Белый Консул

По пути к апотекариону они встретили несколько постов с вооруженными сервами и всё теми же большими боевыми сервиторами, чьи руки были заменены тяжелыми орудиями вроде болтеров и автопушек, а тела скрыты стальными листами брони, оставляя напоказ лишь часть изуродованных операциями лиц. По размерам лоботомированные рабы почти не уступали десантникам, но их боевые качества оставляли большие сомнения, потому Маркус снял и людей, и сервиторов с их постов, где удержать орков они всё равно бы не смогли, и распределил их на подходах к апотекариону, на скорую руку организовав эшелонированную оборону по принципам, описанным в книгах, что он читал в Пике Аспирантов. Сам медицинский отсек оказался хорошо защищенным противовзрывными дверями, располагался вдоль укреплённого хребта корабля, чтобы минимально пострадать даже в случае критических повреждений судна, и разделялся перегородками, но понятно было, что от сильных физически и довольно изобретательных ксеносов надолго двери не защитят, как не защитят от них пациентов и бронестекло с пласталью. В коридоре Тринадцать Альфа, едва успели скауты повернуть в него с прекрасно освещенного центрального прохода, их сразу же обстреляли взломавшие баррикады сервов в пятнадцати метрах впереди орки. Пришлось молодым Белым консулам прятаться за боковыми рёбрами коридора, специально созданными для подобного рода перестрелок, и использовать дробовики по назначению. Трое братьев в первую же минуту получили ранения разной тяжести, один остался лежать с кровавой раной в груди на полу, убитым или без сознания понять было сложно, но остальные хорошо укрылись за бронеплитами и по команде Маркуса поочередным массированным огнём заставили орков немного остудить пыл и отступить. - Нам нужны эти баррикады, - почти что прорычал на ухо Маркусу Корнелий, имея ввиду захваченные орками позиции. Маркус и сам это понимал, поскольку защищаться у самого медицинского блока им было невыгодно, но атаковать в лоб баррикаду, не имея штурмовых щитов или иного прикрытия, означало еще более невыгодные потери. Броня скаутов не была рассчитана на то, чтобы выдерживать фронтальный обстрел, и предназначалась в большей степени для защиты от осколков, мелкокалиберных пуль. Нужно было обойти открытый участок по боковому и техническому коридорам, чтобы выйти оркам во фланг и снизу, а для этого нужно было разделить оставшихся боеспособными... - За мной! Прикройте огнём! - пока Маркус думал, Корнелий воспринял его задержку иным образом и, пригнувшись, рванул вперёд, стреляя на ходу. Маркус цокнул языком с досады, но бросить брата было худшим выбором, потому пришлось поддержать его безрассудную атаку стрельбой. Кто-то швырнул за баррикаду гранату, добавив оркам беспокойства, а затем Корнелий перемахнул через преграду и вступил в рукопашную схватку, ожидая скорой поддержки от спешивших за ним братьев. Корнелий тогда взял баррикаду, потеряв всего двух братьев убитыми, при этом сам получил лишь незначительные царапины от пуль и рубленную рану на груди от тесака ставшего на его пути орка. Маркус считал это большой удачей, поскольку орки оказались не готовы к той атаке, но, если бы они сделали так, как планировал он сам, то потери были бы в разы меньше. Тем не менее, они вместе удержали апотекарион до разгрома орков, учинённого ветеранами ордена во главе с капитаном Райвелем, который действительно оказался крайне зол таким положением дел. Маркус увидел его лишь мельком, когда тот со своим командным отделением и полуотделением терминаторов проходил мимо, но ему показалось, что капитан едва ли не взглядом всё сжигает. За подсчетом потерь для скаутов последовал проход в часть апотекариона, где их раны осмотрели и кое-как подлатали смертные служители ордена, а затем распределили по палатам в зависимости от тяжести ранений. Несмотря на разрубленный нагрудник, рана под ним у Корнелия оказалась не опасной, и он вместе с еще несколькими получившими лёгкие ранения скаутами оказался с Маркусом в одном помещении на соседних койках. Большинству же из них повезло меньше и добрая половина находилась сейчас в блоке для тяжело раненых. - Если бы ты дал мне минуту, то мы могли бы обойти орков слева и снизу через технический тоннель, потерь было бы меньше, - наклонился ближе к товарищу Маркус, говоря тихо, чтобы их не подслушали. Должен же Корнелий понять, что он в ответе за жизни тех, кто идёт за ним. - Если бы ты думал еще дольше, потерь могло быть больше, - ответил резко Корнелий, поглядев на собрата свысока. - И ты нарушил субординацию. Сержант Сондред поручил командование мне, - нахмурился Маркус, явно не собираясь сдаваться. - Он доверил тебе довести нас потому, что ты хорошо запоминаешь планы, - Корнелий сделал акцент на "довести", а после наклонил голову вбок и снисходительно улыбнулся. - Никто не рассматривает тебя всерьёз, как командира. Слишком много думаешь, нерешительный и слабый. Маркус чувствовал, как в груди едва ли не жжет от гнева, но сжал кулаки и челюсть, понимая, что товарищ нарочно его провоцирует. Дверь в ярко освещенную палату с тихим шипением отъехала в сторону и внутрь вошел десантник в только что отчищенных от боя доспехах. Продольный алый гребень на его шлеме говорил о том, что он близок к капитану, а военный пояс с бляшками и силовой меч на бедре только подтверждали этот статус. Скауты, кто мог, сразу же поднялись и вытянулись по стойке смирно, но ветеран жестом ладони показал всем снова сесть и, бегло осмотревшись, направился к Маркусу и Корнелию. - Скаут Корнелий, - начал он, остановившись в шаге от койки, - ты отмечен за храбрость и инициативность в бою с ксеносами. Одолеть одного из их главарей только лишь боевым ножом достойное сына Жиллимана деяние. Капитан доверяет тебе его старый боевой нож взамен сломанного. С этими словами неназвавшийся ветеран снял с крепления на поясе нож в отличных кожаных ножнах и протянул его отличившемуся скауту. По рукоятке было видно, что нож прекрасной работы, но Корнелий, едва принял подарок, тут же достал клинок и несколько раз взмахнул, проверяя баланс. Нож хорошо лёг в руку крепкого скаута, будто для него и был создан, да и баланс, судя по довольному виду гестиодца, был что надо. Маркус испытал долю зависти к такой награде, но понимал так же, что в рукопашной далеко не так хорош, как друг, а потому был рад за него. Бывший нож капитана наверняка прослужил тому долго и верно, и может сослужить такую же хорошую службу Корнелию, если только Райвель Фабриций Флакк Нумидийский не собирался таким образом подкупить лучшего по физическим данным скаута их набора. - Служу Императору и Белым Консулам, - произнёс Корнелий, цепляя ножны на свой пояс и по знаку посланника капитана садясь обратно на койку. Шлем ветерана повернулся к Маркусу, и тот приготовился получить свою порцию похвалы. - Скаут Маркус, ты получаешь выговор за недостаточную решительность и будешь наказан дополнительными тренировками, чтобы в будущем не испытывать таких затруднений, - тоном палача произнёс приближенный капитана, после чего развернулся и направился к выходу. - Следуй за мной. Глаза Маркуса широко раскрылись от таких заявлений. Наказан? За нерешительность? Что за бред? Что за этим стоит? Тем не менее, ослушаться было нельзя, и он, сглотнув ком в горле, последовал за ветераном. Перед тем, как выйти, Маркус оглянулся, поймав на себе весёлый взгляд Корнелия. Товарищ будто бы всем видом своим давал ему понять "я же говорил".