Mirror

Дыхание Сабрины сбилось, а сердце учащённо стукало, будто намереваясь выпрыгнуть из грудной клетки. Девушка судорожно осматривалась, пытаясь найти Нечто, но его вой исходил словно бы отовсюду. Сабрина обратила внимание на парней: те также оглядывались в поисках угрозы, пребывая в ужасе. Малфой, как самый собранный из всех, послал в небо сноп красных искр. В ответ на вопросительные взгляды ребят, тот ответил: — Наша надежда только на скорейший приход Хагрида, Мерлин бы побрал его идею разделиться, — парень судорожно вздохнул, нервно вглядываясь в чащу леса под усилившийся вой. — Так, Сабрина, на тебе щит, мы с тобой, Блейз, отбиваемся и защищаем Сабрину, которая защищает нас. Не успели ребята сгруппироваться, как из-за кустов полетел красный луч заклинания. Девушка, успев среагировать, выставила Протего в сторону нападавшего. «Это волшебник! Не тварь, они же не могут посылать заклятия». Парни моментально стали насылать множество заклинаний в сторону Сущности, в надежде замедлить или ранить объект, но тот виртуозно отбивался, успевая направлять проклятия в слабые стороны щита, которые Сабрина не всегда успевала прикрывать. В процессе Драко и Блейза успело несколько раз задеть различными заклинаниями. Так продолжалось несколько минут, и дети измотались, а Нечто будто было полно сил и энергии. Внезапно Протего разбился, отчего тройка двинулась врассыпную. — Инкарцеро! — нечеловеческим, шипящим голосом послало проклятие Сущность, целясь в Драко. — Протего Максима! — мгновенно прикрыла однокурсника Сабрина, вкладывая в щит все свои силы, и заклятие, посланное в Малфоя, отлетело в уклонившуюся Сущность, наславшую следующее проклятие: — Secare! — прошипело Нечто, направляя магию в сторону девушки. Та, не успев увернуться, вскрикнула от острой боли в левом плече, а мантию пропитала тёмная жидкость — кровь. Моментально среагировав, Блейз послал Протего к Сабрине, согнувшейся пополам. Сущность же не остановилась, насылая повторное проклятие: — Инсендио! — неприкрытый Блейз резко сгруппировался, не успев отскочить, после чего упал, потеряв сознание. Тело парня покрывало множество ожогов. Через мгновение боль Рины отступила, а сердце забилось чаще от переизбытка адреналина, заставив Сабрину встать и продолжить сражаться. Дети были измотаны, а конец, казалось, был близко — из всех подростков не был ранен только Малфой. Сабрина уже была готова отправиться на тот свет — силы иссякли, а сражаться дальше будто уже не имело смысла, но ей повезло: — Круцио! — заклинание так и не дошло до девушки: Нечто выгнулось, будто в приступе боли, после чего взлетело и направилось в обратную сторону. Вой стих. Шокированные, подростки так и не поняли, что именно произошло, ещё с минуту судорожно оглядываясь в поиске врага. — Оно ушло? — спросила Сабрина. — Похоже... — ответил Малфой. — Что это было? Сабрина подлетела к лежавшему Забини, осматривая раны и думая, чем можно помочь. Драко же оглядывался, готовый в любой момент вновь вступить в бой. — Это волшебник. — Что? С чего ты так решила? — спросил Драко. — Твари не умеют колдовать, насколько я знаю. А этот, хоть и без палочки, накладывал заклятия. На тебя, Драко, Инкарцеро хотел наложить. — У магических тварей магия работает не как у нас. А этот слал смесь курса ЗОТИ и тёмной магии. Блестяще, Сабрина. И как я сразу не понял... — Не до раздумий было, мы выжить пытались, — Рина зашипела: адреналин сошёл, и боль догнала девушку. Драко обратил внимание на Сабрину, сидящую у Блейза, после чего высказался непереводимыми ругательствами, засуетился, спросив: — Что с ним? — Ожоги. Он без сознания. Может, головой ударился, когда уклонялся, — Сабрина ощупала его голову, найдя под ней липкую субстанцию, пахнущую железом — кровь. Ранение из-за неудачного уклонения показалось бы Сабрине нелепым, если бы это не был её друг. Сейчас же та судорожно пыталась придумать, как поступить, подавляя накатывающую панику. — Ты тоже ранена, — заметил Драко, указывая на глубокую рану. Осмотрев пострадавшего Блейза, юноша