Солнечный мальчик Ким Тэхен

Тэхен просыпается поздно. Он сонно открывает глаза, понимает, что всю ночь проспал совсем один, и виной всему чертов Чонгук, что так нагло вторгался в личное пространство. Голова ломается на части, когда он поднимается с кровати и замечает, что уже середина дня, а в квартире нет никого, кроме него. Чужая куртка на месте, его сценический костюм в шкафу, и вчерашняя ночь была реальностью, а не сном. Об этом говорит запах чужого парфюма, что оставил за собой препод. Так же реальностью были объятия Чона, руки которого, казалось, все еще обжигали пальцы. Он взял в руки мобильный, проверяя смс. JM: Ты где? Мне скучно одному! Этот старый хрыч сегодня заменяет Чонгука, зря я вообще в универ приперся. Улыбнувшись краешками губ, печатает ответ: TX: Сегодня я взял отгул. Извини, Чимини. Сообщение прочитано, вслед за ним — грустный смайлик с котиком. Так в духе лучшего друга. А где же Чонгук? Он ведь пунктуален, очень любит свою работу и относится к ней серьезно, так почему лекцию ведет не он? Немного подумав, Тэхен набирает номер, и спустя долгих 4 гудка, на другом конце трубки слышится хриплый тихий голос: — Чонгук Слушает. — Чимин переживает. Почему ты не пришёл сегодня в универ? Что, вчерашняя пьянка замучала, да? Минутная Пауза. — У меня дела, отъебись. Гудки. Вот придурок, какие еще дела? Тайные чтоли? И какие тайны после того, что было вчера? Да они теперь друг другу как родные, ей богу! Он почему-то скрещивает руки на груди: ну и отъебусь, пошел нахер Чонгук. Тэхен считает, что ему нужно отвлечься, и проводит целый день за просмотром фильмов, стараясь не думать о вчерашней ночи. Попытки выкинуть из головы все что было просто глупы, как можно забыть такую близость? Они ведь даже не друзья, так в чем проблема, почему Тэхену так стыдно, неловко и вообще… Не наплевать? Он ведь терпеть не может Чонгука, нет, не так… Он его ненавидит. Так сильно, что хочет ударить за то, что влез вчера, какое ему вообще было дело до того, что делал там его студент? Ему ведь наверняка похуй на всех, просто собирает компромат, чтобы потом поиздеваться. Чертов придурок! Тэхен бьет подушку. А потом еще раз. И еще. Эмоции начинают вырываться наружу вместе с ударами, и баррикада, которую он пытался выстроить весь день, дает крупную трещину. И все это — вина Гука. И он получит по морде, определенно, пусть только попробует еще раз заявиться и сделать что-то похожее на то, что было вчера! Ни за что. Ни за какие коврижки Тэхен не позволит этому чертиле касаться его вновь. Хотя бы потому, что это разобьет сердце Чимина. Да если бы он мог, он бы отдал вчерашний вечер Паку, бесплатно, со всеми вытекающими последствиями, и даже номер препода подогнал бы. Пускай обзвонится. Блондин вздыхает, включает, наверное, уже 10 по счету фильм, и уже настраивается на просмотр, как в дверь стучат, делая это с такой силой, что в голову закрадывается мысль о Намджуне и его упырях, но он ведь не может поступить так низко и заявиться прямо в дом к должнику? Это ведь глупо, Тэхен будет вырываться, брыкаться, кусаться, и вообще закричит так громко, что оконные стекла в соседнем доме полопаются. Мысленно проклиная себя, молясь всем богам, в которых внезапно поверил, он подходит к двери и заглядывает в глазок, уже собираясь встретиться глазом с дулом пистолета, но видит только… Чонгука. О нет. О боже. Нет. Чего он приперся?! Ему что, вчерашнего удара ногами было мало? Лучше б это был Намджун, его компания прельщает больше. Снова удар. Он тарабанит кулаками, ладонями, знает, что по другому хозяин и не подумает открывать, а таким изощренным способом добиться желаемого он перебудит всю лестничную клетку, а этого Киму совсем не хочется. Если честно, ему не хочется совсем ничего, кроме спокойствия, а Чонгук с этим словом, увы, что ни на есть противостоящие антонимы. Дверь открывается, выбора особо нет, и брюнет бесцеремонно входит в коридор, грубо отталкивая Тэхена плечом и захлопывает за собой дверь. — Ты чего приперся?! — Голос у него слегка взволнован. Ну конечно, мистер всемирный-красавчик-универа