По ту сторону реки

После ужина, Рогнеда с Асторией возвращались назад в гостиную Слизерина. День прошёл не самым лучшим образом. Снейп, как всегда, нашёл к чему придраться. К тому же, Рогнеда практически ничего не понимала в этих уроках, она путалась в зельях, написанных английским языком, куча слов, о которых она вообще никогда не слышала. Это самые ужасные дни… А магия волшебной палочкой? Она в жизни ею не колдовала и не умеет это делать, заклинаний тоже не знает. На Защите от Тёмных Искусств Малфой со своими друзьями, само собой, не упустили момент, чтобы подразнить девушку, очередной раз напомнить, что она позорит Слизерин. Благо, профессор Люпин перевёл тему в её защиту, чтобы ситуация не казалась слишком неловкой. Ещё Гермиона Грейнджер её постоянно поправляла, говоря, как заклинания правильно говорить, а как не надо. Рогнеду она раздражала, постоянно лезла не в своё дело, желая показаться самой умной. – Терпеть не могу Малфоя! – раздражённо сказала Рогнеда Астории. – Чтобы он помер! – Рогнеда! Нельзя так говорить. – Лучшие пожелания для Малфоев, – наигранной улыбкой ответила девушка. – У меня желание забрать у него эту волшебную палочку и засунуть в…. – Не надо! – пресекла её Гринграсс. – Я тебя поняла. Ты не любишь Драко Малфоя. – Не только Драко. Ещё Нотта, Кэрроу и Снейпа. Они это заслужили, – немного подумав, она добавила. – Ещё Грейнджер и Поттера. Астория удивлённо оглянулась на идущею рядом с ней слизеринку. – А чем тебе Гарри и Гермиона не угодили? – Грейнджер бесит своими вечными поучениями. А с Поттером носятся как последней жемчужиной. Достали уже. Вчера вечером вся гостиная о Гарри только и говорила. Им что, больше обсуждать некого? – закатывая глаза, спросила она. Казалось, что в её жизни Гарри Поттера становилось с каждым днём всё больше, и Рогнеде это не нравилось. Астория пожала плечами, прижимая к себе книги с пергаментом. Она не обращала на них внимания, и ей было проще с этим прожить. Стоило девочкам вернуться в гостиную, как Малфой начал своё любимое представление. Рогнеде хотелось подойти и врезать ему стулом по башке, но Астория, как стихия спокойствия, остановила её за руку, на ухо шепча, что это того не стоит. Здравый смысл победил. Ведьма не стала драться, ещё и с Драко, ей Мадины утром хватило. Хотя, если была её воля, то она с большим удовольствием устроила бы здесь поджёг. – В Инквизиции что-то есть…, – проговорила она тихо сама себе и последовала за Асторией в комнату. Отдохнуть девушкам всё же помешали. Спустя минут восемь староста, немедля приказал, чтобы все, абсолютно все, последовали в Большой зал, срочное заявление директора. Рогнеда с Асторией переглянулась. Что ещё за заявление, к тому же после ужина? В Большом зале упала люстра и всё сожгла дотла? Мечты Рогнеды оправдались? Девушка усмехнулась, лениво вставая с кровати и накидывая на себя мантию. Когда все вышли, она предельно близко держалась возле Астории, пока та не пошла к Дафне с вопросами. Оказывается, рядом с двумя Гринграсс, она не хотела, поэтому отделилась от сестёр. Привыкшая решать свои проблемы сама, она не сильно-то и заметила отсутствие Астории рядом с собой. Все ученики школы поместились в зале, ничего не понимая, что происходит и зачем снова собираться. МакГонагалл и Флитвик, тем временем, запирали все входы в Большой зал. Дамболдор взмахнул волшебной палочкой, и на полу появились спальные мешки. Рогнеда была мягко говоря в шоке… – Спокойной ночи, — пожелал профессор, закрывая за собой дверь. Зал сразу принялся что-то обсуждать. Понять такие неразборчивые