И даже лимб не является краем

      — Ты! — выплюнул Вэй Усянь, глядя вверх на довольного Лань Цижэня.       Ему хотелось тут же бросится в бой, но он вспомнил, что не один. Шицзе всё ещё лежала перед ним, борясь за свою жизнь. Что ему было делать? Как спасти Цзинь Янли, когда перед ним был другой демон?       — Давай я помогу тебе, мой дорогой. Ничего решать не нужно, потому что я уже всё решил. — после слов Лань Цижэня раздался мощный лай.       Сразу стало понятно, что собака не живая, это был оборотень. Её лай как будто всколыхнул воздух. Всё внутри Вэй Усяня перевернулось от сковавшего его страха, ему захотелось убежать отсюда, подальше от мерзкой собаки, которой он не видел, но вместо этого он опустился вниз, цепляясь за шицзе. Он не посмел бы бросить её, тем более сейчас. Он весь трясся от заполонившего его ужаса и при следующем лае оборотня не смог сдержать вскрика.       — Надо же. — Лань Цижэнь хохотнул довольно, Вэй Усянь никогда до этого не слышал его смеха. — Никогда бы не подумал, что ты боишься... Чего именно? — белый сапог шагнул ближе. — Монстров, оборотней? Не думаю. Собак? — довольный своей догадкой произнёс Лань Цижэнь. — Это просто замечательно.       Вэй Усянь всю жизнь боялся этих животных. Даже если собака была маленькая и добрая, она всё равно вызывала в нём ужас, и этот страх остался в посмертии. Он почувствовал, как невидимая для него псина подходит ближе к нему со спины.       — Я захватил Нянь с собой, не думая, что мне так повезёт. — продолжил говорить Лань Цижэнь и согнул ноги в коленях. Он протянул ладони вниз, обхватил лицо Вэй Усяня и поднял его, всматриваясь внимательным и удовлетворённым взглядом. — Не дёргайся, иначе отдам приказ Нянь съесть твою сестру.       — Что тебе надо? — выдавил из себя кое-как Вэй Усянь сквозь зубы.       — Что мне нужно? — спросил старик, растянув губы в улыбке. — Неужели ты не понимаешь, А-Сянь? Всё, что я когда-либо хотел и в чём нуждался, прямо здесь, в моих руках.       Лань Цижэнь склонился и прижался к его губам. Он не стал ждать ответа, надавил на челюсть, заставляя рот приоткрыться и скользнул в рот языком. Вэй Усянь хныкнул, совсем не желая этого, и попытался отстранится, отползти назад, но псина позади гавкнула, и он замер. Старик вдоволь протёрся своей бородкой по его лицу и отодвинулся.       — Ты мой, Вэй Усянь. Ты принадлежишь мне. Ты думал, что не зависишь от меня? Нет, всё, что ты сделал, все твои действия, снова сблизили нас. Ты вернулся в наш орден, даже посетил мою могилу.       Вэй Усянь шевельнул губами, проклиная его, и закрыл глаза. Тело одеревенело и совсем не слушалось. Его накрыло отчаяние. Что он мог сделать? Уйти по теням? Было ещё светло. И тëмной ци в теле было катастрофически мало, он добился этого Очищением Сердца и новым обликом, совсем не подозревая, что попадёт в такую ситуацию.       — Ты мог бы сразу сдаться мне, принять меня. Но из-за твоей детской упёртости, люди начали страдать. Только посмотри, что произошло по твоей вине, А-Сянь, взгляни на свою сестру.       Вэй Усянь живо распахнул глаза, всматриваясь в шицзе. Её кожа была бледной, даже кажется золотое ханьфу лишилось красок, а взгляд устремлённый вверх остекленел.       — Шицзе... — тихо попытался он позвать. Они только встретились, не могла же она...       — Она умерла, да. — прошептал Лань Цижэнь ему на ухо и судорожно сделал вдох словно от удовольствия.       Собака позади сначала злобно пролаяла и затем завыла. Вэй Усянь скрючился, пытаясь стать меньше, спрятаться хоть где-то в этом плохом месте.       — Ты заплакал, мой милый А-Сянь. — Лань Цижэнь провёл по его лицу ладонью, цепляя слезу кончиком большого пальца, и отправил её себе в рот. — Прекрасно. Чем больше людей ты отпустишь, тем ближе ко мне ты станешь.       Вэй Усянь поднял руку, которую почти не чувствовал и попытался оттолкнуть от себя лицо старика. Лань Цижэнь запросто перехватил её и прижал к своей щеке. Теперь со стороны это выглядело как жест нежности. Старик протянул свободную руку и просунул ладонь через складки ханьфу ближе к его телу.       — Отрадно видеть тебя в белом.       