Little things

— С тобой все нормально? — Миён очнулась, только когда Юнги тряхнул ее за плечо. Еще пять минут назад парень заметил, как его подруга стоит у автомата со снеками, смотря на полный стаканчик чая. Вот только за это время девушка еще ни разу не пошевелилась. — Да, — глаза заторможенно поднялись, Миён пришлось хорошенько проморгаться только для того, чтобы понять, кому конкретно она сейчас ответила. Утро девушки началось с безумной спешки. Уверенная, что опаздывает, она резко подорвалась с кровати, отчего Тата улетела с одеяла и Миён пришлось драгоценные пять минут, которые были выделены на завтрак, потрать на извинения перед кошкой. Поспешные сборы, небольшой забег к автобусной остановке, резкая смена температуры и толпа людей, которые облепили ее со всех сторон, вечно недовольный водитель с внушительным брюшком и злобные бабульки, которым срочно куда-то понадобилось в семь утра. Сорок минут моральной пытки и только после всего этого Миён заглянула в телефон, чтобы увидела перенос пары с восьми утра на полдень. Сейчас же Миён продолжает заторможенно стоять перед озадаченным Юнги и просто держит остывший чай, который даже не хотела пить. Зачем она его купила? Все до жути банально, чай — единственное разнообразием, которое сейчас могла себе позволить девушка. Зеленый, черный, фруктовый, цитрусовый, ягодный, с бергамотом, жасмином… в ассортименте имелся даже мятный и ромашковый, на случай особо стрессовых дней. А сейчас они были только такими.  — Эм… ладно, в таком случае постараюсь не замечать твои красные глаза и синяки под ними, — попытка Юнги разрядить обстановку с треском провалилась. Вместо того, чтобы, как обычно, засмеяться и ткнуть друга в живот, который он уже заведомо приготовился защищать, Миён просто прошла мимо, моргая настолько медленно, что парень в какой-то момент засомневался поднимутся ли веки в принципе. — Ты дозвонилась профессору Киму? — спросил друг, равняясь с девушкой. Это имя отозвалось у Миён болезненным спазмом в желудке, но сил не оказалось даже на то, чтобы скривиться. — Да, — все, что получилось выдавить из себя. — Хм, — Юнги удовлетворенно поскреб затылок и несколько раз кивнул головой. — И как тебе тема? Понравилась?   Тема. Эту тему Миён запомнит на всю жизнь. «Любовь — дар или наказание?» — спонсор сегодняшнего двухчасового сна девушки.  Понравилась ли она Миён? Нет, абсолютно, совершенно, без каких-либо шансов. Странная, причудливая, неуместная и совсем ненужная по мнению девушки. Любовь. Миён было всегда это чуждо. Все ее время занимала учеба и работа, а мысли — такие вопросы, как встать на ноги и обеспечить себе стабильное будущее. Но главной проблемой оказалась не эта пара листов высокоморальных раздумий на тему любви, а рисунок, которым девушка обычно дополняла свои работы. И не потому что Миён не умела рисовать, нет, скорее наоборот, она делала это сильно хорошо, поэтому чересчур придирчиво относилась к своим работам.  — Нормальная тема, обычная, — снова немногословно и очень устало произнесла Миён, лишь бы оградить себя от более подробных расспросов. К счастью, начать те самые расспросы даже не представилось возможность. Друзья уже подошли к нужной аудитории и Юнги учтиво пропустил свою сомнительную собеседницу вперед.  «13:35» дня. Миён быстро проверила время и плюхнулась на первую попавшуюся, свободную парту. Выходит, весь ее прежний счет сбился, ведь должен был закончиться еще четыре часа назад, а по новому расписанию осталось потерпеть всего 1 час 25 минут. — Доброе утро, студенты, — стук двери раздался только через полчаса и заглушился строгим, ровным голосом.  Профессор Ким с естественной ему привычкой опаздывать и свойственной при этом беспристрастностью в лице прошел к своему столу и взгромоздил на него увесистую кожаную сумку, будто это не он вчера был на какой-то тусовке с шумной компанией. — Кажется, сегодня он еще более хмурый, чем обычно, — шепот Юнги под боком не смог отвлечь Миён от собственных мыслей.  