в его квартире, он должен умирать от радости, а не тыкать пальцем и хмуриться, но Чона ничего не смущает, и он сбрасывает кроссовки. — Мне нужно кое-что забрать. Ох, точно. Его куртка. Тэхен мысленно бьется головой об стену, понимая, что стоило отдать ее еще вчера перед сном, и о чем он только думал? А если Чимин узнает, что он расхаживал в ней, вообще может обидеться! — Посмотри на кресле. — Он пожимает плечами, и проходит в комнату вслед за мужчиной. Но тот даже не планирует подходить к креслу, может, он вообще не собирается забирать свою вещь. Он распахивает небольшой шкаф, и быстро цепляет взглядом одежду, что вчера слегка прикрывала все прелести Тэхена, красуясь на его подтянутом теле. Чон застывает, глядя на нее. В голове мгновенно вспыхивают картинки танца, обтянутой задницы, ждинных стройных ножек и того, как смущенно прикрывался стриптизер в его машине, и в штанах становится теснее. Он закусывает губу, считает до 10 и обратно, стараясь унять накатившее возбуждение. Тэхен всего лишь ребенок, его студент, который крупно попал на бабки, и не абы кому, а жестокому Мафиози, который просто так не отстает. Не отстал бы. Поэтому он должен держать себя в руках. Он берет одежду, сминая ее, как тряпки, направляется в ванную комнату. — Ты же за курткой пришел. — Произносит парень, когда Чонгук пролетает мимо него. — Чт. Что ты творишь? Он хватает Чона за локоть, преграждая ему путь, становится прямо в проходе, не подпуская к двери. Устремляет взволнованный взгляд в уверенные темные глаза, и чувствует, как его щеки краснеют. Вчерашний вечер всплывает в голове, заставляя почувствовать стеснение, но оно не должно мешать. Он — скала, солдат, который не пропустит его в свою маленькую обитель с унитазом. Кого угодно, но не этого засранца, разбившего сердце Чимину. — Ты зачем туда идешь? Твоя куртка на кресле, я ее не надевал с того момента, как вернулся домой тогда! — Оставь себе. — Ты что, извращенец? Зачем тебе моя рабочая одежда? — Он по старой привычке дует губы, что кажется Чонгуку настолько детским, что он корит себя за вчерашнюю слабость. Как его мог возбудить этот ребенок? — Ты там больше не работаешь. — Брюнет напрягается, намереваясь прорваться сквозь оборону Тэхена, но встречает слабое, но сопротивление. И Тэхен горд, что несмотря на свою комплекцию пытается сделать хоть что-то и не боится противостоять такому, явно не слабому, врагу. Он упирается руками в грудь Чонгука, а спиной в дверь туалета, и упрямо стоит на своем: не пущу и все тут! Чонгука такой расклад явно не устраивает, и играющие желваки на острых скулах подтверждают догадку Тэхена. — Ты не имеешь права входить в мою квартиру, и тем более В мой туалет. Это личное, свали нахер! — Ты впустил меня сам, так что не возмущайся. — Уходи! — Он давит сильнее, прощупывает под футболкой мышцы, и почему-то приоткрывает рот, не ожидая такого поворота событий и рельефа под ладонями… Чонгук, заметив замешательство парня, хватает того за талию и приподнимает, прижимая к двери. Ну а как еще его успокоить? Тэхен дар речи теряет. Он перестает дергаться, перестает перекрывать путь, но все еще не убирает рук от чужих мышц, упираясь красивыми пальцами, и смотрит куда-то вперед, вперев офигевающий взгляд в чужую шею, оглаживает им адамово яблоко и поднимает выше, встретившись с глазами Чонгука. Они усмехаются, но лицо серьезно, и это так не вяжется между собой, что он теряется, не зная как отреагировать, как извернуться и что сказать, ведь зажат со всех сторон. И на кой черт ему нужна была эта глупая форма? Пусть заходит, делает с ней что хочет, но отодвинется, а не то… А не то Тэхен вцепится ему в шею и откусит кусочек. А что. Сам виноват. Чонгук разглядывает волоски на кудрявой голове, и когда его противник поднимает голову, встречается с его голубыми глазами. Они — словно 2 маленьких океана, настолько невероятно красивые, что тут у кого угодно крышу снесет. Красивое тело, что неумело, но сексуально извивалось на шесте перед ним, сейчас настолько близко, что рельеф их пресса соприкасается. Он упирается языком в