А мне нравится твоё тело

Моя помощница в отпуске. Если найдёте ошибку — ПБ в помощь, буду благодарна. ***** В то время, когда альфы обдумывали как выйти из положения, в своей квартирке Тэхён воевал с сыном. Хаюн решил во что бы то ни стало отправить папу на университетскую вечеринку. Надоело омеге смотреть на грустное личико родителя. Хоть Тэхён и не жаловался никогда и всегда нежно улыбался сыну, омега знал, папа очень любит танцевать, а с тех пор как остался с ребёнком на руках, отказался от этого занятия. Истинных причин конечно же Хаюн не знал, а Тэхён как мог избегал разговоров об отце, но парень рос о-очень умным и с некоторых пор просто был уверен в том, что его отец никакой не полярник погибший во льдах, а что ни на есть самый обыкновенный козёл, который бросил омегу как только узнал о беременности. Об этом омега смог сделать выводы ещё в начальных классах, услыхав разговор двух учеников, которые обсуждали беременность учителя. Учитель был не замужем и его беременность была новостью номер один в школе. А затем его выводы были подтверждены подслушеным разговором между папой и дядей. Хоть те и разговаривали тихо, всё же: «гад, подонок и перестань убиваться из-за этого козла» Хаюн услыхал и сделал выводы. С того времени вопросы о втором родители исчезли, а когда Хаюн справил свои четырнадцать лет, Тэхён рассказал о своём разочаровании в альфах. Сын родителя обнял и сказал, что им и вдвоем хорошо, но он то видел как тяжело Тэхёну даётся одиночество. Одни только мучения во время течек чего стоили. Поэтому Хаюн превратился в маленькую, настойчивую сваху, чем очень бесил родителя. — Хаюн, я тебе уже в десятый раз говорю. Я никуда не пойду! — Тэхён устал спорить со своим ребёнком, который вот уже несколько дней не отстаёт от него. — А я тебе в сотый раз говорю папа, ты просто обязан выйти из квартиры. Хватит себя запирать. Ты молодой, красивый омега, а занимаешься только работой и домом. Это неправильно! — Я не только работаю и домом занимаюсь, — Тэхён понимает, что Хаюн от него в этот раз не отстанет, — Я ещё и тебя воспитываю. У меня нет времени на гулянки. Если ты так хочешь, то пожалуйста, иди на эту вечеринку. Дядя Намджун тебе пропуск гостя оформит. Иди и повеселись. Можешь друга с собой взять, только прошу тебя, отстань от меня. Я туда не пойду! Мне хватило одного раза, чтобы понять, что это всё не для меня и закроем эту тему раз и навсегда. Тэхён демонстративно развернулся, вышел из комнаты да ещё и дверью хлопнул. Омега понял, папа не просто рассердился. Некоторое время Хаюн сидел на кровати и размышлял над словами папы. Может он и правда зря на него так давит… Размышления омеги прервались жужжанием телефона. Хаюн посмотрел на всплывшее имя: «любимый хён». Вздохнул и приложил гаджет к уху. — Алло, дядя Нам, привет… У меня? Нормально всё… Папа? Как всегда, закрылся в комнате и залез с головой в свою философию. Дядя Нам, ты занят?.. Давай встретимся, очень надо… Хорошо, через десять минут в нашем кафе. Юноша скинул вызов и подпрыгнул с кровати. Его любимый дядя Намджун всегда появлялся именно в тот момент, когда были трудности. Хаюн с самого детства твердил о том, что дядя волшебник. На что альфа только смеялся и говорил, что это просто родственные связи обостряют чувства близких людей, но таким званием гордился и старательно поддерживал имидж волшебника. Омега быстро сменил уютную домашнюю одежду на удобно-уличную и осторожно приоткрыл дверь и выскользнул в небольшой проходной холл. В квартире было тихо, а дверь в комнату родителя была закрыта. Хаюн подошёл к двери, аккуратно постучал по дереву. — Па-ап, я скоро приду, дядя Нам позвал в