдерживая, парень зажмуривается, догадываясь, из-за чего Эшли настолько сильно раздражён. Грэму становится даже немного стыдно смотреть ему в глаза. Но обстановка из напряжённой быстро переходит в разряд неоднозначной. Неожиданно запястий Грэма касается знакомый холодок, принадлежащий металлическим наручникам. Раздаётся щелчок, и он не успевает вставить слово в защиту, как его уже сковывают железные кандалы. — Насколько я понимаю, тебя только так возможно удержать от неприятностей? — За что? — Грэм обиженно надувает губы, будто готов вот-вот расплакаться. В этот момент парень похож на маленького оленёнка, заблудившегося в лесу. — Ты ещё спрашиваешь? Я тебя предупреждал, что если увижу у Пи Ди, то арестую? Грэм отступает на пару шагов назад. — Допустим, предупреждал, — супится он. — Как ты узнал? — Совершенно случайно. Зачем ты туда вернулся? — У меня возникла одна мысль. Но я не мог поделиться идеей с тобой. — Почему? — Да потому! Из-за твоей вот этой реакции. Будто в случае чего я не смогу за себя постоять. — Выкладывай, Янг. Грэм вздыхает и опускает голову. Его терзают угрызения совести. Ведь они команда! Так почему же он снова решает всё делать в одиночку? Но истинная причина состоит в том, что Грэм боится. Боится, что своим существованием не приносит никакой пользы. И Эшли просто возьмёт и выкинет его, как старую надоевшую мебель. — Я хотел проникнуть в «Роуз». Раз Майк работал в том месте, то и информацию наверняка получил именно оттуда. — Отлично. Просто прекрасно! Какая замечательная мысль посетила эту светлую голову. В следующий раз можешь оставить её там же, где она и зародилась? Отправиться в бордель, в котором тебя чуть не убили! Действительно, что может быть проще? — Это было давно. Меня наверняка никто не помнит. В данный момент Эшли испытывает слишком разнообразный спектр эмоций. От злости и негодования до безудержного волнения за этого несносного человека. — Больше Пи Ди ты ничего не должен. Можешь забыть о нём навсегда. — Ты сильно злишься? — О да, милый. Даже не представляешь насколько. — Представляю, — шепчет Грэм, смотря на свои ладони. Он волнуется и проводит языком по пересохшим губам. — Что ты ему пообещал взамен? — Ничего, — категорично отвечает тот и отворачивается. Затем берёт ключи от автомобиля и направляется в коридор. — Куда ты уходишь? А как же я? — Грэм поднимает руки вверх, демонстрируя запястья, скованные наручниками. — А ты сиди здесь, — ворчит он. — Будет твоим наказанием. Считай, что находишься под домашним арестом. — И я ещё весь вечер старался, пёк печеньки! Вот она, твоя благодарность? — возмущается Грэм. — Знаешь, как это называется? — Ну и? — хмыкает Эшли. — Полицейский беспредел! Я буду жаловаться! — Интересно, кому? — ФБР! — Номер подсказать? — Да! Пожалуйста! Внезапно Грэму приходит в голову очередная идея. Он подходит к Эшли и буквально захватывает того в кольцо. — Попался! Они находятся в паре дюймов друг от друга и чувствуют, как тёплое дыхание щекочет кожу. — Отцепись от меня. — Что ты ему пообещал? — его голос звучит настолько строго, что Эшли немного пугается такого напора. — Я уже отвечал. Ничего. — Пи Ди не отпустит тебя за наличие красивых глаз. Только не говори, что из-за меня влез в неприятности. — Мы можем поговорить на расстоянии вытянутой руки? — Ни в коем случае. Пока не расскажешь, я тебя не отпущу. Эшли предпринимает безуспешную попытку высвободиться из цепкой хватки. — Слишком близко, — возмущается он. — Бравый офицер, оказывается, боится прикосновений? — Ты делаешь это специально, да? Эшли запускает руки под джинсы Грэма и с силой сжимает его ягодицы. А затем прикусывает губы, раздвигая языком стиснутые зубы. Грэм мычит нечто нечленораздельное, и с таким же напором отвечает на этот яростный поцелуй. Они стоят в коридоре, практически растворяясь в объятиях друг друга. Эшли прижимает его к стене и проводит языком по линии челюсти. Грэм закрывает глаза и еле слышно выдыхает сладкий стон. Сомкнутыми руками он цепляется за волосы Эшли, больше не в силах скрывать необузданное желание. И уже через мгновение они оказываются в просторной комнате. Эшли прижимает Грэма к мягкой кровати и приподнимает футболку, которая из-за наручников остаётся висеть на запястьях. Затем поочерёдно стягивает