(Не)тайный Санта

      Возможно, английский станет единственным предметом, который Хан сдал на «отлично»: впереди уже готовы принять в свои колючие объятия физика и матанализ, причём с перерывом в жалких два дня. То-есть для Джисона, который на парах по этим предметам досматривает серии аниме и ходит на боссов в геншине, это значит, что сначала его отпинает и вышвырнет физик, а затем и математик. Прогнозы неутешительные. И теперь поводов для стресса в два раза больше, к тому же, к истеричному настроению Джисона присоединяется и Хёнджин (да, он тоже умеет переживать из-за учёбы). — Я вообще не физмат! Ни капельки! — Тогда зачем пошёл на инженера! — Мать сказала! А ты зачем? — Мать сказала! Как ты поступил вообще, тупень? — Мать проплатила! А ты?   — С деканом переспал!   — Стоп, серьёзно? — Джисон понижает голос.   — Нет, шучу. На физмат небольшой конкурс, вот как-то и поступил…   И такой диалог происходил у них каждую сессию.   Хан смотрит на картинки на стене Хёнджина: он действительно талантлив в рисовании. В рисовании, в танцах, в изображении истинной печали на лице, когда ему это надо, но точно не в физике! Сам Джисон писал тексты песен, стихи, был достаточно грамотным, и даже однажды записал песню вместе с Чаном и Чанбином (она никуда не вышла, потому что даже спустя десяток неудачных дублей, друзья продолжали смеяться во время записи и ничего не могли с этим поделать, зато Чан выступал с ней на своих мини-концертах и публике, как Джисон мог увидеть на видео, она заходила. А это что-то, да значило). Эти двое, очевидно, свернули не туда.   — Хёнджин, мне кажется, что мы не пойдём на магистратуру…   Хёнджин вздыхает и припечатывается к стене, периферическим зрением рассматривая свои рисунки.   — Мне тоже так кажется…   Джисон же уже не мог так вальяжно опереться на стену: пока его не было в общаге (каких-то полчаса!) Хёнджин успел-таки повесить гирлянду от Тэса над кроватью Хана. Теперь гирлянда закрывала плакаты, из-за чего Джисон сокрушался чуть ли не весь оставшийся день, но снимать гирлянду не стал, аргументировав это тем, что ему лень. На деле же лампочки тёплого света на ней действительно приглянулись Джисону, ведь она и правда придавала уюта их комнате. Наверное, он оставит её даже после окончания Рождества, но это не отменяло того факта, что при каждом удобном случае Хан напоминает Хёнджину о том, что тот без его ведома посмел осквернить плакаты Джисона рождественской чепухой.   — Ты за одно с Тэсом?   — Ты даже не представляешь, насколько ты прав…   Впрочем, сейчас о Рождестве не думает даже Хёнджин: время неподходящее.         — Да не парьтесь, — говорит им Чанбин за обедом, за что получает пару «ласковых» от Хёнджина. — Ну а чё? В любой момент можно забрать документы.   — Ты так говоришь, будто это действительно ничего не стоит.   — А чего стоит? — вклинивается Ли. — Ещё больше потраченного времени, нервов и денег? Тогда не стоит.   — Я горбатился тут три года не для того, чтобы в один день забрать документы из-за какой-то физики! — настрой у Хёнджина решительный. Кажется, старшекурсники этого и добивались.   — О нет, физика… — Джисону настрой не передаётся.   — Переживаешь? — спрашивает Минхо.   — Ещё бы.   Первые минуты разговора о скором экзамене ребята пытались поддержать третьекурсников, но вскоре поняли, что поддержка тут не поможет: они просто ничего не знают, и «не переживайте, это просто экзамен» они не смогут вытащить их. Как говорится, чем длиннее хуй, который клали на учёбу, тем глубже задница, в которой теперь сидим (они первый раз расстроились из-за того, что хуй был длинный, но оптимистичный Минхо сказал, что хоть какой-то хуй в их жизни есть. Джисон подавился соком.)         Но тем не менее, экзамены Рождество не отсрочили: Рождество отменить нельзя. Институт с каждым днём всё больше преображался, теперь не только в актовом зале, но и во всех помещениях всех корпусов висели те самые шары (видимо, у руководства какой-то пунктик на них, а у Минхо дёргался глаз, когда он проходил мимо), на окнах уже висели самодельные снежинки, собранные совместными усилиями студсовета со всех студентов (серьёзно: в один день без снежинки в здание не пускали), по коридорам бегали вдохновлённые первокурсники-активисты в костюмах эльфов, агитируя принять участие в рождественских колядках на следующей неделе. Когда Джисону в пятый раз вручают эту брошюру, а он в пятый раз демонстративно выкидывает её в мусорку прямо перед носом «эльфов», первокурсники начали задумываться о пользе своих действий.   — Традиционно колядующие выходят непосредственно в Рождество, — объясняет Минхо Джисону. — Но так как мы в Рождество не учимся, а к тому же у нас запланирована вечеринка, колядки проведём аж на две недели раньше.   — Аж на две недели! — не может сдержать саркастичного тона Хан. — И что, я прям обязан быть там?   — Ну… — Минхо ковыряется в своём рисе и в итоге ничего так и не съедает, отодвигая тарелку.   В этот раз они остались в столовой одни: Хёнджин на пары сегодня не явился, а Чан с Чанбином снова убежали на тренировку. Обедать с ними за одним столом уже не казалось неловким или удивительным: Джисон уже на автомате занимал этот столик, а никто из старшекурсников против и не был (даже наоборот).   — Ну?   — Ну нет, — говорит Ли и поднимает глаза на собеседника. — Но ты же помогал всё организовывать и я…   Минхо снова слишком долго молчит, Джисон склоняет голову набок, будто собака, готовый слушать внимательнее.   — Я был бы рад, если бы ты пришёл. Хотя бы ненадолго.   У Джисона краснеет всё, что может покраснеть (на самом деле ему так только кажется: покраснели только его щёки), и он отворачивается от Ли, скрываясь от него за отросшими волосами.   — Ну так что?   Минхо тоже слегка покраснел, но Джисон этого не увидит. Хёнджин бы определённо сказал, что они дураки.   — Я подумаю… Это ведь день перед матанализом…   — За день до экзамена нельзя готовиться!   — А что, если я и за несколько дней до экзамена не готовился? Недель! Месяцев!   Минхо лишь разводит руками и морально готовится слушать уже выученную песню о том, насколько Джисон не готов к физике и математике.  