замялся, опустив взгляд и покрывшись румянцем, трудно различимым в полутьме. — Ты прикрыла меня. Я этого не забуду. — Сочтёмся, — Сабрина удивилась подобной реакции Малфоя, но не подала виду. — Так, и что делать дальше? — Драко осмотрел опушку: линия высоких деревьев заслоняла весь обзор — замка не видать, а позади было огромное озеро. — Мы точно заблудились, пока бежали от этого уёбка, — Малфой, пребывая в панике, не стеснялся в выражениях, применяя магловскую обсценную лексику. — Точно не бродить по лесу. Так мы вряд ли найдём путь назад. — Драклы меня дери... — Драко, схватившись за волосы, будто размышления приносили ему боль, принялся ходить взад-вперёд, после чего внезапно остановился. — Согласен. Будем посылать красные искры в небо каждые пять минут. Рано или поздно нас должны найти, если тупица Хагрид догадался сообщить преподавателям, — Сабрине захотелось воскликнуть: «Не называй его так!», но боль в плече казалась всепоглощающей, и попытки не показывать парню свою боль отнимали все силы. Драко послал в небо сноп красных искр и оглянулся: Малфой зацепил взглядом Сабрину, всё ещё сидящую рядом с Блейзом и зажимающую кровоточащую рану: — Мерлин всеблагой, — тот резко подобрался и подошёл к девушке, подсвечивая себе Люмусом, принявшись осматривать рану. — Плохо дело, кровит сильно. На твой запах сбегутся все оборотни, — не дожидаясь ответа, тот разрезал заклинанием край своей мантии и перевязал им плечо девушки. Предвещая Сабринины благодарственные слова, тот высказался первым: — Сочлись, — будто подкалывая однокурсницу, ответил он. — Сейчас не полнолуние, так что не сбегутся, — вмешался очнувшийся Блейз. — Ты как? — к парню подлетели подростки, осматривая. — Больно, голова кружится, тошнит. Не критично. — Не вставай, а ещё лучше — не двигайся, — Сабрина действовала инстинктивно, судорожно продумывая, что сможет помочь другу. — Слушаюсь и повинуюсь, mia regina, — после минутного молчания Блейз вновь заговорил: — Зря мы выбежали на опушку. Мы тут как на ладони были. — Уже ничего не изменить, — ответил Драко. Малфой трансфигурировал из веток два аккуратных стульчика со спинкой, один из которых подал Сабрине. Девушка же шокировано присела, осознавая на личном опыте свой разрыв в силе и подготовке с чистокровными волшебниками: Сабрина могла похвастаться покосившимся стулом, созданным из бревна, зубочисткой, отдалённо похожей на иголку, и грубой табакеркой. Блондинка приняла решение налечь на трансфигурацию перед экзаменами. Прошло полчаса, а следов помощи так и не появилось. На Сабрину нагрянула тоска, отягощающаяся болью. Что, если они так и останутся на опушке леса? А что, если их убьют? А если Нечто вернётся? Девчонка погрязла в тихой панике, а ком в горле перекрывал кислород. Внезапно Сабрина и Драко подорвались с их мест: на опушке послышался шорох. Ребята осмотрелись и застыли в ужасе: множество красных глаз окружали детей. По всему телу Сабрины прошла дрожь, а кровь застыла в жилах. — Акромантулы, — сделала вывод Сабрина. — Вот о них-то я и забыл. Кровь привлекла, — ответил Малфой. — Я не виновата, — заявила Сабрина. — Не спорю. По уже отработанной схеме парень и девушка принялись отбиваться от гигантских пауков. Заклинания отскакивали от хитина акромантулов, что ухудшало положение школьников. Через несколько минут борьбы оба уже были измотаны. Удивительно, но Малфой вёл борьбу не только заклинаниями из курса ЗОТИ. Видимо, некоторые знания передавались по наследству и держали в тайне. Вдруг из-за кустов появился Дамблдор. — Иммобилюс! — все пауки взлетели и зависли в воздухе, не в силах пошевелиться. За директором показались Снейп и Макгонагалл. — Доброй ночи, студенты. Никто не пострадал? — собранный и серьёзный, Дамблдор пробежался оценивающим взглядом по подопечным. Ребята указали на лежащего Блейза. К парню подлетел декан змеиного факультета, принявшийся накладывать уже знакомые блондинке чары, вызывая дежавю. Чувство облегчения, разлившееся по телу, стало самым лучшим, что Сабрина почувствовала за этот день.