кафешку. Может пойдём вместе сходим, а? — Хаюн, я занят, — голос омеги звучал глухо, но нотки расстройства сын услышал, — У меня нет времени гулять, иди и возвращайся вовремя. Хаюн вздохнул. Раз папа закрыл дверь, значит опять плакал и виноват в этом он, своим упрямством довёл дорогого человека до слёз. — Пап, я быстро приду, не переживай. Ты только долго не работай, глаза будут болеть. Омега еле сдержал слёзы. Какой же он эгоист. Но он всё исправит и в этом ему поможет его дядя-волшебник. Мальчишка схватив вторую связку ключей аккуратно закрыл за собой и дверь и со всех ног полетел по ступеням с третьего этажа элитного дома, где проживала маленькая семья. Кофе было в соседнем доме, поэтому Тэхён не переживал за безопасность сына. Район их был спокойный, здесь жили состоятельные люди и охранялся он на совесть. Намджуну чудом удалось сторговатся с продавцом этой квартиры. В квартире проживал сынок министра образования, который удачно женился и выставил на продажу жильё. Альфе позвонил риэлтор и уже через неделю Тэхён переступил через порог своей квартиры. Деньги у омеги были, а вот право на приобретение собственности нет. Тэхёну было на тот момент четырнадцать лет и старший брат, который был на десять лет старше омеги, приобрёл жильё как опекун. *Родители омеги узнав о беременности, вначале требовали сделать аборт. Тэ решительно от этого отказался, он верил, что его любимый альфа придёт за ним и они будут жить долго и счастливо. Но этого не случилось. Альфа устроил скандал и выгнал омегу из своего дома, его родители перевели приличную сумму за молчание, хотя омега категорически не хотел принимать этих денег, именно брат убедил оставить позорный откуп и омега, подумав, согласился с тем условием, что альфа купит на них жилье, которое в последствии перейдёт ребёнку. Намджун набил морду предателю и посоветовал исчезнуть навсегда не только из их жизни, но и из города, что тот и сделал. Кому охота сесть за совращение несовершеннолетнего омеги. Родителей Намджун не простил за такое отношение к брату и ни разу больше с ними не встречался. Альфа получил достойное образование, руководил университетом, имел обширные связи, а недавно женился на сыне высокопоставленного чиновника и между прочим по любви, а не из выгоды. Теперь их маленькая семья выросла ещё на одного человека, который души не чает и в Тэхёне и в Хаюне. Сокджин в данный момент на пятом месяце беременности.* А Тэхён и правда плакал. Он злился на себя, а не на сына. Злился на того альфу, который убил в нём веру в любовь. Сердце на протяжении долгих лет так и не смогло залечить рану оставленную словами и действиями. Тэхён понимал, что сын нуждается не только в его любви, омеге нужен был отец. Намджун был поддержкой, опорой, но… отца он заменить не сможет. Омега даже несколько раз дал себя уговорить и сходить на свидания, которые организовывал брат, но они не принесли желаемого результата, а разочарование в альфах переросло критическую отметку. В университете было много видных альф-педагогов и вроде всё при них: харизма, рост, ум, наличие юмора, даже жильё. Они оказывали всяческие знаки внимания и готовы были не только на свидания, даже на брак. Но… опять но! Не чувствовал омега в них того, кто действительно будет ЕГО альфой. А Хаюн с взрослением как с цепи сорвался. После рассказа омеги про настоящую причину отсутствия второго родителя стал одержим тем, что хотел выдать собственного родителя замуж и кстати, усиленно занимался подбором кандидатов на это место, чем очень бесил омегу. Но чем больше отказывался папа, тем упорнее становился сын. Тэхён знал, что сын обзавелся группой поддержки в лице Намджуна