Равновесие

Драко вошёл в номер, закрыл дверь и провёл палочкой по замку, обновляя запирающие чары. Бросив в сторону Гермионы оценивающий взгляд, он медленно приблизился. — Как всё прошло? — Гермиона старалась сохранить небрежность в голосе, хотя внутри всё сжалось от волнения. — Смотря о чём ты спрашиваешь, — иронично ответил Драко, заметно расслабившись. Присаживаясь в кресло напротив, он не сводил с неё пристального взгляда. — Не строй из себя дурака, тебе не идёт! Ты прекрасно понимаешь, что меня интересует в первую очередь, — холодно ответила она. Драко выдержал паузу, продолжая сканировать её взглядом, и только потом лениво произнёс: — Сэр Уэстон и правда в отъезде. Де Ланкло не соврала. Я слегка просканировал мысли обслуги и убедился, что они ожидают его возвращения завтра утром. Как только магл вернётся, Жюли пришлёт мне голубя. Она при мне позвонила ему и уточнила, где находится медальон. Решено, что я приду к нему под видом покупателя и официально выкуплю его. Не переживай, завтра утром медальон будет у нас. — Кем решено? Тобой и Жюли? — Она не смогла сдержать резкость в голосе. Драко внимательно посмотрел на неё, и в глазах его зажёгся интерес. Вот они, истинные эмоции! — Допустим, мной. — А с каких пор ты один принимаешь такие решения? — с вызовом в голосе произнесла Гермиона. — Мне кажется, ты забыл, кто тут руководитель миссии. Напоминаю, это не ты, — отчеканила она. — Хорошо, — спокойно ответил он. — Предложи своё решение. — Почему ты не забрал медальон сегодня? — Ты слушала меня? Магл в отъезде. Мадемуазель показала мне несколько сейфов, о которых она знает. Медальона внутри мы не нашли. Сэр вернётся завтра утром, и самое безболезненное — это выкупить у него этот артефакт. Он человек в возрасте. Применение нескольких не самых приятных заклинаний на нём может оказать пагубное воздействие. — Выкупить? Министерство не выделило бюджет на подобные траты. — Поэтому я вложу свои деньги. Министру нужен медальон? Он его получит, — лениво проговорил Драко. Гермиона недоверчиво смотрела на него. Малфой вздохнул, откинув голову назад. — Знаешь, я действительно считаю, что Министерство в данном случае злоупотребляет властью. Да, соглашение с магловским правительством позволяет нам изымать магические артефакты, попавшие маглам в руки. Но сэр Уэстон честно зарабатывает свои деньги и тратит их на своё хобби. А мы просто заберём вещь из его коллекции. Жюли права, это несправедливо. — Ах, Жюли права? — неожиданно ядовито произнесла Гермиона. — Кстати, она объяснила этот свой порыв подлить тебе зелье? — Я даже не стал слушать её лепет. Мне это совершенно не интересно, — с недовольным видом проговорил Драко. — И так ясно, что по зельеварению у неё было в лучшем случае удовлетворительно. Раз она даже не понимает, что доза зелья, необходимая для старика и молодого мужчины, должна существенно отличаться. Если бы я не применил окклюменцию, я б точно трахнул её прямо на столе в ресторане. — Было заметно, как ему неприятна эта тема. Такой глупый промах не мог не ударить по самолюбию. Их взгляды скрестились. Раздосадованный его, яростный её. Чем дольше они смотрели друг на друга, тем яснее Гермиона осознавала, что в этом противостоянии нет никакого смысла. Он и так понимает, что это его промах. — Имей в виду, компенсация твоих трат под большим вопросом, — примирительно произнесла она. — Я и не рассчитываю, — фыркнул Драко. — И орден Мерлина не жду. Ну, если только третьей степени… — Мгновенно став серьёзным, он продолжил. — Я не собираюсь отражать это официально в бумагах и подавать на возмещение своих расходов. Просто я понимаю этого магла. Министерство когда-то так же неправомерно конфисковало артефакты моей семьи. — Тёмные артефакты, — резонно заметила Гермиона. — Не только. Они прихватили всё, что посчитали нужным, и я думаю, это было несправедливо. Но оставим. Принимай решение. — Почему ты не хочешь даже попробовать оформить компенсацию? Откуда такое благородство? — она с подозрением посмотрела на него. — Может, оно