с него джинсы, бельё и застывает на месте, любуясь белоснежным обнажённым телом. От волнения закипает кровь и сердце стучит как сумасшедшее. Он спешно раздевается сам и проводит рукой по груди Грэма, очерчивая кончиками пальцев каждый дюйм. Тот выгибается и тянется за поцелуем. — Я хочу тебя, — шепчет Грэм в губы Эшли. — Безумно хочу. — Ты красивый. Наверное, даже не подозреваешь насколько. — Эшли смотрит откровенным взглядом, от которого бросает в дрожь. — Можно сразу лишиться рассудка, просто видя тебя таким, — он приподнимает его ногу, касается мягкими губами лодыжки и скользит языком по голени, слегка прикусывая. — Тебе не нужно врать, чтобы затащить меня в постель. — Что? Врать? — Эшли останавливается. — Но зачем? — Не нужно. Я знаю, что всё не так, как ты говоришь. — Меня злят твои слова. А ну-ка повернись, — он слегка шлёпает его по бедру, ставит на колени, берёт вторую пару наручников и перестёгивает их, на этот раз приковывая к изголовью кровати. Затем находит галстук, валяющийся возле тумбочки, и накрывает им рот Грэма, плотно завязывая сзади. — Давно мечтал это сделать, — удовлетворённо вздыхает. — Теперь ты уже не сможешь нести всякий бред. Грэм немного шокирован и удивлён. Но всё происходящее ему определённо нравится и сильно возбуждает. Эшли проводит рукой вдоль его позвоночника, а после проделывает то же самое, только горячим языком. Грэм утыкается лицом в предплечье и всхлипывает. — Твоё тело на вкус именно такое, как я себе и представлял. Сладкое. Грэм пьянеет под нежными, но одновременно с этим властными прикосновениями. Глаза застилает прозрачная пелена, а безудержный огонь поглощает всё нутро. — Я сейчас подготовлю тебя, — Эшли нависает над ним и тянется за пакетиком со смазкой. Раскалённое дыхание опаляет шею, а язык ласкает мочку уха. — Если ты уверен и точно этого хочешь, кивни два раза. В ответ тот улыбается, но из-за связанных губ вместо согласия из горла вылетает какой-то настойчивый вскрик. В итоге он кивает и ластится к Эшли, словно грациозный чёрный кот, который умасливает строгого хозяина, чтобы получить на десерт любимую рыбку. Грэм своенравный и свободолюбивый. Он делает только то, что считает нужным, гуляя по ночным улицам сам по себе. Никто и ничто не удерживает его в мрачном мире, полном лжи. Но, невзирая на то, что парень привык к одиночеству, он жаждет любви. И так же, как бездомный чёрный кот, найдя «своего человека», будет верен ему до последнего вздоха. Горячие пальцы, проникающие внутрь, дарят невероятное блаженство. Эшли явно знает, как доставить удовольствие. Но Грэм и так находится практически на грани. Всё, чего он желает, — полностью чувствовать его в себе. Эшли выдыхает и аккуратно входит во всю длину. И только после того, как Грэм привыкает к новым ощущениям, начинает двигаться. Сначала медленно, но постепенно ускоряя темп и меняя угол проникновения. Грэм откидывает голову, извивается, насаживаясь на член Эшли. Он держится за спинку кровати до побелевших костяшек на руках. От переполняющих эмоций хочется кричать, но всё, на что Грэм способен, — это выдыхать томные стоны. Кажется, что с каждым толчком он умирает и возрождается заново. По комнате разносится рваное, прерывистое дыхание, слабый звон металла и непристойные звуки. От частого трения о наручники на руках у Грэма появляются слабые следы. Эшли резко останавливается и отстёгивает их, нежно целуя его запястья. В ответ Грэм жадно впивается в губы Эшли. Садится сверху, лаская его грудь, и начинает двигаться. Изящно, пластично, но одновременно с этим немного жёстко. — Ты прекрасен. — Эшли сжимает его бёдра с такой силой, что на гладкой молочной коже остаются контрастные красные отпечатки. Он снова переворачивает Грэма. Захватывает его губы своими решительно и напористо, вкладывая в это все переполняющие душу эмоции. — Как же хорошо, сладкий. Просто невероятно. Эшли рукой проводит по его члену, доводя до кульминации. — Да. Вот так. Продолжай, я уже почти. Ты самый лучший. Уайт… — вскрикивает Грэм. И головокружительный оргазм накрывает его, словно массивное цунами, постепенно унося в сладкую истому. На этот раз Эшли дарит медленный чувственный поцелуй, с наслаждением наблюдая за раскрасневшимся парнем, который лежит под ним и жадно глотает