вырастут цветы над черепами

После той ситуации, Мишель частенько бывала в гостях у девушек. Она заскакивала к ним, когда рядом оказывалась, а рядом она оказывалась частенько – учится в паре улиц от их дома. Лизе, конечно, крайне не нравились взаимодействия Мишель и Кристины, к тому же язык общения Гаджиевой – откровенный флирт, который, бывало, переходил все черты. Но Лиза не могла с этим никак бороться, это же Мишель – твердила в голове, да и в слух. Она не была плохим человек, блондинка разбавляла привычный быт двоих своими вечными авантюрами, с ней не соскучишься. Словно ребенок, никогда на месте не сидит и другим не даёт. В этом вся Гаджиева, по-детски проста и беззаботна – то, что многим явно не хватает в рутинной череде.       

***

Лиза за стойкой стоит, тряпкой протирая кофемашину, слушая в одном наушнике свою музыку. Плейлист кофейни явно не для неё, от этой надоедливой попсы каждый рабочий день рвотный рефлекс выработался. Прибавив звук, подошла к полке с сиропами, ровно в ряд те расставляя – перфекционизм везде и всегда. Попутно в блокнот записывая названия тех, которых осталось совсем немного. Позади спины слышались чьи-то разговоры и хохот. Та вновь встала за стойку, наблюдая за гостями. За столиком сидели две девушки, мило болтая и хохоча. Им на вид было около семнадцати, одеты ярко, не боялись самовыражаться. У одной из девушек руки забиты полностью были, какими-то маленькими нелепыми татуировками – по мнению Лизы. У другой бровь проколота, красиво выглядело, Лиза сама частенько задумывалась об этой идее – но страх брал вверх, поэтому откладывала это она в дальний ящик. Одна другую за руку нежно взяла, обе красные сидели от смущения. Наблюдая за этим, Лиза умилялась, и где-то в своих фантазиях представляла себя и Захарову на их месте. Мечты Андрющенко и милые разговоры двоих, прервал мужчина, зашедший в кофейню. Выглядел он не особо приятно, крупное телосложение и высокий, на голове фуражка набекрень, а из-под расстёгнутой куртки выглядывал старый засаленный и явно давно нестиранный свитер. Взглядом двух сидевших окинул осуждающе, и направился к стойке. Подойдя к ней, руки закинул на ту, и наклонился к темноволосой. —Кофе мне с молоком сделай, — произнес тот, попутно плюясь в сторону Андрющенко. Лиза рукавом кофты лицо прикрыла, сделав вид, что чихнула, чтобы незаметно вытереть слюни мужчины со своего лица. Неприятно конечно было, но задевать клиента не особо хотелось, причем такого. —Вам капучино? — ответила темноволосая, уточняя заказ мужчины. —Ты глухая? Кофе блять с молоком сделай, —с криком и агрессией произнес тот, попутно все ближе к девушке наклоняясь, а после из кармана штанов сто пятьдесят рублей достал, и демонстративно швырнул в сторону Андрющенко. Деньги упали на пол, Лиза на мужчину посмотрела недоумевающе, а после наклонилась за купюрами, шепча себе под нос «—Вот мудила.» —Хорошо, сейчас сделаю, — ответила темноволосая, с трудом натягивая на своем лице улыбку. Андрющенко занялась приготовлением кофе, в питчере молоко горячее взбивает. Временами взгляд на гостей переводя. Мужчина от стойки, отошёл и подошёл к девушкам. Встал к тем слишком близко, странно поглядывая. Девушки засуетились, видно, что некомфортно стало двоим. В стул вжались, и к друг-другу поближе прижались, чтобы не так стремно было. А мужчина все продолжал пялиться, не отходя ни на шаг. —Мужчина, вы что-то хотели? — еле выдавила одна из сидящих, все еще прижимаясь ближе к подруге. Тот цыкнул недовольно, и наклонился к девушкам, ближе в лица смотря. —Ну вот вы блять на кого похожи, как клоуны разноцветные. Че ты вцепилась то в подружку свою, вы ещё, наверное, и из этих? — прикрикнул мужчина, все еще не отходя от девушек, активно жестикулируя. По нему видно было, что не трезв, да и в целом на быдло походил. Лиза в сторону питчер поставила, и чуть из-за стойки высунулась, взглядом встретившись