✧ ✧ ✧

        Джисон выходит из аудитории с чётким ощущением, что он пойдёт работать на вебкам; Хёнджин выползает за ним с абсолютной уверенностью в этом.   — Это пиздец, — изрекает кто-то из них серым голосом, второй молча кивает и они, переглянувшись, идут запивать своё горе.   И в этот раз далеко не от радости. И, к сожалению, далеко не алкоголем: послезавтра матанализ.   Вот и сидят два студента с синяками под глазами глубже, чем Марианская впадина, с видом, будто у них только что умер любимый хомячок и взглядом, не предвещающий ничего, кроме слёз, и потягивают клубничный молочный коктейль со всеми возможными топингами и украшениями.   — Когда там пересдача? — спрашивает немного отошедший Хван.   — После праздников вроде…   — Так, — Хёнджин достаёт телефон и открывает заметки на нём. — Английский мы уже сдали, физика тоже позади.   — Но мы её не сдали.   — Но она позади.   Джисон кивает в немом согласии, а Хёнджин продолжает:   — Смотри, нам осталось… Матанализ, программирование, высшая математика, архитектура… — на его лице появляется истеричная улыбка: глаз, кажется, тоже начал дёргаться.   — Пиздец! — эмоционально восклицает Джисон, откидываясь на спинку стула и запуская пятерню в волосы. — А в этом кафе случайно не требуется официант?     — Не, — Хёнджин выключает телефон и убирает его обратно в карман, — я либо в эскорт, либо на вебкам!   — Очень смешно.   — А кто сказал, что я шучу?..   Они сверлят друг друга долгими взглядами, а после снова возвращаются к коктейлям.   — Слушай, — прерывает Джисон, — какова вероятность того, что мы сдадим матанализ?   — Это теория вероятности, это я тоже не учил…   В общем, так и живём.  

