Mirror

— Это ещё что такое? — взгляд Нарциссы Малфой сразу упёрся в оставленные на полу бутылки из-под вина, а нос уловил соответствующий запах в комнате. На улице уже давно перевалило за полдень, и, как заботливая мать, та решила проверить, всё ли в порядке с её отпрыском и его друзьями. Миссис Малфой, быстро осознав ситуацию, моментально пришла к гневу. Нотт и его друзья резко подорвались со своих мест и встали по линии напротив миссис Малфой. Голова Теодора гудела, словно улей, наполненный гвоздями, а горло пересохло. — Мам, ты всё не так поняла... — Драко выглядел не так плохо, как остальные, и моментально включился в миссию под названием «Уйти от наказания». — Ага, как же! Бутылки на полу, дети как помятые листы пергамента. Что же тут можно неправильно понять, сын? — виновники смиренно опустили головы, осознавая, что из такой передряги им не выкрутиться. — Что же я вашим родителям скажу? Какой позор... А твой отец, Драко, что скажет? — Мам, пожалуйста, давай не будем его уведомлять об этом... недоразумении, — Нарцисса скрестила руки на груди и молча рассматривала выстроившихся перед ней детей. Тишину решила нарушить Пэнси: — Миссис Малфой, мы правда провинились, но может, не будем ставить в известность наших родителей? Мы тихо всё уберём, приведём себя в порядок, и никто ни о чём не узнает. — Думаете, я поощряю ваше пьянство? — колкий взор упёрся в Пэнси. — Ни в коем случае! Тем более мы же в честь Рождества решили попробовать. Дома, а не где-то в подворотне Лютного переулка. Ничего не разгромили, вели себя тихо и спокойно легли спать. — Рано или поздно мы бы попробовали алкоголь, уж лучше так, — вмешался Блейз. Нарцисса тяжело вздохнула, подумав с минуту, после чего вынесла приговор: — Чтобы через полчаса в комнате было убрано и свежо, все выглядели прилично и сидели за обедом. Если твой отец, Драко, узнает, то разбираться будешь сам. А, и ваше наказание — всё это без антипохмельного зелья. Если вы уже такие взрослые, то отвечайте за последствия в первую очередь перед собой. Миссис Малфой вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Ребята выдохнули. — Пронесло, — заключил Теодор. — Драклы... — начал было Драко, но был прерван Тео: — Забей. Главное — теперь привести себя в порядок и не попасться на обеде. Ребята молча рассредоточились по комнате, принявшись заправлять постель, убирать бутылки и бокалы, искать заранее приготовленную сменную одежду. Первой в ванную отправилась Паркинсон. — Как же болит голова... — пожаловался Теодор. — Согласен, больше никогда не буду пить! — воскликнул Драко. — М-да, наказание миссис Малфой выбрала действенное, — заметил Блейз. — И всё же мне понравилось так проводить время, — сказал Теодор. Обед прошёл отлично, и мистер Малфой ничего не заподозрил либо не подал вида. К вечеру Теодора забрал отец. Каникулы проходили относительно спокойно. Тео для себя решил, что, может, Адель и его отец разойдутся и всё будет как прежде. Нотт-младший действительно тяжело привыкал к изменениям в его обычно размеренной жизни. Поэтому Теодор много времени проводил в своей комнате, зачитываясь приключенческими книгами, или во дворе, коротая время за тренировками боевой магии, изредка посещая трапезы. Как бы ни был недоволен отец, заставить сына полюбить Адель тот не мог. И так, заглушая в себе все эмоции чтением и боем, Тео провёл каникулы и затем, вновь встретившись с друзьями, отправился в Хогвартс.

