Она слишком близко

Утром состоялась встреча с царицей Златой города Золотого. Первый раз увидев её, князь подумал, что она действительно сделана из золота. Всё на ней было из этого металла: серьги, браслеты, платье, макияж, обувь. Единственное отличие: каштановые волосы. Но и на голове была золотая диадема. У женщины была прекрасная осанка и бархатный голос. Сам Владимир Верный захотел преклониться перед ней и служить верой и правдой. Так сильно заворожила она своей красотой. Сам дворец соответствовал царице — золотой и богатый. В главном зале его висела огромная люстра почти до пола, наполовину сделанная из хрусталя. На высочайшем потолке были прекрасные фрески с элементами золота. Зал был наполнен бордовыми обитыми тканью диванами и стульями. Кажется, такую мебель можно было встретить только здесь. Злата сказала мужчине, что гостей поселит как подобает, и на этот счёт он может не волноваться. Весь разговор она ровно и почти неподвижно сидела за столом, лишь слегка двигая губами. Владимир же стоял, будто провинившийся мальчишка. Он пытался выглядеть гордо и важно, но на фоне неё никто не мог быть гордым и важным. Все казались лишь пылинками, в то время как она была веником. Прекрасным и сильным веником, который смахивал всю пыль с глаз долой. Так и гостя после разговора проводили из комнаты лёгким взмахом руки. По крайней мере, он узнал, что царица сама удивлена поведением животных и желает найти решение этой проблемы. Так что, если князю придёт идея постановления, он может смело ей поделиться. Это было понятно. Не понятно то, как ему найти эту идею? Где отыскать корень зла? Владимир зашёл в тупик. Легко было добраться до точки разгадки, но сложно было найти саму разгадку. Наивно было полагать, что сама царица расскажет ему, где сидит плохой человек, как до него добраться, и в какое время. Единственное, что пришлось бы сделать: избавиться от негодяя. Связать, посадить в тюрьму или даже убить, если не будет другого выхода. Нет, не всё так просто в жизни. Возвращаясь в выделенную ему палату, мужчина задумчиво массировал виски. Что делать дальше? Сегодня его сын сказал, что очень соскучился по родному дому и своей постели. Отец пообещал ему, что в скором времени мальчик вернётся туда. — Не успеешь даже глазом моргнуть! — шутливо сказал взрослый. Глеб намеренно несколько раз моргнул, подхватывая озорное настроение. Князь составлял в своей голове план. Первым делом определённо нужно провести тренировку для себя и оставшейся дружины. Физические занятия всегда очищали разум — это то, что сейчас было нужно. Прохор, Васька Смирной, Потапыч… Они погибли в погоне за мирной жизнью, погибли, доверившись государю и Ей, которая дала подсказку. Это не должно быть напрасным. Дверь открылась.