Девушка все не могла выбросить из головы развязный тон и поведение преподавателя, которые не шли ни в какое сравнение с тем, что она видела сейчас.  Такое ощущение, что это два совершенно разных… — Чо Миён, зачем вы сегодня пришли, у вас уже выставлен балл. …человека. — Простите? — такой зомби-режим все же повлиял на умственные способности девушки, иначе как можно объяснить такое количество глупых вопросов за последние пару дней.  Профессор Ким оторвался от своего блокнота, в котором обычно записывал все оценки, и одарил Миён своим привычным взглядом. Он всегда так смотрел на девушку после того случая с чаем. Пренебрежительно, свысока, как на мелкую букашку не достойную жизни. — Я спросил, зачем вы пришли? — еще раз повторил он, еще более строго, и пригладил и так дотошно зализанные волосы. — Я принесла работу, — растерянно начала девушка, мгновенно лишаясь намека на сонливость, — вы мне вчера дали тему, чтобы повысить балл… — Что за глупости? Вчера я никому не давал никаких заданий. Теперь уже озадачена была Миён. Это шутка? Специфический юмор? Какой-то праздничный розыгрыш? Если да, то Миён было ни капли не смешно. Девушка сгребла с парты папку со своей работой и торопливо зашагала к преподавателю.  — Подождите, вот тема, которую вы назвали. Вынутая на ходу и протянулся пара листов А4 была с сомнением передана из рук в руки. Господин Ким несколько секунд внимательно всматривался в название, но от этого нахмурился еще больше. — Любовь — дар или наказание? — работа была спокойно отложена на стол, а сам мужчина вопросительно изогнул бровь, складывая руки на груди. — Что за сомнительный лозунг? Я никак не мог дать такую странную тему. Миён готова была подписаться под каждым словом преподавателя. Да, странная и лозунговая. Девушка сама вчера ломала голову над тем, какое отношение эта тема имеет к философии как науке. Но не найдя никакой взаимосвязи, просто подчинилась и стала выполнять задание.  — Но когда я звонила, вы назвали именно ее, — вопросы во взгляде мужчины росли обратно пропорционально нещадно таявшей уверенности Миён.  — Студентка Чо, вы что-то путаете, вчера мне звонил только профессор Чой и хоть я ждал после этого от вас вестей целый день, вы не объявились. Это походило на какое-то издевательство над психикой Миён. Зачем преподавателю врать? Но с другой стороны, не могло же ей все это присниться!  Растерянность девушки медленно сменялась раздражением. Она нырнула в карман своей кофты и только со второго раза смогла вынуть телефон. Журнал контактов, исходящие и входящие звонки, в списке которых черным по белому была написано «профессор Ким +82 2 318-2116». Дрожащими от волнения пальцами, она нажала на имя, открывая всю историю вызовов, также не с первого раза, и поспешно протянула гаджет преподавателю. — Вот, я вам звонила весь день, потом вечером вы перезвонили мне, — вся ситуация выглядела до чертиков глупой со стороны, сейчас Миён как никогда была рада, что сегодня на пару явилось только несколько одногруппников, иначе потом еще пришлось бы мучиться от чувства стыда. Одна вечно тянущаяся секунда, вторая, третья и профессор вернул телефон, снова складывая руки в замок.  — Не знаю кто и что вам вчера говорил, — выделил мужчина местоимения неоднозначной интонацией, — но это не мой номер. Треск. Кажется, это последняя тонкая ниточка самообладания Миён безвозвратно порвалась. Что за бред вообще происходит? — Этот номер заканчивается на «6», а мой на «8», — попытался прояснить ситуацию господин Ким, видя обреченный и безвыходный взгляд девушки сквозь него. Но легче от этого Миён не стало. Неправильная последняя цифра. Теперь то она вспомнила, как вчера разбилась ваза и как этот звук поглотил последние слова куратора.  — Ну, в любом случае, Миён, принять такую тему я не могу, — выносит вердикт профессор Ким. — Если вы так сильно хотите изменить балл, тогда хорошо разберитесь в исторических типах философии, жанрах философствования, онтологии, теория познания, и можете прийти ко мне второго января к полудню. Я буду на кафедре. Второе января, полдень, а значит еще дополнительных 40 с лишним часов зубрежки, страданий и мучительного ожидания. Это безусловно придавало праздничного настроения.  — Хорошо, спасибо…  Дальше для Миён все было как в тумане. Она плохо помнила, как покинула аудиторию, как попрощалась с Юнги и прощалась ли с ним вообще. Все это застелили такие эмоции как злость, безысходность, отчаянье и недовольство. Миён хотелось упасть на кровать и разрыдаться, хотелось стереть память, чтобы хоть немного расслабиться, хотелось вернуться в прошлое и помешать себе 17-летней поступить в этот несносный университет, хотелось бить и ломать все вокруг, хотелось выплеснуть на что-то все эти противоречивые эмоции, пока они не довело ее до нервного срыва. Стоп. А почему собственно Миён должна выплескивать свое состояние на что-то, когда причина этой ситуации имеет вполне себе воодушевленную человеческую форму? Хоть со вторым описывающим прилагательным девушка могла бы поспорить. Да, конечно. Адреналин закипел в крови, Миён стало жарко, душно и невыносимо тесно во всей этой зимней одежде, пока она снова пыталась привести свой телефон в чувства, раздосадуя на свои ледяные, словно бескровные пальцы. Человек, с которым она вчера говорила и который дал ей эту идиотскую тему, вероятнее всего следуя своему тщеславию, надменности, сильно приподнятому или наоборот крайне скучающему настроению, сейчас с еще большой степенью вероятности абсолютно беззаботно нежится в своей мягкой кровати в предвкушении предстоящих праздников. Тогда как Миён могла забыть о их существовании, просто вычеркнуть эти дни из календаря и выбросить из жизни.  — Слушаю, — долгие протяжные гудки наконец-то сменились уже знакомым голосом. — Какого… почему вы… ты… нет, вы вчера не сказали, что я ошиблась номером? — Миён выпалила это непонятное и даже для себя запутанное предложение на одном сбитом выдохе. В ее голове все смешалось, она не понимала, как лучше обратиться к собеседнику, ведь он ее не на шутка раздражал, но все же был незнакомым ей человеком, с которым девушка не могла так просто переступить все элементарные нормы приличия. Миён не понимала с чего лучше начать диалог, что сказать и как предъявить ту самую претензию. А после этого спокойного и короткого «слушаю» девушка вообще растеряла весь изначально решительный настрой и засомневалась в целесообразности своего звонка.  — О, чудачка, которая не давала мне покоя весь вчерашний день?  Чудачка? Нет. Миён определенно не зря позвонила этому самодовольному напыщенному засранцу. — Как прошла философия? Надеюсь, смогла защитить тему? Или все-таки зря? Мужской голос сменился с насмешливого на искренне-обеспокоенный, отчего показался Миён каким-то приятным и привлекательным. Вот только как у обладателя такого красивого голоса могли быть настолько мерзопакостные повадки? — Вы издеваетесь надо мной? — Миён торопливо поднималась по проспекту в направлении ненавистной автобусной остановки, ведь ей в канун Нового Года еще нужно вдоль и поперек разобрать все тонкости теории познания. — Из-за вашей… шутки… мне придется переделывать работу! — Серьезно? Но почему? — с искренним непониманием поинтересовался парень. У Миён даже на пару мгновений пропал дар речи. «Господин Ким = странность» Всплыл в голове ненавязчивый вывод. Хотя, какой еще к черту господин Ким? — Зачем вы назвали мне эту тему? — игнорируя вопрос парня, требовательно спросила Миён. Слух уловил медленные, но твердые шаги парня в динамике и сопровождающее их, периодическое шмыганье носа. Иногда завевал негромкий ветерок, смазывая голос собеседника, а значит, он был совсем не в теплой кроватке, а на улице как и сама Миён. — Ну ты сразу обратилась ко мне как господин Ким, а я Ким, правда не профессор, хоть и мог бы им стать, если бы не бросил универ, — каждое новое