слова быстро, к тому же на английском, Рогнеде было сложно. Она искала Асторию, но в зале было темно, и рассмотреть, куда делась Гринграсс, было тоже нелёгкой задачей. – Быстро все по спальным мешкам! — крикнул Перси. — Никаких разговоров. Через десять минут гашу свет. – Шикарно…, – прокомментировала Рогнеда без воодушевления. Она ничего не понимала, какой-то бред, какого чёрта, они должны спать на полу? – Как, по-вашему, Блэк ещё в замке? – боязливо шепнула Гермиона в полной тишине, но этого было достаточно, чтобы разогреть разговор о нём. Рогнеду передёрнуло. Она думала, что ей послышалось, или снова какое-то странное английское слово… Блэк? Она повернулась на другой бок, пытаясь прислушаться к начатому разговору. – А что, если он трансгрессировал? – высказал догадку когтевранец. – Взял да и перенёсся, как по волшебству, из одного места в другое? – А может, переоделся? – предположил пятикурсник из Пуффендуя. – Вы о ком? – не выдержала Рогнеда, желая, чтобы её подтверждение смогли найти хотя бы малейшие объяснения. Ребята, как назло, замолчали. Девушка по своей натуре не чувствовала дискомфорт, что от её вопроса резко прекратили разговаривать. – О ком вы говорите? – снова повторила попытку она, желая докопаться до конца. – О Сириусе Блэке, – наконец ответил какой-то мальчик. – Он в школе. Об этом все только и твердят. Рогнеде чуть не стало плохо. Пол словно из-под ног пропал. Всё-таки ведьме не послышалось, и Сириус действительно был здесь, в этой школе, прямо сейчас. Сейчас! Она глянула на двери, глупой мыслью, думая, что сможет выбежать и увидеть его своими глазами, но это лишь пустая трата времени. Всё заперто, ей не выбраться отсюда. А даже если и получится, то что она сделает? Одна против учителей в магии, чьих она совсем не понимала? А если действительно встретит Блэка, тогда что? Во всей этой заварухе Рогнеда позабыла, что в этом мире считается мёртвой… – Просто прилетел, и всё! – сказал Дин Томас, продолжая обсуждения. – Похоже, одна я читала "Историю школы „Хогвартс“!" – фыркнула Гермиона. Рогнеде хотелось ей втащить. Она и так была на сдающих нервах, а тут ещё Грейнджер со своим желанием быть умней всех и выделяться интеллектом. – Грейнджер, да заткнись ты уже! – крикнула Рогнеда. – Надоела. Да, одна и что дальше? Никто не обязан читать твои глупые книжки! Перед кем тут выпендриваешься? – Гашу свет! – объявил Перси, видя, что начинаются какие-то разборки. Он, как староста, должен придерживаться порядку. – Всем забраться в мешки и не разговаривать. Рогнеда гордясь собой, что смогла сделать то, о чём мечтала, легла обратно в мешок. На волшебном потолке мерцали созвездия, повторяя рисунок звёздного неба. Девушка ушла в свои глубокие мысли чужих планет и мерцающих далёких звёзд. Как же красиво… Но одновременно жалко ждать момента. Она злилась на Сириуса и очень. Если этот чёртов Поттер в опасности, разве дурацкие дементоры могли по-настоящему защитить школу? Блэку плевать на этих целлофановых пакетов, парящих прямо в воздухе, он пробрался без проблем внутрь. Пора признать самый очевидный факт: Хогвартс не безопасное место, это лапша на уши от директора. Остальные пару дней говорили только о Сириусе Блэке. Рогнеду это раздражало, волновало и злило одновременно. Даже Астория заметила сильное изменённое в поведении девушки. На Гринграсс ведьма не хотела срываться, та такая милая, и обижать девочку из-за своего настроения было самым глупым решением. Регулусу Рогнеда отправила информационный ком, оповещая о всём случившемся, так как тот должен быть в курсе всех дел.

