Драгон

Выйдя из шикарно украшенного зала зоны управленцев клана воды, глава Фого быстрым шагом направился к центральным воротам. Он хотел как можно быстрее покинуть это место и навестить друга, который не отходил ни на шаг от постели Нага. После того как глава Теро вынес раненого юнца на руках из зала заседаний, к Фого подошел Хео. То, что попросил его сын, потрясло мужчину до глубины души. – Отец. Хочу попросить, чтобы ты сегодня отправил сватов в клан воды. Я принял решение жениться на Оцеане, – серьезным тоном сказал Хео. Если бы подобное произошло ранее, мужчина прыгал бы от радости. Но сегодняшние события, жестокие и непонятные поступки собственного сына сломили Фого. Его глаза были пустыми, словно из них высосали жизнь. – Как скажешь, – безразлично произнес мужчина. Оцеан прыгал от счастья всю церемонию. Его глаза сияли, ведь таки достиг желаемого. Глава Агуа искренне радовался за сына, зная, как давно тот был влюблен в отпрыска главы клана огня. Поэтому проведение свадьбы решили не затягивать, назначив знаменательную дату уже через неделю. Несмотря на то, что предложение и согласие были официально подтверждены, глава не хотел рисковать. Единственным, кто вел себя безразлично, был глава Фого. Приняв без единой эмоции все навязанные варианты по проведению свадебной церемонии, он вел себя чуждо и отстраненно. Всегда жизнерадостный мужчина теперь напоминал холодную бездушную статую. Вернувшись в клан, Фого пробыл рядом с Теро, помогая ухаживать за Нагой: лично приносил и нагревал воду, бегал за врачевателем несколько раз, когда у пацаненка поднималась температура, кормил силой своего друга. И только когда солнце зашло за горизонт, пошел подышать свежим воздухом, чтобы позже сменить Теро, заставив хоть немного поспать. Ноги сами привели к водоему. Ночью вода в нем становилась тише, спокойнее и молчаливее. Иногда то там, то тут плескалась заигравшаяся рыбка или раздавался над водной гладью крик ночной птицы. Воздух у водоема казался необычайно свежим, и мужчина, прикрыв глаза, глубоко втянул его в себя. – Почему ты здесь, отец? – послышался голос Хео за спиной мужчины. Фого не хотел ни о чем разговаривать. Он очень устал. – Я уже ухожу, – ответил сухо мужчина и развернулся. – Не хочешь рассказать мне об Ините? – вдруг спросил Хео, перегородив дорогу отцу. – Как ты был влюблен в него всю свою жизнь. И как этой любовью довел мать до самоубийства… – Да. Это правда, что я любил этого человека, – тихо заговорил Фого. – Я и сейчас продолжаю его любить. Но только свое сердце Инит с самого начала отдал другому. У меня был выбор: или его больше не увижу, или останусь ему другом. Я выбрал второе. И никогда не пожалел о сделанном выборе. Инит и твоя мама ценили друг друга настолько, что даже я иногда ревновал к этой их привязанности. Но почему ты спрашиваешь меня о нем? С чего ты вдруг решил, что из-за Инита твоя мама покончила собой? – А разве это не так? Разве он не ложился под тебя? Разве не поэтому мама умерла! – закричал Хео. – Мы никогда не спали с Инитом, – запротестовал Фого. – Более того, мы даже ни разу не целовались. Он ни разу не проявил такой инициативы. А если бы я сделал хоть поползновение в его сторону в этом смысле, то потерял бы навсегда. Твоя мама знала об этом. Знала, даже когда выходила за меня замуж. И именно потому, что знала, какой на самом деле Инит, она никогда не сомневалась, что не будет брошенной мной. Как бы нелепо ни звучало, но именно этот человек являлся тем звеном, которое делало наш брак особенно крепким. – Тогда почему она покончила собой? – Мама была неизлечимо больна. Еще в детстве ее отравили напитком из цветка черного скорпиона. Врачеватели поговаривали, что она не доживет до своего восемнадцатилетия. Однако, несмотря на все это, твоя мама, как видишь, благополучно вышла замуж и родила тебя. Вот только роды плохо сказались на самочувствии, и она стала потихоньку терять свое здоровье. Когда Инит узнал об этом, стал словно одержим идеей найти для нее лекарство. В конечном итоге наш неугомонный друг раздобыл где-то информацию о том, что на северной территории растет редкий цветок под названием «белая жемчужина». Говорили, что напиток, сделанный из его листьев, способен остановить болезнь на некоторое время. Однако достать его практически невозможно. Сколько мы с твоей мамой не уговаривали, Инит все равно отправился на поиски диковинной травы. До сих пор помню слова, сказанные им: «Даже если этот цветок продлит жизнь твоей жене всего на год, я за него умру без капли сожаления».  