Antepli

      Хаттуч слушала внимательно, но с мрачным выражением лица. Ей было больно и скорбно, что младшей племяннице придется подвергнуться прохождению медицинского осмотра у врача-акушера-гинеколога для предъявления доказательства девственности, но не согласиться на поступившее предложение было нельзя — либо кандидаты в женихи не слишком торопились, либо грязный слух отбил желание просить руки у дочери опозорившейся семьи.       Об этом предстояло сообщить Казыму. Он будет рад, что все-таки его дочь выйдет замуж именно в эту семью — Хаттуч была уверена — после подтверждения невинности с семьи Корханов можно было потребовать большой выкуп за то, что подвергли сомнению слово семьи Шанлы.       — Госпожа Хаттуч, если вы согласны, завтра мы с госпожой Ифакат нанесем вам визит, — закончила говорить Захиде.       — Захиде, — тяжело вздохнула госпожа Шанлы-старшая. — Мы ждем вас завтра с утра.       — Очень хорошо, госпожа, я сообщу об этом госпоже Ифакат, — сказала сваха. — До свидания!       — До свидания, Захиде, — Хаттуч отключила телефон и взглянула в окно своей комнаты. — Ай, Аллах! Что же это творится? Халис с ума сошел с такими требованиями, погубить нас решил…       Женщина с грустью оглянулась в противоположную от окна сторону, где стоял сундук с ценностями.       — Лучше бы тогда вообще не пытался принять извинения, — она сделала вывод, что глава семейства Корханов, таким образом, принял извинения, которые она принесла по телефону не так давно.       Хаттуч с болью в сердце шла к племяннику. Казым сидел на диване в гостиной комнате, попивая кофе и почесывая усы.       Она уселась рядом и начала говорить.       — Казым, ты только не нервничай сильно, — попыталась успокоить его тетушка.       — Что еще произошло, тетя? — спросил Казым, отставив чашку с кофе на столик. — Что-то известно о нашей беглянке?       Женщина отрицательно мотнула головой.       — Нашелся жених для Сейран, — проговорила она. — Парень молодой, красивый и главное, что не из бедной семьи, но и достаточно известной.       Фамилию Хаттуч не назвала. Да и об условии сказать язык не поворачивался — она была уверена, племянник воспримет эту новость в штыки и, в конце концов, не миновать детоубийства этим вечером в их доме.       Хаттуч в итоге взяла себя в руки.       — Корханы готовы протянуть нам руку милосердия. Для младшего внука Халиса-аги ищут невесту, но для нас они поставили особое требование – отвести девочку к врачу для проверки невинности, — Казым опешил от такого и соскочил с дивана.       — Эта девочка хочет сделать меня убийцей?       — Подожди, Казым, не делай поспешных выводов. В конце концов, после проверки можно с них просить большой процент за такое требование, — женщина постаралась убедить его и привести доводы, чтобы он смягчился.       — Верно мыслишь, тетя, — согласился господин Шанлы и вернулся на диван. — Эти Корханы заплатят за то, что посмели сомневаться в нечестивости моей девочки.       — Завтра утром их представитель — старшая невестка Ифакат придет вместе с Захиде. После обсуждения она поведет Сейран в больницу. Надо отправить с ними Эсме, — сказала Хаттуч. — Нужно будет заказать праздничную пахлаву к послезавтрашней помолвке.       — Хорошо, тетя. Передай Сейран и Эсме, чтобы сегодня ложились раньше, чтобы выглядели здоровыми перед гостями, — ответил он тете.       Хаттуч поднялась и шагала к дверям.       Тем временем Ифакат не находила себе места. Халис-ага не дал одобрения на кандидатуру в невесты Ферита младшей дочери Казыма Шанлы.       Телефонный разговор еще не был окончен, но обе стороны переговоров были взвинчены.       — Господин, это отличный шанс отплатить этой семье за причиненные унижения. Другого просто может и не быть! Я поставила им невыполнимое условие — уверена, они откажутся еще на пути к врачу, ведь должны же понимать — неоткуда будет взяться невинности девушки, — Ифакат сама не знала, откуда в ней взялось больше ядовитых слов про кого-либо, чем она могла себе представить. Девочка была ни при чем, просто уж ей не повезло быть младшей дочерью и сестрой. Ей было немного жаль ее, но потом она выбросила эту жалость из головы. Жалеть никого нельзя! Себе дороже!       — А девочка согласна пройти через все эти унижения, Ифакат? Она согласна на свадьбу? Где гарантии, что точно также как и старшая сестра, она не сбежит под ручку с парнем незадолго до свадьбы??! — негодовал Халис с другой стороны линии.       — Халис-ага, раз уж семья согласна, то и девушка не против, — спокойно ответила старшая невестка. — Тем более завтра я с госпожой Захиде нанесу им визит. Там и увидим.       — Хорошо, Ифакат, дай мне знать, как пройдет, — проговорил глава семейства Корханов уже более спокойно. — Кстати, завтра самолет у Орхана и Гюльгюн. Ферит тоже летит с ними. Организуй им встречу.       — Хорошо, господин. До связи, — Ифакат подождала прощания Халиса и отключила телефон.       Эта женщина многое делала для семьи, но часто прибегала не совсем к честным приемам в борьбе с внешним миром. Она имела за плечами немалый жизненный опыт, однако не видела недостатков в своих моральных ценностях, которые были весьма сомнительны и могли бы быть опровергнуты любым посторонним, если бы он узнал тайну Ифакат, пронесенную в новую жизнь через много лет.       Она поправила свои рыжие локоны и вышла из своего номера в холл отеля, в котором остановилась.       Сейран нервничала. Телефонные гудки шли долго, а сестра не торопилась брать трубку.       Наверное, Суна обрела счастье в любви и браке. Сейран по-белому завидовала сестре, что она смогла полюбить кого-то, а ее [Сейран] сердце не смогло впустить даже Юсуфа. По-честному признаться, он был для девушки как способ в лишний раз отдохнуть от дома, развеяться и достать необходимые учебники. С ним было легко и уютно, как с другом, но ничего большего, даже поцелуев в щечку между ними не было. По крайней мере, так думала девушка.       Сейран понимала, что, если позволит лишнее, неминуемо последует наказание от отца, а уж она за много лет никак не могла к ним привыкнуть, да и надо ли?       Она сбросила вызов и попробовала дозвониться снова и на этот раз Суна приняла вызов.       — Алло, Сейран, — отозвалась старшая сестра.       — Алло, сестра. Сестра, где ты была? Почему ты не брала трубку? Я нервничаю, переживаю! — тараторила младшая.       Суна улыбнулась. Когда она жила в особняке Шанлы, она уставала от болтовни младшенькой, но теперь скучала и была рада слышать ее.       — Хорошо-хорошо, Сейран! — сияла старшая. — Не переживай, все замечательно. Мы с Мехметом устроились хорошо, правда, первую брачную ночь не удалось провести вместе. Его отправили в командировку на месяц, а я осталась с его сестрой. Кстати, как папа отреагировал на мое исчезновение?       Сейран замялась, не зная, как ей сказать о боли, которую она испытывала до сих пор от синяков на теле. Сестра и так догадывалась, что ей пришлось непросто, но молчание еще больше убедило девушку в собственной правоте.       — Сейран? Сильно побил? — уже без былого энтузиазма в голосе спросила Суна. — Терпимо, — ответила младшая сестра.       — Прости, — старшая виновато покусывала губу.       — Ничего, сестра, главное, что ты счастлива с любимым, — успокоила ее Сейран. — Вот бы и мне такое счастье.       — Ну ничего скоро и в твою жизнь, я верю, придет большая и крышесносная любовь, что вся земля содрогнется, — пыталась развеять обстановку Суна.       — Нет, сестра, мне не нужна крышесносная любовь. Мне нужен тихий и мирный парень, чтоб я в нем души не чаяла, и чтоб жилось нам спокойно, — мечтала Шанлы-младшая, но ее мечтательность быстро улетучилась, вспомнив подслушанный недавно разговор тети Хаттуч и отца. — Но, увы, такого не будет. Жениха мне уже нашли. Завтра приезжают сватать, а там до свадьбы рукой подать. И не видать мне любви, как своих ушей.       — Ого, вот это скорость! К чему такая спешка? — удивилась девушка.       — Антеповские сплетни говорят, что я девушка порченная. На рынке невест на меня спроса нет. Хотели вообще за старика или разведенного отдать, но не нашлось и таких. Спасибо Корханам! — Сейран злилась на влиятельную семью и на собственное бессилие.       — Аллах-Аллах! Как же так? — Суна закусила палец, нервничая. — И кто же этот жених?       — Не поверишь ни за что. Младший брат твоего бывшего жениха — из Корханов! — рассказала она.       Суна замолчала, обдумывая, что сказать сестре, как поддержать ее.       — Сейран, мне очень жаль, что мой поступок так отразился на твоей судьбе. Прости меня, — извинялась старшая сестра перед младшей.       — Суна, — Сейран нечасто называла сестру по имени, но когда называла то значило, что она в обиде на старшую. — Ни слова больше! Сколько можно извиняться? Я же сказала — все нормально. Я не ропщу на судьбу.       — Сестренка, как я тебя люблю! Так бы и обняла, будь я рядом! — улыбаясь говорила сестре Суна. — Я завтра каким-нибудь образом постараюсь пробраться в особняк, жди меня.       — Сестра, но это опасно! Если папа увидит тебя, быть беде! — испугалась Сейран. — Ты что! Не нужно!       — Сейран, до завтра! — попрощалась старшая сестра. — Жди!       — До завтра! — разговор с сестрой поднял настроение Шанлы-младшей, что она теперь улыбалась.       Услышав стук в дверь, девушка торопливо спрятала телефон и убрала улыбку с лица.       В дверях стояла тетушка Хаттуч. Она явно пришла сообщить очередную новость.       — Тетя Хаттуч, что случилось? — спросила она.       — Сейран, сегодня с матерью ложитесь спать пораньше — завтра предстоит ответственный день. С утра приедет старшая невестка Корханов, сначала мы поговорим, а потом вы с ней и Эсме поедете в клинику на обследование, — рассказала женщина планы на утро.       — Тетя Хаттуч, неужели для меня все настолько безысходно? — с надеждой на отрицательный ответ спросила девушка.       — К сожалению или к счастью, — разрушила ее надежды Хаттуч, заставив впасть в панику.       Сейран металась по комнате.       — Девочка, успокойся, — сказала ей женщина. — Отец может зайти в комнату и увидеть твое состояние. Он только утихомирился, и я еле уговорила его принять предложение Корханов. Ты пойми, что лучшего предложения может и не найтись для тебя. Или ты желаешь быть женой старому или разведенному с детьми? Худшей судьбы для молодой девушки и придумать нельзя!       — Тетя, — Сейран приложила ладонь ко лбу, поморщившись от обиды. — Конечно спасибо, что ты стараешься, но как я могу выйти замуж за незнакомого парня? Я даже не знаю, какой у него характер, что он любит, как он выглядит. Я ничего о нем не знаю. А если он тоже, как отец, поднимает руки?       — Слишком много «как» и «если». Познакомишься с ним послезавтра на помолвке. Не ты первая, не ты последняя, — безжалостно отчеканила старшая Шанлы. — Разговор окончен.       Тетя вышла, оставив племянницу наедине с самой собой.       Сейран недолго думая вытащила телефон из укромного места и обнаружила смс от Юсуфа.       «Сейран, убедить в своих чувствах? Ты даже поцеловать меня стесняешься, а с другим перешла на другой уровень. Сразу понятно, что ты меня просто используешь. Сам я тебе не нужен. Давай перестанем вести эти бессмысленные разговоры. Я не хотел верить, что все плохо, но своими попытками убедить меня что ты действительно невиновна в этих слухах, только заставляют меня в это верить еще больше. Нет дыма без огня».       Строка в конце сообщения «вы не можете отправлять сообщения этому абоненту» окончательно добила младшую Шанлы и она пустила слезы.       Уснула она далеко за полночь, вновь и вновь перебирая в голове обидные слова возлюбленного.       Ифакат с самодовольным видом оглядывала будущую невестку своего господина. Ссадины и синяки на теле, загриммированные под слоем тонального она заметила и завуалировала в своем вопросе этот момент.       — Девушка занимается борьбой? Откуда это? — женщина обошла Сейран кругом, приподнимая ей волосы и осматривая шею.       — Некоторое время наша девочка ходила в спортзал, попробовать себя в некоторых видах спорта так сказать, — выкрутилась Хаттуч, чтобы скрыть истинную причину появления следов на теле девушки.       — Негоже молодой девушке, будущей невесте, заниматься такими видами спорта, — сухо ответила старшая невестка Корханов. — Но вы были правы, госпожа Захиде. Девушка хороша собой, образованна. Этого достаточно для того, чтобы стать невесткой богатой семьи. С деторождением я надеюсь, никаких проблем нет? А впрочем, мы это проверим сегодня.       Сейран в ужасе слушала эту женщину и не понимала, к чему были произнесены последние слова.       — Доктор назначила прием через полтора часа. Я надеюсь, мы успеем собраться? — поинтересовалась Ифакат. Младшая Шанлы посмотрела на Хаттуч — та лишь кивнула, заставив девушку окаменеть от пришедших в голову далеко не самых приятных мыслей.       — Вы серьезно хотите отвести меня на осмотр? — подала она голос. В нем сквозила обида за недоверие.       — Девочка, что это за неуважение? — шикнула на племянницу Хаттуч.       — Она еще и строптивая. Ну, ничего, моему племяннику как раз нужна именно такая, — Ифакат была спокойна как удав, и, казалось бы, ничто не могло вывести ее из себя.       — Мы готовы ехать, — отозвалась Эсме, подходя к дочери и беря ту за руку.       — Отлично, — невестка Корханов поправила воротник своего пиджака и величественной походкой вышла из гостиной комнаты.       Эсме и Сейран перешептывались между собой, следуя за ней.       — Мама, это уже слишком! Как папа согласился на это унижение? — тихо спросила у матери девушка.       — Дочка, ты понимаешь, радиус распространения сплетни о тебе очень большой, уже большинство районов города знают, — с сожалением проговорила Эсме. — А твоя будущая семья обещала помочь с выпуском новости с опровержением в местной газете.       Сейран тяжело вздохнула. Сил спорить больше не оставалось, и она молча брела за старшей госпожой дома, где в скором времени она сама станет невесткой.       Тем временем в аэропорт прибыл рейс из Стамбула. Прибывшие уже забирали свои чемоданы и разъезжались по своим дорогам. Среди них была и супружеская чета Корхан с младшим сыном Феритом. Их сопровождал личный водитель Ферита Абидин. Он был для парня лучшим другом, нянькой, жилеткой и оберегал от неприятностей, в которые младшего Корхана так и тянуло влипнуть.       Мать Ферита – Гюльгюн шла вперед, оглядывая здание аэропорта, погружаясь в воспоминания. Она вспомнила, как в последний раз прилетала сюда много лет назад, когда была беременна во второй раз. Эмоции захлестнули женщину, и она взглянула на мужа, но быстро взяла себя в руки и продолжала идти к выходу.       На улице их встретили и на автомобилях, нанятых Ифакат для того, чтобы отвезти в отель.       В клинике их встретила медсестра и сразу сопроводила в кабинет к доктору.       Женщина была приветлива и по одному взгляду на Сейран поняла, что она не имела того опыта, который пытаются проверить старшие ее семьи. Она негодовала, но работу выполнить придется, несмотря на огромное нежелание.       Она подошла к девушке и наклонившись к уху деликатно попросила ее пойти в комнату осмотров, снять нижнее белье в подсобном помещении. — Кто-то будет сопровождать девушку? Вы — мама? — обратилась она к старшим.       — Госпожа Ифакат, — невестка Корханов позволила себе наглость взять на себя больше. — Я — старшая невестка семьи, в которую девочка войдет.       Доктор бросила мимолетный взгляд на говорившую и, взяв под руку Сейран прошла вместе с ней в смотровую.       Младшая Шанлы с трудом заставила себя раздеться ниже пояса. Сомнение в своей чистоте били ее по самому больному, и она мысленно билась в истерике, переживая это унижение. Она хранила себя для будущего мужа, кем бы он ни был. Воспитание, данное отцом, не позволяло ослушаться или сделать что-то, за что ее семья не сможет поднять головы. А уж тем более вступить в связь с мужчиной до брака для нее было нонсенсом.       Девушка поднялась на кресло, широко раскинув ноги, и закрыла глаза, чтобы не видеть, как подвергается унижению ее физическое тело.       Минут пять доктор осматривала ее и, закончив, она вынесла вердикт.       — Девушка невинна.       Сейран плакала от пережитого потрясения. Нет, не дай Аллах пережить девушкам подобную ситуацию! Она начала вставать с кресла, врач помогла ей, подав руку. С сожалением женщина смотрела на нее и вытащила чистую салфетку из упаковки, заметив слезы в ее глазах. Безмолвно доктор подала салфетку девушке вытереть подступающие слезы.       — Будьте добры, успокойте девушку. Не понимаете, как вы серьезно могли ее обидеть своим сомнением? — обратилась она к Ифакат.       Ифакат замешкалась, но подошла к ней и приобняла за плечи.       — Успокойся, пожалуйста, я прошу прощения за это, — говорила она виновато. Сейран не выдержала, в голос зарыдала навзрыд, проявляя слабость, которую не хотелось проявлять при свидетелях, но сил сдерживаться не было.       Позже, уже в поездке в авто, Сейран перестала лить слезы.       — Госпожа Ифакат, остановите тут, пожалуйста, — попросила Эсме. Ифакат бросила вопросительный взгляд на женщину. — Нам необходимо сделать покупки к завтрашнему дню.       — Хорошо, госпожа Эсме, вы можете идти, — разрешила невестка Корханов. — У меня тоже есть работа. Прилетели родители Ферита и мне нужно обсудить с ними вопрос насчет помолвочных колец.       — Благодарю! Всего доброго! — улыбнулась ей госпожа Шанлы.       — До встречи, — вслед за матерью попрощалась Сейран.       — Всего доброго! — попрощалась Ифакат, ожидая, пока мать с дочкой покинут авто.       Сейран с Эсме вышли из машины.       — Мама, куда пойдем? — спросила девушка у матери.       — В лавку сладостей, тетя Хаттуч просила сделать заказ на пахлаву, — ответила ей мама, закашляв. — Ты иди, пока зайди в помещение, я пойду куплю воды.       — Хорошо, мама. Может, я сделаю заказ? Какая пахлава нужна? — интересовалась она.       — Фисташковая и с грецкими орехами, — ответила Эсме.       — Я сделаю, — кивнула дочь на немой вопрос матери.       Заходя в лавку сладостей, девушка вдохнула аромат выпечки и орехов. Их она обожала с детства и часто выпрашивала у матери из «запретного» шкафа тетушки Хаттуч.       У прилавка стоял помощник мастера, Сейран была с ним знакома, так как часто приходила делать подобные заказы для тети.       Она случайно задела корзину с фисташками и та упала, просыпав на пол большое количество орешков в скорлупе.       — Оф! Прости, брат, я соберу, — Сейран спохватилась за корзину. — Позови пока, пожалуйста, мастера Ваккаса.       Парень выбежал из помещения за хозяином, оставив ее собирать просыпанные фисташки.       Девушка на корточках собирала с пола орешки и забрасывала в корзину, и даже не заметила, как в дверях появился покупатель.       — Есть антепские фисташки? — присев рядом спросил молодой парень, чем вызвал у Сейран волну негодования. За кого он ее принимает?       Этот нахал обратился к ней и это было однозначно, потому что кроме неё в помещении не было никого. Это что попытка подбить к ней свои клинья? Или может он ошибся?       Девушка удивилась, и у неё вырвался вопрос.       — Не поняла?       — Я говорю: есть ли фисташки из Антепа? — переспросил он.       — Ты в норме? — нет, она не ошиблась. Значит, он принял её за свою жертву для обольщения.       «Зубки обломаешь, — подумала девушка. — Не за ту принял!»       Парень был красив, статен, обаяние его сквозило от одного его вида и улыбки – однако было в нем что-то, что Сейран категорически оттолкнуло.       Она поднялась с корточек и встала возле корзины с фисташками, стоявшей возле прилавка. Парень подошёл и встал рядом.       — Вы всех так встречаете в Антепе? — поинтересовался он. Сейран бросила на него взгляд.       — Только тех, кто этого заслуживает, — закатив глаза, ответила девушка, посмотрев на прилавок.       Незнакомец изучающе рассматривал девушку и искренне не понимал в чём причина такого к нему отношения.       — А если не заслуживает? — вновь бросил ей вопрос парень.       — Возвращайся обратно туда, откуда приехал, — посоветовала Сейран. Девушка не была настроена на дальнейшее общение, но незнакомец не замалкивал.       — Вернусь и захвачу тебя с собой! Возьмешь уроки хорошего поведения с клиентами и прочее. Согласна? — девушка оскорбилась. Что он себе позволяет?       — Ты что несёшь? Невоспитанный! — сделала вывод она.       — Что это значит? Почему невоспитанный-то? — он не успел договорить – его прервал вернувшийся помощник мастера.       — Мастер идёт, — обратился он к Сейран. — Что-то ещё хотите?       — Нет, спасибо, — вздохнула девушка, ожидая прихода хозяина лавки.       Незнакомец поутих и выглядел виновато.       — Прости, — он не переставал наблюдать за девушкой. — Я принял тебя за продавца. Прошу прощения.       — Ничего, — Сейран успокоилась и ругнулась про себя за то, что ошибочно приняла его за охотника за женскими сердцами.       «Как так, Сейран? — мысленно она хлопнула себя по лбу. — Наверное, теперь он думает, что ты глупая!»       Девушка перестала обращать внимание на него, а парень напротив пристально изучал её, заказывая помощнику мастера Ваккаса килограмм неочищенных фисташек.       «Она, что, правда подумала что-то другое? Мы, кажется, говорили на разных языках, — подумал он, не отрывая взгляда от увлеченной диалогом девушки с вернувшимся хозяином лавки. — Эта девушка что-то с чем-то. Какая невинная улыбка! Ну, точно ребенок!»       Среди прозвучавших фраз он услышал, что эта девушка прибудет сюда завтра забрать свой заказ к десяти часам.       «Это шанс! Кто знает, может из этого что-нибудь получится?» — парень запомнил время и четко решил прийти в лавку завтра.       Сейран двинулась к выходу, переглядываясь с незнакомцем в последний, как она думала, раз.       Суна поправила платок так, чтобы в неожиданный момент он не слетел и не открыл её лицо. Ей было страшно. Руки дрожали, но она сделала усилия над собой и постучалась в дверь особняка Шанлы. Сердце бешено колотилось и вот-вот сознание покинуло бы девушку, если бы дверь не открыла незнакомая женщина.       «Наняли служащих, — поняла Суна. — Интересно, а Сейран дома?»       — Вы кто? — спросила незнакомка.       — Меня наняли для работы по дому, — солгала старшая из сестёр Шанлы.       — Проходите, — пропустила девушку наемная работница.       Суна облегченно выдохнула и направилась на второй этаж.       Сейран поморщилась. Осадок от произошедшего в больнице никак не проходил, а избавиться от него было необходимо. Помогая матери унести сумки с покупками на кухню, она решила, что развеет негативные мысли рисованием, как это делала всегда, когда случались неприятности.       Через десять минут, когда с разбором продуктов было покончено, Сейран направилась в свою комнату, чтобы переодеться и взяться за рисование.       Сейран увлеченно наносила штрих, обрисовывая пятна на шерсти леопарда. Девушка обожала рисовать и вкладывала всю себя в это увлечение. А уделить время любимому занятию удавалось, увы, не часто. Работа по дому и прислуживание отцу с тётушкой Хаттуч отнимало у девушки почти все время. В собственном доме они жили как слуги, работали не покладая рук, питались объедками после отца, тетки и их гостей. Сейран чаще воздерживалась от употребления в пищу остатков еды после Казыма и Хаттуч и клялась себе, что если выберется из родительского дома, то добьётся в жизни многого, чтобы никогда больше не питаться объедками.       Совсем неожиданно вернулись негативные мысли об унижении в больнице. Как эта Ифакат посмела требовать этого осмотра? Какое право эта семья имеет заставлять переживать все это? Девушка поставила перед собой цель – обязательно потребовать за пережитое унижение объяснение с главы семейства Корханов.       Сейран вздохнула, пытаясь успокоиться. В дверь раздался стук.       — Открыто, — она спешно спрятала рисунок в книгу, боясь, что это пришел отец или тетя Хаттуч. Последние не одобряли увлечений девушки и всячески отбивали охоту любимым делом – Казым попрекал купленными карандашами и бумагой, а Хаттуч – угрозами о том, что если её отец узнает то ей несдобровать.       В дверях показалась девушка, лицо которой было покрыто платком.       «Что она тут делает? Должно быть, кто-то из нанятых отцом прислужниц, — Сейран не могла понять, что она забыла в комнате хозяйской дочки.       — Сейран, — едва заслышав голос незнакомки, младшая Шанлы отбросила книгу с рисунком и кинулась обнимать её.       — Сестра! — её радости не было предела. Младшая зарыдала на плече у старшей. — Как же я счастлива, видеть тебя, ma chere*!       — Сейран? Что-то случилось? — Суна услышала в голосе сестры непонятные нотки расстройства. — Твой жених что-то сделал?       — Нет, сестра. Мы еще даже не знакомы, помолвка состоится завтра, – ответила Сейран. — Чего они хотят?       — Их старшая невестка – Ифакат, ну ты с ней, наверное, знакома – потребовала сводить меня к врачу, чтобы проверить – девственница ли я или нет, — изрекла она, уложив голову на плечо старшей.       — Она, что, совсем обезумела?!? — оторвавшись от объятий с сестрой, поразилась Суна, но быстро поменялась в лице. — В принципе, я не удивлена. Со мной она провернула подобный номер – но только в хаммаме и прилюдно. Значит, на тебе решила оторваться.       — Я не понимаю, что она за женщина? Неужели она не понимает, что такому могут подвергнуть и её детей, — возмущалась Сейран.       — У неё нет детей, — ответила старшая Шанлы.       Сейран понимающе кивнула.       — И видимо, сердца тоже нет, чтобы понять, — девушка топнула ногой.       — Это факт, — не могла не согласиться с младшей сестрой Суна. Она легонько похлопала сестренку по плечу, показывая, что она не одна в этой борьбе. Девушка решилась переключить тему на другую. — Кстати, жениха-то своего ты видела хотя бы?       