Искусство и идиотизм

Повествование от лица Стаса.

«I just wanna feel real love fill the home that I live in, Cos I got too much life. Running thru my veins Going to waste…» – Я просто хочу почувствовать, как настоящая любовь наполняет дом, в котором я живу. В моих жилах слишком много жизненной энергии, которая растрачивается впустую.. Roкbbie Williams – Feel.

21:03. Улица. Вдох-выдох. Вдох-выдох. И так еще пять раз. Легкие начинают сокращаться чуть медленнее. Кажется боль отступила и грудную клетку перестало неприятно сдавливать. Помню только, что пару минут назад я шел рядом с тем назойливым придурком, а потом в глазах внезапно потемнело, и мне будто перекрыли кислород. Я оставил ингалятор дома. Так не вовремя. Ах да, совсем забыл, я же грёбаный астматик. Не помню, когда это началось, но… -Эй, дружище, ты в порядке? От размышлений оторвал взволнованный голос. -Чёрт…- я, все еще согнувшись в три погибели и оперев руки на колени, повернул голову на говорящего. - это верно подмечено, Рыжуля. «Нахал». Идеально белые волосы прилипли ко лбу, на лице проступил пот, в глубоких голубых глазах мелькнул испуг. В горле встал неприятный ком, мне снова перестало хватать воздуха. Но на этот раз от чувства стыда. Наверное сейчас я выгляжу жалко, как тогда…Когда в детстве одинокая мать прибегала на плачь ребёнка, измазанного в крови и грязи. Так издевались дети со двора. За что - никому не известно. Ему часто доставалось в начальной школе за свой слишком яркий вид, за слишком широкую улыбку, за голос, за молчание, да просто за его существование. Типичный изгой. Женщина пыталась успокоить малыша. Она вытирала его слёзы рукавом кофты и прижимала к своей груди. Но слёзы никак не переставали течь по испачканным щекам. Тем ребёнком был я. Голос осип. Кашлянув в кулак, я выдавил: -Эм… всё нормально, забей. -Нет, нихрена не нормально. Мы только что шли, а ты вдруг начал задыхаться и валяться на земле. Я, по твоему, любитель смотреть на то, как люди подыхают? Я что, по-твоему, маньяк какой-то? Я прыснул: -Хаха ну может слегка. -Идиот. Медленно встав и стряхнув дорожную пыль со своих уже не белых штанов, я выпрямился. Голова раскалывается. Во рту пересохло. Ощущение будто меня приложили к асфальту и заставили проглотить килограмм песка. -Не хочешь выпить со мной?- моя злость и необъяснимое неприятие к этому парню испарились, лишь недоумение и интерес. Я просто хотел передохнуть от одиночества и посидеть с кем-нибудь. Говорить о чем-то необязательно. Сойдёт даже просто молчание в компании. В ответ удивленный и снова этот обеспокоенный взгляд. Со смесью чего-то еще. Может, это интерес? Ну уж нет, я не знаю как выглядит лицо заинтересованного во мне человека, в жизни видеть не приходилось. -Тебе 18 то есть? -Конечно нет. -И кто же будет тебе покупать алкоголь, да еще и в такое время? -Ты, конечно же. Если не хочешь бросить своего подыхающего знакомого на произвол судьбы. Его брови нахмурились так, что между ними появилась забавная ложбинка, а губы вытянулись в тонкую полосу. Чертёныш взял меня под локоть и повел куда-то в сторону перекрёстка. Я не сопротивлялся: не хотел, да и не мог. Слишком сильно вымотался.

***

Медленным ходом мы дошли до неизвестного мне ларька. -Чего ты хочешь, Рыжуля? -Не называй меня так. Иначе я буду до конца жизни называть тебя… придурком. Я не знаю, отвали. -Ладно-ладно, тогда выберу на свой вкус. Мы вышли на улицу с черным пакетом, в котором забавно бренчали две бутылки красного вина. Моя квартира недалеко от колледжа. Никакой роскоши. Облупленная однушка: спальня с большой скрипучей кроватью, маленькая кухня и ванная. Хотел покрасить эти стремные грязно-зелёные стены, но, открыв банку с едкой краской, я снова сидел на полу в припадке. Передумал. Я открыл железную дверь подъезда, на которой было чёрным по белому «Аня шлюха», а чуть выше и номер падика «4». Где-то слышал, что в японской мифологии эта цифра означает «смерть». Забавно не правда ли? Подъезд. Лестница. Балкон. Еще одна дверь. И, наконец, моя стрёмная хата, в которой не то что гостям посидеть, самому стрёмно находиться. Но кажется белобрысого придурка это не смутило. «Звяк-звяк»-его цепочка издавала звук каждый раз, как он делал шаг. Придурок вошел в квартиру и даже бровью не повел. «А может он и не придурок»-подумалось мне. -Прости за обстановку. Располагайся. -Да ничего, видел и хуже. -Хуже? -Ага, хоромы моего бати например. Он любит выпить, поэтому совсем перестал следить за всем, что происходит вокруг него. Даже про меня забыл. Вот я и бросил учёбу, пошел работать в местный клуб и купил себе небольшую обитель. Ненамного лучше твоей. -Ясно. Пакет зашуршал под моими руками, и вот, на маленьком круглом столике уже стоят две красивые бутылочки портвейна из темного стекла с матовой этикеткой и красной надписью «1997». «Крепкий». -Давай лучше в спальню, там места побольше. -О, только недавно познакомились, а уже зовёшь в спальню? -О, наступил мне на ногу, мудила, а потом заломился ко мне домой, чертила?- передразнил я его. -Эй, вообще-то ты сам позвал. И хватит называть меня мудилой или чертилой, мне уже перестало нравится. Называй Геня. -Ты ж Геной был. Может тебя еще крокодилом называть? Хотя стой, твоим Чебурашкой становиться я явно не хочу. Посади в коробку с апельсинами кого-нибудь другого. -Знаешь, почебурахаться я с тобой не то чтобы против, но ты по-моему перечитал сказок. А Геней меня ток младшая сестра звала. Она… в общем её… короче не суть. Ты просто очень похож на неё, поэтому даю тебе полное право называть меня так. И не иначе, понял? -Понял, ладно. Стоп, что ты там в начале сказал, извращенец? В ответ полнейший игнор. Чертила-мудила-Геня подхватил наши запасы портвейна одной рукой и, без труда найдя нужную комнату, плюхнулся на кровать. Недовольный скрип пружин пронзил слух так, что создалось ощущение, будто из ушей вот-вот хлынет кровь. Крокодил достал из заднего кармана своих чёрных свободных штанов нож-бабочку и с его помощью открыл первую бутылку. -Ну что, за твоё здоровье. -Очень смешно.