слово парня удивляло Миён больше предыдущего, девушка остановилась посреди улицы и просто впитывала всю нужную и ненужную информацию как губка. — Потом ты попросила у меня тему, и я дал тебе ее, как я мог отказать настолько отчаявшемуся человеку? — тихий непринужденный смешок, доносившийся из динамика телефона, заставил девушку подпереть ближайшую стенку какого-то обшарпанного дома. Отчаявшийся человек. Именно так и можно было описать Миён лучше всего. Она крутилась как белка в колесе, старалась, работала на пределе своих возможностей, а в итоге все снова пошло по какому-то сумасшедшему сценарию. Девушка устало съехать по стенке здания вниз, чувствуя каждой клеточкой тела свое обреченное состояние. Как же глупо было звонить этому незнакомцу, чего она вообще ждала и что пыталась доказать, а главное кому? Ведь этот случайный парень не обязан был ей говорить правду, входить в ее положение да и вообще касаться ее проблем. Это все Миён. Это она не смогла достойно выступить перед публикой и заработать нужные баллы, это она была невнимательной и записала неправильный номер, это она невнятно объяснила собеседнику намеренья своего звонка и спровоцировала такую глупую ситуацию, это именно она была виной всех своих проблем. Ну, по крайней мере, девушка так считала. — Эм, ну ладно, — протянул низкий голос на другом конце линии, когда пауза перевалила за десяток секунд, — мне жаль, что стал причиной твоей пересдачи, и я честно рад бы еще поболтать с тобой, но у меня с минуты на минуту сядет телефон, а так как меня обокрали прям в центре Сеула, в ближайшее время я не смогу его зарядить, так что всего доброго… — Обокрали? — в голове что-то щелкнуло, Миён удивленно подскочила на ноги. Что конкретно ее удивило в этой ситуации было крайне сложно определить. То ли неожиданное раскаяние, то ли совершенно непринужденный и расслабленный тон, с которым говорил собеседник о собственных проблемах, то ли ее собственное неравнодушие, которое вспыхнуло довольно внезапно и совершенно незапланированно. — Да, знаешь, это когда без твоего ведома забирают твои вещи и скрываются в неизвестном направлении… — Господи, да я знаю значение слова «обокрали», — Миён нервно затопталась на месте, пока в голове отсчитывались решающие секунды до полного отключения чужого телефона. Почему этот странный парень вызывает в ней такие непонятные эмоции, почему сейчас в ней борется некое раздражение с состраданием, и почему ей вообще до этого есть дело? — Я имею ввиду с вами все нормально, вам есть к кому обратиться за помощью? А в ответ молчание, шаги по ту сторону прекратились, дыхание тоже исчезло. В динамике повисла настолько гнетущая тишина, что Миён пришлось оторвать от него ухо, чтобы убедиться в том, что звонок все еще длится. — Алло, вы меня слышите? — с непонятным беспокойством переспросила девушка. — Слышу, — без доли прежнего веселья произнес парень. — Нет. Сейчас мне не к кому обратиться. — Тогда скорее скажите адрес или скиньте геолокацию и я приеду, если конечно вы все еще находитесь в Сеуле. Быстро названная улица с номером нужного дома и Миён без капли сомнения отдает свои чуть ли не последние отложенные на неделю деньги таксисту. Такими темпами девушка не сможет поехать на каникулы в Пусан, но даже ввиду этого совесть не позволяет ей все бросить на самотек и оставить этого странного парня одного. Мучительный час в пробках, так как пункт назначения оказался в другом конце города, если не в самом пригороде, и Миён медленно шагает по узкой обочине сквозь ненавистный ветер и холод, пытаясь найти хоть кого-то подходящего под короткое описание «светлая куртка и очки». Ладони стали не на шутку замерзать, часто сжимающиеся в карманах пальцы уже не помогали разогнать остывшую кровь, ведь из «теплого» на девушке был только пуховик, и то короткий. Варежки она, как обычно, забыла дома, а шапку оставила там же только намеренно, так как более ненавистного элемента одежды для нее просто