Инит принес белую жемчужину твоей маме. И ушел, бросив напоследок: «Пусть муж и сын наслаждаются твоим цветением еще долгое время!». Больше его никто не видел. Я долго искал пропажу, посылал на поиски информаторов. Все было бесполезно. Единственное, что мне удалось узнать - Инит прослужил некоторое время в качестве раба у главы наемников в оплату за полученную от него ценность. Когда принесенные цветки закончились, мамино состояние снова ухудшилось. Она не хотела, чтобы мы это видели и мучились. Поэтому и приняла такое решение. Инит был для нас ярким лучиком, дарившим свое тепло до последней минуты. Все произошло так, как он и сказал. Этот голубоглазый юноша без сожаления отдал свою жизнь ради одного года жизни твоей матери. Фого смотрел вдаль, на гладь воды и молчал. Воспоминания с новой силой атаковали его сознание. Тяжесть прошлого обрушилась на плечи, и он, прикрыв ладонью глаза, тяжело вздохнул. – Не может быть! – прошипел Хео. – Этого не может быть! И страшный крик вырвался из уст мужчины: – Аа-а! Хео обхватил свою голову руками и кричал так долго, пока голос не сошел на хрип. А Фого стоял рядом и наблюдал пустым взглядом, как его сын наконец-то стал осознавать, что натворил. *** Нага, почувствовав легкое прикосновение к своему лицу, приоткрыл глаза. В комнате стоял полумрак, только танцующий огонек свечи создавал вокруг себя ореол света, играющий с блуждающими тенями. Запах воска успокаивал, делая тишину комнаты особенно приятной. Справа от кровати, опиравшись головой на руку, в кресле спал дядя. Его лицо было замученным. Казалось, что ему что-то снилось, так как лицо то сильно напрягалось, то расслаблялось, вновь окутываясь покоем сна. – Твою ж дивизию! – испуганно прошипел Нага, когда увидел у своего лица слева знакомое лицо, наполовину прикрытое маской. – Дави! Будет ли это считаться убийством, если я умру лишь от внезапного твоего появления? Высший улыбался: – Я тоже очень рад тебя видеть, Нагуля! Он лежал на боку, прижавшись телом к юноше, и крутил на своем тонком изящном пальце прядь серебристых волос. Лицо Дави было так близко, что Нага чувствовал его дыхание. – Мне пришлось усыпить твоего дядю, чтобы подлатать немного твое тело, – улыбаясь, пролепетал высший. Он легонько стукнул по кончику носа паренька, отчего тот сморщился и вопросительно уставился на него. – Решил покинуть этот мир? Даже не подумав о жизни мальцов внутри себя? – хитро прищурив глаза, сказал Дави. Высший потянулся рукой к животу юноши и ласково погладил его. – Ты ведь не знал, правда, что носишь под сердцем маленьких хеоняток? – Уважаемый божечка, – пытаясь сохранить спокойствие, тихо заговорил юноша. – Я, конечно, глупый по своей натуре. Но что являюсь мужчиной, знаю точно. Как и то, что мужчина не может забеременеть. – Глупый? Вряд ли! А вот невнимательный – это точно. Я уже говорил о том, что ты представитель уничтоженного клана драгонов. Это были необычные люди! Высшие наградили их особой способностью: продлевать свой род, независимо от того, мужчина это или женщина. Так было и с твоим отцом Инитом. Ты рожден от связи двух мужчин. Иными словами, как бы это не звучало абсурдно, у тебя нет матери, но есть два отца. – Постой! Если это правда, то кто тогда мой второй отец? Дави поднял голову и посмотрел на спящего главу Теро: – А ты сам не догадываешься? У тебя его цвет волос, его разрез глаз. Даже его способности ты получил в наследство. Человек, оберегающий тебя от бед, прощающий все проказы и дарящий без остатка свою любовь и сердечное тепло! Человек, готовый умереть за тебя! Человек, любящий твоего отца до безумия и плачущий по ночам от тоски по нему. Тот, в объятиях которого ты таешь и закрываешься от всего мира, сейчас сидит перед тобой. Твой второй отец – глава клана земли Теро! Нага повернул голову и посмотрел на мужчину, сидящего в кресле. Даже сейчас, всего лишь взглянув на этого человека, юноше хотелось прижаться к нему и ощутить тепло его рук, уткнуться носом в шею и ощущать такой манящий и успокаивающий запах его кожи. Отец!.. – Кстати, – вдруг прервал его мысли высший, – ты ведь помнишь, что на завтра назначено исполнение наказания главе Теро? И ты ведь понимаешь, что твой старик не переживет его? Нага ухватился руками за плечи высшего: – Дави! Прошу, помоги! Высший нахмурился: – Есть у меня одна мыслишка. Но пойдешь ли ты на это? – Говори же, – встревоженно прошептал юноша. – Я могу сделать так, что о тебе все забудут, словно Нага никогда не существовало в этом мире. Нет человека – нет проблемы! Так как? Паренек замер. Если все о нем забудут, значит, дорогие сердцу воспоминания останутся только с ним. Отцовская любовь, Торн, Санда, Хео… И все это на одной чаше весов с жизнью дорогого человека. – Не волнуйся. Ты исчезнешь только из памяти людей. Зверей это не касается, – понимая сомнения юноши, объяснял детали своего предложения Дави. – Хорошо, – тяжело вздохнув, сказал Нага. – Отлично! Тогда ты немедленно должен покинуть это место и отправиться к границе южной территории. Там тебя уже давно дожидается мудрец Фаргус. Почему к нему? Он такой же, как и ты – представитель клана драгонов! Покинув территорию клана огня, Нага остановился, услышав впереди знакомый рев. Пушистики! Холодные мокрые носы уткнулись юноше в шею, и паренек ласково провел руками по мягкой гриве. – Как же я скучал по вас! Там, у самого леса, некоторое время стояли три фигуры: голубоглазый юноша с серебряными волосами и два огромных леона. Парень смотрел на покинутую территорию клана огня, где осталось его прошлое. Он крепко сжимал в руке хрустальную каплю, созданную высшим, в которой была собрана и спрятана вся история жизни юноши до текущего момента. – Вот и все! Больше меня нет! Конец первого сезона!