✧ ✧ ✧

        Джисон уже перестал надеяться, что он хотя бы чудом сдаст матанализ, иначе объяснить его пребывание на колядках невозможно.   — Ты пришёл! — Минхо чётко вылавливает его из всей толпы, хватает за руку и уводит за кулисы: тут тише. Тут сновали другие организаторы, где-то на фоне слышалась ругань Чанбина по поводу некачественно установленного звукового оборудования, но тут всё равно было тише. В общем зале уже распевался хор первокурсников с традиционной рождественской песней, завхоз бегала по залу и тушила зажжёные свечи, потому что это противоречит технике безопасности, и в целом там собралось достаточно народу. Джисон не в восторге ни от одного пункта.   — Я пришёл, — устало вздыхает Джисон и облокачивается на стену.   — Спасибо.   Весь вид Хана кричал о том, что он сам не понимает, что тут забыл: пока все пытались блюсти хоть какой-то дресс-код: длинные плащи, классические костюмы, венки и колпаки, — Хан явился в толстовке и каких-то шароварах. «Спасибо, что не пижамные» — прокомментировал их Хёнджин.   А Хван, кстати, тем временем уже слился с толпой колядующих, и даже несмотря на своё подавленное перед предстоящим экзаменом настроение, пел песни громче всех.   — Ты не особо рад, да? — Минхо чувствует, что настроение у Джисона хуже некуда, хоть он и пытался давить из себя улыбку ради Минхо.   Джисон вздыхает: его раскрыли.   — Не особо, — честно признаётся он. Вообще-то Минхо понимает, что традиционные колядки, с чуть ли не церковным хором — не самое интересное мероприятие, тем более для того, для кого всё Рождество — не самое интересное мероприятие. Этим приглашением он хотел отвлечь Джисона и начать приобщать его к традициям, но быстро сдаётся, когда понимает что выбор первой традиции не самый удачный.   — А хочешь… хочешь уйдём?   Джисон отталкивается от стены и уже заинтересованнее смотрит на происходящее вокруг:   — Ты звал меня сюда, чтобы потом предложить уйти?   — Хочешь посмотреть на моих котов вживую?  