не существовало. Миён осторожно переступила мелкую ямку под ногами и подняла взгляд обратно, чтобы найти нужное здание. Глаза выцепили яркую мигающую вывеску круглосуточного магазина, наряженную ёлку и сидящего рядом с ней человека, отдаленно походившего под заданное описание. Миён нерешительно замедлила шаг, пока и вовсе не остановилась. Странно. Было очень странно видеть перед собой человека, ложный образ которого уже был в твоих мыслях. То, что рисовало воображение Миён, пока она ехала сюда, не шло ни в какое сравнение с тем, что она сейчас видела. Довольно молодой, возможно всего на несколько лет старше самой Миён, совсем не хмурый и не серьезный, а наоборот какой-то чересчур расслабленный и беззаботный. Парень сидел на высоком бордюре, затягиваясь сигаретой, хоть в каких-то трех метрах от него была вполне себе привлекательная сухая лавочка. Нос, щеки, и держащие тонкий фильтр пальцы покраснели от холода, а губы потрескались от ветра. Глубокий вдох, протяжный выдох и густой дым заклубился над его головой, образуя неровные парящие кольца. Белоснежная куртка, светлый клетчатый шарф, съехавший с пшеничных волос, молочный свитер, горловина которого стала видна, когда парень тряхнул головой, чтобы откинуть со лба длинные локоны, а также белые джинсы и ботинки цвета слоновой кости, один носок которого увлеченно пинал мелкий камешек, пытаясь загнать его в импровизированную, сделанную из веток лунку. Все это выглядело как-то неправильно и неподходяще в глазах Миён. Образ и вид этого парня никак не вписывались в окружающую его серость и мрачность. Он был словно пришелец, прилетевший из планеты светлых вещей, на которой никогда не бывает дождей и грязи. И дополнительным подтверждением этой абсурдной теории стали очки. И не просто очки, а самые что ни на есть солнцезащитные очки на переносице парня, в которых не было ни малейшей необходимости, ведь то самое солнце не проступало сквозь плотные серые тучи вот уже как месяц. Как подойти? Что сказать? А точно ли это тот самый человек, которого она искала? Все это так и осталось в голове Миён на стадии обработки, ведь после очередной затяжки парень заметил ее. Тихий смешок, который, казалось бы, девушка почувствовала даже на таком расстоянии и парень поднялся на ноги, отряхивая штаны и выбрасывая окурок в мусорный бак, чтобы целенаправленно пойти к ней. — Чудачка, ты ли это? — нет, Миён вполне могла задушить приступы своей совести и бросить этого странного, полного неоднозначных повадок парня на улице. И кажется, весь этот мессендж более чем ясно транслировался на лице девушки, ведь человек напротив сразу же расплылся в какой-то другой, обезоруживающей улыбке, склоняя голову набок. — Я, кстати, тот самый господин Ким, или еще Ким Тэхен, можешь называть, как тебе более привычно, — двусмысленная шутка сопроводилась стянутыми с переносицы очками и приветственно протянутой рукой. Миён несколько раз поспешно моргнула, осторожно касаясь чужой руки, которая каким-то чудом сохранила свое естественное тепло. Девушке странно было слышать его голос вживую, странно было видеть широкую, слегка угловатую улыбку, которая не казалась надменной, как рисовало ее воображение, и странно было встретиться с совершенно незнакомыми, по-доброму смеющимися глазами. — Я очень надеюсь, что ты Чо Миён, иначе сейчас я окажусь в очень глупой ситуации, — неловкая пауза «слегка» затянулась, Миён вынырнула из потока своих размышлений, чтобы поспешно тряхнуть ладонь парня в рукопожатии и смущенно отвести глаза. — Да, все верно, вы… ты не ошибся, — подобие улыбки натянуло губы девушки в изогнутую линию, пока Тэхен демонстрировал свои зубы ее макушке. — Теперь я спокоен, — снова шутливо и непринужденно. Парень прокрутился на 180 градусов и зашагал обратно к бордюру, на котором стоял только маленький картонный пакет, вытянутой формы. Ладонь нырнула внутрь, чтобы приподнять имеющуюся там бутылку и проверить на целостность. — Я думала