Драгон

Зона растений располагалась практически на самой окраине, ближе к лесу. Чтобы добраться до неё пешком от зоны управленцев, нужно было пройти через зону купален с горячими источниками и зону врачевания с кухней. В среднем это занимало около часа. Зона растений была самой большой во всём клане Огня. Огромные поля делились на длинные гряды и засаживались различными сельскохозяйственными культурами, которые выращивали для получения продуктов питания, а также корма для птицы и скота. С одной стороны зона растений соединялась с зоной врачевания и кухней, с другой - с животной зоной, с третьей она соприкасалась с руслом реки Буль, а с четвёртой её защищал густой лес, огороженный железной решёткой. Такое расположение было тщательно продумано: поля нужно было поливать, а большие площади земли - обрабатывать с помощью сильных животных. Урожай хранили в больших ангарах, откуда его частями поставляли на кухню или в животную зону. Людей, работавших в зоне растений, называли работягами. По большей части это было связано с тяжёлым трудом, который они выполняли. Вставая рано утром, будь то палящее солнце или дождь с сильным ветром, они вкалывали на огромных плантациях с небольшими перерывами на перекус до самого позднего вечера. Условия проживания работяг тоже нельзя было назвать нормальными: ютясь по десять человек в небольших бараках, они спали на двухъярусных кроватях. Но Нагу всё устраивало. Тяжёлая работа его совсем не пугала. В своё время, живя с наставником, ему приходилось постоянно заниматься земледелием. Иногда, чтобы получить следующее наставление от Фаргуса, Нага вкалывал сутками напролёт, питаясь тем, что найдёт. Если вообще находил. Поэтому текущий вариант казался юноше вполне приемлемым. А особенно нравились три выходных, которые давали работягам после пяти дней тяжёлой работы. Целых три выходных! Для мужиков прибывший паренёк стал как бельмо на глазу. Несмотря на то, что юноша выглядел тощим и слабым, он выполнял свою работу на все сто процентов, чем и привлёк внимание старейшины Грано. Было ли это связано с симпатией главного или с какими-то другими причинами, но юноше действительно уделяли больше внимания, чем остальным. То кусочек мяса дополнительный дадут, то на более лёгкую работу направят, то похвалят невзначай. Наге это тоже казалось очень подозрительным. Неужели Хео постарался? Ну что за характер! Самое интересное, что именно такие действия и вызвали неприязнь остальных работяг. В первый же день Нага даже не смог поспать в своей кровати. Она оказалась мокрой. Тогда он нашёл для себя уютное местечко на ветке дерева, растущего рядом с бараком. Там и спал постоянно. Благо работников проверяли только утром и вечером на построении, поэтому Нага мог после отбоя заниматься своими делами хоть до самого подъёма. Так прошли две недели. Но на третьей внезапно объявили, что выходные, которые давали работягам в соответствии с правилами, теперь будет распределять сам командующий Хео. Утверждённые списки людей, которым дозволялось покинуть клан, оглашались ежедневно вечером на построении. И, несмотря на то, что у Нага наступило время выходных, его имени почему-то не оказалось в списке. Юноша подошёл к старейшине Грано и поинтересовался. На что услышал вполне понятный ответ: – Малыш, это лучше спросить у хозяина, а не у меня. *** Хео сидел за огромным рабочим столом в своём кабинете в зоне управленцев и просматривал скопившиеся за день документы. Было видно, что он очень устал, но, несмотря на это, продолжал работать. Раздался тихий стук в дверь. Хео, не отрывая глаз от бумаг, рявкнул: – Войдите! Деревянная дверь отворилась, и в комнату вошёл Нага. Он опустился на колени, как подобает слуге, и склонил голову: – Прошу простить меня, командующий Хео, что побеспокоил вас в столь поздний час, но дело не терпит отлагательств. Услышав знакомый голос, мужчина поднял голову и, прищурившись, стал наблюдать за юношей, словно хищник за своей жертвой. – Могу я узнать, почему мне отказано в выходных? Кому, как не вам, известно, насколько они важны для меня, – с особой интонацией произнёс Нага, боясь посмотреть на человека напротив. – У меня накопилось множество вопросов, – хитро заговорил Хео, откладывая бумаги в сторону. – С тех пор как тебя перевели в зону растений, там стали происходить странные вещи, которым даже я не могу найти объяснения. Мужчина встал и подошёл к юноше. Его глаза сверкали игривым блеском, а каждое движение напоминало повадки зверя, подкрадывающегося к своей добыче. – Поднимись и сними с себя вуаль и маску, – ласково приказал Хео. – Хочу видеть твоё лицо. Мужчина говорил мягким голосом, но именно от этого Нага задрожал, словно вибрация произнесённых звуков коснулась его нежной кожи. И, конечно же, это не ускользнуло от внимательного взгляда властного мужчины – его глаза мгновенно наполнились желанием. Когда слуга послушно снял маску и вуаль, освобождённые от шали волосы цвета серебра мягко рассыпались по плечам, переливаясь в тусклом свете. В тот же миг мужчина ухватил юношу за подбородок и приподнял его голову. – На той неделе, – тихо заговорил Хео, поглаживая кончиками пальцев другой руки лицо паренька, – в зоне растений в одном из бараков произошло чрезвычайное происшествие. Внутри помещения на спящих людей пролился настоящий ливень. Причём те, кто спал на первом ярусе, утверждали, что дождь шёл сверху, с кровати второго яруса. А те, кто был наверху, говорили, что капли падали прямо с потолка, хотя на улице стояла сухая погода. Хео сделал паузу. – У тебя есть, что сказать по этому поводу? Нага невинно поднял глаза на мужчину и улыбнулся. «Небо в глазах и солнце в улыбке…», – внезапно промелькнула мысль в голове Хео, и он вздрогнул. Ему показалось, что уже произносил эти слова. Но когда? И кому? Почему, едва взглянув на юношу, эта фраза всплыла в его сознании? Почему она казалась такой знакомой… почти родной? – Мой холодный господин, – мягко заговорил Нага, всё так же улыбаясь. – Если я скажу вам, что призвал дождь с помощью особой техники водного искусства, чтобы наказать самодовольных людей… Вы мне поверите? Думаю, нет. Ведь для вас я всего лишь лжец, желающий затащить любого в свою постель. Это же ваши слова, не так ли? В этот момент юноша резко отстранился, сделав шаг назад. – К тому же, моя кровать тоже не была сухой. С самого первого дня. Но я ведь не побежал к вам жаловаться, – продолжил Нага, уже более жёстко. – Но ты и не ночевал в этом бараке ни разу с тех пор. Я прав? – прищурившись, произнёс Хео и сделал шаг вперёд, почти вплотную приблизившись к юноше. – Тогда где спал всё это время? Где ютился? Нага удивлённо уставился на мужчину. Откуда он знает? – Я ночую на дереве, растущем возле барака, – смущённо пробормотал юноша и снова сделал несколько шагов назад, словно инстинктивно пытаясь сохранить между ними хоть какое-то расстояние. – Оу…, – протянул Хео, и в его голосе прозвучало странное удовлетворение. Он сделал шаг вперёд, неотвратимо сокращая дистанцию. – Тогда ты точно можешь объяснить, как четверо работяг из этого же барака в один прекрасный вечер оказались повешенными за ноги на ветках того самого дерева? Эти двое двигались, словно в медленном танце: один наступал, другой отступал. Шаг за шагом, глаза в глаза. Пока Нага не упёрся спиной в стену. Холод камня мгновенно прошёл сквозь ткань, но куда сильнее он ощущал жар, исходящий от тела напротив. – А если я скажу…, – голос Нага