***

Праздничный ужин прошёл рутинно, вот только объекта слежки Нотта не было на нём, отчего Тео и Блейз начали беспокоиться. Золотая компания выглядела крайне подавленной, исходя из чего умница-Теодор сделал вывод: что-то случилось. Беспокойство переросло в злость — почему в его жизни всё так стремительно меняется? Тем же вечером, в спальне, тот высказал своё предположение Драко. — Может, её наконец-то исключили из школы? — Драко новость порадовала. — Сомневаюсь, иначе об этом уже все бы знали. — Откуда? — лениво спросил Драко. — Министерство должно было бы об этом знать, может, даже написали бы в газетах. — А как к нам Министерство относится? — сонный Драко очень туго соображал. — В Министерстве работают родители наших однокурсников, — Малфой понятливо протянул «А-а». — Ну тогда не знаю. Умерла, может. Давай спать, это не так важно. Прошёл день, два, неделя. Коннорс всё не появлялась, декан ходил чернее тучи, компания Поттера — также. Теодор начал искренне беспокоиться, не умерла ли, действительно, Коннорс? Впрочем, весь факультет был озадачен пропажей. В один из вечеров Теодор, Драко и Пэнси сидели в гостиной, читая учебники по трансфигурации. — Где Блейза носит? Его занятия с деканом уже давно закончились, — внезапно прервался от чтения Драко, обеспокоенный пропажей друга. — Не знаю, может... — Теодор почувствовал дежавю. Он не успел ответить — в гостиную влетел староста. — Я нашёл нашу пропажу. — Это какую? Коннорс? — спросила префект Фарли, заинтересованно отложившая какой-то свиток. — Её самую. В Больничном крыле она, попала туда ещё до окончания каникул, — Теодор почувствовал одновременно облегчение и напряжение: что-то в его жизни, а именно наличие Коннорс, не изменится, но что же такого должно было случиться, чтобы однокурсницу с каникул забрали в Больничное крыло? — Наверное, Блейз там. Пошли забирать уже нашу пропажу, — предложил Драко, и друзья молча направились в Больничное крыло. Каждый думал о своём по пути туда. Зайдя внутрь, подростки обнаружили сгорбившуюся фигуру Блейза, сидящего на койке возле Коннорс. Он выглядел таким подавленным, таким разбитым, что Теодор невольно испытал беспокойство за грязнокровку. Всё настолько плохо? — Блейз! Вот ты где, мы тебя обыскались... Мерлин, что с твоими руками, Коннорс? — спросил Драко. Теодор ужаснулся: руки Сабрины были покрыты окровавленными бинтами, а сама она не реагировала ни на что. Соответственно, ответа от девушки со стеклянными глазами и безэмоциональным выражением лица компания не дождалась, отчего пришлось обращаться к Блейзу: — Мадам Пофри сказала, что она почти всегда не в сознании, а когда приходит в себя, то похожа на... Ну в общем-то, вы и сами видите, — Теодор понял, что никому не желает такой судьбы. Быть заточённым в собственное тело казалось парню самым ужасным, что может случиться. — Отец рассказывал мне о таком, когда я спросил его о невербальной магии. Тупица рискнула попробовать? — Нотт задумался: а что же такого случилось, что Коннорс потребовалась магия? Приглядевшись к её лицу, тот увидел еле заметный синяк на скуле. Именно в этот момент Тео понял, что жизнь слизеринского несчастья не так проста, как кажется. — А давайте ей отомстим сейчас! Всё равно отпор дать не сможет, — Пэнси, вцепившись в руку Драко, восторженно задёргала парня. — Это низко, Пэнс. Так нельзя поступать даже с грязнокровками. Лежачего не бьют, — Теодору было искренне жаль девушку, именно поэтому тот не позволил друзьям так поступить. Впрочем, Блейз бы тоже не позволил. Затем наступил день рождения Теодора, отождествлённый со смертью его матери. Тео никогда не праздновал, о чём заранее были предупреждены все друзья. Никаких