с девушкой – у той на глазах слёзы выступают, дрожит вся. —Мужчина, отойдите от девушек пожалуйста, — произнесла Андрющенко, выйдя из-за стойки, направилась к столику. Встала сама к мужчине близко, собой стараясь двоих прикрыть. —Да ты посмотри на них, чучела, — все не прекращает, а потом взгляд на шею темноволосой переводит, замечая татуировку. —А ты блять такая же, — плюёт в сторону, и со стола руку одной за свитер тянет, заставляя подняться. —Вы просто позорище, снимите это тряпье, — треплет за руку подростка, та реветь начинает, второй рукой лицо закрывает. —Быдло, видимо, человеческий язык не понимает, может тебе поблеять, баран? — Андрющенко уже терпеть не может, руку девушку вырывает, и толкает за спину свою. Сама в стойку встаёт, дело жареным пахнет. Вот только правда, тот её в раза три больше, и выйти победителем из этой схватки – вряд ли удастся. Мужчина опешил, на лбу вены выступили, темноволосую толкает в сторону. А та все девушек собой закрывает, не давая тому подойти, пытается на ногах устоять. Он не унимается все, руку в кулак сжимает, и в сторону Андрющенко замахивается. Лиза вздрагивает, жмурится, но не отходит все жё, стоит уверено и уже готова получить кулаком по лицу. Оглушающий и тупой звук раздаётся, а после, вой мужчины. Лиза глаза открывает, а тот за голову руками держится, наклоняется и пытается равновесие не потерять. А из-за его спины широкой, девушка выглядывает, глаза огроменные, а на лице улыбка нервная, в руках тяжелую сахарницу держит. —Вот это я вовремя, — произносит девушка, и мужчину коленом в живот попутно пинает, заставляя того еще сильнее взывать, тот на колени аккуратно опускается, и кулаком от боли по кафельному полу стучит. —Мишель? — удивленно произносит Лиза, смотря на подругу. А после рукой той махает, прося помочь. Они вместе мужчину за локти берут, не забывая того по голове пару раз ударить – что бы не оклемался, и вытаскивают из кофейни. Андрющенко дверь на ключ запирает. И выдыхает облегченно. —Вот это у тебя весело, — шагает поближе к темноволосой, руку на плечо кладёт, пытаясь немного успокоить и дать оклематься после произошедшего. Стараясь вида не подавать, что сама пиздец как испугалась, улыбается и шутит, пытаясь атмосферу разбавить. —Не то слово, спасибо тебе, — отвечает Лиза, обнимает блондинку крепко, видит, что та сама испугана, пусть и пытается это скрыть. А после взгляд на посетительниц переводит, вдвоем на полу сидят, ближе прижимаясь к друг-другу, за руки держась. Дрожат, и ревут вместе взахлёб. Андрющенко осторожно к тем подходит, присаживается на корточки около них. И аккуратно словно мама обнимает, по спину похлопывая. —Ну-ну, всё закончилось, он ушёл, — все ещё обнимает, стараясь успокоить подростков. —Ну как ушел, выполз, — смеётся Мишель, стул отодвигая и устало падая на тот, в окно поглядывает – и правда, нет его уже. Лиза взгляд, осуждающий на подругу бросает, мол не все к её шуткам ебанутым привыкли. А девушки сами смеяться начинают, все еще продолжая друг дружку за руку держать. —Спасибо тебе большое, — произносит одна из них, вставая с пола, заодно подруге руку протягивает, тоже поднимает с холодного кафеля. —Да не за что, я тут работаю все-таки, — отвечает Лиза, направляясь поближе к Гаджиевой, и присаживается рядышком. —Может проводить вас? —Нет-нет, спасибо, мы такси вызвали, — вдвоём куртки забирают, и около двери дожидаются, пока Андрющенко дверь откроет, а после, пулей вылетают, так же за руки держась. Темноволосая на время поглядывает, рабочий день уже заканчивается, слава богу. Собираться пора, на Мишель смотрит, та что-то в телефоне смотрит, а после голову поднимает и в глаза Андрющенко пялится. —Может пройдемся? — телефон подальше откладывает на стол, и умоляюще просит. —Ладно-ладно, ты все-таки герой сегодня, — отвечает Андрющенко, направляясь к стойке замывать аппарат и рабочее место после дня.       

