Новогодние истории

      Не видеть свет — это трудно, но можно пережить. Не видеть лицо любимого человека — это мучительно и невыносимо.       Но Хонджуну приходится терпеть, стиснуть зубы и улыбаться, довольствуясь только голосом и нежными прикосновениями.       Он был слеп не с рождения, а по несчастливой случайности, которая перевернула его мир с ног на голову. В его жизни изменилось многое и сразу, но неизменным было одно — рука Сонхва, сжимающая его собственную.       С Паком они были друзьями с первых классов, а полгода назад начали встречаться.       Во время реабилитации от Хонджуна отвернулись друзья, родственники всё время жалели его, и только Сонхва был островом спокойствия и стабильности. Он был рядом, когда Хонджун учился ходить по собственной квартире, вместе они учили язык Брайля — Сонхва был с ним на всех этапах и ни разу не пожаловался на усталость.       Но, несмотря на это, Хонджун всё равно чувствовал себя неуютно. Нет, он любил Сонхва до безумия, но ему казалось, что Пак достоин большего, чем нянчиться с инвалидом.       — Простите, а что это за цифры? — послышался голос Сонхва. Кажется, он обращался к официанту, который только что принёс заказ.       — Это мой номер, — Хонджун понял, что это девушка, и она улыбалась, точно заигрывала.       — У меня есть парень, — тут же сказал Сонхва недовольно.       Такое с ними случалось часто — девушки и парни без конца пытались познакомиться с Паком: то в кафе, то на улице, даже в клубах и барах, и совершенно не обращая внимания на то, что он не один. Хонджун знал, что тот красив, знал, что он обаятелен, добр, идеален. Он не знал только, зачем Сонхва возится с ним.       — Что такое? Аппетит пропал? — заметил Сонхва. Хонджун кивнул и виновато опустил голову. Он опять заставляет Сонхва беспокоиться. — Поехали домой? — предложил он спустя время.       — Ты же хотел посидеть в кафе, — удивился Хонджун.       — Посидим в другой раз. Мне важнее, чтобы тебе было спокойно.       Прежде чем Хонджун успел возразить, Сонхва поднялся и стал собираться, после чего помог Киму надеть вещи и сумку.       Пока они шли, держась за руки, Хонджун вслушивался в хруст снега под ногами. Нос слегка пощипывало от мороза, но воздух приятно обдувал лицо. Погода казалась идеальной для прогулок, и идти домой совсем не хотелось.       — Сонхва, насколько тут много снега? — уточнил он.       — Ну, достаточно, чтобы сделать снежного ангела, — попытался объяснить Сонхва.       Этого вполне хватило, и Хонджун, сделав шаг в сторону, упал спиной на землю. Ему повезло, и он приземлился в мягкий сугроб. Сонхва сначала испуганно вскрикнул, подумав, что Киму стало плохо, но тот заверил, что просто устал идти. Чуть погодя Сонхва лёг рядом и вновь взял Хонджуна за руку. Они лежали так несколько минут молча, думая о своём.       — Сонхва, зачем я тебе? — спросил Хонджун. Перед глазами тьма, а в душе буря. Чувства, которые давно не мог озвучить.       — М-м-м, — Сонхва задумчиво промычал. Он стал делать так с тех пор, как Хонджун ослеп: издавал разные звуки, чтобы Ким не чувствовал себя покинутым. — Не знаю, — сказал он в итоге. — У меня нет какой-то цели, чтобы быть рядом. Я просто люблю тебя.       У Хонджуна на глаза навернулись слёзы.       — Есть люди куда лучше меня. За ними не надо присматривать, они могут сказать тебе, что ты красивый, оценить твою одежду, посмотреть с тобой твои любимые фильмы, — голос дрожал, но он всё равно постарался сказать. — Зачем тебе убогий я?       — Ты не убогий, — возразил Сонхва. — Послушай, любовь моя: мне всё равно на то, что ты не можешь видеть. Это не самое важное, понимаешь? К чёрту фильмы, мне всё равно больше нравится пересказывать их тебе. Мне нравится заботиться о тебе. И я уверен, что кого-то лучше тебя я не встречу никогда.       Слёзы всё же скатились по щекам Кима. Не сдержавшись, он начал хныкать.       — Я люблю тебя, Хонджун. Ты моё сокровище, самый важный человек в мире. У нас всё будет хорошо, я обещаю тебе, — бормотал Сонхва, целуя тыльную сторону руки Хонджуна.       Постепенно Ким стал успокаиваться. Он шмыгнул носом и затих ещё на несколько секунд.       — Сегодня ведь Рождество, да? — вспомнил он. — Наверное, город очень красиво украшен.       — Так и есть, — улыбнувшись, сказал Сонхва. — Рядом с нами стоит ёлка. Она примерно с меня ростом, тёмно-зелёная, на ней золотые и белые шарики разных размеров, а ещё гирлянда, которая светит светло-жёлтым светом.       — Красиво, — улыбнулся Хонджун. — Я люблю тебя, Сонхва. Прости, что доставляю тебе неудобства, — сказал он.       — Я же сказал тебе, мне нравится ухаживать за тобой, мне совсем не сложно, и я не чувствую себя обязанным, — терпеливо повторил он. — Твои руки совсем заледенели, пошли домой? — предложил он.       — Пошли, — согласился Хонджун.       Дома они переоделись в парные рождественские пижамы, налили горячее какао и попытались испечь печенье. Но у них выходило плохо, потому что они всё время отвлекались на поцелуи. А позже Хонджун подарил Сонхва набор конструктора «Лего», который они собирали вместе.       Возможно, он ещё не скоро примет себя таким, какой он есть, но он не сомневался, что Сонхва поможет ему с этим. Пока он рядом, Хонджун чувствует себя полноценным.