Выбросы сближают

— Ненавижу снорков, — недовольно сказал Шрам, пристрелив очередную тварь.  — А кто их любит? — отозвался Меченый и осторожно выглянул из-за угла, осматривая местность на предмет наличия зомбированных.  — А тебя пси-излучение не волнует? — Нет. Я тут бегал как-то. Ещё когда склеротиком был. Излучение не помешает, а вот зомби — запросто. Что? — одиночку удивил взгляд Шрама. — У меня времени мало было, всех не перебил.  — Я не об этом. Почему раньше не сказал?  — Да как-то к слову не пришлось, — Меченый хихикнул.  — А тогда какого хрена наплел, будто не знаешь, где вход? — завелся наёмник. Он бы наорал на одиночку как следует, но безопаснее всего было бы вести себя тихо.  — Я пошутил, — Меченый развел руками. У Шрама на нервной почве задергалось веко.  — Засранец, — всё, что он смог из себя выдавить. После нескольких секунд тишины Шрам тихо поинтересовался: — А на кой ты сюда ходил? — Что? А… по поручениям Сахарова бегал. Пси-установку… вот её, — Меченый высунулся из их «убежища» и жестом подозвал наёмника подойти поближе. Одиночка указал пальцем на огромную колбу, в которой бултыхался соответствующих размеров мозг, — отключил. Всё, хватит пялиться. Пошли, — он толкнул Шрама вперед и вышел сам, приготовившись отражать атаки зомби. На всю перестрелку у них ушло много времени, но в конце концов они дошли по лестнице до самого верха живыми, и, что удивительно, почти невредимыми. — Ты как? В порядке? — спросил Меченый, пытаясь отдышаться.  — Не совсем… — голосом умирающего прохрипел Шрам. Одиночка в панике обернулся к нему, — Наебал… — наёмник улыбнулся и помахал ему рукой, мол, цел я, цел.  — Не смешно! — одиночка посмотрел на него взглядом, полным праведного гнева.  — А ты за языком следи, — с умным видом скрестил руки на груди Шрам. — Это же ходячие трупы, их точность оставляет желать лучшего.  — И всё-таки тебя задело, академик, — Меченый усмехнулся. И правда, одежда на левом боку была слегка разорвана и испачкана кровью.  — О нет… я что, теперь умру? — наёмник несчастными глазами посмотрел на одиночку, а после рассмеялся.  — Царапина. У долбоёба. Творит чудеса, — выделяя каждое слово, закатил глаза Меченый. — Ладно, дай посмотрю, а то подцепишь ещё заразу, мне для полного счастья только тебя зомбированного и не хватало… — он подошел к Шраму и нагнулся к ране. Стоило ему задрать свитер наёмника вверх и провести кончиками пальцев по краям ранки, как Шрам тут же отвернулся и растерянно, даже смущенно пролепетал:  — Не стоит… ерунда же… — Меченый опасливо покосился на него, а после тихо сказал:  — Каждый раз мы остаемся невредимыми… вот это меня настораживает больше всего, — наёмник промолчал. Ему вдруг вспомнились слова Лесника о расплате. Он вздрогнул. Ему бы не хотелось для них какой-нибудь ужасной участи, — Ладно, пошли отсюда, — Меченый открыл видавшую виды дверь, впуская их в тесную комнатку. Шрам зашёл следом, всё так же пребывая в своём мирке мрачных раздумий о незавидном будущем. Придя в себя, он поднял глаза на одиночку, который теперь стоял, оперевшись руками о хлипкий стол и листал документы в поисках нужной информации. Наёмник приблизился к нему, изо всех сил стараясь не сорваться и не прижать его к себе, уткнувшись носом ему в шею. Проделав всё это в своем богатом воображении, Шрам рвано выдохнул сквозь зубы, чувствуя, что начинает хотеть большего.  — Бери всё, — произнес он срывающимся голосом. — Сахаров сам разберется. — Ну, если что, виноват будешь ты, — Меченому, по-видимому, было лень разбираться, поэтому он последовал совету. И вновь они шли по обманчиво пустым коридорам, прислушиваясь к своим же шагам. Вернее, так делал только Меченый. Шрам же шёл за ним и не видел, куда. В чувства его привёл крик кровососа, раздавшийся совсем рядом. Шрам мигом встрепенулся и приготовился к бою, но… ничего не произошло.  — Не парься, — сказал Меченый, вновь возясь с какой-то дверью. — Это иллюзия. Нет здесь никого. А вот там, — он кивнул на дверь, — был контролер и вполне может завестись ещё один, так что лучше быть начеку, — он с силой толкнул тяжелую дверь. В комнате было тихо. Одиночка ещё немного постоял, всматриваясь в темноту, и шепнул: — Идем, — Шрам покорно шёл за ним, недвусмысленно поглядывая на одну его часть тела, что пониже спины и совсем не думая о какой-либо осторожности. С абсолютно пустой головой он спустился за ним в туннель, оглянулся…. Пустое пыльное помещение, никого нет… Шрам не выдержал. Он резким рывком припер Меченого лицом к стене, обнимая и тем самым лишая возможности двигаться.  — Не могу больше… — прохрипел наёмник.  — Ты что творишь? — одиночка злобно зашипел и тут же осекся, ощутив, как в задницу ему упирается что-то твердое. Мигом представив себе своё ближайшее будущее, он на секунду забыл, как дышать. — Эй, пусти! Не смешно, придурок! — прикрикнул Меченый на Шрама, но наёмник будто не замечал его попыток, зато сам одиночка сразу заметил, как шеи коснулись горячие сухие губы. Меченый замер и вздохнул, чувствуя, как от действий Шрама по всему телу разливается приятное тепло. Он откинул голову назад, положив её наёмнику на плечо и подставляясь под ласки. Вдруг его руки перехватили и завели за спину, сжимая в сильном захвате. Освободившейся рукой Шрам расстегнул куртку одиночки, погладил напряженный живот. Поглаживания опустились ниже, раздался хриплый смех наёмника:  — Я смотрю, тебе это нравится не меньше… — прошептал он в ухо отчаянно старающемуся сдержать вздохи Меченому. Одним движением наёмник стащил с него штаны, обхватил ладонью возбужденный орган и слегка сжал. Одиночка, будучи больше не в силах сдерживаться, громко застонал и ткнулся лбом в стену, тяжело дыша. Шрам, удовлетворённо хмыкнув, убрал руку и переместил к анусу, начиная растягивать. Меченый вскрикнул, почувствовав немного грубоватое проникновение сразу двух пальцев и выгнулся, пытаясь избавиться от неприятных ощущений. В какой-то момент, который не смогли уловить сталкеры, крики и маты перешли в протяжные стоны, просящие большего. И вот, к недовольству Меченого, Шрам вытаскивает пальцы и пытается расстегнуть свои штаны — одной рукой это не так просто сделать.  — Ах ты… верни обратно! — расслабившийся было одиночка кинул на наёмника уничтожающий взгляд через плечо. Шрам не упустил момента и поймал его губы в поцелуе, прерывая поток ругательств.  — Успокойся… своё ты скоро получишь, — оторвавшись, шепнул он и снова поцеловал, наконец справившись с застёжкой. Меченый сбивчиво отвечал, чувствуя, как в него начинает проникать немаленький член. Наёмник сам разрывает поцелуй, шумно выдыхая от наслаждения. Одиночка, повернувшись обратно к стене, начал стонать уже в полный голос. Когда наёмник вошел до конца, Меченый снова повернулся к нему и полушёпотом попросил:  — Отпусти, я не сбегу, — его просьба была полностью проигнорирована, а возможно даже и не услышана, — Зараза, — вымученно улыбнулся одиночка, когда Шрам начал неспешно двигаться, так и не отпустив его. Вскоре большую часть своего времени пустующую комнатку заполнили крики, вздохи и постанывания. Меченый не знал, куда деться от нарастающего с каждым толчком удовольствия и нетерпеливо извивался, подаваясь навстречу. Наёмник снова опустил руку на член «любовника», начиная двигать ею в такт движениям, на что Меченый среагировал немного странно: — Не надо… — прошептал он.  — Заткнись, — шикнул Шрам, несильно прижимаясь губами к его шее, оставляя яркий засос. Одиночка застонал громче и кончил, выгибаясь. Шрам кончил следом, ощутив, как сжимают его горячие мышцы. Тишина. Лишь тяжелое дыхание двух мужчин нарушало её. Меченый хотел было что-то сказать, как вдруг раздалось оповещение: «Внимание всем! Приближается выброс!»  — Переждем здесь же, — сказал, отдышавшись, наёмник, наконец отпуская руки Меченого и вытащил член, придержав одиночку за бедра. Тот немного поразминал затекшие конечности и повернулся к нему:  — И как ты это объяснишь?  — А тут нужно что-то объяснять? — Шрам подхватил Меченого на руки и повлёк в поцелуй. Одиночка прикрыл глаза, наслаждаясь его нежностью. К чёрту выброс.