и Джина, но пока умудрялся сдерживать их напор. Пока… Омега естественно знал о рождественской вечеринке. Каждый год организационный комитет универа устраивал этот праздник. Там действительно было весело, организаторы придумывали каждый раз новое и омега это знал. Только он, посетив один раз это мероприятие, дал себе слово — больше на подобные вечеринки ни ногой! Почему? Да потому, что… Об этом Тэхён даже не хотел думать, не то чтобы обсуждать и как не пытал его брат, так и не сознался в причине категоричных отказов. А причина была в том… вернее в ком. Четыре года назад случилось то, что загнало омегу ещё больше в строгость по отношению к себе и стёрла с личика юноши почти все эмоции, оставив только дежурную улыбку. Только в стенах своей квартиры и в обществе брата и его омеги Тэхён оставался всё тем же весёлым и шебутным, выйдя утром за дверь своей квартиры на лице омеги исчезала нежность и появлялся образ холодной, надменной стервы. Именно таким он был в стенах универа и именно такого преподавателя Ким боялись все студенты. Свой предмет омега знал на отлично. Написал много статей по философии, которые были включены в учебное пособие для изучения в школах и других учебных заведениях. И за невежливое отношение к истории и философии гонял своих студентов так, что эти предметы многим во снах снились. И для получения зачёта поблажек не было ни у кого. Педагог не принимал отговорок в виде: были соревнования, не успел выучить из-за нагрузки по другим предметам или ещё что-то подобное. Небольшую поблажку мог сделать только тем, кто болел. Но и тут был ма-аленький нюансик — те, кто таким образом пытался обмануть, лишались поблажек совсем и уже даже действительная заболеваемость не спасала. Тэхёна боялись, ненавидели, уважали, боготворили и опять: боялись, ненавидели и… учили. Учили так, как будто от этих предметов зависела их жизнь. Установив вокруг себя прочный забор неприступности, омеге стало немного легче. Желающих поиметь его уменьшилось в разы. Унизить, оскорбить боялись из-за непонятного покровительства ректора, а студенты. Что студенты. Не смотря на свой моложавый вид и потрясающую внешность, холодный взгляд преподавателя напрочь отбивал желание на флирт. «Ледяная королева» — такое прозвище получил омега. Он о том прозвище знал, но не обижался. Этот статус давал свободу и неприкосновенность. Только вот не нужна была свобода омеге, а неприкосновенность и подавно. Он тоже хотел любви, которую даже распробовать не успел. И нежности хотел и кофе в постель и ароматные букеты роз, но только с тем, кто его будет любить. А такого на горизонте не маячило. Вот и махнул на себя омега рукой и окунулся с головой в работу, сына и дом. Свободное время убивал написанием статей по философии и изучением истории. На каникулах уезжал на раскопки, всё равно какие, лишь бы подальше от цивилизации. Сына иногда брал с собой, если место было достаточно организованно и комфортно, но в большем случае, Хаюн проводил каникулярное время с дядей, а теперь и с его омегой. Хаюн был решительно настроен свести папу с альфой. Положительный пример влияния супружества на людей у него был на «глазах». Его любимый дядя и его омега Джин были просто положительным пособием по супружеству. Таких нежных сердечек в глазах Намджуна, племянник не видел даже по отношению к себе, а он, на минуточку, любимый ёжик дяди. Омега почти влетел в кафе. Закрутил головой в поисках свободного столика, хоть время было раннее, в этом кафе было много посетителей. Впрочем, как и всегда. Хаюн протиснулся к прилавку. За широким прилавком расположились несколько человек. Они быстро принимали заказы, отдавали