Красивая кукла

На живот давят ногой со всей силы, что хочется выть, дёргать руками не получается, они будто онемели. Нога поднимается, чтобы ударить со всей силы. И карие глаза открываются, всё ещё красные ото сна. Кошмар из-за болей внизу живота. Елизавета пытается понять, что с ней происходит. Согнула колени и почувствовала влагу. — Почему именно сейчас? — в панике сказала она, смотря на бёдра, испачканные кровью. Именно тогда, когда Андрющенко полностью голая и прикована к кровати, совсем не имеющая возможности хоть что-то сделать со случившимся. Теперь нужно ждать Киру, которая может появиться даже под вечер. А ещё страх реакции. С одной стороны, там тоже женщина, с которой должно происходить тоже самое, с другой, непонятно, что можно от Медведевой ожидать. Она может разозлиться, только потому что ей противно. Киры, как назло, не было долго. Она спала, потому что после вчерашнего интима допила бутылку полностью. Проснулась она часа через три. Жутко раздражённая, потому что голова болела, а во рту, словно пустыня Атакама. Даже два стакана воды и три сигареты не исправили её настрой. Пора идти к Лизе. — Я искренне надеюсь, что за это время из тебя ничего не вы…твою мать! Кира с отвращением смотрела на кровавое пятно и Лизу, что зажмурилась. Вдох. Выдох. Сжала челюсть и расстегнула наручники. — Иди отмывай в раковине. — буркнула Кира. Елизавета послушно сняла простынь с кровати. На матрасе тоже оказалось пятно. Стало страшно. Кира молча села на корточки и потёрла глаза. — Иди отмывай, я сказала. — проскрипела сквозь зубы Медведева. Лиза ушла в свой туалет, чтобы отстирывать в раковине. Ожидала худшего. Швырнув подушку и одеяло на пол, Кира взяла матрас, чтобы отмыть это пятно нормальным средство. Кинув его к другим вещам, она посмотрела на пустую кровать и увидела, что там валяется раскрытая шпилька. Тут максимально очевидно зачем она здесь лежит. Ярость начала сжирать изнутри, потому что воспользовались её доверием. Теперь Кире ясно, почему Андрющенко так умоляла не возвращать её в подвал, ведь оттуда не сбежишь. А Медведева то верила слезам и поведению, как у напуганного мышонка. Забрав шпильку в карман, она направилась к девушке. — Мразь! — вот что услышала Лиза, которая спокойно терла под водой ткань, перед тем как ей прилетело ногой. Упала, ударившись головой об кафель. Продолжали пинать, целясь по спине и ногам, крича оскорбления и проклятия. Лиза даже не может сразу понять, за что, только руками больную голову прикрывает. Удары прекратились. Молчат и взгляд тяжёлый чувствуется. Кира хватает за волосы и дёргает, чтобы поднялась. — Хотела сбежать?! Так пошли! Лизу поволокли. Лестница далась особо тяжело, ведь её протащили коленями по ступеням, потому что та упала. Казалось, что её тащат в подвал, но Кира собиралась её проучить по другому. Открылась входная дверь и Лизу кинули на крыльцо. — Пиздуй! Давай, уебывай отсюда! Елизавета подняла лицо и в страхе смотрела на Киру. — Хотела валить?! Вали! Прямо так иди! Вот дальнобойщики обрадуются, голая баба посреди улицы! И похуй, что у тебя месячные, они тебя в жопу ебать будут, не переживай, так что довезут тебя до города, если не оставят подыхать у трассы! Тебе же у меня плохо, значит с ними будет лучше! — Нет! До Андрющенко не сразу дошло, что произошло. Осознав, как глупо её спалили на попытке побега, хотелось начать драть волосы от своей же тупости. — Чего нет?! Давай! Иди! — Я хочу остаться с тобой! После этих слов Кира подошла к избитой, чтобы ударить