Я желаю

Пыль уже успел прибить мелкий дождь, дом же грустно взирал на мир пустой головешкой: крыша обломками лежала внизу, завалив второй этаж, гараж и ближайшую к фундаменту часть газона. Удручающее зрелище. Зевак собралось полно. Где-то в паре кварталов раздавался вой сирен службы спасения и пожарной, которых вызвал кто-то из сердобольных соседей. — Что у вас произошло? — их сосед — Ким Сокджин — без шапки и зонта, а потому весь мокрый, словно мышь, запыхавшись остановился возле Владыки. Лицо его выражало беспокойство и растерянность. Владыка же неловко улыбнулся: — Да вот… — и махнул рукой на дом, мол тут и так все ясно, о чем еще говорить. — Есть пострадавшие? Вельзевул обернулся на замерших в двух шагах своих слуг. — Вроде нет, — ответил с сомнением. Пацан похоже в порядке, разве что вцепился в Кадумара, как в последний оплот перед падением в бездну, и с ужасом таращился на некогда целое свое жилье. А демонам что сделается-то? — Где твои родители, Гук? — обеспокоено спросил сосед, внимательно осмотрев его. Никаких опасных для жизни, да и вообще каких-либо ран заметно вроде не было, и он немного успокоился. Пока бежал сюда, думал богу душу отдаст. Но, кажется, все обошлось. Сокджин расслабленно выдохнул. — Они, — проклацал Чонгук зубами то ли от пережитого стресса, то ли от холода, — в Эквадоре… — Господи, как повезло-то! — только и покачал головой сосед, на что часть окружавших его личностей перекосило, однако он этого не заметил. — Вам есть где остановиться? Если нет, то мой дом рад вас будет принять… Владыка с какой-то фальшивой неуверенностью пожал плечами и вновь обернулся на свою свиту. Лицо его при этом приняло такое угрожающее выражение, что все поспешно закивали головами: — Есть, есть… Все в порядке! — Не переживайте! — Не пропадем. — А я, — мягко улыбнулся Владыка уже соседу, — пожалуй, воспользуюсь приглашением. Не будь Чонгук так растерян, он бы искренне посмеялся с вида Кима Сокджина, который, видимо, ожидал вовсе не такого расклада, но идти на попятный уже несколько неприлично, а потому тот лишь фальшиво улыбнулся, даже не ведая, на что сам же и подписался по своей доброте. Или глупости. В общем, капкан закрылся, вопрос только на кой Владыке понадобилось рушить дом и разыгрывать весь этот спектакль? У Гука чуть разрыв сердца не случился, когда крыша рухнула вниз и, если бы не Юнги, который перегнувшись через стол, сгреб его в охапку и прыгнул в портал, фиг его знает, чем бы все закончилось. Следующим перерождением. Холод продирал до костей и зуб на зуб уже не попадал. Демоны-то вон какие толстокожие. И вряд ли болеют. По крайней мере, не человеческими болезнями. Чонгук шмыгнул носом, и Юнги на него покосился. Как же Он сделал на вот это вот свою главную ставку? Человеческие тела очень хрупкие, их может свалить с ног даже простой холод, что уж говорить о чем-то более серьезном. Тщедушные. Глупые. Алчные. Завистливые. Эгоистичные. Наглые. Безответственные. Бесцеремонные. И… такие слабые. — Ты… — начал было он, но тут его перебил заигравший веселый мотивчик. Едва сгибающимися пальцами Гук достал из кармана штанов чудом уцелевший телефон. Мама. Чуйка у нее работала что надо. — Да, мам. Вы хорошо долетели? Как расположились? Здорово, здорово… Папе привет передавай. Как у меня дела? — Чонгук взглянул грустными глазами на не менее грустный дом. — Все отлично, мам. Честное слово. Давай чуть позже созвонимся, я сейчас немного занят. Я тоже вас люблю. Угу. Покеда. Пока он вел этот нелепый разговор по телефону, правый висок сильно мозолило чье-то настойчивое внимание, однако, когда он оглянулся, там никого не было, лишь пустынный клочок улицы. Рука, вдруг обнявшая за плечи, заставила его вскинуть удивленные глаза на Юнги. Выражение его лица Гуку не понравилось. Холодное. Резкое. Отталкивающее. Юнги смотрел в ту же сторону, откуда недавно исходило неприятное ощущение. И Чонгук бросил туда еще один, но уже более внимательный, взгляд, стараясь