✧ ✧ ✧

        Джисон редко видел котов: у матери была аллергия на кошачью шерсть, поэтому в семейном доме у Хана была собака, а в общежитии домашних животных и вовсе запрещали держать. Когда он пришёл в дом к семейству Ли, то увидел сразу пятерых котов: помимо трёх настоящих, два больших и говорящих — Минхо и его милый (правда милый — Хёнджин не соврал) брат.   У них дома тепло, уютно, всё блестит и сияет рождеством (Джисону даже не становится неприятно); как только Хан переступает порог, его окружают заботой, наливают в чашку с котом (коты присутствовали даже там, где их быть не должно) горячее какао и угощают свежеиспечённым брауни, приготовленный Феликсом.   Джисону даже удалось поговорить с Феликсом на английском. Правда, сначала Феликс пытался отвечать ему на ломанном корейском, а Джисон продолжал ему говорить на английском, и в итоге в состязании упёртости выиграл Джисон и у них произошёл очень конструктивный диалог по поводу Хёнджина.   — Ты же знаком с Хёнджином?   — Я живу с ним уже три года!   — Оу, то есть вы… — Феликс соединяет указательные пальцы, совершенно не двусмысленно намекая на род их отношений.   — Что? Нет! Боже упаси! То есть… он мой друг… Я даже не думаю о нём в этом плане, — Джисон повторяет жест Феликса.   — А о хёне ты думаешь в этом плане?   Феликс тактичностью явно не отличается.   Минхо, услышав «хён», смотрит на них более пристально.   — Слушай, я сомневаюсь, что он нас не понимает, — говорит Джисон, заметив этот взгляд.   — Да, так и есть, — задорно улыбается Феликс пожав плечами. — Он сам попросил меня спросить.   Джисон выпучивает глаза, а Минхо, между прочим, их идеально понимающий, но сказать ничего не умеющий, давится слюной.   — Феликс, вали в свою комнату, ничего я не просил спрашивать! — Минхо выталкивает Феликса с кухни, младший Ли успевает подмигнуть Джисону, пока не оказывается окончательно выставленный за дверь.   Минхо возвращается к Хану.   — Ещё чай?   У Джисона в животе уже скоро можно будет разводить рыбок от того, сколько там жидкости.   — Нет, спасибо.   — Ну ладно, — Минхо жмёт плечами, а себе ещё чай наливает. — Как тебе моя квартирка?   Квартиркой это назвать сложно: целая квартира с тремя комнатами, большой гостиной и кухней размером с комнату Джисона с Хёнджином.   — Квартирка? Да это целый дом! Вы снимаете?   Минхо вздыхает:   — Родители. Наш папа довольно известный в своих кругах юрист, а мама держит контору по юридической помощи.   — А, — Джисон понимает откуда у Минхо вся эта фирменная одежда, дорогая техника и собственное жильё. — Так вот почему ты учишься на юриспруденции!   — Да, родители уговорили идти по их стопам.   Кажется, Минхо это не радует. А Джисон не видит ничего зазорного: если родители успешные, да к тому же имеют свою фирму, то безбедное будущее для самого Минхо гарантированно! Жаль, что у Хана нет таких привилегий по жизни.   — Тебе не нравится эта профессия?   — Нет, мне нравится, — Минхо не может сказать это убедительно и даже Хан не верит его словам. — Но ведь мечтал я совсем о другом.   — О чём? — позволяет себе спросить Джисон. Такие темы кажутся очень личными, такими, о которых не расскажешь малознакомому человеку.   — Я хотел стать хореографом. Ставить танцы, постановки, это же…   — Так красиво…   Джисон представляет, как двигается на сцене пластичный Минхо, как страстно отдаёт себя музыке и собирает на себе сотни восторженных взглядов. И джисонов — один из этой сотни. Да, такого Минхо он может себе представить. Минхо в офисном костюме с большими подплечниками, синяками под глазами, зарытый в кипе бумаг — уже не так весело и радостно.   Джисон хочет сказать Ли о том, чтобы он бросал своё дело, но вдруг понимает, что это будет равносильно тому, что сказать тонущему «Эй, не тони!» Будто бы это Минхо решает куда ему идти.   — Мне жаль, — Джисон тепло улыбается и протягивает руку Минхо. Пусть они не могут ничего сделать, сожаление и понимание — лучшая терапия. Минхо берёт руку Хана и сцепляет со своей в замок, произнося тихо, едва уловимо:   — Спасибо…  

✧ ✧ ✧

        Джисон не ожидал, что с Минхо будет настолько комфортно. Он думал, что его колени будут дрожать, язык заплетаться а мысли — сбиваться в один большой неясный комок, но вместо этого он чувствует себя лучше, чем с кем-либо.   Они болтают о всяких глупостях, тискают котов на постели Минхо и понимают, что жанр аниме им нравится одинаковый.   Хван Хёнджин Бро, ты где? Я тебя даже на колядках не видел, ты когда вернёшься? :(  

Хан Джисон

Потом объясню, но сейчас я лежу на кровати мужчины своей мечты и жду, пока он принесёт мне попить ;)

  Хван Хёнджин Ты ЧТО   Джисон убирает телефон и намеренно отключает звук, потому что знает, что сейчас начнётся спам звонков и сообщений от друга, а портить обстановку вечным пиликаньем уведомлений не хотелось.   Минхо всё же уговаривает Хана на ещё одну кружку чая (что угодно, только останься подольше) и приносит её прямо в комнату.   — Хм, — он заваливается на кровать с ноутбуком, листая страницу браузера, будто на ней действительно есть что-то интересное, кроме часто-посещаемых вкладок. Википедия, нетфликс, порносайт…   Джисон давится чаем и отводит глаза максимально далеко от экрана. Минхо темнеет:   — Будто бы ты не дрочишь.   — Да я так, закашлялся просто. Всё нормально.   Просто для Джисона обсуждение и освящение подобных тем — пошло, интимно и лично. Для человека, который в отношениях был от силы два раза, а до постели доходило и то — один, тема секса была смущающей, и он краснел, как подросток при разговоре с отцом о том, откуда же на самом деле берутся дети.   Но при этом уши Минхо тоже покраснели; он скрывает их за прядями волос, открывает первый попавшийся сайт, чтобы чёрно-оранжевая иконка никому не мозолила глаза и осторожно касается ноги Джисона.   — Извини, если для тебя это неприятно.   — Нет-нет! — Джисон примерно двести раз машет руками и головой. — Всё в порядке, я просто дурак.   «Дурак-девственник» — сказал бы Хёнджин, но его рядом нет, а Джисон не такой уж и девственник.   — Может глянем «Твоё имя»? — попытка сгладить углы. — Знаю, банально, и ты наверное смотрел это не раз, но…   — Давай! — перебивает Хан. — Люблю это аниме.   Минхо поднимает уголки губ: конечно. Он тоже.  