щеку, демонстративно отводит глаза, когда Тэхен начинает дрыгать ногами, вспомнив, что они вообще то еще у него есть! — Отпусти, а то… — Что, будешь кричать? — Он спокоен. Говорит настолько тихо и хрипло, что от этого баритона по спине мурашки бегут. Еще и перебивает! В чужой квартире, схватил чужую вещь, зажал чужого… Тэхена, и права качает. — Буду. А еще, — Он переводит взгляд на шею мужчины, что не остается незамеченным. Он сглатывает ком в горле, а у Кима мурашки по телу. Да, он чертовски горяч, но он его не интересует. — Я вцеплюсь в твою шею и высосу всю кровь. Отойди, а то… И Чонгук отпускает, а блондин валится на пол, как мешок с картошкой, не сумев устоять на ногах. Какой позор, он и так смотрит на него снизу вверх, а теперь вообще будто на дне марианской впадины оказался. Чонгук переступает через него, и возвращется спустя несколько секунд, уже без рабочей формы. Наваждение проходит, и Ким подскакивает, вспоминая, что хотел ударить в морду этому придурку. Он, помедлив несколько секунд, замахивается, совершенно не целясь, а эта самая цель внезапно перехватывает руку, сжав настолько сильно, что кажется, у него треснула кость. — Ты совсем идиот? — Кристаллически спокойно изрекает Чон, пока у Тэхена ноги трясутся, дрожь по всему телу и голова кругом идет. Ну что с ним такое то, даже ударить нормально не смог! — Свали нахер! И сам ты идиот! Ты хоть знаешь, сколько стоит эта форма? — Голос переходит в отчаянный крик. — Мне теперь и за нее придется заплатить, Чонгук! Он размахивает руками, а выражение лица такое, что кажется, из глаз сейчас брызнут слезы. Но мужчине наплевать. Он спокойно обувается, пока вокруг бегает и тараторит что-то злое уже бывший стриптизер, проклиная того на чем свет стоит. Он понимает, что теперь придется лезть в помойку, и делать этого совершенно не хочется. — Теперь… Теперь мне надо еще и в мусоре копаться. И все из-за тебя! — Не надо. Одежды там нет. — Он заказывает шнурок, и выпрямляется, вновь оказываясь на голову выше. — Я выбросил ее в окно. — ЧТО?! — Глаза Тэхена округляются. Он заламывает брови, порывается к двери, но Чонгук крепко хватает его за талию, возвращая обратно, и смотрит, смотрит, смотрит… Так, будто ему есть какое то дело. Так, будто заинтересован. А Тэхен смотрит в ответ, не думая уступать. — Я же сказал, что ты там больше не работаешь. — Да с хера ли?! Брюнет пожимает плечами, и улыбается, обнажая верхние, чуть выпирающие клычки. И кто тут еще кровь высосать может… Он выходит, ничего не сказав, а Тэхен еще долго стоит в коридоре, думая обо всем. Что за муха его укусила? Надо будет поговорить. Обязательно. Завтра в универе ему конец!

***

Утро наступает неожиданно быстро, и нет, это не потому, что Тэхен всю ночь грыз локти и чувствовал, как по венам разливается лава. Он настолько зол, что готов разорвать Чонгука на кусочки, хотя, вероятнее всего все будет наоборот. А еще он придумал план мести — при встрече перед парами кожанка благополучно оказывается у Чимина, и тому нарекается вернуть ее хозяину, а кто хозяин пускай узнает сам. Этому засранцу конец, он получит свое! Ким сидит за столом на взводе, пока Чимин листает странички в инстаграм, выискивая, кому же принадлежит куртка, и отвлекается только тогда, когда в аудиторию вальяжно, как хозяин на побоище, входит его объект обожания. Он готов взлететь, когда тот посмеивается, глядя в их сторону, хотя даже не понимает причину такой внезапной позитивности. А причина — Тэхен, что сел за первый стол, думая что сможет выдержать напор препода, но через секунду сдулся, словно шарик, который проткнули иглой. И иглой здесь был именно Чон Чонгук, что всю пару пялился в их с Чимином сторону, от чего у друга началась маленькая истерика, и он и думать забыл об учебе. Тэхен записывал все за двоих дрожащей рукой, иногда поглядывая на Чонгука из-под бровей, с подозрением и явным раздражением. Телефон завибрировал. Чимин сидит рядом, у Юнги, Хосока сейчас пара, которую ведет Джин, а Чонгук прямо перед ними стоит у огромного стенда, что-то рисуя на нем. Тогда кто же?.. Он, стараясь не спалиться