подарков, никаких поздравлений. Лишь короткая, сухая записка от отца. День был поглощён во мрак и тяжёлые думы Теодора о том, что всё могло бы быть иначе. Однако Нотт всегда возвращался к тому, что по-другому уже не будет, и достаточно быстро приходил к привычному настроению. Прошло ещё немного времени, и Коннорс вернулась в гостиную, а её друзья вмиг вернули хорошее расположение духа. Теодор думал, что наконец-то может выдохнуть, но что-то в его нелюбимой маглорождённой было не так. Холод, безэмоциональное лицо и временами острый, уничтожающий взгляд. Такой она была только на распределении. Будто что-то в Сабрине сломалось. Естественно, о том, что произошло, никто, кроме её друзей, не знал, но те держали рот на замке. Коннорс вернулась на занятия и очень скоро показала себя на практических по ЗОТИ как сильный маг, отчего её, во избежание травм у других студентов, поставили к крепкому Теодору. Вот тут-то он думал, что отыграется: подлые заклятия в щиколотки, скорость, с которой мог справиться только он. Сабрина очень быстро выматывалась, часто падала, но всё ещё не выдавала ни единой эмоции. Он предполагал, что сможет расшатать девушку, но она оставалась безразличной, отчего вновь невольное беспокойство охватило парня. Что это за враг, что не даёт отпора? Что это за борьба без эмоций? «Проснись уже. С тобой интересно только тогда, когда ты даешь отпор», — внезапный порыв, попытка помочь, а может, и вернуть всё на свои места. Естественно, Теодор продолжал слежку за Коннорс. Однако, помимо внезапного похода к Хагриду, ничего необычного не происходило. Пока в один из вечеров Сабрина внезапно не ушла из гостиной. — За ней! — внезапно отдал команду Драко. — Зачем? Ребят, вы же обещали отстать от неё! — возмутился Блейз. — Мы проследим за ней, чтобы убедиться, что ничего плохого не произойдёт. На нас же повесят вину! — заверил Драко, стремительно двигаясь к выходу. — Ну да, конечно, так я вам и поверил! — сказал Блейз, шагая за компанией. По пути за Сабриной Блейз шёпотом пытался отговорить ребят, а когда попытался закричать, чтобы Коннорс обратила на них внимание, ему закрыли рот и завели в нишу. — Блейз, мы просто проследим. Ничего от этого не будет. — Добрый вечер. Что вы делаете вне спален после отбоя? — профессор Снейп, внезапно материализовавшийся за спиной Теодора, посылал в студентов гневный взгляд. — Коннорс ушла из спальни, и мы за ней следили! — выпалил Драко. — Неправда! — выпалил в ответ Забини. — Нотт, правду! — глаза декана, сложившего руки на груди, будто бы потемнели ещё больше. — Коннорс ушла, видимо, на встречу с гриффиндорцами, — декан тяжело вздохнул и послал патронус, предположительно Макгонагалл. После чего вся бравая компания поплелась вслед за Снейпом к выходу из замка, где и встретила профессора трансфигурации. Отловив Сабрину и её друзей, всех направили в кабинет Снейпа для разбирательств. Теодор заметил, что Коннорс всё это время не проявила ни единой эмоции, из-за чего скребущее раздражение вошло в игру. — Потрудитесь объяснить, что вы делали за пределами спален после отбоя? — Макгонагалл была вне себя от ярости. — Мисс Коннорс, вы недавно вышли из Больничного крыла, а уже разгуливаете по ночам! — на лицо Теодора поползла улыбка — вот сейчас то Сабрина отреагирует. — А вы, джентльмены и леди, что делали вне спален? — профессор трансфигурации обратила внимание на слизеринцев. — Так мы же вам доложили, что Коннорс ушла из спальни, — взгляд преподавателей оставался скептичным, и Малфой продолжил: — Если бы с ней что-то случилось, то всё свалили бы на её факультет, то есть нас. А нам проблемы не нужны, поэтому мы и доложили вам, — Драко невинно заморгал, вызвав