вас… тебя обокрали, — Миён запустила окоченевшие руки в карманы и проследовала за парнем, признавая в содержимом стеклянной емкости красное вино. — Да, именно когда я пошел в магазин, меня и обокрали, — парень приподнял пакет за ручки, чтобы проверить не намокло ли его дно от влажного асфальта. — Поэтому сейчас со мной только эта одежда, — обвел он себя показательно рукой, — бутылка хорошего вина, — опасно тряхнул упаковкой спиртного, — и севший телефон с неполным набором документов, — похлопал раскрасневшейся ладонью по внутреннему карману своего пуховика. Севший телефон. Выцепленная из контекста фраза немного привела Миён в чувство. Конечно, она ведь и приехала сюда за тем, чтобы помочь. Вот только как именно она это может сделать, девушка еще не думала. Дать деньги? У Миён и самой их было не так много, лишь бы хватило на дорогу домой и пару дней сносного пропитания. Моральная поддержка? Сейчас девушке она бы и самой не помешала. Остается предоставить в распоряжение свой заряженный мобильный и может… Точно! Миён откинула лямку своего рюкзака и стала что-то выискивать в отделе для вкусностей, который был абсолютно в любой ее сумке. Чтобы через несколько секунд достать оттуда купленную утром в автомате, но так и не съеденную шоколадку и упакованный в одноразовую коробку сэндвич. — Вот, ты может голоден? — Тэхен неотрывно следил за каждым действием девушки и моргнул лишь тогда, когда ему в ладонь пихнули разноцветные упаковки. — Спасибо, — Миён уже второй раз смогла удивить парня за этот день, сначала тем, что решила приехать, сейчас, потому что предусмотрительно и внимательно отнеслась к его возможному состоянию. А ведь Тэхен и правда был очень голоден. Вся его наличка ушла на вино и билеты домой, в Тэгу, а телефон сел, из-за чего картой расплатиться было просто невозможно. — Так… и что ты планируешь делать? Тебе нужно куда-то позвонить? С кем-то связаться? — Миён прошла мимо парня и облокотилась об высокий фонарный столб. Еще какой-то час и он уже во всю будет освещать темные улицы. — Такс… — Тэхен сразу открыл шоколадку и надломил одну полоску, чтобы протянуть ее не менее голодной Миён, — для начала я должен узнать, смогу ли восстановить украденные билеты, и если нет, то хотя бы попытаться найти жилье до боя курантов… ммм, с фундуком и карамелью, моя любимая, — довольно прикрытые глаза парня и новый ломтик сладости, отправленный в рот, вызвали у Миён удовлетворенную улыбку. Ей всегда нравилось видеть радость на лице других людей, особенно когда причина этой радости была хоть как-то связана с ней. — Так что, да, если ты не против, я поэксплуатирую твой телефон, — отряхнув ладонь о штанину и продолжая аппетитно жевать, Тэхен принял разблокированный телефон и отошел немного в сторону, раз за разом набирая новые номера. Улавливать смысл всего сказанного Миён не хотела и наверное не должно была этого делать. Девушка просто бездумно стояла, следя за каждым шагом своего нового знакомого. И не потому что боялась, что он сорвется с места и убежит с ее мобильным, кажется, этот парень был неспособен на такое, по крайней мере Миён не могла представить его удираюшего в своих бежевых ботинках. А просто потому что девушке было интересно наблюдать за ним, таким незнакомым, странным и необычным. Его манера поведения, стиль ведения диалога, жесты, мимика, да и вообще весь язык тела был каким-то причудливым, витиеватым и снова же диковинным. С мобильным около уха, Тэхен мерил шагами широкий тротуар, он медленно ходил со стороны в сторону, намеренно оминал малейшие трещины на асфальте или наоборот ступал только на них, перепрыгивая от одной к другой. Парень активно жестикулировал, играл чертами лица, мудрёно выгибал голову в плавных замедленных движениях, засматривался в одну точку, приоткрыв рот, будто увидел что-то потусторонне, и пытался к этому прикоснуться, протягивая ладонь к чему-то воображаемому. Здесь он беззаботно болтал, здесь видно, что