✧ ✧ ✧

        Чуда не произошло: матанализ отправился к списку предметов, которые нужно будет пересдавать Джисону после Рождества, но он даже не расстраивается: за столько лет привык.   Сегодняшний день начался крайне сумбурно и отвратительно: Джисон проспал будильник, у него кончился любимый парфюм, а на кофте, которую он планировал надеть со вчерашнего дня, оказалось пятно. К тому же, видимо, весь этаж решил пойти в душ именно сегодня утром, и очередь была такая, что казалось, проще влажными салфетками помыться.   Но Джисон упёртый и терпеливый, Джисон дождался.   Он уже очень сильно опаздывает на первую пару, но тут, как не кстати, в дверь стучится курьер и Хан удивляется, что они работают в такое раннее время.   — Вы Хан Джисон?   — Да-да, что там нужно подписать? Простите, я очень спешу, — курьер застал Джисона на пороге комнаты в неловком положении: парень пытался залезть в зашнурованные кеды, одновременно надевая куртку и заматывая шарф (у него точно две руки?). После формальностей при получении Джисону вручают конверт, он не глядя суёт его в сумку и вылетает из общежития быстрее, чем сам курьер.   Когда его пятки горели огнём после кросса до института, щёки горели от ветра, любезно обдувавшего его всю дорогу, а мозг горел от количества получаемой информации, Джисон решает посмотреть что же на этот раз подарил ему Тэс. Всё равно препод давно забил на тех, кто сидит на задних рядах и старался работать со студентами на первых партах.   «Привет, Хани! Прости за сегодняшнюю раннюю доставку, надеюсь я не сильно побеспокоил тебя этим. До Рождества осталось 12 дней, ты уже подготовил подарки для своих близких?»   «По больному…» — думает Джисон и хватается и за голову, и за сердце, прикидывая то, сколько подарков надо купить и сколько почек продать за это. Цифра выходит безрадостная.   «Если нет, то сегодня отличная возможность сделать это! Билеты в конверте — это проходные билеты на рождественскую ярмарку. Их два, поэтому можешь пригласить кого-нибудь, уверен, что твой сосед по комнате будет рад такой возможности!  

С любовью,

Твой Т.С.»

  Джисон смотрит на два ярких билета внутри коробки и думает, что хорошо бы было отдать их Хёнджину, чтобы он насладился ярмаркой с кем-нибудь из своих «тех самых», ну, или если сильно повезёт, с Феликсом. Но сегодня звёзды на небе сошлись, Венера в близнецах или произошло ещё какое-нибудь важное астрологическое событие, влияющее на поведение Хан Джисона, но он достаёт телефон, листает список контактов и доходит до того, кому раньше позвонить не поднялась бы рука.  

Хан Джисон

Хей, приветик! Не хочешь сходить со мной на рождественскую ярмарку сегодня вечером?

 