листочки с заказами в окошко, на кухню. Омегу здесь знали. Один из омег приветствовал Хаюна кивком. — Привет Ни-и, как дела? — Хаюн… нормально. Видишь, опять зашиваемся. Не поможешь? — С удовольствием. Только я с дядей сначала поговорю, а потом весь в вашем распоряжении. — Идёт, — довольно улыбнулся омега, — Ваш столик как раз освободился. — Заказ на пятнадцатый, стандартный, — крикнул Нии в окошко кондитерам. Почти мгновенно из него выглянула любопытная мордашка с разноцветными патлами, выглядывающими из-под белоснежного колпака. — Ёжику привет! Опять вкусняшку дома не дают, сюда прибежал? У нас новинка. Будешь пробовать? — Я не ёжик, сколько можно говорить?! — возмутился омега, но улыбаясь, — Меня Хаюном папа назвал, ясно тебе! — Конечно ясно… ёжик. Присаживайся за свой столик, сейчас всё будет, — и голова исчезла, не дав возможности заново возмутиться омеге. — Ни-и, ну скажи ты своему альфе, что я уже большой. Хватит меня так называть, — обратился омега к хихикающему омеге. — Бесполезно, Хаюн. Ты разве не знаешь, что всё чем занимается твой дядя, пример для моего альфы. Ты же сам знаешь, Джинго обожает тебя, не обижайся. — Да не обижаюсь я, — пробурчал Хаюн, — Просто как-то неловко. Мне уже четырнадцать, всё ёжик, да ёжик. — Ладно, не бухти. Иди, встречай дядю. Хаюн повернул голову в сторону входа. В кафе вошёл статный альфа, на которого сразу же обратили внимание все сидящие за столиками омеги. Но следом за альфой вплыл, именно вплыл, а не вошёл, Джин. Окинув внимательным взглядом посетителей, он демонстративно подхватил Намджуна под руку, звонко чмокнул в щёку и тут же его взгляд выхватил Хаюна. Джин радостно воскликнул: — Хаюша, мальчик мой! — и радостно рванул к прилавку, таща своего альфу на буксире. — Что случилось, ребёнок. Почему ты решаешься прервать наше утреннее уединение просьбой о срочной встрече?! Голос омеги был звонким, он специально повысил его, чтобы указать всем пожирающими взглядами Намджуна омегам, что он занят. Эффект не заставил ждать. Омеги сразу же потеряли интерес к альфе, кому нужен альфа у которого омега с животиком. От этих беременных неизвестно что можно ожидать, лучше уж сразу сделать незаинтересованное лицо, чем потом платить за услуги косметолога. Увидев огромные глаза племянника Намджун быстро сориентировался и тут же быстро перенял инициативу на себя. Он ловко перехватил в свои руки супруга и прижал к груди. Затем поздоровался со смеющимися кондитерами. — Нам как всегда, Ни-и. Хаюн, чего замер. Не задерживай очередь, пошли за столик. Альфа развернулся. Теперь у него освободилась одна рука, которой он потянул за собой племяша, а вторая крепко и бережно удерживала Джина, который продолжал выискивать «жертву» взглядом. Но посетителям уже было не до них и омега позволил утянуть себя к столику, стоящему в дальнем углу прямо около окна. Место было очень удобным и отличалось тем, что с одной стороны стола стоял угловой диванчик. Таких столиков было несколько и они никогда не пустовали. Но за этим столиком сидели только постоянные клиенты. Намджун помог снять тёплую куртку с омеги, повесил её на стоящую рядом вешалку, сам тоже скинул куртку. В кафе было тепло. Хаюн скинул куртку, но не повесил, а сдвинул её под попу. Он всегда так делал. — Что за срочность ребёнок? — Намджун внимательно смотрел на мостившегося омегу. — Говори пока заказ не принесли. Что-то с папой? Вы повздорили? Хаюн сморщил носик. — Дядя Нам, мы не ругались. Просто поспорили. — Ага. Поспорили. И ты просишь срочно встретиться. Хаюн, я не вчера родился и знаю тебя лучше Тэхёна. Говори, что стряслось. — Папа не хочет идти на ваш рождественский вечер. А я