уловить то, что, возможно, человеческими глазами сделать очень сложно. Ведь сколько тысяч лет демоны ходили по земле бок о бок с людьми, а те об этом догадывались разве что из книг да фильмов. — Что будем делать? — шмыгнул он красным носом, так ничего и не разглядев. Пожарная и служба спасения уже подъезжали к их дому, оглашая округу громогласными сиренами и заставляя морщиться. Дождь кончился, серые тучи немного расползлись в стороны, кое-где даже мелькнули проблески солнца, что вовсе не делало картину менее угрюмой. — Как только они свалят, — Юнги кивнул на вывалившихся из машин людей, — приведем дом в порядок. — А это разумно? — усомнился Чонгук. — Соседи увидят, бучу поднимут. — Поставим иллюзии разрухи, — вклинился подошедший Пак. — И никто ничего не поймет. Заметил? Вопрос явно адресовался Кадумару, Чонгук навострил уши. — Заметил, — кивнул Юнги. Лицо его по-прежнему было отчужденным, даже немного пугающим. Значит, там и впрямь кто-то был, и чужой взгляд ему не померещился. Очень настойчивый и недобрый. *** — Я в душ, — заявил Чонгук, стоило им оказаться у Юнги в квартире. После всех разборок с пожарными, мчс, а потом еще и страховой — куда ж без них — в дом решили возвращаться вечером, чтобы не вызывать у окружающих лишние вопросы и внимание. Поэтому на время дружной компанией завалились в пустующую квартиру Юнги. Ну, квартирой это сложно назвать, так, берлога в двадцать пять квадратов. Для двоих место есть, а вот уже четверым пришлось несколько тесновато. Элейна с интересом осматривалась, но увы, берлога как берлога, ни картин, ни статуэток. Пустые белые стены, небольшая кровать, парочка кресел и шкаф. И это при всех богатствах Кадумара! Да эта жалкая квартира больше напоминала кладовую в его поместье в Подземном мире! Ну ладно, нравится так жить, флаг в руки. А вот тот факт, что вещи мальчишки разбросаны тут и там, ей не пришелся по вкусу. Она брезгливо смахнула с подлокотника носки и плюхнулась в кресло — ближайшее к открытому балкону, второе оккупировал Пак. Юнги устроился на полу, нисколько не смущаясь холода, тянувшего с улицы. Тучи вновь наползли, жирными брюхами накрыв небо. Температура упала и, кажется, собирался снег. Юнги вытянул ноги, скрестил руки на животе. Это было странно. Чтобы вот так в его берлоге собиралась такая куча народа. Ладно Пак, тот частенько навещал, зная меру и не оставаясь слишком уж надолго. И даже к присутствию мальчишки Юнги уже успел привыкнуть. Но теперь добавилась еще и Велиар. Ложь и обман были у нее в крови, срываясь с губ в хитросплетения событий. Одного ее слова, сказанного в нужном месте и нужное время, порой хватало, чтобы начать войну среди смертных. Да такую, что могла веками не заканчиваться. Что ею двигало обычно? Сложно сказать. Чаще всего казалось, что ей абсолютно все равно на происходящее вокруг. Иногда, что интриги и хитрости ума ее забавляли. А бывало и такое, что он видел в ее глазах то же самое выражение, что и в отражении своих. Впрочем, Юнги не обольщался.То, что она помогла ему оклематься после последнего пребывания в Бездне, не спасет его, приди ей охота задорого продать его шкуру. Вопрос лишь цены. Кроме Пака, он никому больше не доверял. Да, кроме Пака и… Хлопнула дверь в ванную и на пороге возник пацан в халате, который он тут бросил в прошлый раз и как-то не удосужился забрать. Складывалось ощущение, что у него вещей тут стало больше, чем у самого хозяина. Эта мысль почему-то развеселила. Интересно, сколько бы ему понадобилось времени, чтобы забить своими следами поместье в Подземном мире? — Я думал околею на улице, — пожаловался Чонгук, приглаживая мокрые волосы. Он подошел и уселся на кровать. Чуть подумал и сполз на пол к Юнги, оставив, однако, между ними расстояние с ладонь — застеснялся. Будь его воля, то прижался бы всеми возможными частями тела. Но вокруг слишком много любопытных глаз, а потому пришлось сиротливо приютиться рядом. — Где будем искать купидона? — спросила