***

Сабрина сидела в Больничном крыле, высокие потолки которого больше не действовали на девушку так удручающе. Мадам Помфри, худощавая женщина средних лет, порхала вокруг девушки, обрабатывая рану и причитая о глупых отработках, подвергающих школьников такой опасности. Спустя время, в Больничное крыло зашёл профессор Дамблдор. — Доброй ночи, мисс Коннорс. Как ваше самочувствие? — обеспокоенный взгляд старика упал на подчинённую. — Здравствуйте, профессор Дамблдор. Уже гораздо лучше, спасибо, — директор присел на край кушетки, где лежала школьница, и наложил заглушающие чары. — Это чтобы не потревожить остальных пациентов, — указал на спящего на соседней койке Блейза. — Расскажите, что произошло в лесу, — под взглядом добродушного старика Сабрина кратко пересказала произошедшее, с трудом сдерживая нервную дрожь, так тщательно скрываемую всё это время. — Вы знаете, кто это был? — задала вопрос Сабрина. Директор обречённо вздохнул. — Думаю, вам, и Гарри в особенности, стоит об этом знать, — обеспокоенный Дамблдор выдержал паузу. — Я считаю, что это был Волан-де-Морт. — Как? — Сабрина ахнула. — Он же давно умер. — Нет, не умер. Боюсь, что он жив, хоть и очень слаб. Поэтому он пьёт кровь единорога. О, она может вернуть к жизни, но ценой утраты всего светлого и радостного. Такая жизнь станет самым настоящим адом, — директор задумчиво отвёл взгляд в окно. Спустя полминуты Сабрина нарушила повисшее молчание. — Но как так вышло? Что он не умер? — На данный вопрос я, к сожалению, не знаю ответа, — Дамблдор вздохнул, опечаленный известиями, после чего продолжил: — Но я точно знаю, что сейчас Гарри требуется защита и поддержка его друзей. — Конечно, профессор. Можно рассказать друзьям о случившемся? — Дамблдор утвердительно кивнул, после чего продолжил: — Вы делаете успехи в магии. Думаю, в конце этого семестра можно будет закончить наши занятия, — тот заговорщически улыбнулся, похлопав девушку по плечу, после чего задал неожиданный вопрос: — Могу ли я взять ваши воспоминания об этой ночи? — Взять воспоминания? И такое возможно? — Дамблдор кивнул и, словно умиляющийся своим внукам дедушка, улыбнулся. — А я буду помнить, что произошло? — Конечно, — заверил Дамблдор. Сабрина кивнула, выражая одобрение действиям директора. — Подумайте о сегодняшней ночи. Не бойтесь, это не больно, — Рина выполнила требование, после чего Дамблдор поднёс палочку к её виску, и оттуда просочилась светящаяся нить. Директор отлеветировал нить в колбу, заперев её пробкой. — Благодарю вас. А теперь отдыхайте. Сабрина ещё долго не могла уснуть, перебирая в голове произошедшее.