шутил, здесь отпускал какую-то колкость, а вот здесь уже понимающе кивал и вдумчиво облизывал губы, откидывая один вариант сегодняшнего плана действий и выстраивая следующий. И весь этот огромный спектр эмоций и действий за каких-то пятнадцать, от силы двадцать минут. — Да-да, хорошо, Чимин, спасибо тебе, еще увидимся… — последний звонок был завершен, Тэхен зачесал мешавшие волосы назад и плюхнулся рядом с сидевшей на лавочке Миён, возвращая телефон с благодарной улыбкой. — Ну как успехи? — девушка сунула гаджет в карман и снова вынула руку, чтобы потереть ладони друг о друга, хоть тепла от этого и было совсем ничего. — Хм, ну не все так плохо, я позвонил на вокзал, и нужных мне билетов на сегодня больше нет, как и на ближайшие три дня, — Тэхен вложил в рот новую порцию шоколада и ловко переместил языком небольшой кубик себе за щеку для удобства, — на сегодняшний поезд я уже не успеваю, он отправляется через десять минут, поэтому поехать к семье я не смогу, — парень вытянул ноги вперед и принялся воодушевленно постукивать ладонями по коленям, — отели и квартиры, которые я смог найти, пока у меня не сел телефон, и те, что пробил сейчас, заняты в связи с праздниками, а все друзья разъехались по отпускам или за город на выходные. Поэтому более менее приемлемым вариантом остается мой старый друг, Чимин, который вернется завтра во второй половине дня. У него я и смогу остановиться, пока не решу проблему с восстановлением еще одних билетов. Тэхен закончил свой небольшой рассказ облегченным выдохом, не потому что его тяготила ситуация, парень всегда старался довольно просто относиться ко всему, что у него происходит в жизни, а потому что он элементарно устал пересказывать скучную, уже известную себе информацию. — А что ты будешь делать сейчас? — девушка с непонятным волнением заерзала на месте, красные сложенные ладони протиснулись между плотно сомкнутых ног, но и там не нашли тепла. Она только изредка поглядывала в глаза Тэхена, который, в свою очередь, не считал нужным отводить свой прямой, непринужденный как и он сам, взгляд ни на секунду. — Поеду на вокзал, может у них остались номера в каком-то хостеле или переночую в зале ожидания, а там будет видно. Еще точно не знаю, пока не решил вопрос с деньгами или зарядкой для телефона, но не думаю, что это самая большая проблема. На самом деле все складывается довольно хорошо, да и ты, меня очень выручила, так что спасибо тебе и…. — Можешь остаться у меня, — такого поворота событий не ожидала ни Тэхен, с лица которого впервые за весь вечер слетела беспечность, сменяясь удивлением и озадаченностью. Ни сама Миён, которая выпалила эти слова спонтанно, неконтролируемо, под действием каких-то скрытых внутренних ощущений. Зачем она это сказала? Навряд ли когда-то получится объяснить внятно и точно. Что это? Доброта, глупость, усталость, скрытая мания ко всем странностям, которых у этого парня вагон и маленькая тележка, а может какая-то теневая, не проработанная травма. Ведь за жизнь Миён сама нередко нуждалась в какой-то помощи, но чаще всего ее не получала. — Эм… я все равно не планировала праздновать Новый Год, поэтому если других вариантов у тебя нет, можем сделать так… так, как я сказала, — Миён попыталась хоть как-то сгладить внезапное и необоснованное предложение. Но с каждой новой секундой лихорадочных размышлений, девушка видела все больше смысла и логики в своих словах. Она испытывала сильно противоречивые эмоции от всей этой ситуации. Наиболее ясной из которых сейчас стало сострадание. Мысль о том, что человек, неважно какой, по глупому стечению обстоятельств будет вынужден встречать Новый Год, который наступит всего через каких-то восемь часов, один и непонятно где, когда искренне желал провести его в кругу семьи, не могла оставить никого равнодушным. Хоть и была не совсем знакома самой Миён. — Да, спасибо, — произнес до сих пор завороженный парень. — Это бы решило мои проблемы в большей мере.