ещё раз, но Андрющенко обхватила руками её ногу, прижимаясь к ней лицом. — Я сразу же передумала! Мне так стыдно, что я вообще это хотела сделать! — Лиза начала рыдать, сжимая чужую ногу. — Отпусти, животное. — прошипела Кира и выдернула из дрожащей хватки свою часть тела. Ну и что теперь с ней делать? Безнаказанным оставлять такую наглость нельзя. Избитое жалкое тело, пускающее от истерики слёзы и слюни, вызывало только отвращение. — Поднимайся! — опять хватают за чёрные волосы. Тащат опять в дом, но теперь ведут в ванную. — Отмывайся. — скомандовала Кира и ушла. Тело болело, поэтому Лиза сидя оттирала кожу под водой, пытаясь успокоиться. Перед этим она сняла бинты с запястий и увидела, что они заживают, но только останутся шрамы, которые всегда будут напоминать ей о том, что было с ней в темном подвале. Кира вернулась, чтобы кинуть на пол пачку прокладок и своё старое нижнее бельё. Мужские трусы, что неудивительно. Медведева заметила состояние запястий Елизаветы. В голову пришла идея, как отомстить за попытку предательства. — Побрейся. — Кира указала пальцем на место, где лежала её бритва. Кое-как девушка сделала и это. На деле, Медведеву интересовалась гладкость только одного места на её теле, на которое она имела планы. Лиза вышла из ванной комнаты, где Кира уже ожидала её со шваброй и ведром. — Ты кровью мне полы перепачкала, иди отмывай всё. С болью во всём теле Андрющенко послушно драила полы под тяжёлым взглядом Киры. Но это не было той самой идеей. Ещё Медведева специально плевалась на пол рядом с местом, где Лиза мыла, чтобы та работала дольше. Столько презрения к Елизавете девушка не чувствовала давно, хотелось заставить её чувствовать настоящий животный ужас. Лиза закончила и её отправили в свою комнату. Она начала убирать беспорядок, оставленный там. Мокрая кровавая простынь была убрана на подоконник сохнуть. А вот матрас пришлось перевернуть чистой стороной и положить обратно. Обняв подушку, девушка лежала и думала, что с ней будет теперь. Она винит только себя в произошедшем, если бы не её мысли сбежать от единственного человека, которому, по её мнению, на неё не плевать, то сегодня избиения не было бы. Дверь открылась и зашла Кира. Она держала полотенце в руках. На пол комнаты пролетела открытая пачка прокладок. — Ты забыла. — Спасибо. — тихо ответила Лиза. Кира начала запирать дверь, что вызвало волнение у брюнетки, та думала, что Медведева просто решила занести средство гигиены. Значит, сейчас Лизе будет очень больно. — Руки поднимай. — сказала Кира, смотря на наручники, что сегодня были забыты на прутьях спинки кровати. Как самая послушная собака, Лиза выполнила приказ и её прикрепили к кровати. Кира села на больные ноги, чтобы та не дёргала ими. В полотенце, которая она принесла оказались перекись и лезвие. — Нет, нет, молю! — увидев металл, в панике закричала Андрющенко. Кира ухмыльнулась. Изначально она хотела взять ещё кляп, но решила не отказывать себе в удовольствии послушать чужие крики. — Не дрыгайся, иначе хуже будет. Лиза зажмурилась. Лезвие впилось в кожу на самом боку внизу живота неглубоко, но достаточно, чтобы разрезать её, чтобы остались шрамы. Рука начала выводить буквы под чужие крики, больше от страха, ведь адреналин в крови Андрющенко настолько поднялся, что она слабо чувствовала боль. «С» тяжело выводится, дальше была буква посложнее «О», буква «Б» была полегче. Слово длинное, Лиза за это перестала кричать, адреналин слегка понизился, поэтому острая боль начала вызывать