передаётся половым путём? — недвусмысленно произнёс Малфой, нахально улыбнувшись. Гермиона смерила его холодным взглядом, давая понять, что шутка ей не пришлась по вкусу. — Ладно, расслабься, это не то благородство, о котором ты думаешь, — заговорил Драко, став серьёзным. — Просто иначе мы тут проторчим Мерлин знает сколько ещё. А я устал отбиваться от приставаний мадемуазель. Мне проще заплатить, чем слушать её нытьё вперемешку с намёками. — Боишься, что не сдержишься? — не удержалась от колкости Гермиона. Малфой лишь ухмыльнулся, промолчав. Конечно, Драко был отчасти прав. Забирать у магла медальон было нечестно. Но, с другой стороны, Министерство тоже можно понять — слишком много материальных вложений требовали сейчас другие проекты, чтобы выделить средства ещё и на покупку медальона. Тем более, когда имеется разрешение изъять артефакт. Понадобится куча бумажной волокиты, чтобы получить финансирование… да и бюрократы всех мастей будут вставлять палки в колёса. — Ну что ж, — ровным тоном ответила Гермиона. — Если ты считаешь такой вариант для себя приемлемым, я не буду возражать, чтоб ты им воспользовался. По возвращении в Лондон я сама займусь компенсацией. — Как угодно, я не настаиваю. — Драко вальяжно развалился в кресле, положив руки на подлокотники и задумчиво разглядывая рисунок на ковре. В тишине, которая мягко обволакивала их, слышен был неясный гул голосов прохожих и шум проезжавших автомобилей. Гермиона ощутила перемену между ними: что-то изменилось во взгляде Драко. Он словно на что-то решился. И она невольно вспомнила его обещание серьёзного разговора. — Помнишь, что я сказал, когда мы собирались на встречу сегодня? — Голос Драко прозвучал низко, и она едва не вздрогнула. Он что, прочёл её мысли? — Нет, — отрезала Гермиона, поднимаясь и отходя к окну. Она смотрела невидящим взглядом в темноту улицы, слабо освещённую фонарями, желая спрятаться в этой тьме. Она не готова к разговору, потому что так и не смогла ничего решить. — Хм… позволь напомнить, — вкрадчиво проговорил Драко. — Я сказал, что нам нужно поговорить кое о чём важном. От тона его голоса мурашки прошлись по спине Гермионы. Напряжение, повисшее в воздухе, ощущалось каждой клеточкой кожи. Она сложила руки на груди, принимая закрытую позу, стараясь сохранить самообладание. — Я хотел бы обсудить то, что между нами происходит в последнее время, прояснить своё видение ситуации и ближайшее будущее. Драко медленно приблизился к ней, встав позади, но не прикасаясь. — Гермиона, ты очень нравишься мне. За эти несколько дней я понял, что хотел бы большего: не просто спонтанный секс. Я хотел бы попробовать отношения с тобой. Она не шевелилась. Только закрыла глаза, радуясь, что он не видит этого. Прислушалась к своему дыханию, стараясь дышать ровно. Будто это не её сердце предательски ускорялось, разгоняя волнение по венам. — Я много думал, чем ты очаровала меня? — Его тихий, чуть хриплый голос проникал под кожу, заставляя её покрываться мурашками от его звучания. Он говорил медленно и спокойно: — Внешностью? Интеллектом? Самодостаточностью? Или, может, неприступностью? — Он перекинул ей волосы на спину и почти невесомо провёл подушечками пальцев по коже шеи к плечу. — И почему именно ты? Может, потому, что под внешней холодностью я обнаружил пламя, которое разжигает меня? Гермиона распахнула глаза и стиснула зубы. Это был запрещённый приём. Он подобрался слишком близко, загнал её в угол, и ей ничего не оставалось, как усмирять бешено колотящееся сердце. Она спиной ощущала его присутствие, но он не прикасался к ней, кроме того места, где пальцы скользнули по шее. Но дыхание возле уха обжигало. Она ровно втянула воздух и так же ровно выдохнула. Вдох-выдох. Спокойно и размеренно. — Нет, — сдержанно проговорил тем временем Драко, чуть отстраняясь. — Эти причины — не то, что очаровало меня в тебе. Это всего лишь следствие. Убери что-то одно — композиция развалится, станет неполной, неубедительной. Будет чего-то не хватать. — Низкий тон его голоса заставил