Другая кровь

Через неделю наступил декабрь. Все вокруг покрылось белизной, словно кто-то отмыл мир в отбеливателе. Снег хрустел под колесами повозок, кружил у окон, ложился на спины лошадей. Он был везде, кроме моих ботинок. Там была вода. Пальцы ежились, сами по себе старались спастись от холодной влаги. Пару дней назад мы пересекли границу Алтая, все глубже уходя в непроглядные чащи. Дом Голубевых не то чтобы всегда непостоянный, но ощущение, что они постоянно перемещаются. Думаю, это связано с их желанием как можно лучше спрятаться, укрыться и заниматься своими странными для нас делами. По их территории мы едем уже очень долго, но никаких приветственных жестов не было. Для этой Семьи это нормально - не подавать виду, но и каждый раз складывается ощущение, что никто нас тут не ждет и даже не ведает, что мы прибыли. Ближе к обеду в окошко каретки был четко виден небольшой деревянный дом. Поместье осталось таким же, как я его помнил. Вся придомовая территория - это лишь плоская земля, с маленьким колодцем посередине. Одноэтажный дом, сверху точно напоминающий здоровенный прямоугольник. Парочка бараков чуть дальше и малюсенькая конюшня. Серафим кивнул нам и вылетел в приоткрытое окно. Я видел, как его тонкий яркий луч за пару секунд достиг главных дверей, около которых неподвижно кто-то стоял. Наконец-то и наша процессия достигла входа в дом. Я вышел первым, помогая госпожам выбраться из душной повозки. На скрипучих ступеньках дома стоял мальчик. Его лицо было таким крошечным, что меня поразило количество страха переливающимся на нем. Я видел, как у малыша дрожали ладошки и насколько задубели его ноги. Но мальчик стоял ровно, не отводил взгляд от госпожей Громовых. Когда девочки подошли ближе, мальчишка глубоко поклонился, отчего его кудрявые густые волосы упали ему на глаза. -Приветствую Вас, госпожа Екатерина и госпожа Елизавета, - голос ребенка дрожал так сильно, словно он собирается разрыдаться. - Мое имя Илья, я демон Семьи Голубевых. Я заметил, как девочки жалобно переглянулись. -Добрый день, Илья, - Катя кивнула, - где же твои господа? Меня удивил этот тон. Будто передо мной стояла не маленькая гроза, какую я привык видеть, а обеспокоенная мамочка, чей ребенок сильно ударился. -Господин Степан, Госпожа Лилия и Госпожа Любовь ждут Вас в трапезной, - Илья указал ладошкой внутрь дома. -Мы можем приказать нашим людям расселяться? - Лиза склонила голову, неуверенная, что ребенок знает ответ, на ее вопрос. Демоненок спохватился, резко сжимаясь всем телом, словно боясь получить удар по голове. -Да, прошу прощения, - малыш закивал, указывая на конюшню вдалеке, - пожалуйста, размещайте своих лошадей, а также, пожалуйста, проходите в дом и располагайтесь. Слуги помогут определить, где находятся ваши одрины. А Вас я прошу следовать за мной. Мальчик чуть ли не бегом зашел в дом, не давая никому ничего уточнить. -Нам даже выдохнуть с дороги не дадут? - Лиза хотела было скривить лицо, но вместо этого просто тяжело втянула носом холодный воздух. - Думаю, мы сейчас поедим, - шепотом произнесла Катя, делая шаг внутрь дома. В маленьком холле странно пахло жженым воском и душистым маслом. Мы с братом помогли девочкам снять их массивные шубки и сменить зимнюю обувь на домашние туфельки. После переоделись сами. Все это время Илья мялся в углу, нервно потирая маленькие пальчики. Меня беспокоило его поведение. Не уверен, что ребенок должен себя так вести, особенно Демон, отвечающий за благополучие Семьи. Но виду я не подал. Мы слишком давно не были в гостях у Голубевых, чтобы я мог четко вспомнить их поведенческие повадки. В моей голове очень смутно всплывает образ одного из их Демонов. Мальчишке было лет пятнадцать, когда я его видел. Не помню ни лица, ни имени, но в памяти застряла лишь одна его фраза, сказанная как-то шепотом “Какая разница, если мне скоро умирать?”