дрогнул, но он не отвёл глаз, – что эти мужчины заставляли новичков выполнять за них тяжёлую работу? Тех, кто был слишком слаб, чтобы сопротивляться… Если я скажу, что они пытались…, – он на мгновение запнулся, – сломать их не только физически… Хео приблизился ещё. Теперь между ними оставалось лишь дыхание. – Что бы сделал командующий…, – продолжил Нага тише, почти шёпотом, – увидев, как хрупкое тело бьётся в конвульсиях, пока его голову удерживают под водой?.. Тишина повисла между ними, густая, почти осязаемая. – Я виноват, – выдохнул юноша. – Виноват в том, что проявил человечность… к тем, кто её не заслуживает. Потому что наказание, которое они понесли… было слишком мягким. – Мягким? – голос Хео стал ниже, глубже. – Тела были исполосованы так, будто их секли плетью. Нага медленно прикусил губу, и этот почти неосознанный жест не остался незамеченным. – Это была не плеть…, – тихо ответил он. – И… я был не один. Просто предложил идею. И её с радостью поддержали. – Кто? – Хео склонился ближе, его голос почти коснулся губ Нага. – У тебя уже есть сообщники? – Дерево…, – едва слышно произнёс юноша. – То самое, что приютило меня. Оно выпороло тех отморозков своими ветвями. Я… даже не прикоснулся к ним. Пауза. А затем - резкое движение. Нага положил ладони на грудь Хео. Ткань под пальцами оказалась тёплой, а под ней - напряжённые мышцы. Юноша медленно поднялся на цыпочки, сокращая и без того опасную дистанцию. Их дыхание смешалось. Губы остановились в считаных миллиметрах друг от друга. – Так что, хозяин…, – прошептал Нага, и в его голосе зазвенела игра, почти вызов, – прошу…, накажите нас. На мгновение время словно остановилось. Хео вздрогнул, едва заметно, но этого было достаточно. В его взгляде на секунду мелькнуло что-то неуловимое: желание, раздражение… и ещё что-то. Он резко отпрянул, словно от ожога, и, не глядя на юношу, развернулся. – Можешь идти, балабол, – бросил он, направляясь к столу. Конечно, мужчина не поверил ни единому слову. Но, по правде говоря, ему это было и не нужно. Пустота, вновь заполнившая сердце Хео после того, как он прогнал слугу, не давала покоя. Он сам отправил паренька невесть куда, и сам же начал скучать по этому шалопаю, по его нескончаемой болтовне. И зачем только прогнал?.. – Холодный господин, – возмутился Нага. – А как же мои выходные? Хео обернулся, и на его красивом лице появилась едва заметная, игривая улыбка. – За то, что ты создал неприятности в зоне растений, я лишаю тебя их. Но…, – он сделал паузу, задержав взгляд на юноше, – можешь попытаться задобрить меня. Возможно, тогда я передумаю. Даю тебе сутки. *** Утром следующего дня Нага снова стоял в кабинете Хео. Точнее - уже был там. Воспользовавшись навыком исчезновения, он бесшумно проник внутрь, проскользнув следом за заместителями командующего - Дредом и Винстри. Справа от двери, в мягком кресле, сидел Макт и, не обращая ни на кого внимания, читал книгу по военному искусству. Заместители докладывали, а Хео, с серьёзным лицом, сидел за своим столом, просматривая бумаги и слушая отчёты. – Какой же ты всё-таки милашка…, – едва слышно прошептал Нага, рассматривая мужчину. Хео вздрогнул. Он поднял голову, оглядел кабинет, словно почувствовав чужое присутствие, затем прикрыл глаза и медленно провёл пальцами по вискам. И вдруг замер. Взгляд резко сфокусировался. Под столом кто-то мягко, почти незаметно, коснулся его ноги. Мужчина резко напрягся, пытаясь отодвинуться, но чужие руки уверенно удерживали его в своей стальной хватке. Хео невольно поддался вперёд, к краю кресла, и тут же кто-то протиснулся между его ногами. Хео дернулся, но не отстранился. Напротив, желание подчиниться и одновременно удержать контроль раздирало