Гермиону крепче стиснуть руки на груди. Нельзя поддаваться. — Убери диез из симфонии, и она зазвучит по-другому. Фальшиво. Не так. — В отражении стекла она видела, как Драко прикрыл глаза, вдыхая запах её волос. — Меня очаровала ты настоящая. Все эти причины и ещё десяток не очевидных, но из которых складывается твой образ. Цельная личность, которая вызывает во мне интерес и восхищение. После небольшой паузы Драко продолжил: — И если бы я обладал смелостью Гриффиндора, я бы даже сказал, что я влюбляюсь в тебя. — Дерзкая ухмылка вспыхнула и исчезла. При этих словах Гермиона невольно тихо ахнула. Взяв себя в руки, она проговорила негромко: — Драко, мне очень жаль, но я не думаю, что нам стоит начинать отношения. — Почему? — вопрос повис и растворился в воздухе. Драко смотрел на её напряжённую спину и буквально физически ощущал её сомнения и страх. Чего она боится? Отношений? Какие причины заставляют её так нервничать? — Ты не чувствуешь того же? — осторожно спросил он, и его ладони невесомо прошлись по плечам вниз, туда, где она скрестила руки на груди. Он расцепил их и, легко сжав, опустил вдоль тела. — Скажи. — Я не чувствую того же, — глухо произнесла она. Жалея, что не может применить окклюменцию и заставить сердце биться спокойнее, а голос звучать ровнее. Гермиона ожидала, что он обиженно отстранится, но вместо этого она услышала тихий смешок. Его руки прошлись по её животу и поползли выше, оплетая её тело, вжимая в себя. — Ты можешь сказать это, глядя мне в глаза? — Его голос прозвучал низко и требовательно. Гермиона не смогла унять дрожь, пронзившую её, и он почувствовал это. Она молчала, не находя в себе сил вырваться из кольца его рук и действительно произнести эти слова. Только не глядя ему в лицо. — Почему-то я так и думал. — Драко губами почти касался её кожи. Гермиона не сдержала глубокий вдох, который вышел судорожным и прозвучал неожиданно громко. Искушение повернуться и потерять голову в его объятиях было велико. Она с трудом превозмогла свой порыв. А он продолжал прижимать её к себе, оглаживая её тело, заставляя кожу гореть даже под тонкой тканью платья. — Ты можешь обмануть сейчас себя. Или даже меня. Сказать это холодно и отстранённо. Так, как ты умеешь… — Его губы прошлись лёгкими поцелуями от шеи до плеча, а пальцы чуть сдвинули лямку платья, обнажая впадинку ключицы. — Но тебя влечёт ко мне не меньше, чем меня к тебе. Да, ты научилась владеть эмоциями, контролировать их, но твоё тело предаёт тебя. — Она в изнеможении откинулась головой ему на плечо, а он чуть сжал её грудь, перекатывая твёрдый сосок под тканью. — Скажи, чего ты боишься? Что на самом деле останавливает тебя? Ожидая от неё ответа, он продолжал обдумывать возможные варианты, готовя аргументы против. И вдруг одна мысль неприятно поразила его. — Это как-то связано с тем, что я бывший Пожиратель смерти? Ты боишься, что связь со мной может навредить твоей карьере? Гермиона нервно дёрнулась в его объятиях, резко разворачиваясь и взволнованно заглядывая ему в глаза: — Что ты несёшь?! Это давно всё в прошлом. Ты был подростком, которого взрослые втянули в свои недетские игры. Тебя судили и оправдали. Своими действиями после войны, своей службой ты неоднократно доказал, что заслуживаешь быть полноправным членом магического общества. — Тогда что? — Он с замиранием сердца наблюдал, какую внутреннюю борьбу ведёт Гермиона, решаясь ответить. — Твоя репутация не позволяет думать, что это что-то серьёзное для тебя. Что из этого что-то может получиться, — выдавила из себя Гермиона, понимая, что её голос звучит неуверенно и выдаёт её состояние. — Многочисленные увлечения заставляют сомневаться в постоянстве твоих чувств. — Она снова отвернулась к окну, не в силах смотреть на него. Мерлин, как глупо! — Моя репутация? — удивлённо переспросил он, и его руки замерли. — А что не так с моей репутацией? Я взрослый мужчина, которого привлекает женская красота и обаяние. Было бы ужасно, если б это было не так. Не находишь? — усмехаясь, он снова прижал