пот и звон в ушах, ведь резали по столь мягкому месту, заставляя мычать через закушенные губы. Кира убрала руку, смотря на буквы, из которых текла кровь. Красота. Но это не всё. Она оттянула бельё, обнажив свежевыбритый лобок. Лиза просто отвернула голову, ещё раз зажмурившись. Первые две буквы дались легко, а последние она выводила медленнее, из-за чего под конец Андрющенко опять крикнула. Медведева налила перекись на полотенце и прижала на порезанные участки тела. — Всё? — жалобно спросила Лиза. Кира молча отстегнула наручники и вышла, закрыв дверь. Елизавета полежала ещё час, прижав полотенце к телу, приходя в себя. Как стало полегче, убрала ткань с раны, кровь уже успела свернуться, и увидела, что там: во весь низ живота «собственность», и на лобке «Киры». — Собственность Киры. — прочла Лиза ещё раз, но уже вслух. От этой надписи на своём теле она почувствовала странные эмоции. Её пометили, словно скот. Но с другой стороны, у неё появилось облегчение, что от неё не отреклись. Лиза все ещё нужна Кире, а это сейчас главное, ведь каждый кому-то должен быть нужен. Медведева в этот день больше не заходила к ней, на следующий тоже не пришла, отчего Лиза начала сильно переживать. Девушка начала сидеть около двери, и каждый раз, когда слышала шаги, надеялась, что сейчас к ней зайдут, но этого не происходило. На третий день стало хуже. Лиза не ела эти дни, но сейчас ей было плохо от того, что она хочет увидеть Киру. Любую — злую или в хорошем настроении, хотящую заняться с ней сексом или просто, чтобы накричать, не важно. Главное, чтобы появилась. Девушка хочет попросить прощения, ведь она чувствует себя виноватой и не может простить себя, пока её не простит Кира. Прижавшись к двери, она прислушалась. Услышала шаги. — Не уходи! Пожалуйста, не уходи! — начала кричать Лиза, ударяя в дверь. Кира остановилась и ухмыльнулась. — Умоляю, прости меня! Медведева решила зайти к ней потом. Сейчас ей будет полезно посидеть ещё в одиночестве и подумать над своим поведением. Лиза услышала шаги, которые уходят и заплакала, обняв ноги. Ей кажется, что теперь её никогда не простят. Укусила себя за руку, потом ударила по ранам. Физическая боль помогла отвлечься. Она сидела, как Хатико, у двери ещё несколько часов. Поняв, что ждать сегодня ещё бессмысленно, она пошла попить воды из-под крана. Заметила свою забытую одежду, которая до сих пахла спиртом. Взяв вещи в руки, решила их прополоскать с мылом, чтобы хоть чем-то себя занять. Тем временем Медведева в своей спальне делала дорожки из порошка на экране своего телефона. Товар хороший, прямиком из Колумбии в столицу закатов привезли. Через трубочку из купюры вдохнула. Потёрла глаза и начала ждать, когда подействует. Лиза убрала простынь с подоконника и положила на него мокрые вещи. Простынь надо стирать ещё раз, но не сегодня. Ей надо поспать. Выключила свет и легла, пытаясь заснуть. Но покой нарушила открывающаяся дверь. — Ты уже спать собралась? Время только 8 вечера. — спокойно спросила Кира, которая слегка потрясающийся рукой закрыла замок. Лиза была рада такому подарку — Кира наконец-то пришла, а ещё и в нормальном настроении. — Я себя не очень чувствую. — ответила девушка. — Заболела? — Кира подошла и дотронулась губами до чужого лба. — Вроде нет. Кокаин начинал действовать. Хотелось приласкать девушку. Кира села на кровать и начала поглаживать тонкую кожу. — Порезы болят? — Несильно. — Ты же понимаешь, что сама виновата в этом? Чувство вины давило её все эти дни, а сейчас на это