Сон в унисон, или грёзы?

От Артёма.

Водичка прохладная, так что, в самый раз, чтоб окончательно избавиться от похмелья. Погружался в воду я не спеша, шаг за шагом, а когда погрузился, то наконец нырнул. Хорошо что все ещё спят, а то какой-нибудь кретин уже окатил бы водой. Плавал я пока не понял, что начинаю замерзать, и лишь тогда направился к берегу. — Ну и как водичка? — слышу я с берега. Смотрю не берег и вижу там Коновалова. Сердце подскакивает к глотке и я понимаю что денёк не будет лёгким, а значит снова напьюсь. — В самый раз, если долго не плавать, — буркнул я, все же выходя на берег. — Слушай Тём, а тебе не кажется… — Нет, не кажется, — перебил я его и добавил, — и не называй меня Тёма, я - Артём. — Да?! — ухмыляясь протянул он, — Ну, ну! Но в тот момент, когда я нагнулся чтобы взять полотенце, он схватил меня за запястье. Я еле удержал равновесие, поскольку по инерции попытался отстраниться, но не смог. — Ты чего? — возмутился я. — А ты чего ведёшь себя как маленький мальчик, которому конфетку не дали? Ты что, всё ещё дуешься на меня? Так мы ведь детьми были! — возмущенно прорычал он. А я в этот момент таял, как дурак, лишь от его прикосновения. По моему телу пробежали мурашки, и увидев это Костя, отпустил мою руку. — Вытрись, а то заболеешь. Я быстро выпрямился и отойдя подальше, по-добру, по-здорову, укрываю свои плечи полотенцем, а тем временем Костя продолжает говорить: — Ты же уже взрослый и должен понимать, что в детстве все мы эгоисты, в той или иной степени и думаем прежде всего о себе. — А ты не думал о том, что мог испортить мне детскую психику. — Не думаю что твоя психика уж очень пострадала. — Чего? — возмутился я. — Да и фигура твоя такая соблазнительная, только благодаря мне. — Что? — а вот теперь я уже удивился. — Но ведь благодаря мне ты начал заниматься, и вот итог. Нет, ну у меня действительно красивая, подтянутая и в меру подкаченная фигура, но не мужику же говорить, что она соблазнительная. — Да пошел ты на хуй! — сказал я собираясь уйти. — На твой что ли? — ухмыляясь спросил он, — ты уж прости, но я предпочитаю быть активом. — Э-э-э… "Это что было? Я что, снова сплю?" — подумал я, смотря на него, как баран на новые ворота. — Ты что, гей? — спрашиваю с дрожью в голосе. "Боже, а что если да? Что мне делать? Как вести себя с ним? А если нет, если он не гей? Чёрт, чёрт, ну почему я такой невезучий? Почему всё счастье мимо проходит, а меня и не замечает. Так Тёмка, соберись, ты ещё приговор не услышал, а не детская психика уже страдает, так к старости можно и психом стать." — я бы наверное так и терзал себя, если бы Костя удивлённо не ответил: — А ты что, не знал? — Нет! — мой голос почему-то охрип, я даже испугался и подойдя к столику, глотнул из первой попавшей бутылки. Это оказались виски, которые тут же напомнили о том, что желудок уже пустой и надо закусывать. Порыв кашля остановить не удалось и он вырвался наружу — Ты, алконавт, закусывать надо! — прорычал Костя, пихая мне под нос бутерброд со шпротами. — Сам ты алконавт, — просипел я прежде чем выпить томатный сок, прямо из упаковки и при этом забирая протянутый мне паек. Наши пальцы соприкоснулись и я замер не зная что делать дальше. Похоже Костя заметил, что я впал в какой-то ступор и отходя сказал: — Да не дрейф ты так, гомосексуальная ориентация не заразна, да и на людей я не кидаюсь, так что, живи спокойно, не трону я тебя. Только вот мне интересно, если ты не знал что я гей, почему ты раньше всё время воспринимал меня в штыки? — Потому что ты козлом был. И как я по твоему мог узнать что ты гей? — Да ведь Даниил об этом прекрасно знает, — пожимая плечами, ответил Костя. — Даниил знал? — удивился я. — Ну, да, а что? — Нет, ничего, — сказал я и на ватных ногах направился к палатке. — Ты куда? — удивился Костя. — Пойду переоденусь… а ты, не подглядывай, — сказал я, а сам покраснел, представив как он наоборот подсматривает за мной, когда я буду менять мокрые плавки на сухие боксеры. — Не переживай, я пока воздержусь от этого занятия, а то выставишь меня вон из своей палатки под открытое небо, — ответил он мне в спину. И мне даже стало интересно, а я согласился бы спать с ним в одной палатке, если бы знал раньше, что он гей? А если бы я был натуралом? Пока я переодевался наша компания начала потихоньку просыпаться и выползала из палаток. Все собирались около импровизированного стола, для позднего завтрака. Увидев это я ухмыльнулся, но так ни кому не сказал, что за столом успели поживиться птицы и лисы. Егор кинул клич о том, что наш пикник можно разнообразить дарами природы, так что все желающие могут стать добытчиками, но с условием, что к двенадцати все должны вернуться в лагерь, а иначе начнутся поиски пропавших. Алёна и