её к себе. — Я свободен выбирать и не виноват, если не оправдал чьих-то необоснованно возложенных ожиданий. Разве я кого-то обманул или воспользовался чьими-то чувствами? Скажи мне, разве это так? Мысли Гермионы носились, как стайка птиц, и она хаотично пыталась вспомнить что-то, подкрепившее бы её слова. Со стыдом поняла, что за её сомнениями кроется не что иное, как предубеждение против Малфоя. По большому счёту, чем она сейчас лучше? Поддалась спонтанным желаниям. Переспала с ним, не имея никаких дальнейших намерений. Она никогда не интересовалась его личной жизнью, но всё же какие-либо сплетни в Министерстве до её ушей непременно бы дошли. Да, у него были девушки, но никаких скандалов, громких расставаний или чего-то подобного она не могла припомнить. Внезапно его руки развернули её к себе, и он навис над ней, внимательно глядя в глаза. Ладонь нежно легла на её скулу, а большим пальцем он провел по её нижней губе. — Никто и никогда не сможет обвинить меня в том, что я не сдержал данного слова. Потому что я никогда не обещаю того, что не смогу выполнить, — проговорил он, склонившись над ней так низко, что она видела своё отражение в его расширившихся зрачках. — Но тебе я могу пообещать. Всё что хочешь. — Не надо… — Гермиона с трудом сглотнула. — Мне тоже ничего не нужно обещать. — Так ты согласна? Согласна попробовать отношения со мной? В попытке найти в себе силы она невольно сжала его твёрдые плечи, отводя глаза. — Драко, что это даст… мне, тебе? Зачем? Мы и так… делаем всё, что хотим и когда хотим. — Посмотри на меня, — длинные ресницы дрогнули, и она подняла глаза. — Отношения дадут мне возможность целовать и обнимать тебя не только украдкой. Я хочу засыпать и просыпаться с тобой, когда нам этого хочется. Я хочу дарить тебе нежность и заботу. Защищать тебя. Быть рядом с тобой, когда ты счастлива. И быть тем, к кому ты придёшь, когда расстроена. Я хочу всего того, что дают двум взрослым людям отношения. Может, это выльется во что-то большее. Я не боюсь этого. Мне хочется испытать это с тобой. Он с мгновение смотрел на неё, затем медленно потянулся ближе, и Гермиона закрыла глаза, подавшись навстречу его губам. Он целовал её нежно и неторопливо, желая прочувствовать момент, прежде чем их поцелуи станут требовательными, жадными и настойчивыми. Гермиона растворялась в нем, обхватив его шею, забывшись в хаосе беспорядочных мыслей и нахлынувших ощущений. Его слова всплывали в сознании, наскакивая друг на друга, вытесняя и протискиваясь вперед. Так хотелось им верить. Настолько проникновенно и правдиво звучало всё сказанное им, что Гермиона рисковала окончательно потерять голову от Драко Малфоя. Впрочем, похоже, именно этим она и занималась. Теряла голову, слушая его слова, целуя его и отдаваясь умелым рукам. Молния платья с тихим звуком расстегнулась. Гермиона оторвалась от его губ, чтобы помочь Драко избавить её от ненужного куска материи. Когда они оказались в кровати, Драко прошептал ей: — Ты сомневаешься во мне, я знаю. Но пока не попробуем, мы не узнаем, что из этого получится. — Я… — она выдохнула и тут же забыла, что хотела сказать, потому что горячее дыхание спустилось ниже, и губы обхватили твёрдый сосок, слегка прикусывая его. Драко двинулся вниз, целуя бархатистую кожу плоского живота, слушая её стоны. Они давно избавились от одежды, и теперь он наслаждался прикосновениями к её телу, оглаживал грудь, проводил ладонями по тонкой талии. Его губы проложили дорожку из поцелуев по внутренней стороне бедра, и он с удовольствием услышал её всхлип. Он раздвинул ей ноги, устраиваясь между ними, и мягко положил ладонь на её промежность, ощущая жар тела. Грудь Гермионы вздымалась и резко опадала, глаза горели лихорадочным блеском, а припухшие губы жадно ловили воздух. Волосы, в полумраке казавшиеся темнее на несколько тонов, рассыпались волнами по подушке, и Драко впитывал глазами эту картину, стараясь запомнить каждую деталь. Он ухмыльнулся и провёл пальцем вокруг клитора, раздвигая влажные складки. Ответом