Сейран мотнула головой, давая понять, что даже не знает, как его зовут.       — Видела я его как-то раз, — призналась ее сестра, доставая телефон. — Красавчик, конечно, но на таких лучше не западать, иначе высок риск остаться с разбитым сердцем.       Она набрала в поисковике имя младшего внука Халиса Корхана и хотела показать Сейран, но та, улыбаясь, уклоняла взор от телефона и заткнула уши, не желая слышать и видеть о своем потенциальном суженом.       — Сейран, а что с Юсуфом? — внезапно спросила Суна.       Улыбка пропала с лица младшей Шанлы.       — А что Юсуф? Юсуф поверил в слухи и порвал со мной. Не даю я ему, видите ли, себя поцеловать, а с другим парнем перешла грань дозволенного. Ну и пусть катится. Скатертью дорожка, — с обидой проговорила девушка. — Дурак!       — Правильно говоришь – дурак! Я не понимаю, как ты вообще могла в него влюбиться, — недоумевала Суна.       — Вот и я не понимаю. Как хорошо, что все выяснилось сейчас, если бы мы поженились – я не знаю, что было бы тогда, — облегченно выдохнула Сейран. — Не прощу ему этих слов никогда.       — Может, это замужество для тебя – шанс на новую жизнь в Стамбуле? — с интересом ожидала услышать ответ старшая Шанлы.       — Не знаю, сестра, — задумчиво ответила младшая. — Может, ты и права. Если конечно мой будущий муж не такой, как Юсуф... И если он не самодовольный индюк, считающий себя центром вселенной, каких я очень не люблю. В школе был такой, хотел окрутить и меня. Но... Не вышло! Я оказалась не по зубам!       Суна наблюдала за сестрой и грустила, что видеть ее будет еще реже после ее свадьбы, когда она уедет в Стамбул.       — Ох, сестренка, — взяла ее за руку старшая. — Я желаю тебе так же как и я влюбиться в того самого. Знаешь, это такое счастье! Я так счастлива, что хочу, чтобы все вокруг были счастливы и заражались этим счастьем от меня!       — Это здорово, сестра, что ты счастлива, — улыбнулась Сейран. — Как тебе сестра Мехмета?       — О, Мирай — милая девушка и добрая, — ответила Суна. — Но позволяет собой вертеть как угодно брату. Жертвует своей любовью, в угоду ненужному замужеству. Она очень любит брата и поэтому, чтобы их семья не разорилась, выходит замуж за сына богатой семьи из Антальи. Жаль девочку. Я еще только узнаю Мехмета с другой стороны. И немного печалюсь от того.       Суна загрустила и отвернулась, боясь расплакаться, прекрасно понимая ситуацию, сложившуюся у золовки, ведь и она была в подобной. Сейран в поддержку сестре приобняла ее со спины.       — Не грусти, сестра, быть может, у нее удачно все сложиться, — решила подбодрить ее младшая Шанлы.       — Может быть, — устало вздохнула старшая. — Мне пора, Сейран.       — Уже? — Сейран поникла и по-щенячьи посмотрела на сестру.       — Надо уходить, иначе папа поймает меня и я боюсь, что не пощадит, — проговорила Суна с тоской.       — Я провожу, — поправляя платок на лице сестры, Сейран вызвалась ее проводить.       Между старшими мужчинами семей Шанлы и Корханов тем временем шел разговор о предстоящей свадьбе младших детей.       Ферит нехотя слушал, как они обсуждали его будущую жену – о том, какая она хорошая, послушная и хозяйственная девушка, в общем, завидная невеста. Будущий тесть все зубы заговорил ему про нее, что младшему сыну Орхана Корхана захотелось увидеть, что за чудо света – его суженая. Казым на его просьбу ответил, что завтра на помолвке и увидятся.       Спросив разрешения выйти подышать во двор у отца и тестя, он вышел.       Уже спустившись во двор, парень прогуливался по кафельному полу.       Ферит бросил взгляд в сумеречное небо и задумался. Родители всегда исполняли его прихоти, но никогда по-настоящему не понимали его. Все только откупались, но не подарили родительской любви и тепла, о которых он просил. Вот и сейчас они не понимают. Заставляют жениться на какой-то незнакомке с родины деда Халиса. А ему хотелось немного понимания, если уже любви не ожидалось от них. А еще... Пело...       Со второго этажа послышались голоса, прервав его размышления. Женские голоса, вроде. Один звонкий, но строгий, другой – чуть глухой, но ласковый.       Девушки приближались – парень это понял, когда их голоса стали звучать громче и вскоре возле одной из лестниц открылась дверь и оттуда вышли две девушки.       Ферит нашел укрытие неподалеку возле выхода из особняка Шанлы и спрятался, чтобы девчонки не смогли увидеть.       — Сестра, — вздыхала светленькая девушка. — Я очень по тебе буду скучать.       — Сейран, пожалуйста, — темненькая, кажется, просила о чем-то, но парень не понял.       — Ладно, не буду нагнетать, — в голосе второй девушки Ферит узнал ту самую, с которой столкнулся в лавке сладостей и он понял, что вот он – второй шанс.       Ферит вышел из укрытия, чем шокировал обеих.       — Добрый вечер, девушки, — увидев парня, Сейран и Суна оторопели. Ферит обратился к младшей Шанлы. — О, мы с тобой уже сегодня виделись! Ты здесь подрабатываешь?       — Придурок! — закатила глаза Сейран. Она испытала желание влепить парню пощечину, но Суна вовремя пресекла это. — Это моя сестра!       — Как невежливо! Ты же девушка! Что за обращение к гостю? — возмутился он.       — Заслужил – нечего вмешиваться в чужие разговоры! — отчитала его Сейран.       Ферит осмотрел ее с ног до головы, а потом бросил взгляд на Суну – он узнал в ней невесту брата с фотографии, которую присылали год назад. По испуганному взгляду девушки было ясно, что она пробралась в особняк не совсем законно.       — А я так понимаю, ты та самая беглая невеста моего брата, — ухмыльнулся младший Корхан. — Приятно познакомиться!       Парень уже сделал вывод, что из сложившейся ситуации можно извлечь выгоду.       — Сейран, так тебя кажется, зовут, — назвав имя младшей сестры, он тем самым напугал ее. Он приложил пальцы к подбородку и коварно произнес. — Сходишь со мной на свидание?       — Да за кого ты меня принимаешь? — задыхалась от возмущения Сейран.       — А если я сообщу о твоей незванной гостье? — проговорил парень. — Если старшие узнают, что сбежавшая невеста вернулась, а ее младшая сестра покрывает ее?       — Ты не понимаешь, что делаешь, — понуро ответила ему Сейран. Ферит подал ей руку, ожидая в ответ рукопожатия. Сейран неохотно вложила ладонь в его и посмотрела на сестру.       — Так ты один из Корханов? — спросила Суна.       — Ферит, — представился он. Старшая Шанлы коротко закивала, вспоминая среди названных ранее имен Корханов во времена подготовки к помолвке. Она и не предполагала, что именно он и есть жених младшей сестры.       — Знаешь, что, Ферит, это низко – выпрашивать свидание у почти замужней девушки, — резко сделала ему замечание Суна.       — Одно свидание – и никто не узнает, что ты тут присутствовала, — Суна обернулась в сторону Сейран и помотала головой, показывая всем видом, что не согласна, чтобы из-за нее пострадала младшая сестренка.       — Хорошо, я согласна, — Сейран понимала, что согласиться необходимо, иначе отец убьет старшую дочь этим вечером.       — Хорошая девочка, — Ферит был доволен результатом. — Увидимся завтра в лавке сладостей.       Ферит намеревался вернуться обратно к отцу и тестю и помахал девушкам рукой.       — Идиот, — никак не могла угомониться Сейран, когда он поднялся на лестницу. — Наглец! Как он смеется требовать что-то у меня?       — Сестренка, успокойся, — Суна обняла ее. — Я тебя знаю, ты не спустишь на тормозах ему эту наглость. Я в тебя верю!       Сейран в ответ обняла старшую сестру.       — Удачи, сестра, — Суна оторвалась от объятия и, открыв дверь, вышла, не оборачиваясь.       Сейран осталась в особняке, в противоречивых чувствах.       Ферит вернулся к отцу и будущему тестю в приподнятом настроении.       — Прогулка во дворе пошла тебе на пользу, сынок, — подметил Казым.       — У вас просторный двор, я даже заблудился, — отшутился парень.       Казым посмеялся на его шутку, а Орхан сдержанно улыбнулся.       Ферит принялся пританцовывать, сидя за столом, наблюдая, как нанятая танцовщица кружится в танце.       На женской половине особняка царила почти тишина – гости из Антепе, знакомые семьи Шанлы едва слышно перешептывались между собой, обсуждая, как такая влиятельная семья второй раз захотела взять невесту из семьи, из-за которой они были политы грязью, а женщины семей просто общались, узнавая друг друга.       Сейран, проводившая сестру, вернулась в свою комнату и по привычке решила проверить телефон. Ее удивлению не было предела, когда она обнаружила смс-сообщение.       Она была в растерянности, но не в готовности простить недоверия бывшему возлюбленному. Юсуф разблокировал ее контакт и позволил дать ответное смс.