***

Девушки вдвоём из кофейни выходят, темноволосая дверь телом прижимает, и ключ всовывает, а после ручку двери дергает – вроде закрыла. Протягивает Гаджиевой стаканчик с кофеем, отходит от двери. —А я вроде не платила, — берёт стакан кофе в руки девушка, открывая крышку наслаждается ароматом. —Тот мужик деньги свои отдал, а кофе не забрал, считай за его счёт, — отвечает Лиза, направляясь в сторону парка, на плечи рюкзак черный натягивая. —Это он мне на чай оставил за хорошее обслуживание, — шутит во весь голос Гаджиева, делая глоток горячего напитка, а после, коронно глазками стреляет и по губам своим пальцами проводит. По парку прогуливаясь, Мишель на скамейку присела, руками коленки потирая, холодно однако. Лиза рядышком села, голову наверх подняла. День сегодня какой-то ужасный вышел, давно она так не нервничала, и ведь правда думала, что получит по лицу от того противного мужика. Она уже отвыкла, но жмурясь от кулака, подсознательно вспомнила школьные года. Когда частенько могла получить от одноклассников, она отличалась от них – другая, видите ли, была. Бабушка одна её тащила, поэтому баловать не могла. Лиза вещи донашивала за всех родственников и соседей, ручки с пола школьного подбирала – чтобы деньги лишний раз не тратить. А дети жестокие ведь, им это забавным казалось, поэтому никогда не упускали шанса над Андрющенко постебаться. Она на них не обижалась вовсе, повзрослела рано и понимала, что те еще глупые просто, на дураков не обижаются, как говорится. С годами уже терпеть сложнее становилось, повзрослели – а мозгов не прибавилось, подколы все жестче становились, то тетрадь порвут, то рюкзак куда-то спрячут. А Лизе ведь за бабушку обидно было, она с таким трудом все добывала для внучки. Отвечать тем же стала, пару раз даже ударить могла, вот только правда получала потом вдвойне больше и больнее уже от толпы. Еле как до девятого класса доучилась, на выпускной не пошла – ни желания, ни денег не было. Грустно Андрющенко как-то стало, вспоминая прошлое, всё в её жизни идёт как-то не так, как у всех. За горло рукой схватилась, татуировку «Индиго» потирая. Единственный подарок, который ей судьба преподнесла – это Захарова, узелок на этой проклятой нитке под названием жизнь, который заставлял её просыпаться каждое утро и встречать новый день. Вдруг на плечи, руки Гаджиевой упали. Она в Лизу вцепилась, и тормошить начала в стороны. —Ли-и-заа, а ведь у Крис скоро день рождения, даа? — вопит Мишель, не отпуская девушку, и изо рта струю пара выпускает прямо в лицо Андрющенко. —Правда, правда, шестого февраля, — отвечает темноволосая, вырываясь из рук девушки, и чуть в сторону подальше отсаживаясь. А Мишель за Лизой движется, вплотную подсаживаясь. —Я вот вообще-вообще не знаю, что подарить, подскажии, — на колени свои падает, голову к земле склоняя, а после блондинистыми волосами треплет, и руками за них хватается. Видимо, у бедняги совсем идей нет. Лиза дрожащими руками из куртки телефон достаёт, включая его. Вкладку в интернете открывая, губу прикусывая. Сама этот подарок хотела Захаровой подарить, даже деньги откладывала. Вот только должницей себя чувствует перед Гаджиевой, добротой отплатить хочет. Да и к тому же, наблюдая за взаимоотношениями двух осознала, что это подарок от Мишель – ей приятнее будет получить, нежели от темноволосой. С пальцев кожицу ногтями сдирает, и телефон подруге протягивает. А там фотография свитера, синего такого, словно глаза Захаровой, и принт человека паука по середине. —Ого, какой классный! Ей точно понравится, — вопит Мишель, ссылку копируя с телефона Андрющенко, и себе пересылает. —Да, думаю понравится, она любит человека паука – мы все части с ней по нескольку раз пересматривали, я уже реплики наизусть все знаю. Сама такой хотела подарить, но ладно уж, уступлю, — последнюю фразу очень тихо произносит, борясь внутри с обидой и сожалением, эта неопределенность внутри себя дико раздражала Лизу. Если уж решила, то пути назад нет. Мишель удивленно на Лизу смотрит, и глазами хлопает, телефон в руки возвращает. И вздыхает устало, не понимая почему Андрющенко ей уступила. Но совестно ей было, не могла так поступить с подругой, всяко она времени много потратила на выбор подарка. —Нет, нет, Лиз. Я так не могу, дари сама, я уж что-нибудь придумаю! — отвечает ей Гаджиева, ссылку со своего телефона демонстративно удаляя, и вздыхая с надеждой что-то все-таки найти для подарка подруге. —Да ладно, Мишель. У меня все равно денег не хватает на его покупку, обрадуй Кристину, она точно будет счастлива получив этот свитер от тебя, — произносит темноволосая, с волос подруги снег отряхивая, смотря на красивое лицо девушки, и улыбку натягивая, стараясь скрыть ложь – она на подарок несколько месяцев откладывала ведь. —Правда-правда? — с улыбкой Мишель переспрашивает, перехватывая руку девушки, и ближе к себе прижимает, и вот снова искренне улыбается как дитё. —Правда, мне пора уже, устала я сегодня сильно, домой приду – скину ссылку, — встаёт со скамейки, и на прощание с Гаджиевой обнимается, а после в сторону дома уходит.       

***

Домой идёт уже в темени, фонари ярко горят, в наушниках музыка громко играет.

"Мне нужен тот новый день Убийство своей любви, лишь способ убить себя (И я убил) И мы странствуем в темноте Ведь лишь в непроглядной тьме эти люди могут сиять"

Лиза остановилась, взглянула на темное небо, а на нём ни одной звездочки - и как тут засиять, если даже звёзды не горят, пар изо рта нервно выпустила, а в голове лишь одно – лишь бы не пожалеть о сделанном.