Жизнь монстров тоже непроста.

      В помещении воцарилась тишина. Монстрам нужно было время на то, чтобы поглядеть на Глаза и переработать информацию. Только Свету, Скричу и Фигуре была не сильно интересна эта ситуация: первые двое познакомились с ново-старым монстром раньше, а последний, в силу своих особенностей, попросту не мог посмотреть на Глаза. Да даже если у него было бы зрение: Фигура все равно бы ничего не сказал. Он всегда становился молчаливым, когда в библиотеке находилось больше трех существ. И его можно понять: к Фигуре редко захаживает столько монстров. Ему просто непривычно и, быть может, даже некомфортно. По крайней мере с Сиком он себя так не ведет. А поэтому Сику хочется чувствовать себя особенным. Ну, хотя бы немного.       А Глаза, тем временем, пытался вытерпеть пытку в виде любопытных взглядов остальных. Ох, как же он ненавидел те моменты, когда на него откровенно пялятся: истинный облик дает о себе знать. Нельзя ли это делать как-то более.... Прилично? Какие-то личные границы тоже должны быть, в конце концов.       Глаза не хотел казаться жертвой, загнанной в угол, а поэтому он, убрав руки за спину и подняв подбородок кверху, начал тоже по очереди разглядывать остальных. Надо же и свой характер показать. Нужно внушить и показать остальным то, что Глаза — вполне уверенное в себе существо. И уж точно не из робкого десятка.       — То есть... Ты и есть Глаза? — первым подал голос Раш.       — Ну а кто же еще? — язвительно ответил Глаза. — Других монстров, которые подходят под то описание Путеводного Света, я больше не вижу.       — Стоп... — произнес Амбуш. — А про это ты откуда знаешь? Неужели Свет рассказала? — он строго посмотрел на девочку. В ответ на это она отрицательно покачала головой.       — Следил он за нами. Вот что. — проговорил Скрич, скрещивая руки на груди.       — В каком это смысле? — удивился Раш. Кажется, он больше всех относился к Глазам скептично.       — В прямом. — Глаза посмотрел на Раша. — Неужели никто из вас не заметил? Вы настолько слепые? — он усмехнулся. — Нужно было всего лишь спрятаться за стеной соседней комнаты и бесплатный просмотр шоу обеспечен.       — Я не верю тебе. Ты можешь это как-то доказать? — спросил Амбуш, хмуря брови. Конечно, мало кому понравится тот факт, что за ним следили. А уж тем более не каждый этому поверит.       — Мне все равно. — Глаза поправил свою челку, чтобы, не дай Бог, резко третий глаз не выскочил. — Я не обязан кому-то что-то доказывать. Каждый сам выбирает во что ему верить, а во что нет. Но это не отменяет того факта, что я знаю многое, при этом не общаясь с вами.       — Но это же неправильно! — вспылил Раш. Видимо, ему больше всех не нравился факт слежки, даже несмотря на то, что их могли всего-навсего обмануть. — Тебе было слабо не скрываться до последнего, как последний трус, да?! Следить за нами проще, да?!       — Неправильно — это игнорировать чувства и состояние своего друга, крича на него из-за непойманного человека! — не выдержал Глаза. Уж больно Раш возомнил себя чем-то большим. Хотелось спустить его с небес на землю. — Впрочем, держите доказательства: ты довел Амбуша до такого состояния, что он на тебя в душе мастурбировал. Ох, как неловко получилось, да? — после этих слов Амбуш содрогнулся всем телом, покраснел так сильно, как еще не краснел и опустил голову. После такой реакции и вопросы не нужны: и так все ясно. Раш озадаченно глядел на Амбуша, явно не без смущения. Скрич отрицательно покачал головой и закрыл своей рукой глаза. А что до Света, Сика и Фигуры.... Первая, очевидно, не знала, что такое мастурбация, а поэтому не понимала такой яркой реакции остальных, а Сик и Фигура... Они оба промолчали, ведь это определенно не их дело. Сейчас главное то, чтобы все мирно закончилось.       Глаза улыбнулся, наблюдая за всем этим. — Раш, я знаю гораздо больше, чем ты можешь себе представить. Советую тебе не провоцировать меня, иначе, кто знает, чей следующий секрет выплывет наружу...       