Белый Консул

Только двадцать три аспиранта из двадцати шести, что вошли в ворота Пика, встретили следующий год живыми и здоровыми. Один умер на операционном столе. Тела двоих отторгли импланты в течение пары месяцев после их получения. Маркусу тяжело было потерять таким образом достойного соперника в лице Виссариона, который по суммарным оценкам был лучшим в их наборе еще со Схолы, но из-за какого-то генетического несовпадения стал сервом. Узнай сын аристократического рода об этом в Схоле, то мог бы вернуться к семье и в будущем стать сенатором или высоким офицером, но у тех, кто попал на Пик Аспирантов, было лишь два варианта его покинуть - умереть и упасть на дно разлома, окружавшего пик, или стать ангелом смерти и взлететь к звёздам, что манили в ночи своим ярким сиянием. Неопределённость будущего была самым сложным этапом их превращения, длившимся практически весь первый год, но для Маркуса это стало так же личным испытанием. Он сошелся практически со всеми аспирантами Пика, даже с теми, кто изначально относился к нему скептически, и учился у тех, кому было чем с ним поделиться, а тем, кому нужен был братский совет, плечо или просто слушатель, он помогал сам. Даже Илларион переступил через своё аристократическое прошлое и от души пожал руку бывшему сироте, который теперь обрёл семью, братьев. Особняком оставался только Корнелий, ушедший в себя и отдалившийся от всех, кроме несколько таких же, как он, недоверчивых и хмурых парней. Любимым местом Корнелия был балкон вблизи вершины крепости, куда долго было добираться по путанным коридорам и лестницам, но открывающийся вид на окружавшие Пик горы с белыми шапками снега того стоил. Именно там Маркус и нашел друга через несколько дней после того, как они оба получили второй и третий генетический импланты, позволявшие быстрее наращивать мышечную массу и укреплять кости. Корнелий сидел на краю выступающего вперёд парапета, свесив одну ногу и обхватив рукой согнутую в колене вторую. На них обоих была свободная бело-синяя форма аспирантов, которую они между собой порой в шутку называли пижамой, но на такой высоте она мало помогала сохранить тепло. - Когда-то ты прекратишь ходить за мной, - констатировал Корнелий, цокнув языком и обернулся, чтобы искоса поглядеть на товарища. - Как только в этом перестанешь нуждаться ты, - улыбнулся Маркус и перелез через прекрасные белые перила, тоже став на парапет. Оба знали, что лукавят, но промолчали и тишина, нарушаемая лишь свистом ветра, продолжалась несколько минут, пока не показалось то, ради чего Корнелий тут сидел. Ввысь поднялся из своего гнезда в ближайших горах серопёрый хищник, властным клекотом возвестив округу о начале охоты. - Он всегда один, - нарушил молчание Корнелий, взглядом следя за орлом. - Гордый и опасный хищник, главный в этих горах. Козы и птицы помельче прячутся, когда он выходит на охоту. Даже рыси там внизу пережидают. Голова орла красовалась на эмблеме Белых Консулов, да и символ Империума в целом был орлом, не говоря о том, что этой птицей восхищались еще на Древней Терре, о которой Маркус много читал, но всегда воспринимаешь иначе то, что было далёким, а затем вдруг оказалось близко. Маркус, прищурился, следя за точкой, которой казался орёл издалека, и задумался над сказанными другом словами. Учитывая то, что говорил тот в последнее время мало, пытаться понять что Корнелий вкладывает в слова, было сложно. - Тебе он нравится и ты хочешь быть таким же, - подметил после коротких размышлений Маркус и наморщил лоб. - Но ты не один, брат. Нас много. - Ты всё еще не понимаешь, Маркус, - вздохнул Корнелий и поднял взгляд к чистым голубым небесам, где видно было бледную тень луны. - Мы всегда одни и нужны лишь самим себе. Фивос это понимает. Для Императора, для ордена, для всего мира мы просто расходный материал. - Нет! - возмутился немедленно Маркус, сжав крепче поручень балкона. - Да, - твёрдо ответил Корнелий, обернувшись к собеседнику. - И твоя реакция только подтверждает это. Нас собирают тут, как неоперившихся птенцов, и бросают в горнило. Не все выживут, а из тех, кто выживет, не все станут орлами. Я стану и покажу тебе, что это так. Что есть один главный хищник и остальные для него просто... пыль. Внутри Маркуса от таких слов всё кипело, а желваки на лице играли. Ему хотелось ударить Корнелия едва ли не сильнее, чем когда тот выбросил его любимую фигурку из повозки. Но, как и тогда, эмоции не управляли действиями Маркуса, а он управлял ими, потому опустил взгляд и улыбнулся задумчиво, а затем вновь поглядел на товарища. - Я тоже стану орлом и покажу тебе твою неправоту, - пообещал он уверенно. - Непроходимый тупица, - со вздохом отвернулся Корнелий и покачал головой. - Зачем только столько книг читаешь. - Кто-то же из нас должен, - улыбнулся в ответ Маркус и заметил, как напряглось левое плечо товарища, когда тот захотел дать ему по лицу наотмашь, но не стал, потому что рисковал свалиться. Или потому, что глубоко внутри был с этим согласен.