. Тогда я не принял это близко к сердцу, я вообще мало обращал внимания на тех, кто казался слабее меня. Но сейчас, изредка бросая взгляд на шестилетнего мальчика, мне думается, что здесь все не так, как Голубевы хотят выставить. Когда мы вчетвером были готовы предстать перед господами, Илья открыл деревянную дверь, и мы вошли в столовую. Совсем маленькое помещение, метров двадцать в квадратах, посередине стоял, в таких условиях казалось, огромный деревянный стол, а по периметру от него расставлены низкие брусчатые лавки. С потолка на толстых цепях свисали широкие люстры, но вместо лампочек были воткнуты сотни свечей. Я видел, как пару капель раскаленного воска упали на белую скатерть. По потолку и стенам прыгал рыжий свет, поблескивая в маленьких окошках, в которых красовались разноцветные фрески. Местных святых я не знал, да и изображения казались мне слишком уж необычными. На стеклах были изображены одни лишь мальчики с грустными глазами, каждый из которых в руках держал белоснежную голубку. Из столом сидели трое. Каждый из присутствующих был одет в простую льняную одежду, а вместо украшений на руках красовались браслеты и кольца из демонических кристаллов. Во главе стола сидел пожилой, но очень крепкого вида мужчина. Я узнал в нем Степана. Его лицо и шея были скрыты очень густой серебрящейся бородой, а голубые глаза смотрели, то ли с любопытством, то ли с предостережением. Глава семьи встал разводя руки в стороны. -Рады вас видеть, госпожи Громовы! - его голос подчинил все пространство, наполняя комнату глубоким басом. - Пожалуйста, присаживайтесь и разделите с нами наш хлеб. -Добрый день, мы тоже очень рады встречи с Домом Голубевых, - Екатерина улыбнулась, ведя нас всех к свободной лавке. Когда мы устроились, в столовую через маленькую дверцу вошли две пожилые прислуги в стареньких потрепанных фартуках. Они вынесли на стол запеченную рыбу, кучу различных овощей, пару видов хлеба и большой чан картофельного супа. -Пожалуйста, угощайтесь, - господин Степан обвел взглядом присутствующих и налил себе первый половник горячего супа. Наши госпожи, не привыкшие сами себя обслуживать, слегка опешили, но им на помощь пришел Серафим. Брат аккуратно поставил перед ними тарелки, легкой рукой подавая каждой по кусочку ржаного хлеба. Я поднял глаза, встречаясь взглядом с госпожой Лилией. Мой короткий кивок вызвал легкую улыбку на ее лице. Женщина совершенно не выглядела на свой возраст, тонкие черты лица и худое тело обманчиво твердили, что ей не больше тридцати. Все впечатление портили только эти холодные голубые глаза. Такие же, как у ее отца, они смотрели, не то внутрь меня, не то насквозь, совершенно не интересуясь моей персоной. Женщина оказалась удовлетворена моим вниманием, перевела взгляд на Елизавету, рассматривая кушающую малышку. Мне показалось немного странным такое открытое изучение, но, с другой стороны, в этом было не так уж и много загадочного. Голубевы еще не видели новых правительниц, последний Громов, которого они, кстати, не особо жаловали, для них был Александр. По правую руку от Лилии сидела госпожа Любовь. Между своими дедом и матерью она смотрелась странно. Словно девушка была вшита в эту семью иными нитками. Молодая госпожа была пухленькой, с розовыми щеками и нежной искренней улыбкой на лице. Она мягко двигалась, удивительно легко перебрасывалась приветственными фразами с госпожами. И в отличии от своей родни ее глаза цвета дневного неба не казались опасными, они смотрели искренне, по доброму встречая новые лица за столом. Спустя минут двадцать молчаливого обеда, когда большая часть рыбы была съедена и все за столом приступили