раздраженную гримасу у Снейпа. — Мы были вне спален, чтобы убедить Хагрида перевезти его нового питомца в заповедник, — ответила Сабрина. «Опять питомец Хагрида», — обречённо вздохнул Тео. — Какого же, позвольте спросить? — вмешался Снейп. — Дракона, — преподаватели ахнули, а слизеринцы обескураженно переглянулись. — Вы же понимаете, что это серьёзное заявление, мисс Коннорс? — Снейп, в отличие от Макгонагалл, не потерял дар речи. — Понимаю, сэр. Можете проверить, он сегодня вылупился, а Чарли Уизли будет ждать на Астрономической башне через час, чтобы забрать дракона в заповедник. Мы планировали перенести детёныша туда и тихо всё решить, — Теодор ужаснулся: эти дети собирались самостоятельно перенести дракона через весь замок? Гриффиндорская тупость отвага заразна. — Почему же вы не обратились к преподавателям? — включилась Макгонагалл. — Потому что разведение и содержание драконов запрещено Конвенцией магов, а значит, Хагрида ждал бы Азкабан, — Нотт ехидно улыбнулся, встретившись со взглядом Драко. Наконец-то опасность в виде Хагрида покинет школу. — А вы, мистеры Нотт, Малфой, Забини, мисс Паркинсон, к этому причастны? — А мои однокурсники действительно приглядывают за мной: префект Фарли пыталась меня остановить, но я всё равно пошла к Хагриду, и те, кто здесь стоят, это видели. Видимо, действительно беспокоились, что со мной что-то случится и им за это достанется, — в голове у Теодора внезапно пропали абсолютно все мысли. Почему она прикрыла их? — Что же... Раз так, то можете идти. И ни шагу с пути до спален, леди и джентльмены. Покинув кабинет Снейпа, Теодор ошарашенно взглянул на Коннорс под аккомпанемент тирады Уизли о том, что той не стоило сдавать Хагрида. После того, как Грейнджер заключила, что это был единственный выход, Сабрина подошла к однокурсникам и сделала предложение, от которого порядочные маги отказаться не смогли: «Вы не трогаете меня, я не трогаю вас». После рукопожатия Малфоя и Коннорс, ребята разошлись, оставив Блейза на разговор с грязнокровкой.

***

Наступила весна, и абсолютно все на факультете помешались на баллах, а в особенности старосты, которые требовали от каждого полной самоотдачи в борьбе за Кубок школы. Теодор даже проникся речами префекта Фарли, поэтому на проекте по зельеварению, где был назначен к Поттеру и Уизли, старался не язвить и спокойно работать. Чего не скажешь о рыжем оборванце, который отказывался выполнять задачи. — Наша тема — бодроперцовое зелье. Давайте я буду варить, а вы с Роном искать информацию и записывать в свиток? — предложил Поттер. — Я с этим слизняком работать не буду! — воскликнул Рон, вызвав гневный взгляд Снейпа. — Рон, это просто проект. От нашей работы зависит оценка каждого, — пытался уговорить друга Гарри. — Уизли, хочешь на второй год? — Рон начал краснеть и хотел ответить что-то едкое, но Теодор продолжил: — Итоговая оценка составляется из экзамена и оценки за год. Твои оставляют желать лучшего, как и мои, так что мы в одной лодке и нам придётся работать сообща, — Уизли попыхтел, но под настойчивым взглядом Поттера сдался. Несмотря на перемирие, Теодор продолжал слежку за Коннорс. Он сам не понимал, зачем. Работа над проектом шла тяжко, но хотя бы не стояла на мёртвой точке. В один из дней, сидя за завтраком, к их великолепной компании подлетела разъярённая староста. — Малфой, Забини, поясните-ка мне, почему вас и Коннорс оштрафовали на пятьдесят баллов? Вы что ночью делали? Оба провинившихся молчали, опустив головы. — Значит так, либо до конца года вы нагоните эти баллы, и мы возьмём кубок школы, либо я вас троих мантикорам скормлю. Ясно? — парни часто закивали. — И Коннорс передайте, — староста гордо