***

Регулус, когда получил информационный ком, был занят своей работой с крестражем. Он размышлял, если в предметах есть часть души, то могут ли они связываться друг с другом? Логично, что да, значит, нужно найти способ, как это провернуть, и отыскать оставшиеся. Всё казалось легко. Регулус был умным, даже через чур, его знаний хватило бы, чтобы найти все частицы, но хватит ли на это времени? В коме от Рогнеды говорилось, что Сириус в замке, это уничтожило последний позитив у Блэка. Он резко встал со стула, его сердце трепетало, а дыхание участилось. Магу не пришлось искать родного брата, он сам нашёлся, и что немало важно, дал подсказку своим внезапным появлением. Замок! Сириус туда явился в поисках Питера, значит, Петтигрю тоже в Хогвартсе. Если всё так и есть, то Блэку снова улыбнулась удача, уже какой раз на его жизненном пути. – «Есть ли в Хогвартсе люди, у которых живёт крыса? Или быть может, ты видела этого грызуна в стенах школы?» – отправил встречный вопрос Регулус. Его переживания в отличие от других были не из-за возможного нападения Сириуса, а из-за возможного очередного низкого поступка Питера. Если его упустить в этот раз, то больше уже никогда не отыскать. – Нужно сообщить магловским властям…, – тут же сказал сам себе Блэк, и сложив крестраж обратно в коробочку, запер её магией. Он покинул свою комнату, надеясь как можно скорее донести новую только что полученную информацию в нужные, теперь уже, свои секретные источники.

***

Огнедар и Ярополк игнорировали друг друга в течение нескольких дней. Парни даже не говорили друг с другом. Иногда Огнедар просил что-то передать Блэку через Ростислава. Тот поступал так же, и так водили круговорот. Муромец не сдавался. Он за эти дни внушал обоим сторонам, что так нельзя, и уже неслабо надоел и Солвецкому, и Блэку своими лекциями. Теперь бывшие друзья игнорировали, в придачу, и Диму. Ростислав саркастически говорил, что они оба обижены на Муромца, на что блондин лишь усмехался. Он подключил Севастьяна. Тот, не желая влезать в чужие разборки, чтобы не остаться крайним, лишь пожимал плечами и советовал не лезть не в своё дело, пусть парни сами разбираются. А Владимира, в свою очередь, очень тщательно продумала способ, чтобы насолить Огнедару. Она хотела рассорить его и Ваню окончательно, но так, чтобы Солвецкий не грешил именно на неё, враждовать с ним было не выгодно, но для неё полезно. Все возможные идеи заканчивались одним итогом: Огнедар всё поймёт. А план должен был быть очень хорошим, таким, чтобы никто, кроме самой девушки, про это не знал. Ещё нужно учесть всякие вспомогательные предметы, вроде карт Таро или рун, что усложняло задачу… Владимира злилась из-за того, что никак не могла отыскать нужную частоту для своих продуманных идей. Мирослава вошла в комнату. Она заметила сидящую Орлову. Та нервно била пером по столу. – Всё хорошо? – спросила Скарникова, подходя ближе. – Ты выглядишь весьма странно. – Я просто задумалась, Мира. Не нужно искать во мне какие-то загадки, – спокойно, не обращая своего внимания на вошедшую подругу, ответила Владимира. Мирослава пожала плечами, и кладя свои вещи на стол, повернулась к нему спиной, слегка присаживаясь на его поверхность. Она думала о странном поведении Ярополка и Огнедара. Те вели себя не как обычно, и это не заметил только слепой. – Тебе не кажется, что Ярополк и Огнедар какие-то сами не свои в последнее время? – спросила Мира. Владимира тоже это видела. Действительно, Блэк и Солвецкий даже на людях не стояли рядом, не то, чтобы разговаривать… Это подталкивает только на одну мысль и показатель единый – они в ссоре. Было необычным наблюдать за этим. Она никогда не слышала, чтобы ребята злились друг на друга до такой огромной ямы, чтобы даже не общаться. – Да, я тоже не пойму, что с ними. Может, поссорились? – Тоже думаю, – отталкиваясь от стола, ответила Мира. – Но для меня это