ему был её рваный стон, который она попыталась подавить, прикусив губу. — Не надо, не сдерживайся, — вкрадчиво попросил он. — Мне нравятся твои стоны. Продолжать? И она лишь бессильно кивнула в ответ. Его палец снова пришёл в движение, размазывая влагу и легко надавливая на клитор. Дыхание становилось глубже и отрывистее, стоны громче. Когда она непроизвольно подалась бёдрами вперёд, губы Драко обхватили клитор, посасывая его. В ту же секунду её руки оказались в его волосах, пропуская светлые пряди между пальцами, разрушая идеальную причёску. Он провёл языком вверх и вниз, наблюдая за реакцией. Её тело затрепетало, и Гермиона выдохнула со стоном, отпуская его голову и сжимая простыню. Он, не отрываясь, смотрел ей в глаза. Кончик его языка закружил вокруг клитора, заставляя её спину выгнуться дугой. Гермиона непроизвольно обхватила грудь руками и лихорадочно сжала её. Она извивалась, кусая губы, и Драко прижал её бедра к кровати, а его язык скользнул ниже, обводя влагалище. Возбуждение нарастало с каждым её громким стоном, нетерпеливым движением и дрожью, которая передавалась ему волной. Язык скользнул в неё, и Гермиона снова запустила пальцы ему в волосы, закрыв глаза и уже не контролируя свои всхлипы. Её бёдра несмело двинулись ему навстречу, и он перехватил их удобнее, впиваясь пальцами в кожу. Драко проникал языком как можно глубже, чувствуя, как мышцы внутри неё ритмично сжимаются, помогая ей достичь оргазма. Он высвободил одну руку и вернул пальцы на клитор, лаская её языком и пальцем одновременно. Гермиона захлёбывалась стонами, охваченная экстазом. Вскрикнув, она замерла на вдохе, и спазмы удовольствия маленькими иголочками рассыпались по её телу. Драко оставил несколько влажных поцелуев на внутренней стороне её бедра и медленно подтянулся выше, не сводя с неё потемневших от желания глаз. Гермиона обняла его шею двумя руками, притягивая к себе, встречая его губы. Она ощущала, как он возбуждён, как напряжены его мышцы на руках и спине. Он целовал её требовательно, жарко, терзая губы, сминая грудь ладонью. С низким рычанием Драко сместился ниже, посасывая и прикусывая её шею, придавливая весом своего тела. Гермиона обхватила его лицо ладонями, поддавшись необъяснимому порыву, и заглянула ему в глаза. Он тяжело дышал, сосредоточенно глядя на неё, и она прошептала, задыхаясь: — Я хочу тебя, Драко. Он сглотнул и порочно улыбнулся ей. Гермиона подумала, что одна лишь его улыбка была как непростительное, и надо бы ему запретить так улыбаться кому-то, кроме неё. Если у них будут отношения. — Какая нетерпеливая, — низко проговорил он, приподнимаясь. — Я тоже хочу тебя… Ты не представляешь, как сильно… Снова движение палочки, прочертившей руну, а губы прошептали противозачаточное заклинание. Его член легко скользнул в неё, и оба одновременно застонали. Драко начал тягуче двигаться, намеренно сдерживая себя, чтобы продлить наслаждение. Воздух в комнате накалился до предела, было нестерпимо жарко. Все мысли свелись к размеренным движениям, звукам обоюдного удовольствия и точкам, где их тела тесно соприкасались. Малфой приподнялся, закидывая её ноги себе на плечи, и толчки стали глубже, резче, плотнее. Гермиона поймала его взгляд на себе, и её словно обожгло: с каким желанием, на грани похоти он смотрел на неё. Это было невероятно возбуждающе. Его глаза горели, вбирая в себя каждое её движение, каждый стон и всхлип. Она подумала, что от одного этого взгляда можно было кончить три раза, хотя ей никто не поверит, конечно. Это непозволительно — выглядеть так сексуально: с её ногами на плечах, со взъерошенными волосами и чётко очерченными тусклым светом скулами! Руки крепко обхватили её талию, впиваясь пальцами в кожу, властно насаживая её бёдра на себя. Каждый резкий влажный толчок уносил Гермиону куда-то за пределы реальности, в другой мир, где был только Драко Малфой в ней и больше ничего вокруг. Звуки секса наполняли пространство, погружая их глубже в эту иллюзию. Она двигалась вместе с ним, подстраиваясь под его