нажали с новой силой. Она упала лицом в колени Киры и начала плакать. — Прости меня, клянусь своей жизнью, что больше так даже не подумаю поступить. — сквозь хныкание проскулила Лиза. — Тихо, тихо. Я прощаю. Девушка приподнялась и посмотрела в глаза с расширенными зрачками. — Правда? — Да. Стало легче. Твёрдая рука Киры прикоснулась к щеке и погладила её. Лиза приблизилась к её лицу и горячее дыхание Медведевой почувствовалось на её губах. Блондинка улыбнулась. — Закрой глаза. — мягко скомандовала Кира, и Лиза сразу послушалась. К искусанным губам примкнули губы Киры. Рот приоткрылся и разрезанный язык зашёл в него, играясь с чужим языком. Лиза и не замечала, что у девушки сделан сплит. Когда поцелуй разомкнулся, Кира облизала свои влажные губы и самодовольно посмотрела на пленницу. Та была красная, смущённо улыбаясь. — Пиздец, какая же ты всё-таки красивая. — сказала Кира, разглядывая её лицо. — Спасибо. — очень тихо ответила та, всё ещё стесняясь поднять глаза. — Но понимаешь, простить то я тебя простила, однако надо тебе искупить свою вину. Я тебя пожалею, поэтому ничего сложного не дам, просто сейчас тебе нужно кое-что сделать. — Кира расстегнула ширинку, и спустив штаны с бельём до щиколоток, легла. Лиза сначала растерялась, думая, что же ей делать, но быстро взяла себя в руки и послушно расположилась между ног, придерживая волосы за ухом. Она никогда не делала это, но сейчас ей нужно постараться не разочаровать девушку. В итоге она начала шевелить языком, будто кошка, лакающая молоко. Необычно, но приятно для Киры. Она даже не сдерживалась, как обычно, и издала пару раз томный стон. Хотя, это больше из-за порошка, что всегда заставлял давать слабину. — Побыстрее давай. — под кайфом ощущения становились ярче, но все равно хотелось большего. Лиза начала быстрее шевелить языком. В одурманенный голове Кира её назвала «старательной девочкой». Та правда думала, что сейчас окончательно пытается искупить свою вину, а не просто сексуально обслуживает Киру. Честно говоря, ей нравилось, что она делает, но девушка пыталась врать самой же себе, но затвердевшие не от холода, ведь в комнате тепло, соски заставляли принять тот факт, что возбуждена. Но у Елизаветы получилось, Медведева начала чувствовать приближающуюся разрядку, чтобы помочь брюнетке, начала поддаваться бёдрами под её темп, а рукой залезла в чёрные волосы. — Блять. — ругнулась Кира, когда оргазм пробил её тело, заставляя сжимать в руках чужие волосы, отчего услышала небольшой писк. Лиза поднялась, поглаживая место, где потянули волосы, и посмотрела на красное лицо Киры. — Всё хорошо? — Неплохо, это первый раз? — спросила Кира, тяжело дыша. Девушка кивнула. — Тогда даже очень неплохо. — Кира натянула одежду на себя обратно. — Я загладила вину? — неуверенно спросила Лиза. — Что?.. А, да. — у Киры и из головы вылетело это. — Ложись ко мне. Кира раздвинула руки, чтобы та улеглась в её объятиях. Андрющенко лежала чуть дыша, слушая, как быстро стучит сердце девушки, пока та гладит её по спине. — Я сегодня останусь с тобой на ночь. Засыпай. — Спасибо. — тихо ответила девушка, сильно радуясь в глубине души. Андрющенко очень повезло, что кокаин действует на Киру так. Сама же Кира, когда посреди ночи ей не спалось, и начался отход от наркотика, стала думать, что же ещё она хочет получить от этой мирно спящей пленницы? Однако, сошлась сама с собой на том, что ей нужно ещё дать поблажку, чтобы точно не хотелось бежать, и эту же поблажку она повернёт в свою выгоду.