удивительней обрядов. Ты когда-то могла бы подумать, чтобы Огнедар и Ярополк поссорятся? Лично я нет. – В жизни всякое бывает… но не с этими двумя. Если они так себя ведут на людях, то это тусклее блеклой зори. Значит, ссора серьёзная. Вот бы узнать из-за чего они так…, – Владимира сразу посмотрела на Миру. – А ты можешь. – Я? – та указала пальцем на себя, не веря. – Да-да, ты. Тебе Ярополк всё выложит как на ладони. – Нет, Владимира, я не стану этого совершать. Как ты это представляешь? Хочешь, чтобы я приблизилась к нему только ради того, чтобы узнать информацию? – видя кивок от блондинки, Мира в ответ отрицательно замотала головой. – Нет, я не буду. – Ну, Мирослава. Ну пожалуйста, ну хотя бы ради меня, – более нежно попросила она, желая, чтобы та выполнила её прихоть. – Пожалуйста- пожалуйста… – Нет! Владимира, нет. Это очень подло. – Он же ничего не узнает…, – невинно поджимая губки, снова заладила Орлова. Мира хотела отказать, но, видя взгляд Владимиры, она не смогла этого сделать. Да, возможно, нужно было снова сказать «нет», настоять на своём, но для девушки это не простая суть. Разрываться между принципами и подругой было трудно, но всё же от одного маленького разговора с Ярополком ничего не изменится. Убедившись, что это просто обычный диалог, от которого никому не станет не хуже, не лучше, она всё же согласилась. Радость Владимиры была заметна. Та сразу обняла Миру, говоря, что она сделала правильное решение и не нужно сомневаться в этом.

***

Получив от Регулуса информационный ком, Рогнеда всё никак не могла понять, зачем ему знать про какую-то крысу? Она говорила, что Сириус в школе! А не то, что у кого-то крыса сбежала. Ведьма видела какого-то зверька у Рона. – «У Рона Уизли. У него есть крыса, он везде её с собой таскает», – ответила она, даже не находя подходящей по логике мысли, для чего Регулусу вдруг понадобилась эта информация. За окном погода самая отвратительная. Дождь, ветер, ещё и гром. Но гениальные мысли школы нельзя было не предвидеть, они решили играть в квиддич. Рогнеда предпочла остаться в коридоре и наблюдать за всем этим с окна, пока вся школа так торопливо собиралась на предстоящий матч. Она не любила эту игру, считая, что шансов тут свернуть шею больше, чем во время постройки многоэтажного дома. На мётлах она тоже никогда в жизни не летала и не имела представления, как это делать. Всё, что оставалось, это просто осуждающе смотреть. Оказывается, пока её не было, Малфой ломал себе руку, сейчас у него гипса нет, но он постоянно жалуется на боль. Рогнеда видела его насквозь и прекрасно знала, что он просто симулирует. Собственно, Слизерин отказался от игры, и это понятно, учитывая, если глянуть на погоду за окном. Когда игроки вылетели на деревянных мётлах, на значимую поверхность выси во время грозы, Рогнеде чуть плохо не стало от этого идиотизма… Она закрыла глаза рукой, словно видела самое не нормальное зрелище. Жаль, конечно, что в Хогварсте не преподают науки. Но тот факт, что во время молний они стали играть с помощью металлического мяча, было ещё тупее. – Идиоты…, – всё, что сказала Рогнеда, качая головой. – Тут никакого Сириуса не надо, они сами друг друга перебьют до его появления. Великая Морена…, – выдохнула она. Заметив Малфоя, она сузила глаза, в мыслях желая ему в следующий раз сломать голову, а не руку. Дождь, к сожалению, бил прямо по стёклам, и продолжать детальнее рассматривать игру Рогнеде было сложнее. Поэтому, чтобы не тратить нервы на этот бред, девушка решила просто прогуляться по коридорам школы. – Пусть эти полудурки играют дальше. Не удивлюсь, если кого-то из них пришибёт молния. Будет интересно узнать, как Дамболдор попытается это объяснить родителям ребёнка. Свернув, она остановилась у стены, рассматривая висящие там портреты. Здесь не так, как в доме Блэков: эти портреты другие… Вдруг она вспомнила, что Сириус очень даже может