хочу чтобы он наконец-то повеселился. Помоги уговорить его, а. — О-о-о… Нет ёжик. Это не прокатит. Я эту тему даже поднимать не стану. Проходили уже. Забыл что было в прошлом году? Дважды на эти грабли я наступать не намерен и тебе того же желаю. Лучше уж давай я для тебя приглашение оформлю. Хочешь? Можешь друга с собой взять или кавалера. Хаюн грустно улыбнулся. — Я хотел бы пойти с папой. Может мы сможем его уговорить. — К сожалению я здесь бессилен, ёжик. Давай больше не будем поднимать эту тему. Лучше скинь имена с кем хочешь пойти и я оформлю пригласительный билет. — Дядя Нам, а можно ещё один вопрос. — М-м-м. — Когда папа мне отказал, он бросил фразу: «мне хватило одного раза, чтобы понять что это всё не для меня». Что он имел ввиду, какой такой один раз? Намджун стал серьёзным. Такое забудешь, как же. — Хаюн, я не могу тебе рассказывать чужие секреты, это личное. Придёт время и папа сам тебе обо всём расскажет. Омега понял, что сегодня ему не поможет даже любимый дядя. Нужно было искать другой способ как выманить папу на мероприятие. Их разговор был прерван официантом, который принёс чайнички с чаем и блюдца с пирожными. Намджун терпеть не мог когда его любимые омеги расстраивались. Он видел как сник племянник. Только что он мог поделать. Альфа хорошо знал упёртость своего брата и причину такого тоже прекрасно знал, поэтому предвидел провал идеи Хаюна, но помочь всё же должен. Намджун и сам был бы рад, если Тэхён познакомился бы с альфой. Вокруг столько порядочных, но омега от них шарахался как чёрт от ладана. И тот самый, единственный раз, когда он смог вытащить омегу на вечеринку тоже запомнил и больше не рисковал. *После получения красного диплома омегой, Намджун сразу же определил его к себе под крылышко в университет. Да и случай подвернулся крайне удобный. Старый преподаватель истории и философии ушёл на пенсию и его место пустовало. По какой-то причине не было претендентов, поэтому кандидатура молодого специалиста, да ещё и с красным дипломом, оказалась как никогда кстати. Всё было прекрасно. Тэхён окунулся с головой в работу. За Хаюном приглядывала няня. Наступила зима и подкрались рождественские праздники. В университете, по уже сложившейся традиции, объявили костюмированный бал маскарад. Тэхён был назначен дежурным преподавателем, а чтобы не отличаться от разодетой толпы, омега тоже нарядился в костюм. Выбрал образ принца. Праздник был в самом разгаре. Студенты и преподаватели отрывались по полной. Неудобства и скованность исчезли под масками, украшающими лица и поэтому было непонятно кто есть кто. Тэхён должен был периодически обходить аудитории и следить чтобы те были закрытые. Подпитые празднующие могли осквернить царство образования, а это не могло быть допустимым. Спустя несколько часов гуляния, толпа стала понемногу рассасываться. Омега в последний раз решил пройтись по коридорам и услышал неясный шум за одной из дверей, ведущей как раз в ту самую аудиторию где преподавал историю. Он толкнул дверь. Та легко поддалась и перед омегой возникла куча мала из тел, которые предавались… да, да… студенты устроили групповушку. Что может сделать один омега против нескольких человек. Правильно. Ничего. Правда Тэхёну посчастливилось, его не заметили, а то неизвестно бы чем всё закончилось. Омега кое как дозвонился до брата и рассказал о сложившейся ситуации. Тот вызвал полицию. Тэхёна Намджун прикрыл, никто не знает до сих пор, кто сдал любвеобильных студентов. Ректор всё взял на себя. А омега с тех пор ни на какие вечеринки больше не ходит. Сделал выводы и не лестные. Как ни убеждал его Намджун, что случившееся было единичным случаем, он не смог переубедить Тэхёна. А омега окончательно, для себя решил, что вечеринки — это разврат и пьянство. Кстати, Хаюн на праздники в школе ходит только с папой или дядей, да и то только на торжественную часть. Вот так закопал себя омега и от всего развлекающего мира закрылся в собственных предрассудках и комплексах.