его изнутри. Чувствовал дыхание, лёгкое прикосновение, но не видел того, кто так искусно играл с его телом и разумом. Резкая боль от укуса на внутренней стороне бедра заставила мужчину вздрогнуть. Короткая, острая…, мгновенно сменившаяся тёплыми, почти обжигающими прикосновениями мягких губ и горячего языка. Легкое движение прятавшегося шалуна вызвало непроизвольный вздох у Хео. Мужчина сжал край стола, пытаясь сохранить контроль, но пальцы дрожали, а плечи сами напрягались и расслаблялись в ритме внутреннего волнения. Но самым мучительным было не это. Мужчина не видел. Не мог увидеть. Но знал! И это знание, вместе с невозможностью убедиться, сводило с ума куда сильнее любых прикосновений. Перед глазами всплыли серебряные волосы, насмешливая улыбка… и эти голубые глаза. Хео резко закрыл лицо рукой, пряча свое возбужденное лицо от окружающих, и прикусил нижнюю губу, пытаясь не издавать компрометирующих звуков. Он не имел права выдать себя. Не здесь. Не сейчас. В комнате продолжали звучать ровные голоса, доклад не прерывался ни на мгновение. А под столом… Продолжалась игра. Опасная. Безмолвная. Игра, в которой один творил все, что душе было угодно, а второй – принимал с закрытыми глазами без возможности своего участия. И именно это делало происходящее невыносимо острым. Хео сжимал край столешницы пальцами, стараясь сохранять неподвижность. Но все, что происходило там, под столом, отзывалось напряжением в теле, которое уже с трудом можно было контролировать. Каждый лёгкий жест, каждое движение казалось точной, продуманной провокацией. Мужчина сдерживался, пока юноша игрался с его бедрами ртом. Сдерживался, пока ласковые руки изучали в нижней части каждый сантиметр его тела. Но когда почувствовал нежное прикосновение пухленьких губ на своем члене, даже через тонкую ткань шаровар, не выдержал. Пальцы сильнее впились в край стола. А взгляд, скрытый за рукой, стал тёмным и опасным. И Хео резко выдохнул, едва сдержавшись, чтобы не повысить голос: – Твою ж мать… Удивлённые криком командующего заместители Дред и Винстри вздрогнули и застыли, пытаясь понять, что так вывело из себя Хео. Макт, сидевший в углу, отложил книгу и тоже с недоумением уставился на друга. – Мы обязательно потренируем этого новобранца, – попытался оправдаться Винстри. – Через неделю он будет выполнять это упражнение идеально! Но Хео почти не слышал слов. Его мысли полностью были заняты действиями, спрятанными от чужого взора. Лишь рукой он едва заметно махнул подчинённым, позволяя им продолжать доклад. Под столом же происходила своя игра, всё сильнее разжигая внутреннее напряжение Хео. И это сводило его с ума. Тело уже само реагировало на каждое движение невидимого искусителя. Когда же напряжение достигло пика, Хео замер. Лицо покраснело, дыхание сбилось, а на лбу выступил холодный пот. Несколько секунд казались вечностью, пока огонь внутри постепенно не стал медленно угасать, оставляя после себя лёгкое дрожание и послевкусие удивительной близости. Хео откинулся на спинку кресла и только теперь осознал: в кабинете были ещё люди. Замершие подчинённые с недоумением смотрели на командующего, не понимая, что именно произошло. Макт, едва сдерживая улыбку, подошёл к столу и бросил хитрый взгляд: – Почему у меня такое ощущение, что ты только что… мило игрался с кем-то под столом? – шепнул он заговорщически. – Осталось только выйти покурить, и мир будет в полном порядке. Так где же твой… партнёр, который умудрился довести тебя до такого состояния? Хео улыбнулся, и на его лице отразилось удовлетворение. Он посмотрел перед собой, в пустоту, и спокойно произнёс: – Даю тебе три дня. После чего послышался резкий звук захлопнувшейся двери. Продолжение следует…