к чаю с баранками, господин Степан чуть откашлялся. -Госпожа Лиза, госпожа Катя, мы, конечно, очень рады вашему визиту, но все же хотим знать его цель. Это просто дружественная встреча или вы приехали по какому-то делу? - Господин Степан, мы знаем, что Вы.. - начала было Екатерина, но глава Голубевых разочарованно мотнул головой. -Ты. -Простите? - Катя даже слегка наклонилась над столом, словно стараясь заглянуть в рот Степану, дабы разобрать его слова. -Обращайся ко мне на ты. Не знаю, как теперь разговаривают в ваших краях, но от равных себе у нас не принято ограждаться этим выканьем. Или ваша Семья не считает нас родными и равными? - голос господина не выражал ровным счетом ничего, но весь его внешний вид кричал о том, что его пытаются оскорбить в собственном доме. -Прошу прощения, господин Степан, я и не думала оскорбить Ва.. тебя. Катя кивнула, на что мужчина ответил тем же в знак примирения. -Я думаю, что ты в курсе происходящего, - девочка выпрямилась, превращаясь в натянутую леску. - Князевы собирают силы, чтобы развязать с нами войну за власть. Они хотят вернуть Кристалл Памяти, который даст им возможность управлять всеми Семьями. Девочка замолчала, ожидая реакции хозяина дома, но тот лишь пожал плечами. -И что? Какое мне дело до Кристалла и ваших разборок на западе? -Дело в том, что Князевы слишком агрессивно настроены и видят наш мир, как место обогащения. Думаешь, их правление будет тебе на пользу? А что насчет твоих внуков? Князевы захотят делиться только со своими союзниками.. -Ха! - Степан громко хохотнул пару раз, быстро грубея в лице. - Хочешь втянуть меня в войну на стороне слабейшего, девочка? -С чего ты взял, что мы слабы? - госпожа Елизавета злобно цокнула языком, складывая руки на груди. -А кто на стороне твоего Дома? - господин чуть наклонил голову вбок, чтобы лучше видеть Лизу. -Семья Вельмисовых. -Старые метла и ржавые кастрюли не выиграют за вас. А если Князи после победы будут делиться только с теми, кто был на их стороне, почему бы мне не заключить союз с ними? - Степан тоже скрестил руки на груди, горделиво смотря на госпожей сверху вниз. -А с чего ты взял, что они чем-то поделиться с тобой? - Лиза выгнула бровь на манер, как это делает Серафим. -Твоя земля самая богатая из всех. Богата и на кристаллы и на сильных Изнаночников, - Катя кивнула на суетящуюся прислугу. - Скорее они захотят отобрать это все у тебя. Пускай сначала это и будет выглядеть как обычное ежегодное поднятие дани. -Давишь на жадность Князевых? - Степан слегка смягчился, задумчиво опуская руки на стол. -Ты живешь под правлением Громовых всю свою жизнь, подумай, на твоей памяти хоть раз был подъем дани? - Катя легко откинулась на спинку стула, всем своим видом давая понять, что последнее слово будет за ней. -Ни разу. Но это говорит не о том, что вы добрые хранители Кристалла, а лишь о том, что ваша Семья недальновидна. Мужчина скривил губы, уверенный в своей победе в этом споре. Моя госпожа вернула спину в идеально ровное состояние. -Ты хочешь остаться без всего? - Лиза чуть повысила тон, что было грубой ошибкой. - Мы пришли просить тебя, а могли бы приказать. -Да? - Степан ухмыльнулся, его явно развеселил запал маленькой госпожи. - Чего же ты мне не приказываешь? Не хватает силенок? Достаточно ума, чтобы догадаться, что я могу встать на другую сторону? Или знаешь, что моя Семья сильнее твоей и в Изнаночниках и в ресурсах? -Но не в демонах, - Елизавета бросила жесткий взгляд в маленького мальчика, сидящего на краю стола. Илья вжал голову в плечи, округляя испуганные глаза. Он таращился то на меня, то на Серу, изредка переводил взгляд на своего хозяина. Господин Степан фыркнул, снимая с мальчишки свой презрительный взгляд. -Вы ничего не знаете, - мужчина