Moments

      Джеффа умиляет то, как Код иногда называет его котёнком. Это обращение больше не обжигает жаром щёки, не заставляет пылать уши, но всегда согревает что-то там в районе сердца неконтролируемым теплом. Мужчина каждый раз улыбается довольно, тянется к парню ближе и понимает, что ему можно быть этим самым котёнком.       Но иногда, в особенно томные дни, Сатур не просто носит милое прозвище, но и буквально превращается в представителя семейства кошачьих. И тогда Баркоду нужно или спасаться, или смириться. Хотя он и не рассматривает первый вариант, принимая как данность второй, потому что до безумия сильно любит этого кота.       Тиннасит растягивается на кровати с планшетом в руках, в миллионный раз думая о том, что учиться и работать одновременно — это ад. И нет, он не жалуется, понимает, что сам сделал такой выбор, но иногда ему хочется просто отдохнуть, не думая ни о чём.       Парень ворчит сам на себя и читает заново статью, когда дверь в спальню приоткрывается, а из-за неё показывается взъерошенная тёмная макушка. И Код пытается не обращать внимания, честно пытается, но одного взгляда хватает, чтобы настроение учиться окончательно исчезло, потому что сознание живо подрисовывает на этой макушке тёмные ушки, одно из которых дёргается от нетерпения. А Баркод что? Баркод обычный человек со слабой волей. Особенно когда на него смотрят таким взглядом. Поэтому он вздыхает и убирает планшет, понимая, что читать он больше не хочет, а вот обниматься с одним прекрасным мужчиной — очень даже.       А Джефф воспринимает убранный планшет как сигнал и окончательную капитуляцию, улыбается довольно-довольно до глаз-щелочек и забирается на кровать, укладываясь головой на плечо. Он перекидывает руку поперёк живота, ногу, согнутую в колене, укладывает на бёдра и ёрзает, умащиваясь поудобнее и протяжно выдыхая, когда Тин прижимает его к себе.       — Знаешь, ты иногда правда напоминаешь кота. Понабирался повадок от многочисленных усато-хвостатых и теперь бессовестно этим пользуешься, — Баркод отчитывает его для виду, на самом-то деле совершенно не испытывая злости или раздражения, наоборот умиляется, ласково перебирает короткие пряди на затылке и сползает ниже, чтобы быть ещё ближе. И их «ближе» — это переплетённые конечности, сцепленные за спиной руки в крепких объятиях и сияющие улыбки, когда они трутся носами.       — Как будто ты не такой же, — усмехается Джефф, просовывая ногу между бёдер Баркода, — только ты у нас играешь недотрогу, как Ханни или Кицуне, хотя сразу начинаешь мурчать, если тебя погладить, — и он гладит парня по спине, оставляет мягкий поцелуй на пухлых губах и прикрывает глаза, прижимаясь ещё теснее.       Вот так склубочиться, потеряться друг в друге у них получается крайне редко из-за усталости, графиков, недостатка времени и сил, но они всегда, при любом удобном случае пользуются возможностью побыть в объятиях любимого человека, забыть на несколько мгновений о всех проблемах, оставить за пределами их клубка волнующие вопросы, недовольных фанатов и хейтеров, становясь котами в человеческом обличии.       — Надеюсь, сейчас тебе хорошо, Котёнок, — отзывается Код, возвращая аккуратный поцелуй и получая тихое, но довольное:       — С тобой мне всегда хорошо, Тигрёнок.       Котёнок и Тигрёнок для них давно не просто слова, а способ выразить весь спектр чувств, рождающихся внутри в тот миг, когда они оба счастливы.