✧ ✧ ✧

        Джисон чувствует себя так, будто собирается на свидание, ведь стоит у зеркала уже несколько (десятков) минут и не может понять, что в его лице ему не нравится. Примерно всё, но это уже никак не исправить, поэтому он ворует у Хёнджина его блестящие тени и карандаш для глаз и начинает творить.   — Боже, что происходит? Ты что, красишься? — Хёнджин опирается на дверной косяк и с укором смотрит на Джисона.   — Ты же ушёл в душ!   Хёнджин встряхивает головой и капли с мокрых волос разлетаются вокруг, попадая и на Джисона.   — Помылся меньше, чем за полчаса? На тебя не похоже, — фыркает Хан и возвращается к подведению глаза подводкой.   — Долбоёбы утром потратили всю горячую воду, — Хван загадочно понижает голос на несколько тонов и подаётся вперёд. Джисон это расценил как намёк, что он входит в число этих долбоёбов и сейчас получит за это что-то неприятное от своего друга. Нет: Хёнджин лишь перехватывает карандаш из его рук и говоря: — Не дёргайся, — начинает сам красить Джисона.   — Не ткни мне в глаз, умоляю, — щебечет Хан, когда Хёнджин просит его смотреть наверх. Джисон никогда ещё не видел такого старательного лица своего друга, как сейчас, когда он полностью взял на себя инициативу в сборах Джисона на прогулку.   — Стой, а куда ты собираешься? — Хёнджин слишком увлёкся, и только тогда, когда уже начал накручивать волосы Джисона утюжком, решил поинтересоваться зачем такие старания.   — Ну… мне сегодня пришло от Тэса два билета на ярмарку.   — На ярмарку?! Ва… — Хёнджин закручивает ещё одну прядь на голове Хана. Джисон смотрит на себя в зеркало, а ему кажется, что с той стороны сидит абсолютно другой человек. Кажется — такие мелочи! — лёгкий макияж и незамысловатая укладка, а уже совсем другой вид. И даже не вывернутая наизнанку собака, наверное.   — Да, и я пригласил Минхо.     — Здорово, — спокойно отвечает Хёнджин. Джисон смотрит на него через зеркало: подозрительно спокойно для Хёнджина. Где радостные визги, неконтролируемые прыжки и крики о том, что он так и знал, что Минхо с Джисоном потрахаются?   — Просто здорово?   И как теперь Хёнджину объяснить, что он узнал об их свиданке с Минхо раньше, чем о ней узнал сам Джисон? У Тэса всё спланировано и продумано заранее…         Спустя две мелких ссоры, одну крупную, желание запереться дома и вообще никуда не идти, Джисон всё же заканчивает сборы, а Хёнджин с гордостью осматривает плоды своей гениальности.   — Ну ты цаца. Будь я Минхо, я бы тебя…   — Хёнджин!   Хван гаденько хихикает, а Джисон ещё раз осматривает себя в зеркало.   — Так непривычно, — он трогает лёгкие локоны на своих длинных волосах, приглаживает хёнджинову блузку, которую он смиловался одолжить в «такой-то день!» и понимает, что он и правда неплохо выглядит.   — Я даже не вылил на эти локоны литр лака для волос! У тебя очень послушные волосы, главное только чтобы они не выпрямились из-за снега.   Джисон на секунду забыл, что они идут на улицу, и всё время будут на улице, а на улице снег, на улице мокро, противно, и вообще звать Минхо гулять зимой — отвратительная идея, ведь Джисон не гулял зимой уже года два!   Впрочем, стук в дверь прерывает внутреннюю истерику Джисона и он понимает, что деваться уже некуда.   Хёнджин метнулся открыть дверь, и вот уже перед Джисоном стоит Минхо.   — Привет всем! Хани, ты готов? — Минхо с кошачьей улыбкой старается не слишком очевидно рассмотреть Джисона в его лучшей форме.   — Хани?   «Хани» называл Джисона только Тэс, и то, начал он только сегодня утром. Такую форму имени из уст Минхо слышать…приятно. До покалываний в животе. Его одно «Хани» вместо тысячи «дорогой», «любимый», «котик», «зайка» и прочего.   — Хани, — Минхо прикусывает внутреннюю сторону щеки, Джисон обескураженно продолжает смотреть на Минхо, а Минхо — на Джисона. Хёнджин закатывает глаза и подталкивает Джисона к выходу.   — Не здесь, дорогие мои, у вас ещё весь вечер впереди! — Хван накидывает на плечи Джисона свою тёплую куртку, сверху кидает шарф, вручает ему кеды и продолжает активно двигать его в сторону двери. — Бро, ночью можешь не приходить, всё равно ждать не буду! Ну всё, пока-пока!   Джисон ничего не понял, но в итоге он оказался выставленным за порог собственный комнаты рядом с хохочущим Минхо.   Этот вечер обещает много интересного…