***

— Как ты могла, Сабрина? — Рон, пребывая в ярости, расхаживал по убежищу после рассказа о событиях прошлой ночи. — А что мне нужно было, по-твоему, сделать? — Сабрина находилась на грани между спокойствием и бесконтрольной злостью. Девушка чувствовала себя уставшей, хотелось провалиться в сон прямо на этом месте, но раздражающий фактор в виде вспыльчивого Рона никак не отпускал её. — Сказать нам! — И что бы вы сделали? Избавили от отработки? Научи потом этому заклинанию, — Рон немного подумал, после чего выдал: — Не знаю, но ты должна была! — чаша терпения у Сабрины переполнилась, отчего та стала плеваться ядом. — Что должна была? Сказать вам? Мой проект — это моё дело, и вас никак не касается. — Как ты могла довериться слизнякам? Я думал, мы друзья и за помощью ты придёшь к нам! — Сабрина глубоко вздохнула, молясь Мерлину, чтобы случайно не облить Рона всеми возможными оскорблениями. — Рон, не тупи. У вас свои проекты, на кой мне обращаться за помощью к и так занятым людям? — информация, добытая такой ценой, очень помогла слизеринцам. Зелье уже настаивалось, а сдать работу школьники планируют раньше срока. Малфой, как обладатель самого аккуратного почерка занимался оформлением свитка со всей информацией, Блейз, вышедший из Больничного крыла через два дня после инцидента, всё систематизировал и расставил в нужном порядке, а также помогал Сабрине варить эликсир. — Ах, я, значит, тупой, а твои слизняки умные, да? — Рине захотелось дать Рону подзатыльник. — Нет, не тупой, — Коннорс вздохнула, собираясь с мыслями. — А из моих «слизняков» только Блейз. — Рон, — вмешалась Гермиона, — ты раздуваешь конфликт из ничего. Успокойся. — Я не хочу успокаиваться! Я был прав: эта слизнячка нас предаст при любой возможности! — такого Сабрина не ожидала, отчего растерялась, не зная, что ответить. К счастью, за подругу вступился Гарри: — Рон, что ты такое говоришь? Это её проект, и она не обязана нам докладывать обо всех своих делах. — Нет, обязана! К ней доверия меньше всех. Я смог простить ей то, что она прикрыла слизняков, ведь, по её словам, это было выгодно для нас, но якшанье со слизнями — перебор! — А что мне нужно было сделать?! Заниматься работой отдельно? Может, ещё, съехать с гостиной по твоему слову? — взорвалась Сабрина. — Зато не со слизнями! — Да что ты как маленький обиженный мальчик ходишь и вечно плюешься на факультет, будто абсолютно все его представители — зло? Перерасти уже свои обиды! — Уизли не выдержал и, толкнув девушку, удалился из убежища. Сабрина, в попытках сохранить равновесие, сорвала ткань со стоящего в углу зеркала. Повернув голову, та вновь увидела отражение женщины и мужчины, так сильно напоминающих её саму. Женщина могла похвастаться длинными светлыми волосами того же оттенка, что и у Сабрины, небольшим носом и губами и выразительными глазами. А мужчина напротив обладал коротко стриженными тёмными волосами, прямым крупным носом, пухлыми губами и чёткой линией челюсти. Они улыбались, смотря с зеркала. Заворожённая, блондинка осмотрела его: на раме была надпись «Erised stra ehru oyt ube cafru oyt on wohsi» . Послышался звук хлопнувшей двери, и Сабрина отвлеклась от изображения. Девушка оглянулась: Гарри нервно сжимал кулаки, напряжённая челюсть выдавала злость, а Гермиона с трудом сдерживала слёзы. — Тут Волан-де-Морт вернулся, а он обиженку строит... — тихо выругался Гарри, после чего вышел из кабинета. Гермиона, нервно взглянув на Сабрину, побежала за ним. В кабинете осталась только блондинка, внимание которой вновь перешло к удивительному зеркалу. Она уже видела этих людей в зеркале, когда убирала кабинет, но почему же не уделила внимание? Гнев моментально сменился заинтересованностью. Кто эти люди? Не могут же здесь отображаться её родители, это же не зеркало родословной? Хотя, вполне возможно, ведь волшебный мир таит в себе много всего. А если это действительно её мама и папа? Сабрина взяла стул, поставила его напротив зеркала и принялась размышлять, рассматривать... Мечтать. О жизни с родственниками, без вопросов о том, что случилось и почему так вышло. А что, если бы Сабрина родилась в семье волшебников? Постепенно мысли укатились к небольшому светлому дому где-то на окраине деревушки по типу Хогсмида. Доброй матери, которая, несомненно, должна была искусно владеть искусством зельеварения, так полюбившегося Сабрине. А отец — бравый аврор, защищающий обычных работяг-волшебников от страшных тёмных магов. И вот, придя на закате со службы, тот целует в щёку жену, уже накрывающую на стол, и подхватывает дочь, поднимая в воздух под звонкий смех последней. Сабрина вздрогнула: на улице уже темнело, а на плече лежала рука старика. Дамблдор. Что произошло? Почему резко наступил вечер? — Вы уснули перед зеркалом, мисс Коннорс, — будто прочитав мысли, сказал директор. — Ох... — Сабрина вновь взглянула на зеркало, где всё ещё отображались мужчина и женщина. — Что это за зеркало? — девушка протёрла лицо ладонями, пытаясь унять сонливость. — Это зеркало «Еиналеж». Вы уже разгадали его тайну? — Нет, сэр. — Что ж, счастливейший человек на свете увидит в зеркале своё отражение и только его. Понимаете? — назидательным тоном начал профессор. — То есть несчастливый человек увидит, в чём его счастье? Или то, что хочет увидеть? — Не совсем. Это зеркало показывает наши самые сокровенные желания. Но оно не даёт нам ни правды, ни знаний. Многие сходили с ума, глядя в это зеркало, — Дамблдор выдержал паузу, убеждаясь в том, что ученица осознала сказанное. — Поэтому для вашей же безопасности зеркало будет перенесено в другое место. — Я даже не поняла, что я увидела... — надулась Сабрина. — А я думаю иначе. Не обманывайте себя, мисс Коннорс.