шепнул это тихим басом, но слова долетели до всех, - он станет самым сильным Демоном в мире, а если не он, то его сын. -А если не станет? - Лиза продолжила нападение. -Значит его внук. -Сможет ли твоя Семья столько ждать? - Екатерина сменила сестру, позволяя обстановке стать чуть спокойнее. -Послушайте, девочки, - Степан тяжело выдохнул, - я понимаю, о чем вы говорите, знаю, что, возможно, через несколько лет, после вашего поражения, мне может понадобиться помощь, чтобы защитить свою Семью.. На слове “поражение” Лиза громко прочистила горло, бросая злобный взгляд на мужчину. - Но и рисковать всем, что у меня сейчас есть, я не готов. Может, вы сможете решить ваши проблемы без бойни? Мне показалось, что на последних словах в его глазах мелькнула крупица мольбы. Но голубизна его радужек быстро съела любой намек на истинные чувства. -Боюсь, что разговором делу не поможешь, - Катя тяжело выдохнула, донося до Голубевых правду о ситуации. -Да вы хотя бы попробуйте! - Степан не унимался, его жажда объяснить нам “как лучше” только росла. -Как ты себе это представляешь? Приехать к ним или еще лучше пригласить к нам? Налить чаю? Мило побеседовать и уговорить не развязывать войну, когда они уже собирают армию из нескольких Домов? - моя госпожа жестикулировала руками, изображая милое чаепитие. -Да хоть и так, - Степан вздохнул. - А лучше было бы пригласить все Дома и донести до всех, что разорение России путем сражения - вариант так себе. Вынести на всеобщее обсуждение этот вопрос. Уверен, что не одни только Голубевы против побоища. Никто из Семей не хочет терять людей в чужом споре за власть. -Приглашая все Дома на территорию Нижегородской области мы лишний раз заявим о нашем главенстве, не думаешь, что это только раззадорит Князевых? - Катя потерла висок, смотря на бороду Степана. -Так и есть, поэтому не приглашайте к себе, пригласите в другой Дом. -Куда? - Елизавета шумно выдохнула, откидываясь на спинку стула. - В столицу? В культурную столицу? Это территории наших врагов! А созывать собрание на землях других Семей странно, тебе не кажется? -Есть Дом, который всю его жизнь находится в некой.. середине.. Там всегда словно нейтральная территория. Степан заискивающе посмотрел на девочек, ожидая, что они быстро схватят мысль. Так и случилось. Я видел, как лица госпожей вытянулись от удивления, но они так ничего и не ответили. Обед был окончен. Голубевы отправили нас отдыхать, сообщив, что продолжать беседу будем за ужином. Мы с братом вышли на улицу подышать свежим воздухом. Все таки атмосфера в доме Голубевых давила со всех сторон. Казалось бы, что может быть более умиротворяющим, чем деревянный сруб и обычная еда. Что может быть нежнее запаха ладана и тихо горящих свечей. Но нам обоим было в этом место нехорошо. Словно забыв перекреститься, мы пошли просить милостыню в церковь. По спине пробежала дрожь. В храмах очень красиво, светло и чисто, но такие места так и выдавливают меня наружу. Будто я там не просто кусок тьмы, а самая настоящая болезнь в здоровом организме, которую всеми способами тело извергает из себя. Я снова поежился. -Замерз что ли? - Сера посмотрел на меня из под своей пушистой шапки, выпуская облачко пара. -Да нет, просто задумался о странных вещах.. - я чуть помолчал продолжая отходить все дальше от дома, - я тут плохо себя чувствую. -Как в монастыре, да? - Серафим кивнул вместо меня. -Тоже это ощущаешь? -Да всегда так, - он пожал плечами, - помнишь, когда маленькие были, нас Емельян молиться водил? Ой, как мне тогда плохо было, всего трясло, словно в лихорадке. Глаза округлились от удивления, и я непроизвольно кивнул. Мы с братом никогда это обсуждали, но, как оказалось, чувствовали одно и тоже, что в детстве, что сейчас. Отойдя