прошествовала обратно к своей компании. — Вы что такого натворили на пятьдесят баллов? — спросил Теодор, которого данная сцена позабавила. — Ну... Мы ночью пошли в Запретную секцию, чтобы найти информацию по проекту, и нас поймал Филч, дери его, когда мы уже шли обратно. Сняли баллы и дали отработку у него же, — рассказал Малфой. — А разрешение чего не попросили? — спросил Тео. — Ему не дали, — пояснил Блейз, лицо которого выражало неимоверную злобу на друга. — Ты мне вечно это припоминать будешь? — воскликнул Драко, на что Забини лишь тяжко вздохнул. Наступил день отработки, о котором ребята узнали из письма от Макгонагалл. Те напряжённо переглянулись с Коннорс, сидевшей за соседним столом, и принялись ждать полуночи. Теодор был взволнован после новости об отработке глубокой ночью, отчего весь день ходил нервный. Ночью Нотт сидел в гостиной, раздражённо подёргивая ногой и ожидая возвращения друзей и Коннорс. Время давно перевалило за третий час, а беспокойство за отработку друга никак не отпускало Нотта. Внезапно тот ввалился в гостиную, потрёпанный, с остекленевшими глазами и порванной мантией. Тео моментально собрался. — Что произошло? — Малфой не ответил, усевшись на диван перед камином. — Знаешь, Тео, мне кажется... Я не знаю, — раздражённо произнёс Малфой, сидя в залитой тьмой гостиной, облокотив локти на колени и смотря на пламя в камине. — Что кажется? — спросил Теодор. — Грязнокровка. Она мне сегодня жизнь спасла. А я хотел добиться её отчисления, — взгляд Драко не отрывался от пламени, а сам он будто бы стал старше на несколько лет. Он весь дрожал, а его голос срывался. — А что произошло-то? — Нас отправили в Запретный лес, — выдохнул Драко. — Что?! Детей в Запретный лес? Ты должен пожаловаться отцу! Все хоть живы? — воскликнул Теодор. — Я это и сделаю! — казалось, что Драко возмутился предложению друга, подразумевая, что он и так это сделает. — Да, все живы. — И что случилось там? — Теодор уже понял: ничего хорошего. Нога вновь нервно затряслась. — Хагрид решил разделиться: он пошёл сам, а мы с Блейзом и Коннорс — втроём. Нужно было найти раненого единорога, — Малфой больше не сдерживал свою привычку проводить рукой по волосам. — Мы шли, я с Коннорс поцапался, видите ли, а что чистокровные маги делают, чтобы грязнокровки не уничтожали их? — Драко был возмущён. — Так... — Ну мы нашли единорога, только из него пил кровь кто-то в чёрном балахоне. Этот хер с испражнениями мантикоры в голове напал на нас! Мы долго отбивались, Блейза и Коннорс ранили. Она меня прикрыла и сама пострадала из-за этого, — Драко истерически засмеялся. — Представляешь, я приклеивал её вещи к потолку, а она мне жизнь спасла, — Тео тихо выругался в ответ на рассказ друга. — Мы от него отбились, точнее, он не смог послать «Круцио» в Сабрину. Стали ждать помощь, посылать в небо красные искры, чтобы нас нашли. Но через полчаса ожидания на нас напали акромантулы. Акромантулы! О Мерлин, мы же чуть не погибли! Блейз ранен и не может встать, Коннорс на ногах, но тоже ранена. Повезло, что профессора подоспели, драклы их дери, — повисла напряжённая пауза, во время которой каждый думал о своём. Малфой казался таким разбитым, несчастным и одновременно злым. Теодор сначала не нашёл, что ему ответить. — Давай пойдём спать, — Тео понимал, что сейчас у его друга эмоции скачут. На следующий день Драко уже больше походил на самого себя, но что-то в нём изменилось. Тот стал более задумчивым, тихим. Естественно, мимо Пэнси данные изменения не прошли, да и Блейз, внезапно попавший в Больничное крыло после отработки, вызывал вопросы. Поэтому пришлось поведать подруге о похождениях в Запретном лесу. Та после новости о «Героине