Один танец и затяжка

Время шло, день сменялся днем, и конец семестра неизменно подбирался все ближе, заставлял нервничать сильнее; Леша чаще засиживался допоздна, потому синяки под глазами становились ярче после каждой практически бессонной ночи. Парень пробовал бодрить себя не только кофе, но и энергетическими напитками, однако сильно на них не наседал, знал, что вреда они приносили больше, нежели пользы, да и эффекта особого не заметно. Стас, к слову, из жизни Леши никуда не делся, даже наоборот, парни всего лишь за неделю стали едва ли не лучшими друзьями, пусть это и было громко сказано в какой-то степени. Вечерами, когда Дымов продолжал усердно зубрить билеты, его часто отвлекало уведомление о пришедшем сообщении в Телеграме с очередными мемом или идиотской шуткой; за обедом или в перерывах – длинные переписки на абсолютно рандомную тему. Нет, правда, эти двое умудрялись зацепиться языками за любую фразу и раздуть из нее едва не целый учебник по философии. Леша бы никогда не подумал, что Стас окажется таким интересным собеседником, и даже извечные его глупые (а местами даже чересчур пошлые и черные) шутки не отталкивали. Над некоторыми – только это секрет – Леша смеялся во весь голос. Вольский давно откинул "я общаюсь с тобой, потому что обязан тебе спасением своей жопы" в сторону, наслаждаясь компанией нового друга; и Дымов понял это практически сразу, когда Стас предлагал свою помощь в чем-нибудь, интересовался о делах парня, да и при встречах в коридорах университета не просто проходил мимо, а весело кричал "Леха!" и активно махал рукой, привлекая к себе внимание. Марина – близкая подруга Дымова – удивленно смотрела то на одного, то на другого, спрашивала даже, не показалось ли ей, на что парень лишь тихо смеялся. Девушка не особо обрадовалась такой новости, потому не упускала момента предупредить Лешу, дабы тот не слишком-то расслаблялся. – Вольский ветреный придурок, он сразу уйдет, как только ты ему наскучишь, – шепотом проговорила Марина, наклонившись к другу так, чтобы их не услышал преподаватель, лекция которого была невероятно скучной. – Ты, конечно, осторожный, Леш, но правда... Стас умеет втираться в доверие так, что потом не отделаешься и будешь страдать всю оставшуюся сознательную жизнь. – Я знаю, Марусь, – ответил Леша и положил руку на ладонь девушки, легко очерчивая пальцами костяшки. Кожа у нее всегда такая мягкая, трудно оторваться. – Не волнуйся, все будет хорошо, обещаю. Невозможно испытывать негативные эмоции, когда перед тобой сидит такое солнышко и улыбается. Не зря говорят, что настоящая красота человека таится в его улыбке; Марина кивнула, улыбнувшись другу в ответ, и закрыла тему. Преподаватель объявил о перерыве, но все внимание привлекла открывшаяся дверь; Стас, кратко поздоровавшись с историком, окинул аудиторию взглядом, после чего подошел к одной из парт. Марина ткнула Лешу пальцем в бок, чтобы тот отвлекся от конспекта. Парень тихо выругался, но когда увидел прямо перед собой на непростительно близком расстоянии лицо Стаса, вскрикнул и резко откинулся назад, насколько это было возможно. – Какого черта?! – Я тебе кофе принес, а то совсем на зомби похож. Вольский поставил стаканчик с горячим напитком на парту и рассмеялся, ибо ну как можно сдержаться, когда у парня такое выражение лица? – Еще раз меня так напугаешь, я тебе этот кофе за шиворот вылью! – Если хочешь, чтобы я перед тобой разделся, нужно только попросить, конфетка, – поспешил ответить Стас и подмигнул. Марина удивленно подняла брови, отчего глаза у девушки стали больше; Леша же послал парня куда подальше, мысленно молясь о том, чтобы щеки не покраснели. Этот придурок умел вгонять в краску получше любого порноактера. И не то чтобы Дымов увлекался подобным... – Американо, кстати, как ты любишь. Ну а я пошел, спишемся! Стас ушел из аудитории также быстро, как появился. Леша старательно игнорировал заинтересованный взгляд подруги, но в итоге все равно посмотрел на нее, пробубнив под нос "потом расскажу". Этот случай послужил началом небольшой традиции: Стас каждый раз, когда заглядывал в кофейню около универа, покупал два кофе – капуччино себе и американо для Леши. А потом шел в кабинет, где проходила пара первой группы третьего курса, и отдавал "напиток Богов" другу. Мелочь, но зато как приятно.

***

На выходных и своих излюбленных попойках (интересно, откуда у парня на это деньги?) Вольский часто пропадал в клубах или барах, поэтому телефон молчал. Однако в середине сессионной недели, когда Леша тихо сопел, обняв подушку, экран ярко загорелся, и громкий "пилик" заставил парня поморщиться. Он бы отвернулся и продолжил досыпать бесценные минутки отдыха, но кто-то настойчиво все писал, писал, писал и писал. Идиот 02:45 ты что спишь леха блять 02:46 алексеееей алешенька богатырь ебаный а ну вставай!!!

Вы 02:47 Вольский, ты головой ебнулся что ли?! Время вообще видел? Завтра у меня экзамен по английскому!!!