* — Ёжик, не грусти, — Намджун тронул племянника за плечо, — Твой папа немного старомоден. Но и у него в отношении тебя уже виден прогресс. Он разрешил тебе сходить с друзьями на этот праздник. Это же здорово, если учесть того, что он тебя одного никуда не пускает. Давай посмотрим на всё это с другой стороны. За годы преподавания я всё же смог убедить Тэхёна в том, что студенческие вечера не рассадник разврата и не садом с гоморой. Он уже спокойно отпускает тебя гулять с друзьями. Вот тебе и карты в руки. Выбери наряд для себя и того, кто пойдёт с тобой, отдохните, потанцуйте, а в середине вечера позвони папе, чтобы он приехал за тобой. А так как на вечер без костюма вход запрещён, Тэхёну придётся нарядиться и пройти в зал, а там уж ты должен проявить свои актёрские способности и убедить папу остаться до окончания вечеринки. — Но папе не нравятся такие вечеринки. Ты ведь знаешь дядя Нам, там обязательно кто-нибудь напьётся. — А вот и не угадал, — усмехнулся альфа, — Этот год в университете проходит под эгидой трезвого образа жизни. А те студенты, кто ни разу не будет пойман даже с перегаром, получат бонус в конце учебного года в виде десяти стипендий единовременной выплатой и в придачу поездку на остров Чеджу на три дня. — Дядя, ты шутишь?! Откуда у университета такие деньги на выплаты и на отдых? — Не шучу. А деньги есть. Об этом мало кто знает, да и это не касается ни студентов ни преподавателей. Твой папа нашёл в последней поездке необычный артефакт. Какую-то непонятную штуку, которая оказалась древнейшим календарем и при чём о-очень редким. Конечно же он передал находку в Британский институт археологии в Анкаре. Мало того, что этот календарь оказался самым древним, так ещё ему присвоили имя твоего папы и теперь он называется календарем — V. Его расшифровали и оказалось, что по этому календарю воевали древние ацтеки. Это был календарь победителя. За находку Тэхёну назначили премию, а он передал деньги в фонд университета. Так что деньги есть. Хаюн растерялся. Ему было приятно за достижения папы, но и было обидно, что папа ему не рассказал об этом. Видимо эмоции на лице омеги были довольно выразительны, поэтому альфа продолжил. — Не думай о папе плохо, Хаюн. Он тебя любит и всегда с тобой честен. А о том, что я тебе сейчас рассказал, он собирался тебе поведать за праздничным столом. Он ведь и себе немного оставил денег, я его кое-как заставил взять. Ты помнишь свою мечту, а? Ты хотел посетить Австралию. Так вот, я открою тебе секрет. Вы туда поедете на каникулах. Вот такой я нехороший брат, сдал своего маленького брата с потрохами. — Дядя Нам! — налетел на дядю омега, обхватил за шею и прижался к груди. — Ты самый лучший дядя на свете. Спасибо тебе за то, что ты со мной поделился. Я сделаю вид, что ничего не знаю. Честное пречестное. Папа даже не догадается. Джин не удержался и стукнул супруга по плечу. — Вот почему ты не можешь держать язык за зубами Нами, ты хуже омег, совсем не умеешь хранить секреты. — Дядя Джин, не ругай дядю. Он хороший. Он просто нас очень любит. — Любит он. А секрет разболтал. Приземли свою попку на стул, егоза, давай придумаем наряд для тебя и для папы. Только такой, чтобы он согласился надеть. ***** Как думаете, в каком наряде пойдёт на праздник Хаюн? И сможет ли он уговорить папу появиться на мероприятии?