***

Дарья снова заметила убранство комнаты. Она была просторной, не поскупилась царица. Только для чего это простой девушке? На стене над постелью висел огромный гобелен, вышитый золотыми нитями. Стол здесь был выкрашен белой краской, что показалось Даре странным. Возможно для того, чтобы не отягощать прекрасным металлическим цветом интерьер. У государыни был вкус. Но девушка в этом не разбиралась, потому лишь в восхищении рассматривала роскошь, стоя посередине комнаты. Как тут жить и не бояться, случайно, испортить что-нибудь красивое? А красивым здесь было всё. Занавеси на окнах поблёскивали от солнечных лучей, а у кровати стояла… свеча, но она была в золотой сфере на ножке, очень красивое приспособление для освещения, но скорее всего, Дара даже пользоваться им не будет. Вдоволь налюбовавшись и аккуратно пощупав ткани гобелена, занавесок и постели, девушка отправилась к сестре. Мария оставалась в тереме, потому что нельзя было говорить о её положении в обществе. Для здешней власти девушка была просто мещанкой, слугой князя. Но в спальне для слуг во дворце её тоже нельзя было оставлять: опасно, что узнают в лицо. Путь к дому от дворца пролегал через главные ворота, и, проходя, Дарья услышала какой-то неоднозначный шум. Её сердце пропустило удар. Она подошла ближе, чтобы посмотреть на источник звуков. Павел Серебряный-младший и ещё пять неизвестных мужчин, девушка предположила, что это его советники, въезжали в город Золотой. Местные вышли посмотреть на это необычное явление, отвлекаясь от своих дел. Сам царевич Серебряный приехал сюда! Тот самый, который плевался, что больше никогда ноги его здесь не будет. Что могло случиться? Но Дара знала что. И её сердце забилось ещё быстрее. Павел спустился с лошади. Девушка поняла, что пора уходить и попыталась незаметно проскользнуть возле ворот. Ничего хорошего, если он её заметит, не будет. — Эй, ты! — раздался голос царевича. Сердце снова ёкнуло в пятки. Девушка подумала, что, верно, кричат не ей, но на всякий случай обернулась. — Да, ты, девка, иди сюда! Дара ошиблась, он заметил именно её. Сестра недавно познакомила их, наверняка, запомнил лицо. Не выполнить приказ царевича она не смела. Глаза любопытного народа теперь были обращены на неё. Дарья остановилась в двадцати дюймах от мужчины, который был ей противен. Было бы в силах девушки, она бы сейчас же ударила его смазливую персону по гладковыбритой щеке. Как он посмел так поступать с её сестрой! — Ты… — снова повторил царевич, злобно усмехаясь. — Да-да, я тебя запомнил. Слишком подозрительным было твоё лицо. Дарья стояла с каменным лицом, не выражая ни презрения, ни страха, хотя внутри всё клокотало от злобы. А он подходил всё ближе. — Отвечай, где твоя сестра! — нависая над девушкой, выходил из себя Павел. — Что она тебе наговорила?! — Насколько я знаю, Мария осталась с вами во дворце, — строя из себя дурочку, отвечала Дара. — А что-то случилось? Последний раз мы с ней виделись… — Врёшь, мерзавка! — перебил её мужчина, грозно шипя. — Правду говори! — Я же сказа-ала, я не зна-аю! — растягивая гласные, продолжала играть девушка. Замахнувшись рукой, Павел с силой влепил Дарье пощёчину. Раздался характерный хлопок, и девушка сотряслась от силы удара. Она нагнулась, держась за саднившую щёку. Её желание выполнили на ней же. Какая ирония судьбы! До сих пор наблюдавший народ охнул, неизвестный маленький ребёнок вскрикнул от страха. Почему-то Даре показалось, что это мог быть Глеб. — Не распускай руки, подлец! — раздался крик князя, сорвавшегося с тренировки, как только увидел странную потасовку. Он не подоспел раньше, и теперь гладкая щека девушки, к которой день назад так ласково он прикасался, горела огнём. Дарья медленно подняла глаза на царевича, опуская руку со щеки. Теперь они были полны злости. Готовые излиться во что-то страшное ещё несколько минут назад, вот они. Горят. Это было последней каплей. Павел привык бить женщин, но Дара — не Маша, она привыкла давать сдачи. Ботинком девушка ударила ему прямо между ног, угодив в намеченную цель. Собравшаяся «публика» снова охнула, теперь ещё громче. Незнакомая девушка бьёт царевича Серебряного на виду у народа города Золотого. Бежавший на разборки князь в шоке остановился. Сила этой девицы наконец-то проявилась. Не ожидавший такого мужчина громко застонал от боли и схватился за ушибленное место. Он чувствовал своё унижение перед всем городом и огромную ненависть к сестре своей невесты. — Схватить курву и высечь! — хриплым голосом, едва отдышавшись, приказал своим советникам царевич. Они поспешили выполнить приказ, но тут их нагнал Владимир. — Стоять! Она под моей защитой, — мужчина встал перед девушкой. Народ города Золотого был в шоке от происходящего. Таких представлений они отродясь не видели. Царевич, едва оправившись от боли, заговорил: — С большим уважением к Вам, князь, но эта девка оскорбила мою честь на людях и теперь должна быть наказана! — Без излишнего уважения к Вам, царевич, эта «девка» — моя главная приближённая, и Вы тоже не имели права распускать на неё руки. Оба мужчины повернулись и только сейчас заметили, что к ним навстречу шла сама царица Злата. Весь народ лёг перед ней наземь в поклоне. — Здравствуй, царевич Серебряный. Какими богами к нам? Есть какие-то претензии к моим гостям? — Здравствуйте, Ваше Величество, — Павел взял руку царицы и поцеловал тыльную сторону ладони, что, по мнению Дары, было неуместно: они разных статусов и из враждующих городов. Царевич, видимо, тоже был ослеплён красотой женщины. — Дело в том, что Ваши гости были до того и нашими гостями. И перед тем, как уехать из Серебряного, они украли мою невесту Марию. Пока я пытался разобраться в этом, «приближённая» князя осквернила мою честь. — Прошу заметить, что Вы первым ударили мою приближённую. — Ах, вот оно что здесь творится! — произнесла царица, пока Дарья заинтересованно рассматривала её. — Раз дело такое серьёзное, я считаю, тут нужен суд. Мои слуги всё могут устроить, но завтра. Я предлагаю вам остаться у нас, Павел. — Ваше Величество, Вы, как всегда, рассудительны. Я Вам благодарен и согласен остаться, — ответил Серебряный и продолжил прожигать Дарью взглядом, но она делала вид, будто этого вовсе не замечает. Злата приказала слуге проводить царевича и его советников, а народу разойтись. Дара хотела отправиться к сестре, но была поймана за руку князем, который прошептал на ухо: «Тихо!», и повёл её совершенно в другую сторону. Когда они завернули за угол одного из жилых домов, оказавшись в тёмном месте, Владимир остановился и, предупреждая последующие вопросы, объяснил: — Больше нельзя ходить к сестре тем способом. А лучше вообще не ходить, отправим Якова. Слугам царевича приказано следить за нами, куда бы мы ни пошли. Нужно быть очень осторожными. Девушка ничего не ответила, кивнула. Хотелось что-то сказать, но ни слова, ни мысли не складывались. Взор князя смягчился. — Как твоя щека? — он аккуратно дотронулся до неё мягкими подушечками пальцев. У Дарьи пошли мурашки по телу. Она вспомнила нежные поцелуи… но тут же сосредоточилась на реальности. Девушка проверила больное место. — Саднит немного, если нажать. — Павел — отвратительный подлец. Его статус небольшой, но он позволяет себе делать всё, что вздумается, — князь злился, в особенности на себя, ибо не был рядом чуть раньше. Возможно, этого можно было бы избежать… — Знаю. Но… что нам говорить на суде? Это может дойти до громадных размеров: допрос людей в Серебряном, всех, кто мог видеть, слышать произношение имени; и тогда… кража человека будет раскрыта, словно преступление совершили только мы. — Какая опасность грозила твоей сестре? — Дара боялась этого вопроса. Потому что для князя на него не было ответа. — Я не могу тебе сказать. — Не доверяешь? — Владимир поднял левую бровь. Хотя девушка была уверена: он знает, что доверяет, просто издевается. Милославская закатила глаза. — Нет, это секрет и не мой, поклялась не рассказывать. — Я могу быть уверенным, что это что-то важное? Иначе мы заваримся в эту кашу из-за пустяка. — Это того стоит, поверь мне.