Раш, судя по сжатым рукам в кулак и нахмуренным бровям, был очень зол. Он открыл было рот, чтобы наверняка произнести что-то максимально оскорбительное, но Скрич оказался быстрее:       — Почему именно Халт?       Глаза вопросительно поднял бровь и уставился на мальчика. — А почему именно вы?       — Справедливо. — согласно кивнул головой Скрич. — Но все же... Он же ненавидит все, что связано с отелем. Как он подпустил тебя к себе? Или, судя по твоей скрытности, вы — соучастники?       Глаза усмехнулся. — Пытаешься блеснуть умом? Похвально. — он убрал руки в карманы. — На самом деле это вы не хотите подпускать его к себе. Он не такой уж и "неприступный" как думаете. Нужно лишь желание и немного знаний, которых у вас, увы, нет. Вы не пытались даже что-то предпринять.       — Уж больно ты хорошо о нем отзываешься... — задумчиво сказал Скрич, пока большинство говорить было не в состоянии. — Кем он приходится для тебя? Я не могу понять: соучастник ты или нет. Вроде и похож, а, вроде бы, и нет. Ты не такой агрессивный.       — Уж спасибо за комплимент. — хмыкнул Глаза. — Быть соучастником необязательно, если ты умеешь втираться в доверие. К слову, мне плевать как и на людей, так и на монстров. Они друг друга стоят: строят из себя что-то, хотя по факту ничем не являются. Глупо выбирать одну из сторон. А насчет Халта... Он — мой парень.       Скрич цокнул и закатил глаза, мол: "еще одни", а остальные просто снова начали глядеть на Глаза. Да, эта новость явно была неожиданной: у Халта и вправду с его ненавистью может быть кто-то? Открытие на открытии...       Глаза помолчал некоторое время и, не услышав новых вопросов, поинтересовался:       — У вас есть еще вопросы? Просто если нет, то я бы хотел удалиться и оставить вас удивляться дальше одних.       — Да иди ты на все четыре стороны и не возвращайся. — проговорил все еще озлобленный Раш, из последних сил сдерживающий себя от того, чтобы не начать драку.       — М-да... Оскорблять тоже уметь надо... — прошептал Глаза. — Не переживай, Раш: вы все тоже мне противны. Надеюсь, вы угомонили свой нескончаемый интерес и больше не будете докучать. И, будьте начеку: я могу быть где и когда угодно. Особенно если дело касается Халта. Его в обиду я вам больше не дам. — Глаза щелкнул пальцами и испарился, оставляя монстров озадаченными.       Кажется, Глаза не такой простой, как может показаться на первый взгляд, а Амбуш попал.

***

      Спустя пару часов глубоких размышлений, Глаза успокоился окончательно. Все-таки в том факте, что он показался остальным, нет ничего страшного. Ему необязательно общаться с остальными жителями отеля и дальше. Монстры просто будут знать, что такое существо, как Глаза существует и все. Ничего такого в этом нет. Наверное...       Глаза вспомнил, что хотел извиниться перед Халтом. Да... Это ему действительно стоило бы сделать. А-то в последнее время их отношения совсем стали никакими... Одни ссоры с манипуляциями...       Глазам надо всего лишь щелкнуть пальцами левой руки, и через мгновение он оказывается в коридоре Халта. Телепортация — удобно и практично. Так и натолкнуться ни на кого не получится. Одни плюсы. Быть может, третий глаз — не так уж и плохо.       Халт стоял, облокотившись о стол руками, и думал о чем-то своем. Он никак не отреагировал, когда в помещении появился Глаза. Впрочем, ничего необычного: Халт умеет настолько сильно уходить в себя.       — Привет. — проговорил Глаза, привлекая внимание.       — А? — Халт вышел из транса и повернул голову на источник звука. — О, привет.       Глаза, направляясь к Халту медленным шагом, начал. — Прости меня, Халт. Я был в последнее время груб с тобой, за что искренне прошу прощения. Я виноват перед тобой.       Халт, услышав это, улыбнулся: уму непостижимо! Глаза извиняется! Так еще и перед ним! Все чудесатее и чудесатее... — Все хорошо. Я не обижаюсь.       — Ты прощаешь меня? — спрашивает Глаза, подходя к Халту вплотную.       — Да. — отвечает Халт, вжимаясь в стол больше.       — Спасибо. — благодарит его Глаза и, приподнимая лицо второго за подбородок, затягивает его в жадный поцелуй. И каким Глаза не казался бы плохим: он действительно любит Халта. Всем сердцем любит. Халт — некий островок безопасности для Глаз. И как же хочется, чтобы так было всегда...       Глаза помогает Халту сесть на стол, чтобы было удобней им обоим. Он обнимает второго и нервно выдыхает: как же ему нравился запах, исходящий от Халта.       — Я тебя люблю, Халт. — шепчет на ухо Глаза, прижимаясь к парню ближе.       По телу Халта прошелся табун мурашек: не каждый день можно увидеть такого нежного и любящего Глаза. Слышать от него такие слова хоть и непривычно, но определенно приятно.       — Посмотри на меня. — просит Халт, а Глаза, не убирая рук с талии, слушается. Первый аккуратно убирает челку второго так, чтобы виднелся третий глаз. — Ты таким мне нравишься больше. Не прячь это хотя бы от меня.       — Как скажешь. — улыбается Глаза, снимая свои перчатки. Он складывает их на другой конец стола. А потом, проникая в рот Халта языком, запускает одну руку ему под толстовку. Второй слегка содрогнулся, когда пальцы Глаз коснулись живота. И, несмотря на то, что секс между ними происходит не впервые, все эти ощущения все равно кажутся новыми и чуждыми: до какой степени было хорошо. Всегда было хорошо.       Глаза слегка толкнул Халта, чтобы тот поддался назад, облокотившись о руки. Он прикусил мочку его уха, продолжая выводить непонятные узоры пальцами на теле второго. Халт, у которого такие ласки происходят не часто, уже начал плавиться в руках своего парня. Есть же все-таки в этом отеле что-то светлое. Что-то, ради чего умирать уже и не так хочется. Что-то, ради чего можно и вытерпеть остальных монстров.       Глаза снимает с Халта толстовку и кидает ее куда-то в непонятном направлении. Первый припадает к шее парня, на что он реагирует очень даже положительно. Глаза любил наблюдать за тем, как реагирует тело Халта на те или иные действия и слова. Ему нравился тот факт, что именно он, а не кто-то другой заставляет Халта стонать и просить большего. Глазам льстило то, что это тело принадлежит только ему. Глаза знал, что Халт только его и ничей больше. И это абсолютно устраивало их двоих.       Когда Глаза оторвался от шеи с целью пополнить запасы воздуха, Халт принялся расстегивать его рубашку, ибо нечего только одному ему с оголенным торсом сидеть. Руки слегка дрожали, поэтому Глаза помог избавиться от лишнего предмета одежды сам.       Они поцеловались еще раз. Только теперь страстнее. Эмоциональнее. Попутно Глаза начал ласкать соски Халта пальцами. Температура в помещении повышалась, а дыхание становилось тяжелее.       Когда губы Глаз коснулись плеч, Халт почувствовал то, как низ живота начинает приятно тянуть. И вот именно сейчас, именно в этот момент, второму было плевать на этот отель, монстров, людей и свою истинную сущность. Это меркло на фоне Глаз и той любви, которую он излучал прямо сейчас. Все потеряло свою значимость.       Спустя еще несколько глубоких и влажных поцелуев, Халт почувствовал, что в штанах ему стало определенно тесновато. Да и Глазам, видимо, тоже...       Когда рука легла на пах, из Халта вышло уже что-то, похожее на стон. На его щеках был небольшой румянец, что Глаза крайне возбуждало. Сейчас Халт был растрепанным и разгоряченным, на что Глаза все никак не мог насмотреться: его парень выглядел очень сексуально. Все, вот теперь штаны и все вместе с ними составляющее, точно мешает.       Глаза целовал тело Халта, пока одна рука находилась в зоне паха, творя всякие грязные вещи. Конечно, он дразнил. Глаза любил это делать, а потом слушать мольбы Халта о прекращении пыток. Но в этот раз он до этого не доведет. Просто немного побалуется. Глаза слишком провинился, поэтому в этот раз придется обойтись без просьб.       — Раздевайся и поворачивайся ко мне спиной. — сказал Глаза охрипшим голосом. Он отошел от второго, давая тому возможность слезть. Да, первый любил приказывать. Очень любил.       Халт беспрекословно слушался. Может, в другой раз он бы что-то да ответил, но сейчас этого делать не хотелось. Кроме сильного желания и возбуждения у него больше ничего не было.       Халт раздевался и смотрел в глаза второму. Не обделял вниманием и третий глаз, который Глаза так усердно прячет. Понять бы, почему... Ведь он такой же прекрасный, как и другие два!       Глаза смотрел на Халта хищно, словно он волк, который вот-вот нападет на свою жертву. Он хотел Халта. Ой, как хотел. Впрочем, это было взаимно. Время, как назло, тянулось слишком долго. И все умение Глаз держать себя в руках тоже куда-то подевалось.       Когда последний элемент одежды, отделявший Халта от нагого тела, был снят, то Глаза, не дав другому успеть повернуться, поцеловал его. И опять страстно. И опять глубоко. Их языки сплетались, словно в танце. Границы понимания и здравого смысла стерлись. Было только желание чужого тела.       Глаза сам повернул Халта к себе задом, заставляя второго облокотится о стол ладонями и прогнуться. Халт простонал, когда первый ввел в него палец. Глаза продолжал расцеловывать тело парня, местами даже кусая. О да, Глаза и это делать любил. Халт, вроде бы, никогда не высказывался против укусов. В любом случае, они редко когда были сильными. Глаза, может, и садист, но не до такой степени.       Чем дальше заходили руки Глаз, тем больше Халт стонал. Очень отрадные звуки для ушей, знаете ли.       — Хватит... Я... Я уже готов... — произнес сбивчиво Халт. Ладно, хорошо, все же Глаза нехорошее существо. Не хотел же до мольбы доводить. Но так даже и лучше.       — Как скажешь. — Глаза не скрывал своей улыбки, несмотря на то, что Халт не мог ее увидеть.       Первый отошел от второго и начал избавляться от оставшейся одежды. Старался делать это медленно, чтобы еще подразнить. Халт был недоволен этим, но послушно ждал. Ему, в принципе, больше-то и делать было нечего.       — Не злись. — попросил Глаза, уже полностью раздевшись. Он провел своим членом между ягодиц Халта. Выждав еще пару секунд, Глаза наконец-то вошел. Халт одобрительно громко простонал, а Глаза, если признаться честно, тоже не сдержался.       Глаза двигался ритмично и плавно. В этот раз он решил обойтись без, кхм, так скажем, грубостей. Извиняться же пришел. Надо уметь сдерживать свои порывы хоть когда-то.       Постепенно помещение наполняли все более громкие шлепки, а стоны Халта стали чаще. Глаза хоть и пытался сдерживать себя, но получалось не всегда. Иногда вместо стонов он оставлял отметины на теле своего парня. Но как же, черт возьми, было хорошо...       Глазам пришлось держать Халта, чтобы тот не упал, ведь от возбуждения второй не мог стоять ровно. Халт уже потерял счет времени и понимание, где он находится. Впрочем, это было неважно. Рядом с Глазами это было неважно.       С каждым толчком Глаза оказывался все глубже. С каждым толчком внутри Халта все переворачивалось. Да, запретный плод всегда был сладок. Но кто они такие, чтобы не вкушать его? Вряд ли Глаза и Халт смогут когда-нибудь стать святыми. А зачем тогда зря стараться, и строить из себя хороших? Лучше попробовать все и сразу.       В этот раз разрядка не заставила себя долго ждать. Неужели на этом сказались многочисленные ссоры? Или, быть может, так сильно скучали? Да кто его знает...       Стоило толчкам стать мощными и глубокими, как Халт кончил за считанные секунды. Глазам потребовалось чуть больше времени. Еще несколько толчков.       Халт после разрядки еле стоял на ногах, поэтому его пришлось ловить.       — Ты... Ты в порядке..? — интересуется Глаза, придерживая второго.       — Да... Теперь да... — отвечает Халт, пытаясь привести дыхание в норму.              Вместе против всего мира, не так ли?