Лань Цижэнь не коснулся голой кожи, лишь вынул платок, который раньше принадлежал Лань Ванцзи, и обтëр им лицо Вэй Усяня, собирая слëзы. Поднял его к своему носу, внюхиваясь, и спрятал себе за пазуху.       — Отдай. — пальцы Вэй Усяня согнулись, цепляя ногтями кожу старика.       — Ни за что. Этот платок хранит уже вторые слёзы моего А-Сяня. — Лань Цижэнь взялся свободной рукой за его подбородок, привлекая к своим словам больше внимания. — Я буду забирать у тебя понемногу всё, что ты считаешь своим. Вещь за вещью. Потому что ты принадлежишь мне и всё твоё тоже. — уголки его губ приподнялись. — Надеюсь, ты закончишь игры с Ванцзи, иначе я также заберу его себе. — он приблизился уху и тихо заговорил на него. — Уничтожу, другими словами. И в конце концов останемся только мы вдвоём на сожжённой земле. Романтичный конец. Я знаю, что глубоко внутри ты тоже желаешь этого. Мы оба демоны, А-Сянь, ты уже можешь не сдерживаться, можешь показать свою любовь ко мне, как и к моим детям, наплюй на других, они смертны, неважно, что подумают эти ничтожные.       Солнце начало скрываться в закате, медленно забирая свои лучи. Лань Цижэнь посмотрел на него и обратился к Вэй Усяню.       — Сегодня я получил даже более, чем желал. Спасибо тебе, А-Сянь, мы встретимся снова завтра. — он сухо прижался губами к его щеке и встал.       Демоническая собака гавкнула пронзительно громко, чтобы предупредить любое действие Вэй Усяня. Тот тут же скрючился на голой земле. Он поверхностно быстро дышал, даже не стараясь успокоится. В голове была мешанина из страха и тревоги, а в грудине потяжелело. Казалось, что он вот-вот умрёт, хотя это уже было невозможно.       — Вэй Усянь! Дагэ! — послышались окрики Цзян Чэна сзади.       Вэй Усянь, как смог, оглянулся и завидел не так далеко привычный мужской силуэт. Никаких следов собаки не было. Его захлестнул новый страх. Шицзе умерла прямо перед ним, и он ничего не смог сделать, чтобы спасти её. Умерла родная сестра главы ордена Цзян. Вэй Усянь получил прощение за свою глупость, но за это ни в жизни, ни в смерти не получит. Он сжал руки в кулаки, собирая под пальцами землю с редкой травой, и наблюдал за приближающимся Цзян Чэном.       — Дагэ, это ты? — крикнул тот, завидев кого-то на земле, и сменил быстрый шаг на бег. — Я слышал лай.       Цзян Чэн приблизился и опустился на колено, он осмотрел прибитого к земле брата.       — Сильно испугался? — этот вопрос словно ударил Вэй Усяня. — Но теперь я тут, а собака убежала. — Цзян Чэн протянул свои руки вперёд и прижал брата к себе. — Завтра я с Лань Сичэнем собаку отыщу и её больше в Облачных Глубинах не будет. Хорошо?       Вэй Усянь не верил тому, что слышал. Как Цзян Чэн мог говорить такое тому, из-за которого умерла Цзинь Янли? Разве тот не видит её? Он отклонился в объятьях и посмотрел назад, земля была пуста, его шицзе не было.       — Где она? — хрипло спросил он.       — Убежала, а если и вернётся, я её отгоню.       — Нет. — мотнул головой Вэй Усянь. — Шицзе где?       — В Ланьлине. — Цзян Чэн поднялся и потянул вверх и брата, ставя его на ноги. — Ты сам сказал написать сестре письмо, чтобы она не приезжала. Помнишь?       — Помню. — ответил демон, всё ещё оглядываясь.       Солнце наконец зашло, небо было ещё светлым, но тени слились в одно огромное полотно. Силы медленно начали возвращаться к мёртвому телу.       — Дагэ, что-то случилось?       — Да. — Вэй Усянь повернулся к брату, облик его уже был прежним, вместо серых живых глаз горели красные. — Лань Цижэнь в Облачных Глубинах. — он оправил белое ханьфу, которое смялось. — Собери моих детей у Цзэу-цзюня, я скоро присоединюсь к вам. — он сделал шаг в сторону цзиньши.       — Ты точно в порядке? — не двинулся Цзян Чэн.       Вэй Усянь не нашёл в себе силы посмотреть ему в лицо, мёртвое тело его шицзе всё ещё было перед глазами.       — Разберусь со стариком и станет легче.       Демон сделал ещё несколько шагов, отдаляясь.       — А ты куда? — громко в спину ему заговорил Цзян Чэн. — К своему Ханьгуан-цзюню?       