***

Время шло, на улице стремительно теплело, а зелень окутывала всё, до чего могла дотянуться. Приближались экзамены. Золотой квартет, замявший недавний конфликт обычным игнорированием его существования, готовился совместно. Как и обещала самой себе, Сабрина налегла на трансфигурацию и чары, отчего оценки под конец года подросли. Сабрина направлялась на предпоследнее занятие с директором в этом учебном году, питая надежды на то, что на следующем курсе той не потребуется тратить время Дамблдора и дальше. Да и, признаться, та ощущала, как стала лучше контролировать свою силу, а шрамы на руках стали отличным стимулом работать изо всех сил. Занятие пролетело незаметно, а директор добродушно улыбался, через раз нахваливая ученицу, что, естественно, подымало её дух. В конце урока Дамблдор внезапно заявил, что больше они заниматься не будут. — Могу я узнать почему, профессор? — О, после экзаменов младших курсов я отбываю в Министерство по срочному делу. А вы уже достигли приемлемого уровня контроля. Продолжайте медитации и дыхательные упражнения, и вы достигнете больших успехов. Ваша волшебная палочка вас больше не подведёт, — директор искренне улыбался, поощряя способную ученицу. Из кабинета Дамблдора Сабрина вышла заряженная на успех. Так, в приподнятом настроении девушки, прошли экзамены. Звёзд с неба Сабрина не хватала: «Превосходно» по зельеварению, скромное «Удовлетворительно» по трансфигурации и «Выше ожидаемого» по остальным предметам. Сабрину поразило то, что письменные экзамены писались специальными зачарованными перьями, не дающими списывать. Блондинка злорадно заметила, что Рону этот факт принёс большие проблемы. Школьники сидели на поляне, греясь на солнце, и обсуждали прошедшие экзамены. Внезапно Гарри замер, а его глаза наполнились испугом. — Что случилось, Гарри? — Гермиона первая заметила изменение настроения друга. — И как я раньше не понял... Мы знаем, что Пушок охраняет Философский камень — ингредиент для эликсира жизни, который нужен Волан-де-Морту, который где-то в лесу пьёт кровь единорога, чтобы оставаться в живых. И, Сабрина, не спорь, Снейп хочет украсть его для Волан-де-Морта, чтобы возродить его. Как он собирается пройти мимо Пушка? Это можно узнать только у Хагрида. А откуда у Хагрида взялось драконье яйцо? — ребята недоумённо переглянулись. — Нужно срочно поговорить с Хагридом, — дети помчались к дому лесника. Тот сидел на крыльце, разделывая мясо. — Хагрид! — Золотой квартет одновременно окликнул лесничего, отчего тот встрепенулся и выронил нож. — О, детишки. А чевой вы не развлекаетесь? Экзамены же закончились. — Кто дал тебе яйцо дракона? — Гарри начал первым. — Ой, я не знаю. — Как это не знаешь? — Он был в капюшоне. — И что, он просто подошёл к тебе, отдал яйцо и ушёл? — задала вопрос Сабрина. — Ну конечно нет. Сначала он расспрашивал меня о моих других животных. Никто же не доверит зверушку неопытному хозяину. Но я его заверил, что после Пушка я точно справлюсь. К каждому можно найти подход. Вот Пушок засыпает, стоит ему услышать музыку, — дети переглянулись, ужаснувшиеся услышанному. — Зря я это сказал, зря... Ребята направились в школу за поспешившим Гарри. — Что думаешь, Гарри? — включился Рон. — Нужно срочно сообщить профессору Дамблдору. Снейп знает, как пройти мимо Пушка. — Оу... — Сабрина внезапно остановилась, испугавшись. Конечно, та не верила, что Снейп хочет украсть Философский камень, но это не значило, что кто-то другой не планирует кражу. — Дамблдора нет в школе.