уж совсем далеко от дома мы услышали странные звуки. Какое-то пыхтение и кряхтение откуда-то из небольшого пролеска. Мы переглянулись и отправились навстречу деревьям. Снег приятно скрипел под ногами, слегка пачкаясь нашими подошвами, кое-где на деревьях белизна зимы сверкала немного сильнее обычного, что особенно меня удивило. Я подошел к молодой сосне и пригляделся. В неокрепшую кору был воткнут кусочек стекла размером с зубочистку. Сера молча рассмотрел осколок, осторожно прикладывая указательный палец к губам. Мы сделали еще пару шагов, но тут же замерли на месте, потому что в паре сантиметров от наших лиц пролетела стеклянная спица. -Чуть не убил, - со смехом в голосе произнес Серафим. Справа от нас стоял Илья краснющий, то ли от мороза, то ли от смущения за то, что его застали за тренировкой. -Прошу прощения, - голос у мальчишки дрожал, да и сам он выглядел очень неуверенно. Ноги врозь, коленки трясутся, голые ладошки все мокрые, а плечи подняты слишком высоко для боевой стойки. -Так значит, ты Демон, который умеет метать стеклышки, - я улыбнулся как можно более дружелюбно. -Да, я Демон стекла, - Илья опустил голову, ковыряя носком валенка снег. -Ты тут тренируешься? - Серафим сделал пару шагов к мальчику и присел на корточки. -Вроде того.. Дома есть зал, чтобы я занимался, но мне там некомфортно. Он говорил чуть ли не шепотом, было очень трудно разобрать его слова, поэтому я тоже подошел ближе и опустился на одно колено рядом с ребенком. -Почему? - Сера снял перчатку и взял Илью за руку. -Дома я чувствую себя странно, - малыш осмелел и сжал пальцы на чужой ладони. -Мы тебя понимаем, - я кивнул, отмечая заинтригованный блеск в глазах Демоненка. -Вам тоже у себя Дома не нравится? Этот вопрос нас ошарашил. Но и с ответом мы не спешили. -А что тебе дома не нравится? - брат начал растирать маленькие одубевшие пальчики ребенка. -Ну.. Илья тут же закрылся, ища какие-то слова у себя в голове. -Пахнет необычно, да? И еда непривычная? - Серафим пытался заглянуть мальчику в глаза, но тот только больше склонял голову. -Нет, все обычное и привычное.. Просто.. Мне там не по себе, - малыш снова еле говорил. -А ты говорил своему господину, что ты себя плохо чувствуешь? - я наклонил голову, стараясь понять ребенка. -Нет! Илья поднял на нас глаза полные страха и выдернул руку из ладоней Серафима. -Не беспокойся, мы никому ничего не скажем, - брат замотал головой, отчаянно пытаясь спасти ситуацию. -А если вам прикажут сказать госпожи Громовы? - на глаза мальчика навернулись слезы, и взгляд был такой, будто он уже знает ответ. -Тебя обижают дома? - в моей груди что-то дернулось, словно какая-то очень старая страшная сказка всплывала в голове. Илюшка замотал головой, помолчал, но в конце концов сдался. -Меня там просто не любят, - он еще немного помолчал, но позже добавил, - только госпожа Любовь.. Она добрая.. Мы с братом переглянулись, не находя, что еще спросить, чтобы мальчишка не испугался. Хуже всего будет, если он донесет о наших расспросах Степану. Тогда переговоры точно можно считать оконченными. -Может, ты покажешь, что умеешь? - Серафим резко поднялся, указывая на стекло вокруг нас. -Я плохо управляюсь с Силой, - мальчик обнял себя за плечи. -Мы тебе поможем, - я улыбнулся и кивнул, поднимаясь на ноги. Не стоило вставать брюками на снег. Теперь мокрое колено обдуваемое холодным ветром превращалось в кусок льда. - Ну, хорошо, - Илюшка выпрямился и сложил ладони в причудливый символ. Он пару раз поменял положение пальцев, концентрируясь. Вдруг, мальчик резко дернул руками вперед, и с его ногтей сорвались пара тонких стекляшек. Маленькие иглы пролетели пару метров и упали в снег. -У меня плохо получается. Илюшка сразу сдался, опуская руки. На его лице