Лу. — Там же, где обычно и тусят все купидоны, — хмыкнул Пак, дергая ногой. Настроение у Аббадона было отличное, впрочем, а когда его вообще видели хмурым? Вечно скалил зубы, доводя тем самым до тихого бешенства. — Будь добр, просвети меня, — в голосе Лу мелькнула язвительная нота, — видишь ли, я понятия не имею, где тусуются эти голодранцы. — Какого купидона? — шмыгнул носом Чонгук. Он что-то упустил? — Следующее задание Владыки, — охотно отозвался Пак, широко зевая. — Притащить шкуру купидона. — Ммм… Шкуру? А остальное куда? — Чонгук потер ставшим откровенно красным нос. Юнги пошевелился и легко взмахнул кистью: дверь на балкон закрылась, забрав с собой и холод зимнего дня. — Спасибо, — пробормотал Гук несколько обескураженно. Это ради него что ли постарались? Или Юнги просто бесило его вечное шмыганье? — Так что там с купидоном? Где нам его искать? — На пятой высоте. У всех… — Пак сделал два взмаха руками, имитируя полет, — крылатых существуют градации по высоте. Те, кто постоянно контактирует с людьми, живут на первой. Например, ангелы-хранители… — Они существуют? — вытаращил глаза Чонгук. — Конечно, каждому человеку положен один хранитель и один демон, — Пак хихикнул, увидев еще более вытянувшееся лицо пацана. Чонгук почесал щеку. Если каждому положено, то где его подевался-то? Стало немного обидно. Демон от него нос воротит, вообще пришлось самому его призывать, так еще и ангел-хранитель того, не захотел выполнять свои обязанности и свалил. Он что, бракованный какой-то? — Фигня это, — буркнул Чонгук. — Я своего вообще ни разу не видел. Пак обменялся быстрым взглядом с Юнги и кашлянул: — Он тебе и не нужен был. — Угу, конечно. То просто Чонгук мало кому нужен. Он уткнулся носом в коленки и обнял их руками. — Ну, найдем мы этого купидона, дальше что? — Конец света. Чонгук в третий раз за день вытаращил глаза. — Что, прости? Конец света? Ты серьезно? — Вполне, мой глупенький лар’хвэ, — Пак состроил серьезную мину: — Да настанет Судный День и придется всем по заслугам за грехи их платить, — тут он вновь принял свой придурковатый вид. — Не заморачивайся. Этих концов света знаешь сколько уже случалось? — Эмм… Нет? — Больше десяти за пятьсот лет. — Что-то я не пойму, — признался Чонгук, совсем запутавшись. — Конец света — это разве не конец всей жизни на земле? — Не совсем. Скорее уж конец прошлого порядка. Умирает старый король, да здравствует новый. Вот и все. — Новый король? Ты хочешь сказать, что Владыка решил свалить? — Типа того. Чонгук нервно хихикнул, все еще ощущая, что его разыгрывают. — Но почему? — А сие нам неведомо. Спросишь у него сам в следующий раз. — Окей, пусть будет так… Но разве это наоборот не чудесная новость? Владыка ада сваливает, добро торжествует, все дела. Элейна цыкнула языком и закатила глаза. — Ну что же вы, людишки, все такие не понятливые! Мир держится на чем? — и сама же ответила на свой вопрос, явно не ожидая толковых слов от Чонгука: — На балансе сил, дубина! Уйдет одна — начнется перекос, так называемое добро смешается с так называемым злом и все, пиши пропало. Запомни, человечишка: нет одного без другого. Из света рождается тень и наоборот. О как. — Но… Зачем тогда сдался купидон? — О, тут тоже все просто: нет любви — нет и жизни на земле. Чонгук повторил эти слова, несколько раз, словно пытаясь распробовать на вкус. — О какой любви идет речь? — Это неважно. Источник-то один. — Как реки, которые впадают в один океан? — Как реки, которые впадают в один океан, — кивнул Чимин. Они замолчали. Чонгук кусал губы и переваривал услышанное, Юнги даже казалось, что он слышал, как скрипели его мозги, пытаясь разложить по полочкам такой объем информации. Пак продолжал дергать ногой, напевая под нос незатейливый мотив, а Велиар, откинув голову на спинку кресла, таращилась в окно. На то, как мелкие снежинки бесшумно скользили по воздуху. Действительно, нет любви, нет и жизни. Ни в одном из миров. Уж она-то знает.