появиться на матче. Она развернулась, чтобы посмотреть назад. – Не Сириус, так молния. Они сами будут виноваты в последствиях, какие бы плачевные они не были. Блуждая долгими коридорами, Рогнеда рассуждала: а что будет, если она всё же столкнется с Сириусом? Он уверен, что его дочь мертва, как тогда будет реагировать на её внезапное возвращение к жизни? Можно предвидеть, что его реакция проявится не из добрых чувств, а может наоборот, очень удивиться. Но если так рассуждать, то колется ответ, что не нужно никому знать, кто она на самом деле такая. Была Эмма, но та погибла, теперь же есть Рогнеда и живёт она другой жизнью, совсем по другим правилам. Ведьма часто задумывалась, что было бы, если бы жизнь сложилась иначе? Если бы она с рождения жила в Великобритании и на первый курс пошла в Хогвартс, что тогда? Вполне вероятно, что про Регулуса она ничего не знала бы, а про Ярополка тем более. В таком случае пройдут года, а они будут жить незнакомыми людьми. Она была бы не той, что сейчас, слишком очевидно, но это пугало. Изменять себя в другую сторону Рогнеда не хотела и не собиралась. Желания являться идеалом для самой себя было сильней. Зачем нужна другая жизнь, друзья, мечты, семья, характер, если она обожала то, что имела в данный момент. Промчалось время, и пока Рогнеда думала о своей возможной судьбе, рассматривая картины, то увидела, как на носилках внесли Гарри, а рядом с ним шёл Дамболдор. Она даже не удивилась этому. Такое стоило ожидать, а чего собственно они хотели? Когда затевали матч в такое время? – «И сколько ещё валяется на земле?» – подумала она, внимательно провожая взглядом директора с подбитым учеником. – «Может этот случай их хоть чему-то научит?» Видя какой довольный вид у Малфоя, Рогнеда покраснела от злости. Она не любила Поттера, но видеть, что Драко с такой широкой улыбкой злорадствовал, было противно. Она отвернулась, чтобы не подойти и не врезать ему прямо здесь и сейчас. – Сука, я клянусь, когда-то моё терпение лопнет… Рогнеда вернулась обратно в гостиную Слизерина. Она расстроилась, что не получила ответный информационный ком от Регулуса. Может, он решил не отвечать, а может забыл? В заключительном ключе её не радовало, ни то, ни другое. Совсем грустная, она рухнула на кровать, лицом в одеяло, желая поскорее заснуть. Холод скрывал в себе немую тень одиночества. У неё были силы, но тратить их сейчас не хотелось. Скрип двери сорвал все планы. В комнату вошла Астория, вся промокшая до нитки. – Рогнеда, ты спишь? – спросила та. Рогнеда сначала хотела притвориться спящей, чтобы её никто не трогал, но совесть перед Асторией её замучила, и она устало поднялась, опираясь руками на кровать. – Нет, что случилось? – Хотела тебе рассказать о том, как прошёл матч, – воодушевлённо заговорила Гринграсс, подсаживаясь на кровать к Рогнеде. – Ну-у? – подняв брови, она ждала продолжения. – Гарри упал с метлы. Пуффендуй победил. – То, что Поттера занесли без сознания в школу, я видела… Я искренне рада за Пуффендуй. Что-то ещё? – немного сонно спросила она, склоняя голову набок, пока её волосы касались руки. – Тебе совсем не интересны новости? – немного обижено спросила Астория. – Нет, Астория, к сожалению или к счастью, но нет. На самом деле, я очень хочу спать. Ты не против, если я провалюсь в мир сновидений? – улыбаясь, Рогнеда смотрела на слизеринку напротив. Астория всё понимала. Она кивнула, оставляя ведьму на месте, а сама встала с кровати. Гринграсс нужно было сходить помыться под напором тёплой воды, переодеться, и в таком случае все события она решила обсудить с Дафной. Рогнеда улыбнулась, когда Астория молча встала с кровати, хоть и оставляя после своей одежды на её пледе мокрый след. Девушка не расценила это как проблему, она просто его подняла, чтобы укрываться и заснуть. Возможно, сейчас у неё получится нормально выспаться, потому что ночами это сделать очень трудно.