***

Возвращаясь во дворец, Дарья думала о том, как бы привести правдоподобные аргументы в свою пользу на суде. Вообще, она ни разу не была на такого рода собраниях, в их городе всё решалось само собой, но могла представить, примерно, как это происходит. Спокойным шагом девушка поднималась по лестнице, и, уже на верху её, заметила узкую приоткрытую дверцу в стене. Она не была позолоченной, а наоборот, сливалась с цветом стен, что было странно в этом замке. Природное любопытство побудило девушку заглянуть в щёлку. Внутри никого не было, но через отверстие были видны блики солнца. Она присмотрелась и приметила многочисленные полки со склянками. Комната местного лекаря? Тогда почему замаскирована? Дарья оглянулась. Вокруг не было ни души, так что она аккуратно зашла внутрь комнаты. Посередине её стоял стол, на нём тоже банки и… котёл? Что-то это напоминало девушке. Она только сейчас заметила, что внутри не было окон. Откуда тогда блики? Одна склянка посреди стола была закрыта крышкой, в отличие от других, находящихся на полках. В ней была тёмно-зелёная жидкость. Дара осторожно оглядела сосуд сверху вниз. От стекляшки так и веяло опасностью. Девушка помнила от бабушки: никакие опасные жидкости и растворы не действуют, если не пить и сильно не вдыхать их. Поэтому Дара открыла крышку и взмахом руки направила к себе поток воздуха вместе с запахом… болота и соли. Не самое приятное сочетание, но этого было достаточно, чтобы девушка поняла, что это за средство.

***

Яков в сумерках шёл по городу. Оказавшись у нужной избы, он постучал в заветную дверь. Его встретило озадаченное лицо Марии. — Здравствуй, Яков. Что-то случилось? Девушка пропустила его вовнутрь. — Информация будет не из приятных… — начал парень, закрывая за собой дверь.