Вэй Усянь остановился, повернул голову на бок, только боковым зрением отмечая силуэт брата. Так его будет лучше слышно, чем если бы он говорил вперёд.       — Мне нужно забрать кое-что своё.       Он не стал дожидаться ещё одного вопроса и растворился в тенях, тут же оказавшись на пороге цзиньши. Прозвучал колокол на отбой. Он зашёл внутрь, не стал разуваться, взгляд тут же наткнулся на Лань Ванцзи, который сидел за столиком и наверняка ждал его. Вэй Усянь, до этого движимый холодной уверенностью и злобой, словно на камень наткнулся и почувствовал обжигающий стыд. Он хотел зайти и сказать Ханьгуан-цзюнь следовать за ним, но это было бы грубо и совсем отличалось от их общения, к которому они пришли недавно. Он понял, что не сможет вести себя так нагло с ним, но совсем не хотел рассказывать, что произошло. Он отвернул голову, чтобы не смотреть на Лань Ванцзи, чтобы не видеть его изучающий взгляд, губа сама по себе дрогнула.       — Вэй Ин?       Вэй Усянь мотнул головой и двинулся в сторону спальни. Его чёрное ханьфу слуги после того дня постирали и вернули, он положил его к белым стопкам, не на что не рассчитывая, да и выкидывать было жалко, ткань хорошая. Он скинул с себя одежду ордена Лань, она не нужна ему, тем более сейчас.       — Вэй Ин? — Лань Ванцзи подошёл к проёму, но заходить не стал.       Вэй Усянь переоделся, не стал подбирать снятое ханьфу с пола, и вышел, натыкаясь на серьёзного Ханьгуан-цзюня.       — Нам... — начал говорить он не своим тихим голосом. — Нам следует пойти к Цзэу-цзюню сейчас.       — Цзян Ваньинь тебе сделал что-то? — дальше спрашивал Лань Ванцзи.       Вэй Усянь удивлённо посмотрел на него. Со стороны выглядело так? Он мотнул головой и опустил взгляд вниз.       — Вэй Ин. — Второй Нефрит положил тёплые ладони на его щёки. — Расскажи мне.       — Лань Чжань. — демон схватился за эти руки, совсем не представляя как себя вести. — Я расскажу. — его голос был слабым и от части его раздражало это. — Я расскажу, но сразу всем. Хорошо?       — Мгм. — Лань Ванцзи кивнул, его светлые глаза всё ещё скользили по бледному лицу.       Вэй Усянь не выдержал этого взгляда и всего того, что чувствовал, и, сбросив ладони, обнял его. Почувствовался запах сандала с одежды и тела. Ханьгуан-цзюнь не заставил ждать и в ответ обвил сильными руками.       — Лань Чжань, умрёшь ты, умру и я. — для Вэй Усяня это была простая истина, он не знал, зачем решил проговорить это вслух.       — Мгм. — только и согласился Лань Ванцзи.       Когда они подошли к ханьши, внутри слышались разговоры. Вэй Усянь зашёл, не стучась и не ожидая приглашения.       — Доброго вечера. — с порога сказал он всем. Он немного пришёл в себя, поэтому в его голос вернулась толика надменности.       — Господин Вэй, что снова случилось? — Лань Сичэнь был спокоен, но демон не первый день его знал и разглядел под маской главы ордена раздражение.       Цзян Чэн стоял неподалёку, отказываясь сесть, сложив руки на груди.       — Папа, ты чего опять переменился? — спросил Лань Вэймин, оглядывая демона.       Лань Сычжуй же просто наблюдал.       — Лань Чжань, садись. — единственно мягко попросил Вэй Усянь и заговорил более острым тоном. — С большой долей вероятности я узнал, кто виновен в этой проклятой болезни.       — Вэй Ин? — подал голос Лань Ванцзи, так и не сев.       — Лань Цижэнь, что ли? — спросил Цзян Чэн, принимая хмурый вид.       Лань Сичэнь перевёл взгляд с одного мужчины на другого, ожидая дальнейших объяснений.       — Да. — усмехнулся Вэй Усянь, он ходил из стороны в сторону, смотря по большей части в стены, чем на людей. — Он дождался момента, когда моих сил будет меньше всего — перед закатом. Мало того, что этот старик додумался до этого, он ещё и какое-то время следил за мной.       — Что вы имеете в виду? — поинтересовался Цзэу-цзюнь.       — Старик здесь не первый день, он, по крайней мере, застал приезд Цзян Чэна. Знал, что тогда произошло. — Вэй Усянь резко посмотрел на Лань Сичэня. — Барьер давал знать о новых вторжения? Любых.       — Нет. Барьер уловил только приход главы ордена Цзян и ваш, господин Вэй.       Вэй Усянь скривил губы и спросил словно кинул:       — А до меня?       — Нет. — брови Лань Сичэня приподнялись в ответ на явную грубость.       — Могло ли такое быть, что он пришёл вместе с Цзян Чэном?       — Нет, то явно был человек. И ошибки быть не может. — последнее предложение Первый Нефрит произнёс совсем серьёзным давящим голосом, чтобы об этом его спрашивать не стали.       Вэй Усянь отвернулся, в его голове быстро крутились мысли.       — Вэй Ин? — во второй раз обратился Лань Ванцзи.       — Вот ублюдок. — тихо проговорил демон.       — Простите, господин Вэй? — спросил чуть ошарашенно глава ордена Лань, не понимая кому оскорбление адресовано.       — Этот ублюдок, — Вэй Усянь развернулся широким быстрым движением. — Сделал, наверное, самую умную вещь в своей жизни. — его лицо украсила кривая улыбка.       — Вэй Усянь, кончай строить из себя самого умного! — воскликнул Цзян Чэн. — Говори прямо, что происходит!       — Он зашёл вместе со мной. — демон зарылся пятернёй в волосы и всколыхнул их. — Он же умеет сменять облики, научился принимать кого-то ещё, и зашёл в Облачные Глубины вместе со мной. — он хохотнул. — Отныне Облачные Глубины не самое безопасное место, а наоборот опасное. — он залился чистым смехом.       — Вэй Усянь, прекрати дурачиться, идиот! — Цзян Чэн сделал несколько широких шагов к брату и замахнулся, чтобы дать ему подзатыльника, но замер, Вэй Усянь посмотрел на него зло красными искрящимися глазами. — Ты чего? — выдавил из себя он и отступил назад.       — Господин Вэй, вы видели дядю? — отвлёк его Лань Сичэнь.       — О, да. — протянул тот. — Видел, он убил Цзинь Янли на моих глазах, а после скрылся.       Вэй Усянь кинул прямой взгляд на брата, оценивая его реакцию.       — Невозможно. — тихо произнёс Цзян Чэн, в его ответном взгляде разлился страх, и страх именно этого демона, которого он видел перед собой.       Вэй Усянь скривил губы.       — Не может такого быть! — выкрикнул Лань Вэймин.       — Вэй Ин. — Лань Ванцзи тронул его за плечо, тот тут же круто развернулся к нему с ненавистью в глазах. Ханьгуан-цзюнь чуть нахмурился, но не отступил. Вэй Усянь понял, что сделал Лань Ванцзи неприятно, только одной своей эмоцией, он моргнул и посмотрел в сторону, ему стало стыдно. — Вэй Ин, что случилось? — руку он не убрал.       — Я возвращался от Цзян Чэна, шёл к цзиньши, — Вэй Усянь начал рассказывать уже не надменным тоном и разглядывал доски на полу. — На встречу мне вышла шицзе, сказала, что не утерпела и всё же приехала. Затем её мечом пронзил старик Цижэнь.       — Не может такого быть! — повторился Лань Вэймин. — Сычжуй писал тётушке, она должна была послушать нашего совета!       Вэй Усянь глянул на сына, и тот тут же поумерил свой пыл.       — Я напишу в Ланьлин ещё раз. — тихо проговорил Лань Сычжуй. — Узнаю, уезжала тётушка или нет.       — Не доверяете мне? — вскипел Вэй Усянь. — Думаете, что я придумал это? — он сбросил руку Лань Ванцзи и сделала несколько шагов к детям.       Лань Сычжуй встал, смело ответил на взгляд, но руки у него подрагивали.       — Я на это надеюсь. — произнёс он строго. — Ты... — тут его голос подвёл, но он продолжил. — Ты говорил, что Лань Цижэнь сменяет облики.       — Там была и шицзе и старик, два, а не один.       — Лишним проверить не будет.       — Потом не плачь, когда окажешься не прав. — бросил ему Вэй Усянь, отворачиваясь.       — Вэй Ин, Очищение Сердца. — сказал Лань Ванцзи, наблюдая за тем, как демон раздражается всё больше и больше.       — Нет! — почти рявкнул тот. — Пока ублюдок в Облачных Глубинах, никаких успокаивающих песен! Я собираюсь уничтожить его, мне нельзя лишаться сил.       — Вэй Ин, ты грубишь. Нагрубил Сычжую.       Вэй Усяню стало тошно от его спокойного бесстрастного голоса, глаза начало щипать. Он совершенно не собирался плакать, его разозлили подступающие слёзы, и они тут же высохли. Злость оказалась ошеломляющей, он оглянулся, хотелось что-то сломать, уничтожить это дом, не оставить ничего на этом месте. Как сказал Лань Цижэнь? Сожжённая земля? Ему нравилось.       Лань Ванцзи не мог больше этого терпеть, он развернул демона к себе и обнял.       — Вэй Ин, успокойся.       Руки Вэй Усяня безвольно висели, его всё ещё потряхивало от злобы и той эйфории, которую он успел получить. Рядом билось золотое ядро, яркое и сильное, ничего бы не стоило его вырвать.       — Лань Чжань. — через силу произнёс он, на зубах появился вкус железа, а уши заложило. — Сыграй Очищение Сердца, один раз. — он наконец поднял руки и скомкал одежду на спине Ханьгуан-цзюня. — Я слишком много тьмы из теней впитал.       — Мгм.       Лань Ванцзи мягко отстранился, достал из цянькунь Ванцзи и расположился, где стоял, на пол. Вэй Усянь сел позади него и уткнулся лбом в спину, он не хотел видеть кого-либо сейчас.       Никто не разговаривал, пока играла мелодия. Была ночь и было тихо. Вэй Усянь, не стесняясь, обвил торс Ханьгуан-цзюня руками и сосредоточился на течении его ян, очень тёплой.       — Вэй Ин? — обратился Лань Ванцзи, когда гуцинь замолчал.       — Хм? — хмыкнул тот, не поднимая головы. — Я в порядке, если ты об этом.       — Что это было? — первым осмелился спросить Цзян Чэн.       — Таким бы я демоном был, если бы не было Лань Чжаня. — усмехнулся Вэй Усянь и выглянул через плечо Второго Нефрита.       Цзян Чэн скривился. Забавно, как ему не нравилась романтика.       — Прошу у всех прощения, я был не в себе. — пробурчал демон. — А-Юань, — более живо заговорил он. — Ты молодец, хорошо держишься. И в самом деле напиши в Ланьлин. — он снова уткнулся в спину.       Лань Сычжуй не ответил.       — А делать нам что? — задался вопросом Лань Вэймин.       — Много чего. — неопределённо хмыкнул Вэй Усянь. — Но из ещё одних плохих новостей — Лань Цижэнь знает моё слабое место.       Ханьгуан-цзюнь повернул голову к нему.       — Какое? Ванцзи? — почти без вопроса проговорил Лань Сичэнь.       — Старик на свою удачу пришёл в Облачные Глубины, — не обращая внимания на предположение, продолжил демон. — С тварью Нянь, на треть псина, а на две трети — не пойми что. — со стороны Цзян Чэна раздался шорох, словно тот позу переменил. — Я боюсь собак.       — Что? Господин Вэй, я не ослышался? — в голосе Цзэу-цзюня появился смешок.       — Не ослышались. — Вэй Усянь поднял красные глаза на главу ордена.       Лань Ванцзи поднял руку на уровень своего плеча, ладонью вверх. Вэй Усянь схватился за неё и переплёл их пальцы.       — Я с детства боюсь собак, — заговорил он, рассматривая полученную ладошку. — Контролировать я это не могу. Если услышу лай или увижу собаку — стану бесполезен.       — Но это немыслимо. — удивился Лань Сичэнь.       — Брат. — строго произнёс Лань Ванцзи.       — Господин Вэй, прошу прощения, я не насмехаюсь. Насколько всё серьёзно?       — Очень серьёзно. — ответил за брата Цзян Чэн. — Пока собака не уйдёт, он не успокоится.       — Поэтому Нянь придётся устранить кому-то из вас. — сказал Вэй Усянь.       — Устраним. — пообещал Лань Ванцзи.       — Папа, что с тобой только что было? — спросил Лань Вэймин.       Демон вздохнул, но ответил:       — Когда старик на меня напал, я был лишён сил, с наступлением темноты я заполнил недостачу. Как ты заметил, я с этим переусердствовал. Большое количество тьмы лишает меня контроля.       — Это вы ещё мягко сказали, господин Вэй. — вставил Лань Сичэнь. — Могу ли я попросить вас больше не доводить до такого? — он цепко смотрел на демона.       — Можете. — Вэй Усянь помнил, как хотел причинить вред Лань Ванцзи, и мысли эти были неприятны. Он потёр большим пальцем место между бровей, приводя в голове всё в порядок.       — Господин Вэй? — спросил Цзэу-цзюнь, когда молчание затянулось.       Вэй Усянь поднялся, протёр ладонью лицо и чуть прошёлся по ханьши, а потом, словно что-то вспомнив, произнёс:       — Спасибо, Лань Чжань. Если будет нужно, помоги мне ещё раз, хорошо?       — Мгм.       Вэй Усянь чувствовал взгляд каждого в этой комнате на себе.       — Старик сказал, что явиться завтра, думаю, ночь он перетерпит, забьётся в угол, и появится днём. — он повернулся к главе ордена. — Цзэу-цзюнь, мне нужна ваша помощь, сегодня же, точнее прямо сейчас.       — Слушаю, господин Вэй.       — Вы пойдёте со мной, мы должны как можно больше увести людей из Облачных Глубин. Совсем скоро это место превратится в поле битвы. — Вэй Усянь обвёл взглядом ханьши. — Всем остальным следует оставаться здесь и отдохнуть. Лань Чжань и Цзян Чэн не спали прошлой ночью.       — Как и я, господин Вэй. — криво улыбнулся Лань Сичэнь, но упрёка в его словах не было, он встал.       — Прошу простить, Цзэу-цзюнь. — демон склонил голову. — Без вас меня никто добровольно слушать не станет. — он посмотрел на сыновей. — Условьтесь, кто этой ночью будет вести дежурство первую половину ночи, а кто вторую, вы бодрее будете. Сегодня, думаю, вы ещё в безопасности, все вы. На вас мои метки, а у А-Юаня и А-Цзинъи ещё и талисманы. Я придумаю что-нибудь ещё, но пока этого хватит.       Цзян Чэн недовольно смотрел на брата, стоя дальше всех.       — Папа, — обратился Лань Сычжуй и сжал губы. — Шишу тоже пригодится талисман.       — Верно. — кивнул Вэй Усянь. — У кого-нибудь будет пустой?       Лань Вэймин вынул несколько листков чистой бумаги из рукава. Вэй Усянь прокусил указательный палец, быстро вывел на листке несколько символов и протянул его Лань Ванцзи.       — Лань Чжань, возьми.       — Нет. — Ханьгуан-цзюнь смотрел на него снизу вверх серьёзным светлым взглядом.       — Лань Чжань, защита лишней не будет. — с нажимом сквозь зубы произнёс Вэй Усянь.       — Отказываюсь.       Вэй Усянь рывком отвернулся от него, раздражённый упёртостью.       — Цзэу-цзюнь, возьмёте?       — Нет, благодарю. Как я и говорил, кровавая магия меня не привлекает.       Вэй Усянь не стал его уговаривать и подошёл у Цзян Чэну.       — Возьми.       Цзян Чэн недоверчиво посмотрел на кусок бумаги.       — Нет. — качнул он головой.       — Возьми или я тебя ударю. — предупредил Вэй Усянь.       — Почему я должен это брать? Все отказываются, и я откажусь.       — А у тебя какая причина? — поднял голову выше демон. — Отвращение ко мне или поцелуев со мной лишаться не хочешь?       Цзян Чэн посмотрел поочерёдно на Цзэу-цзюня и Ханьгуан-цзюня и скривился.       — В любом случае, талисман вреда тебе не нанесёт. — продолжил Вэй Усянь, но уже без насмешки. — Возьми.       — И что он делает? — Цзян Чэн нехотя забрал кусок расписанной бумаги.       — Если до тебя дотронется демон, такой как я, он замрёт на некоторое время. У тебя будет время, чтобы атаковать его или бежать, советую последнее.       — Понял. — буркнул он.       — Только сначала активируй его, проведи вертикальную линию своей кровью.       Цзян Чэн нахмурился ещё больше, но вынул Саньду, порезал лезвием палец и сделал, как ему сказали.       — Теперь держи его при себе.       — Разберусь. — проворчал он и засунул талисман за пазуху.       Вэй Усянь оглядел брата и хлопнул его по плечу.       — Не бери в голову, А-Чэн. — надо было хоть как-то подбодрить его, а то он совсем расстроился. Вэй Усянь подумал, что сказать ещё, и понял, что сделал, он осторожно посмотрел на других в ханьши, кажется, больше никто не заметил. Он отшагнул назад на всякий случай.       — Что именно? — спросил Цзян Чэн. — То, что сестра может быть мертва, или то, что ты в любой момент можешь сорваться и поубивать всех нас?       Вэй Усянь с трудностью переключился со своих мыслей на разговор.       — А-Юань, — повернул он голову к сыну. — Напиши письмо сейчас, отправим его этой же ночью в Ланьлин. Что по поводу шицзе, — он посмотрел снова на брата. — Я буду надеяться, что это не правда, что старик способен создать такую иллюзию.       Лань Сычжуй послушался и отошёл в другую комнату, где Лань Сичэнь держал письменные принадлежности.       — Папа, — поднялся Лань Вэймин. — Может рассудим это?       Вэй Усянь с интересом посмотрел на него, время ещё было, пока письмо не готово, и кивнул.       — Ты видел только тётушку?       — Да. Только Цзинь Янли.       — Она бы ни за что не приехала одна. — покачал головой Лань Вэймин. — Тётушка жена будущего главы ордена Цзинь, её бы не отпустили одну. Она бы приехала сюда или с Цзинь Цзысюанем или Цзинь Лином, или во всяком случае с другим сопровождением. — он посмотрел на Цзян Чэна, тот был один, когда ворвался в Облачные Глубины. — В отличие от шишу, тётушка лишена золотого ядра, одна она бы не была. Ведь так?       — Очень на то похоже. А-Цзинъи, спасибо. — поблагодарил Вэй Усянь. — Что же на счёт второго. — он повернулся к брату, тот выглядел уже задумчивым, а не раздражённым. — Каждый из нас может кого-то убить. Думаю, ты, А-Чэн, с лёгкостью бы расправился с какой-нибудь деревушкой, с большинством здешних заклинателей тоже. Я сильнее, поэтому в моих силах убить уже именно вас. Только скажи, если ты можешь убить человека — ты его убьёшь?       — Я нет. — сурово ответил Цзян Чэн. — Но выглядело так, что ты близок к этому.       — Тьма раздражает меня как перец твоё горло. Я постараюсь до того снова не доводить, а если что Лань Чжань мне поможет. — улыбнулся Вэй Усянь.       Цзян Чэн поморщился от упоминания Второго Нефрита, но успокоился.       — Если так, то хорошо. — проворчал он.       Вернулся Лань Сычжуй, он протянул запечатанное письмо демону.       — Готово, папа.       — Молодец. — Вэй Усянь осторожно забрал его, не касаясь руки сына. Он посмотрел на сыновей. — А-Цзинъи, А-Юань, обязательно проследите, чтобы и Ханьгуан-цзюнь и Саньду Шэншоу отдохнули, завтра день для всех будет тяжёлым. — он подошёл к Лань Сичэню и, прежде чем выйти, обернулся. — Лань Чжань, я вернусь перед рассветом. И раз старик может принимать мой облик, то не доверяйте мне, если я вернусь один.       — Просветите меня, господин Вэй? — спросил Лань Сичэнь на улице. Было темно.       — Что именно вас интересует, Цзэу-цзюнь? — поинтересовался Вэй Усянь, заложив руки за спину и шагая вперёд.       — Что вы планируете сейчас делать?       — То, что и сказал. Нужно как можно больше людей вывести из Облачных Глубин. — он остановился и повернулся к главе ордена. — Но мы можем поступить и по другому, но это зависит только от вас.       — О чём это вы?       Демон приблизился, встал совсем близко. Лань Сичэнь вздрогнул и собрался отойти, но тот схватился за его плечо, удерживая на месте.       — Не бойтесь, Цзэу-цзюнь. — тихо произнёс Вэй Усянь и заговорил ещё тише ему на ухо. — Я уже знаю, как разоблачить старика.       — Как? — в тон ему произнёс Лань Сичэнь.       — Если старик зашёл со мной, а в этом я не сомневаюсь, то он находится в облике одного из адептов, которые в тот момент были на входе. У вас же никто не пропадал?       — Нет.       — Значит, облик он свой не изменил.       — Почему вы так считаете?       Вэй Усянь выдохнул чуть раздражённо от того, что ему приходилось это объяснять, поток воздуха прошёлся рядом с ухом.       — Чтобы занять чьё-то место, ему нужно было бы освободить его. Я уверен, что он убил адепта, чтобы было меньше проблем. Конечно, он мог бы пойти по другому пути, никого не убивать и прыгать по разным обликам, чтобы не заметили двойника здесь, но это было бы излишне сложно. Вы меня поняли, Цзэу-цзюнь?       — Да. И что вы предлагаете?       — Сейчас у нас два пути. Либо мы этой ночью уводим из Облачных Глубин всех, кто не может сражаться, либо разоблачаем Лань Цижэня. Выбор за вами.       Они стояли посреди тропинки, рядом было несколько жилых домов старейшин. Лань Сичэнь думал не долго, он повернул голову, чтобы посмотреть в бледное лицо демона, Вэй Усяню пришлось чуть отстраниться, чтобы не быть так близко.       — Разве вы не хотите расправится с Лань Цижэнем, господин Вэй?       — Хочу. Но... — Вэй Усянь снова заговорил тихо ему на ухо. — Вы понимаете, что произойдёт, если мы поступим так? Чтобы с точностью определить демона, нам нужно будет провести его через вход в Облачные Глубины, старик это тоже понимает. Нужно будет поочерёдно выпустить тех нескольких адептов. Понимаете, что случится, если мы так поступим?       — Он отпустит себя.       — Да, старик перестанет себя сдерживать и начнётся битва. Возможно, мы сможем остановить его и быстрее, чем при другом варианте, но, возможно, и больше людей погибнет. Что скажете, Цзэу-цзюнь?       — Вы боитесь, что нас подслушают? — вместо этого спросил Лань Сичэнь.       — Долго же вы собирались для этого вопроса. — хохотнул Вэй Усянь и отошёл. — Да, хочу быть уверен, что это слышали только вы. — он продолжил смотреть, ожидая ответа.       — Давайте сделаем, как вы предлагали изначально, господин Вэй.       — Спасение, значит, спасение. — проговорил Вэй Усянь и двинулся вперёд.