ненасытные прикосновения. Он шире развел её ноги, и пальцы оказались на её клиторе. Это усилило и без того яркие ощущения. Заставило совершенно потерять ориентацию в пространстве, сотрясаясь в судорогах оргазма и выкрикивая его имя. Она распахнула глаза и увидела, что он снова опирается на руки по обеим сторонам от её головы, продолжая двигаться. Напряжение в его взгляде достигло пика, когда он с глухим стоном толкнулся несколько раз так глубоко, как это было возможно, изливаясь в неё. Драко накрыл её своим телом, тяжело дыша куда-то в шею, переживая свой оргазм. Пальцы Гермионы легко порхали по его спине и плечам, очерчивая контуры постепенно расслабляющихся мышц, поглаживая их. Это было действительно хорошо. Так, как будто они идеально подходили друг другу. Выскользнув из неё, он снова приподнялся, и Гермиона протянула руку, убирая упавшие на его лоб волосы. — Ты прекрасна, — хрипло прошептал Драко, пытаясь выровнять дыхание. Он любовался её раскрасневшимся от секса лицом, казавшимся ему сейчас невероятно красивым, со следами удовлетворения и неги на нём. — Я не хочу делить тебя ни с кем. Хочу, чтобы ты была только моей, — шепнул он, склоняясь к ней и улыбаясь той самой непростительной улыбкой, от которой у Гермионы сердце пропускало удар каждый раз. — А я буду весь твой, — ухмыльнулся он снова. — Драко, я не говорю нет, но давай… поговорим об этом после командировки, — утомлённо произнесла она. — Это надо обсуждать не при таких обстоятельствах. — Другого ответа я и не ждал, — усмехнулся он, вытягиваясь на кровати, а Гермиона удобно устроилась рядом, положив голову ему на плечо. — Холодная леди так просто не оттаивает, не правда ли? — Перестань меня так называть. Я вовсе не Холодная леди. Это звучит как-то… странно. — А по-моему, это тебя очень хорошо характеризует, — расслабленно проговорил он, выводя пальцами замысловатые узоры на её обнажённой спине. — У маглов была «железная леди», у магов будет «холодная». С горячим сердцем! — Прекрати надо мной подшучивать, — она силилась звучать строго, но это определённо не удалось, и она рассмеялась. — Прежде чем мы уснём, я хотел бы уточнить один момент, — лениво проговорил Драко. — Имей в виду, отношения втайне для меня неприемлемы. Я не школьник, который будет прятаться по углам, чтобы украдкой зажать тебя, пока никто не видит. И я не любовник для случайных встреч, когда тебе взбредёт в голову. Знаешь, я вообще предпочёл бы заказать у Риты Скиттер компрометирующую статью о наших отношениях. Чтобы любой министерский соплохвост знал, что ты моя, и что приобнимать тебя, даже для колдографий, недопустимо. Раз уж я встречаюсь с первым помощником министра, придётся заявить об этом так, чтобы ни у кого не осталось сомнений. — А ты всегда такой строгий и требовательный или только со мной? — насмешливо спросила Гермиона. — И, между прочим, я ещё не согласилась! — Но и не отказалась. — Его глаза довольно блеснули в полумраке. — Но даже если ты откажешься, знай, я это так просто не оставлю. Я выкуплю рекламный щит на площади у Министерства и закажу рекламу, где размещу своё фото с надписью: «Грейнджер, будь моей девушкой!». Гермиона издала недоверчивый смешок. — Это не всё! — с воодушевлением Драко откинулся на подушку. — Я дам интервью, в котором расскажу о том, как Холодная леди Гермиона Грейнджер заморозила и разбила вдребезги моё сердце. А ещё я запишусь на все твои приёмные часы, и ты, в конце концов, сдашься под моим напором. — Хватит, Драко! — Гермиона ужаснулась, внезапно осознав, что он вполне может так сделать. — Мы обсудим это, когда вернёмся в Лондон. — Я запомнил. — Он развернулся и накрыл её губы своими, втягивая её в долгий и сладостный поцелуй. И Гермиона подумала, что, вероятно, она действительно не будет против попробовать отношения с Драко Малфоем, хотя это страшило её своей непредсказуемостью и неожиданностью. Почему бы и нет? Драко был интересным собеседником, заботливым и внимательным мужчиной, им так хорошо в постели. Может, и в отношениях будет не хуже.