отображалось столько всего. И стыд и злость и разочарование. Но ярче всего виднелась обида. -А зачем ты складываешь узоры из пальцев? - Серафим оценивающе оглядел мальчика со всех сторон. -А как иначе? Я видел в журнале, что волшебники двигают руками, чтобы призвать Силу, - малыш с неподдельным удивлением пялился на озадаченного Серу. -Демоны и есть Сила, нам не нужны жесты или слова, чтобы вызвать ее, - Я переступил с ноги на ногу, пытаясь не подавать виду, что помимо колена, у меня начала мерзнуть нога целиком. -Как это? - мальчик почесал затылок, пялясь теперь на меня. -Смотри. Я встал ровно, ощущая, как ребенок вцепился в меня своими любопытными глазами, и с легкостью упал во тьму. Мое тело больше не имело границ. Я был повсюду, чувствовал каждый сантиметр леса, его холод и тишину, редко разбивающуюся какими-то животными звуками. Пару секунд я наслаждался свободой, но внутри сверкнул Серафим, вызывающий заканчивать понтоваться. Я собрался, резко ощутив, как обледенела нога целиком. -Вот это да! - мальчик даже прикрикнул от изумления. - Научите и меня! -Для начала сосредоточься на самом себе, на том, что внутри, - брат склонился над Ильей легко касаясь его плеча. Демоненок зажмурил глаза и сжал кулачки. Он молча пытался продраться сквозь человеческую оболочку вглубь своего естества. -А теперь расслабься и упади в свою истинную Силу. Я думал, что ребенок поймет мою метафору, но нет. Илюша начал падать на спину в прямом смысле. Если бы не Серафим с его отменной реакцией, мальчик точно бы отшиб себе что-нибудь. -Падать нужно не в прямом смысле, - брат недовольно посмотрел на меня, кривя посиневшие губы. -Тогда я не понял, - мальчик расстроился, хмуря бровки. -Что ты ощущаешь, когда выпускаешь стекло? -Ну, это как будто что-то вырывается из моего тела, - Илья еще сильнее нахмурился, силясь объяснить нам свои ощущения. - Меня пронзает короткой болью, но в тот же момент кажется, что я становлюсь сильнее, ну, как будто делаю все правильно.. Ребенок начал путаться в словах, чем еще больше озадачил нас с братом. -Попробуй настроится на эти ощущения, сможешь заставить себя войти в это состояние? - я аккуратно коснулся его плеча. - Но не кончиками пальцев, а всем телом? Илья кивнул, снова закрывая глаза, но уже спокойно, будто погрузился в приятный сон. Ладошки оставались неподвижными, а пальчики тянулись к земле. На мгновение мне показалось, что передо мной прекрасная маленькая кукла, с чудным, но нежным выражением лица. Я услышал его короткий вдох, и повезло, что в этот момент я закрыл глаза, потому что тело малыша разорвалось на миллиарды мелких и острых кусочков стекла. Его сила вонзалась во все, до чего смогла достать. Меня прошибло такой адской болью, что неосознанно я бросился в туман, лишь краем глаза замечая, что брат сделал тоже самое. Наши с Серафимом дымки не шли ни в какое сравнение с огромным облаком колких стекляшек. Зрелище жутковатое, если мальчишка так разорвется в присутствии людей, тем точно не поздоровится.. Запаса Силы Ильи хватило лишь на пару мгновений, и он тут же вернулся в человеческую форму. -Я сделал это! Вы видели!? - он закричал так громко, что не сразу понял, где его названные учителя. -Это, конечно, круто, - Сера первым вернулся, присаживаясь на корточки рядом с мальчиком, - но ты так не делай, когда рядом кто-то есть.. -Можешь нечаянно убить, - я встал по левую руку от демоненка, вглядываясь в его тело. Мои слова его напугали, но, похоже, ненадолго. Илья продолжил улыбаться и тяжело дышать. Мальчик сжимал и разжимал кулачки, обретая все более и более счастливый вид. -Может быть теперь господин не убьет меня! Илюшка улыбался во все зубы, чуть ли не подпрыгивая на месте, в то время, как мы с братом с опаской переглянулись.