Коннорс» впала в ту же задумчивость, что и Малфой. Со временем всё начало возвращаться на круги своя, но никаких действий по отношению к Дамблдору, отправившему детей в Запретный лес, не последовало. Близились экзамены. Старосты ещё больше стали агитировать всех студентов учиться изо всех сил, и особенно подверженные её речам младшие образовали группы, в которых готовились к проверке знаний. Нотт отвечал за помощь с ЗОТИ и астрономией, Малфой — с чарами и трансфигурацией, Забини — с зельеварением, Паркинсон — травологией и историей магии. В один из дней, сидя у Чёрного озера на импровизированном пикнике, друзья занимались чарами. Неподалёку базировался Золотой квартет, на который в какой-то момент засмотрелся Драко. — Что такое? — подошёл к другу Нотт. — Влюбился в Грейнджер? — Что? Нет! Фу! — скривился Малфой. — А чего тогда ты так пристально за ними следишь? — засмеялся Тео. — Просто так. Нельзя что ли? — возмутился Драко. — Хм, они действительно выглядят так... Подозрительно? О Мерлин, они готовятся к экзаменам! — съязвил Теодор. — О, смотри! Куда-то уходят. Проследим? — Нотт уставился на Малфоя. — Нет, не надо. Может, просто решили пойти в замок, — задумчиво ответил Драко, вернувшись к Пэнси и Блейзу, всё это время практиковавшим чары. Наступили экзамены. Теодор неплохо справился со всеми предметами, кроме зельеварения, которое, спасибо Блейзу, не завалил. На следующий день по всему замку разлетелась новость: Золотой квартет пошёл в Запретный коридор и спас от Квирелла Философский камень. Узнав об этом, друзья ошарашенно переглянулись, после чего направились к диванам в гостиной для обсуждения. — Какому идиоту пришла в голову идея хранить столь ценный артефакт в школе? — Драко бродил взад-вперёд. — Угадай! Дамблдору, конечно, — заявил Теодор. — Идиот! Мало того, что подверг школьников опасности придурком-Квиреллом, так ещё и не воспользовался. — Откуда ты знаешь? Может, и воспользовался. — Дамблдор-то? Оплот света и надежды? — сарказм сочился из уст Драко. — Не думаю. Внезапно Блейз сорвался с места и пошёл прочь из гостиной. — Куда ты? — громко спросил Тео. — Проведать Сабрину! — в ответ на это оставшаяся троица скривилась. — Что с Коннорс делать будем? — спросил Теодор, не прекращавший по возможности слежку за слизеринским несчастьем. Драко вздохнул: — А что мы можем сделать? Уговор есть уговор. Оставим Коннорс в покое, драклы её дери, — Малфоя невероятно раздражала Сабрина в последнее время, но виду тот старался не подавать, демонстративно игнорируя её. Наступил последний ужин и объявление победителя Кубка Школы. Слизеринцы, все, кроме Коннорс, шли на него довольные, с гордо поднятыми носами, в полной уверенности, что они его сейчас заберут. Девушка села рядом с Блейзом и тем самым находилась в непосредственной близости к серебряной компании. Внезапно для всех участвовавших в походе гриффиндорцев наградили дополнительными баллами, и тем самым львиный дом обогнал Слизерин на десять очков. Теодор был готов взвыть и одновременно начать насылать проклятия в Поттера, но неожиданно для самого Слизерина Коннорс также наградили, таким образом, отдав победу змеиному дому. Облегчение разлилось по венам Тео, даря долгожданную улыбку. Победа досталась Слизерину. Совсем скоро школьники оказались в поезде. — Ну признайте наконец-то, что Сабрина не плохая! — с упоением пытался доказать Блейз. — Благодаря ей мы заполучили Кубок школы. — Если бы не Поттер и его компания, то мы бы и так его получили, — лениво пояснял Теодор. В итоге Блейз так и не добился своего. На перроне Теодора встретили отец и Адель, и Нотту внезапно пришлось вспомнить о его новой почти мачехе. Лето обещает быть весёлым.