перед преподом, достает мобильный… RM: Моя детка нашла себе спонсора? RM: Ты молодец. Но я не думал что им окажется мой близкий знакомый. RM: Кстати, я обещал ему тебя. Будь осторожен Тэхени. Телефон падает из рук, бьется об пол и издает трель, благо, никто не обращает внимания, кроме… Чонгука. Конечно же этот не скромный мужчина оборачивается, и безошибочно определяет, что и кто стал источником шума. Тэхен почему то теряет осанку. Он сжимается, желая исчезнуть из этого мира, расплакаться, не знает, что происходит. А всему виной то, что его наглый препод считает, что может лезть в чужие дела. Остаток занятия проходит для него, как в аду. Когда все покидают аудиторию, А Чимин отправляется искать, кому же отдать куртку, напоследок стрельнув глазками в Чонгука и вильнув бедрами, Тэхен выдыхает. Он чувствует, что им надо поговорить, точнее, ему надо надавать по шее Чонгуку, и что он там скажет — совсем не важно. Татуировщик сидит на столе, что-то листая в своем айфоне, когда к нему подходит разъяренный Тэхен, у которого руки трясутся. Но тот даже не смотрит. — Мне написал Намджун. — Прекрасно. — Он проводит пальцем по экрану и хихикает, смотря видео с падающим ребёнком. — Что ты сделал? — Начинает закипать Ким, а глаза мокром месте, слезы так и просятся наружу. Ну зачем он влез?! — Ты. Оплатил мой долг? — Ну да, и надеюсь ты наконец начнешь уделять внимание учебе. Глаза Тэхена полезли на лоб. Этот засранец в очередной раз заставил Кима, мягко говоря, охуеть. Он заплатил за его долги, так еще и указывает, что делать. Хотя, наверное, все не так плохо, он все же помог, и злиться глупо, но…. он злится. Не понимает почему. — Я не просил помогать мне… Теперь будешь издеваться, да? Тебе нравится мучать тех, кто тебя терпеть не может?! — Вырывается случайно, и бьет в самое больное место, поэтому Чонгук поднимает взгляд и гасит экран телефона, а у Тэхена вновь начинает проступать пот на ладошках. Взгляд у мужчины холодный и темный. Неизвестно, что он в себе таит, глубина тьмы, что разлилась в его зрачках, поражает Кима, пугает, заставляя отшатнуться, когда тот поднимается и становится вплотную. Его лицо, не выражающее никаких эмоций, выглядит ужасно привлекательно, и парень понимает, чем же Гук зацепил его друга. Собой. Своей холодностью, безразличностью ко всему, что происходит вокруг него. Он — каменная стена, за которой не страшно, бешеный пес, имеющий контроль над своей сущностью. Безрассудный, импульсивный и грубый, одинокий… Блондин сглатывает ком в горле, поджимая губы, старается смотреть в ответ гордо и непринужденно, но не получается. Вот глупый. Ему помогли, инвестировали в его жизнь за просто так, не просят взамен абсолютно ничего, и вообще молчат о своем поступке, а он… А он распетушился на своего спасителя. Может, дело в том, что это Чонгук? Нет… Что это именно Чонгук? — ты не можешь терпеть меня? — Его голос спокоен, а внутри Кима ураган эмоций. Буря, которая не уляжетчя так просто, пожар, который уже не потушить. — я тебя ненавижу! Боже. Ну зачем? Тэхен, ты идиот! Только выпалил, а уже проклинаешь себя! Чонгук даже бровью не ведет. Студент дышит громко, глубоко, чтобы не потерять сознание от волнения, а он продолжает стоять как каменная стена! Видимо, совсем плевать. Ну и хорошо. — А ты точно в этом уверен? — выдает брюнет, а Ким давится воздухом, когда он, совсем не стесняясь, хватает того за талию, притягивая к себе, впивается взглядом в чужие глаза, заставляя щеки краснеть. — Что ты делаешь… Отпусти. — Он перестает трястись, не понимая, почему. Все плохо, но почему ему так хорошо? Этот ненормальный какой-то совсем охеревший! Он сильнее сжимает, и Тэхен ощущает на своих губах чужое дыхание… — А тем вечером ты прижимался к моему плечу и плакал, как ребенок. Уверен, что ненавидишь меня, Тэхен? По телу бегут мурашки от этого баритона, и он неосознанно закусывает губу, тонет в черноте глаз напротив. Надо опомниться, срочно! Среди вороха мыслей о Чонгуке, где то на затворках всплывает лицо Чимина… — Да, я уверен, ненавижу тебя, Чон Чонгук. И пропади все пропадом.