воздух. — Давай, дорогой, — немного отдышавшись, произносит Грэм, — теперь твоя очередь кончить. Покажи, насколько сильно тебе нравится трахать меня. — Очень нравится. — Так докажи это. Эшли перестаёт сдерживаться. Грэм ахает и подаётся вперёд. Он обхватывает широкие плечи и кусает за шею, оставляя еле заметные засосы. Тело до сих пор покалывает и дрожит, чувствуя отголоски оргазма, отчего каждое касание кажется ещё более чувствительным. Они теряются во времени, без остатка отдавая себя друг другу. Ведь в этот момент в их собственной маленькой вселенной существуют только двое. Эшли сжимает Грэма за талию и замирает. Он впервые ощущает настолько сильную эйфорию, которая взрывается внутри, словно фейерверк. — О Боже. Янг, — Эшли обессиленно падает рядом. — Кайф… — протягивает тот в ответ. Грэм наблюдает, как от тяжёлого дыхания на животе Эшли напрягаются рельефные мышцы. Он наклоняется и проводит языком по его соскам. — А когда я целую здесь, тебе хорошо? — Мне хорошо от всего, что бы ты ни делал. — Тогда расскажешь, чего хочет Пи Ди? — Нет, — он ладонями приподнимает его лицо и отодвигает от себя. — А ты соблазнил меня только ради того, чтобы выведать нужную информацию? — Я соблазнил? Можешь не верить, но даже мыслей таких не было. — Ты кивнул два раза. Значит, согласился. — Это вышло совершенно случайно. Из-за нервов, — смеётся он. Эшли супится, смотрит на часы. Берёт простынь и поднимается с постели, намереваясь уйти. — Я в душ. Иначе точно опоздаю на дежурство. Грэм хватает его за руку и останавливает. — По глазам вижу, что ты надумал какую-то ерунду. — Ничего подобного. Однако Эшли действительно переживает. В голове проносится множество мыслей, сменяя друг друга, словно в калейдоскопе. Начиная от «А вдруг он на самом деле не хотел и я всё неправильно понял?» и заканчивая «А что, если ему вообще не понравилось или было больно?» — Уайт, я же чётко сказал, что хочу тебя. Ладно, вполне вероятно, не совсем чётко, но только потому, что мой язык в это время находился у тебя во рту. На самом деле я был бы очень рад, если бы ты арестовывал меня почаще. Желательно каждый день. — Ты сумасшедший, Грэм, — мягко произносит он и, нагибаясь, целует в лоб, а затем в губы. — Как и ты, красавчик, — его глаза сияют, а с лица не сходит улыбка. Эшли идёт в ванную, а Грэм падает на кровать, накрывает подушкой лицо и смеётся. Вот бы сейчас выглянуть в окно и крикнуть всему миру, что у него был невероятный, потрясающий секс с самым лучшим парнем на планете. Он несколько раз щипает себя за руку, убеждаясь, что случившееся не сон. — Спокойно, Янг. Это ещё не значит, что вы сразу стали парой. Веди себя нормально, как адекватный взрослый человек. И, возможно, настанет день и офицер падёт под твоими чарами. Возвращается Эшли, уже одетый в форму. Идеально выглаженная рубашка, строгие брюки и галстук. Он подходит к зеркалу и укладывает слегка влажные волосы. Грэм наскоро приводит себя в порядок и ждёт, когда Эшли уйдёт, чтобы тоже принять душ. А пока он валяется в уютной постели, надеясь, что видит такую картину в первый, но далеко не в последний раз. — Пи Ди просит помочь с одним делом некому Кристоферу Тодду. — Крису? — удивляется Грэм. — А что с ним произошло? — Ты его знаешь? — прищуривается Эшли. — Не так чтобы очень хорошо. Видел пару раз. — Расскажешь об этом позже, а сейчас мне правда нужно идти. Будь послушным и жди здесь. Чувствуй себя свободно, как дома, и пользуйся всем, чем пожелаешь. Только есть одно «но». — Какое? — Ни при каких условиях не заходи в мою тайную комнату, Янг, — эту фразу он произносит зловещим тоном. Грэм снова звонко смеётся. Ему нравится такая забавная сторона всегда серьёзного офицера Эшли Уайта. — Эш! — Что, сладкий? — Умоляю, не ввязывайся в неприятности из-за меня. Я этого совершенно не стою. — Прекрати, иначе снова придётся тебя связать. И не волнуйся. Парень не совершил ничего ужасного. Скорее даже наоборот. Я прочитал его досье и просто хотел бы задать пару вопросов. — Прошу, не поступай слишком опрометчиво. У меня странное предчувствие. — В отличие от некоторых, я сначала думаю, а потом делаю. — Когда ты вернёшься? — Рано утром. Грэм вытягивает губы, и Эшли несколько раз целует его. — Хорошо, — вздыхает он. — Я обязательно тебя дождусь.