Идиот 02:49 пф ты его даже с закрытыми глазами сдашь а мне скучно пить одному давай я адрес скину а ты приедешь конфетка

Вы 02:50 Во-первых, прекрати меня так называть!!! Во-вторых, я никуда не поеду и продолжу спать. В-третьих, иди нахуй, Стас! Склей кого-нибудь на вечер, чтобы скучно не было!

Сообщение прочитали, но ответа не последовало. Леша выждал несколько минут и со спокойной душой отложил телефон обратно на тумбочку. Но сон словно выветрился за время разговора; парень ворочался с одного бока на другой, то ляжет на спину, то на живот, и все равно не мог найти удобную позу. А в голове навязчивой мыслью стучала совесть, не давая спокойно расслабиться. А если бы Леша написал Стасу посреди ночи, он бы примчался? С вероятностью в девяносто процентов – да. Не слишком ли грубым вышло сообщение? Слишком. А вдруг парня это задело? Вдруг... вдругвдругвдруг? Дымов тихо застонал в потолок, проклиная все и всех, поднялся с кровати и, быстро напечатав Стасу "Говори сраный адрес сраного бара", стал одеваться. Родители, к счастью, не проснулись, потому Леша спокойно вышел на улицу, на всякий случай оставив записку, где он и что случилось. Холодный ночной воздух сразу вызвал волну мурашек, отчего парень поежился и попрыгал с одной ноги на другую, чтобы немного согреться. Адрес Вольский прислал спустя минут десять, еще и сердечко поставил, пьяная жопа. Такси долго ждать не пришлось, а спустя еще минут двадцать Дымов уже стоял около бара. Внутрь он заходить точно не будет, о чем сразу сообщил Стасу, поэтому сейчас парень ждал на улице, наблюдая за другими. Кто-то на своих двоих уходил домой, кто-то едва стоял на ногах, но упорно шел вперед, а кого-то и вовсе утаскивали друзья, молясь о том, чтобы никого не стошнило. Леша слегка улыбнулся; забавные все-таки люди... – Принцесска-а-а, ты все же приехал! Вольский навалился на парня с глупой улыбкой на лице. Язык у него заплетался, потому некоторые слова выходили несвязными и непонятными, но суть Леша уловил. – Ты чего нахлестался так прямо посреди недели? – Просто захотелось! Стас звонко рассмеялся, продолжая виснуть на плечах друга, и Дымову ничего не оставалось как насильно усадить парня в салон только что подъехавшего такси. Водитель лишь усмехнулся и спросил адрес, на что Стас пробурчал нечто неясное. Леша закатил глаза в своей обычной манере и продиктовал нужные улицу и дом. Где проживал Вольский, он знал, но никогда в гости к другу не захаживал: не любитель нарушать лишний раз личное пространство человека, да и Стас, увы, не приглашал.

***

Кое-как открыв дверь ключами, Леша, продолжая упорно стараться не уронить пьяного друга на грязный пол подъезда, вошел в квартиру. Внутри витал запах медикаментов и стирального порошка, в ванной шумела стиралка, а где-то, за одной из закрытых дверей, слышно работающий телевизор на средней громкости. Неужели Стас настолько богат, что оставляет электронику включенной, когда уходит? – Тш-ш-ш, – протянул Вольский и приложил указательный палец к губам Леши, слегка надавив. – Не раз- ик! Не разбуди баб Нину. Дымов напрягся. Он не знал, что парень жил не один, плюс ко всему желания встречаться с кем-то еще, тем более с родственниками Стаса, не было вовсе. К тому же в подобной обстановке! Леша быстро затащил пьяницу в его же комнату и выдохнул, когда закрыл за собой дверь. Большая часть дел сделана, осталась малость... Пока Леша снимал с друга верхнюю одежду, тот несколько раз крепко поцеловал его в щеку, два раза рассмеялся (Дымов быстро закрывал рот рукой, чтобы не разбудить бабушку) и, кажется, миллион раз прошептал "Лешка". В пьяном угаре люди способны делать то, о чем бы даже не подумали в трезвом состоянии, поэтому Дымов списывал все на алкоголь, старательно игнорируя действия парня. Стас почти сразу заснул, едва голова коснулась подушки, потому Леша облегченно выдохнул. Он вытер выступившую испарину со лба и собрался уже уйти, полный уверенности, что выполнил свой дружеский долг, как Вольский окликнул его по имени. Господи, этот идиотина вообще собирается спать?! – Ты чудо, Лех, – промямлил Стас и улыбнулся. – Поцеловал бы тебя, да боюсь вас, сударыня, стошнит от вкуса алкашки. Ты ж неженка. Парень посмеялся, и Леше показалось, что он говорит это во сне, так как глаза оставались закрытыми, а голос был тихим и слабым. – Спокойной ночи, Стас, – негромко ответил Леша и взялся за дверную ручку. – М-хм.

***

Дымов вернулся домой, когда большая стрелка часов указывала на цифру пять, а маленькая – на три. Парень завалился на кровать спиной и нечитаемым взглядом смотрел в потолок. "Поцеловал бы тебя..." так и вертелась огромным роем в мыслях; Леша то хмурился, то закрывал глаза, то вовсе усмехался, потому что он не мог понять основной сути сказанной Стасом фразы. Или просто не хотел понимать? Но одно было известно точно – парень в эту ночь так и не сумел уснуть.