Катя решили насобирать ягод, я указал им направление, где можно найти землянику. Юля тоже хотела пойти с ними, только Дима был категорически против и не пустил её, усадив в шезлонг. Ирка решила устроить себе селфи в лестной местности, при этом утащила с собой свою собачонку. Мирослав решил смотаться в город, за спиртным, но его переубедили, напомнив что и в этом захолустье живут его фанатки, так что, наш певец остался в лагере и решил порыбачить, а в город направились Сашка и Костя. Алёшка и Даниил, отправились по ранние грибы, хотя скорее грибы будет искать Даня, а Лёха увлеченно наблюдать за птицами, ведь в его жизнь орнитология стоит на втором месте после агрономии. Егор остался в лагере, вместе с Юлей и Димой, помогать Мирославу рыбачить. А я… я решил побродить по округе и найти логово лис, а вдруг у них есть лисята. Хотелось на них посмотреть. Лисят я так и не нашел, наверное после нашего вчерашнего шума, родители лисы увели подальше своих детёнышей. Зато я наткнулся на нашу фотомодельку, которая умудрилась потерять где-то свою собачонку. — Где ты её потеряла? — обречённо спросил я, понимая что именно мне придётся её искать. — Ну, точно я не знаю, наверное у ручья. — Веди! — говорю я. "Вот мне интересно, умственная способность девушек, точно не зависит от цвета волос, или всё же это индивидуально, и зависит от каждой девушки про отдельности, и при этом учитывается трудовая деятельность." Шли мы в принципе не долго, до небольшой насыпи из валунов, из-под которых и бьёт ручей. Местечко очень красивое. Вода пробивалась наружу, и тут же падала на землю небольшим каскадом, а оттуда уже бежала вперёд, мимо деревьев, кустов и зарослей папоротника. Растительность здесь была буйная и достигала примерно двух метров. — Ну и где ты видела свою псину в последний раз, — решил уточнить я. — Ну, тут и бегала. — Зови! — Кого? — удивилась наша фотомоделька. — Ну не меня же. Собаку по кличке зови. — проворчал я. — А-а! Нося! Иди ко мне! Нося девочка моя, иди сюда! — позвала она. "Ага! Теперь понятно почему собака сбежала. Будь у меня такое имечко, сам бы сбежал!" — подумал я прислушиваясь, не откликается ли где собачонка. Ну да, вроде слышно в стороне ели слышное потявкивание. Иду в сторону зарослей папоротника, убирая со своего пути растения, Нося хоть и беленькая, но всё же карликовая чихуа-хуа, как бы не раздавить её. Иду, и смотрю себе под ноги, наверняка здесь водятся змеи. Бояться то я их не боюсь, но среди них бывают и ядовитые, вот с ними встречаться как то не хочется. Раздвигаю внеочередные листья папоротника, и виже под ногами это коротколапое чудовище, прозванное собакой. Нагибаюсь и брезгливо, тремя пальцами, беру её за шкирку. — Ей же больно! — возмутилась Ирина. — Нифига ей не больно. Все мамки так носят своих детёнышей, — возразил я, — а если не хочешь чтобы её так таскали, то следи за своим имуществом. — добавил я, выбираясь из зарослей. — Простите, это наверное не вежливо с моей стороны, и в знак благодарности… Ба, вот это благодарность. Ирка как одержимая повисла на мне и начала целовать в губы, я аж оцепенел от неожиданности. Её нежные губы скользили по моим, а её юркий язычок попытался проникнуть в мой рот. Только кто его туда пустит. Разжимаю руку в которой держал её псину и она с писком плюхнулась на землю. Затем отдираю от себя Ирку и возмущённо рычу. — Ты какого чёрта творишь? — Это же в благодарность, — не поняла она моего негодования. — Хватило бы просто спасибо сказать. — Я что-то не поняла, тебя что-то не устраивает? — Ещё бы, не устраивает! А вдруг я кого-то люблю, а тут ты, со своими поцелуйчиками. — Одно другому не мешает. Мы оба взрослые люди и можем позволить себе всё что хотим. "Иногда мне кажется, что я так и остался прежним школьником. Школьником, который боится сделать шаг в сторону, от того, что где-то рядом Коновалов, а иногда, мне хочется, чтоб он был рядом со мной. А все остальные, меня не волнуют." — Это не помешает лишь в одном случае, если ты кабель, или сучка, а я себя к таковым не причисляю, и полагаю, если ты любишь кого-то, то должен беречь эти чувства, а не раскидываться ими, — прорычал я и добавил, — псину твою я повторно искать не буду, так что, лови её пока не сбежала. Разворачиваюсь чтобы уйти и замираю на месте. Метрах в шести, около ручья, стоял Костя с десятилитровой пластиковой канистрой, и смотрел на меня, как на врага народа. "Началось!" — подумал я, направляясь к лагерю. — И в кого это наш Мелкий влюбился? — скорее прорычал, нежели спросил он. — А это не твоего ума дело, — ответил я, проходя мимо и не останавливаясь для разговора. Навряд ли он бросит канистру, чтобы мне шею сломать, а к тому времени как он вернётся в лагерь, я уже наклюкаюсь, а пьяному и море по калено.