_____

      Они вернулись в ханьши за час до рассвета, это не нравилось Вэй Усяню, столько дел можно было, даже нужно было, сделать, но время поджимало. Впервые за существование ордена Лань Облачные Глубины гудели ночью, множество людей не спало, разговаривало и шумело.       — Цзэу-цзюнь, могу я попросить вас провести ещё несколько часов без отдыха? — спросил Вэй Усянь прежде чем они зашли. — Нужно будет обсудить некоторые моменты с остальными.       — Господин Вэй, само собой я останусь, мне тоже есть, что сказать.       Вэй Усянь был рад обнаружить, что Лань Ванцзи и Цзян Чэн не ушли спать в отдельные комнаты, а расположились в одной общей. Они спали достаточно далеко друг от друга, постелив матрасы на полу. Так было безопасней. Лань Сычжуй тоже спал рядом со своим шишу. Лань Цзинъи же сидел между спящими ближе к Ханьгуан-цзюню, он широко улыбнулся, завидев их на пороге.       Лань Сичэнь кивнул ему и бесшумно прошёл в другую комнату.       — А-Цзинъи, можешь пока передохнуть. — тихо произнёс Вэй Усянь и помахал рукой, чтобы тот ушёл.       Лань Вэймин вместо того, чтобы подремать часок, ушёл к главе ордена, наверное, чтобы узнать новости и при этом не перебудить всех.       Вэй Усянь сел рядом с Лань Ванцзи, оглядывая безмятежное лицо. Он коснулся ресниц и провёл по ним костяшкой пальца, они были мягкие, как будто и не ресницы вовсе, а чьи-то крылышки. Он повёл руку ниже, оглаживая гладкую щёку, и замер на губах, чуть надавил на них. Размеренное дыхание щекотало кожу демона.       Ресницы Лань Ванцзи дрогнули несколько раз, словно он пытался моргнуть с закрытыми глазами, а затем его веки поднялись. Он сонно посмотрел на Вэй Усяня, моргнул и взгляд стал осмысленным.       — Доброе утро, Лань Чжань. Я тебя разбудил? — улыбнулся Вэй Усянь, он успел принять облик живого себя, рассудив, что это приятнее видеть после пробуждения. Рассвет ещё не настал, поэтому он мог себе это позволить.       — Вэй Ин. — голос Ханьгуан-цзюня был неподъёмным и красивым от хрипоты.       Рука Вэй Усяня скользнула к шее, большой палец лёг на мочку, а кончики остальных коснулись волос. Он наклонился, посмотрел в светлые глаза, а затем на приоткрытые губы.       — Извини, Лань Чжань, колокол ещё не прозвенел. Опять ты не спишь из-за меня.       Он не знал собирался ли Лань Ванцзи отвечать на это и не узнал бы, он прижался к губам в лёгком поцелуе. Ханьгуан-цзюнь лениво ответил. Хоть и было ещё темно, но чувство утренней солнечной лености разрослось в груди Вэй Усяня.       — Доброе утро. — ещё раз прошептал он, отстраняясь.       — Доброе. — согласился Лань Ванцзи, смотря на него, и словно сам его взгляд был тёплым.       — Вставать будешь?       — Мгм. — согласно хмыкнул он, но не двинулся.       Вэй Усянь улыбнулся, лёг рядом и закинул руку на него.       — Времени немного, но ещё есть. — объяснил он. — Полежим пока.       — Мгм. — Лань Ванцзи положил ладонь на спину демона, приятно нагревая.       Они пролежали недолго, скоро отбил колокол и Лань Сычжуй зашуршал на своём спальном месте. Парень зевнул, оглянулся, попытался заговорить, но голос его подвёл, и он кашлянул.       — Папа, это ты там лежишь? — наконец заговорил он.       — А кто ещё? — Вэй Усянь сел и повернул голову на сына.       — Где шисюн? — медленно спросил Лань Сычжуй.       Вэй Усянь вздохнул, он сам просил себе не верить перед выходом, и проговорил:       — Там, — мотнул он головой в сторону другой комнаты. — Вместе с А-Цзинъи. Буди своего шишу, если боишься меня.       Лань Сычжуй нахмурился и посмотрел на Цзян Чэна, который всё ещё спал.       — Вэй Ин. — мягко одёрнул Лань Ванцзи и осел. — Не дразнись.       Вэй Усянь усмехнулся и только заметил, что на Втором Нефрите была налобная лента. Тот всегда снимал её перед сном, сейчас же не решился из-за близости постороннего Цзян Чэна. Вэй Усянь коснулся покосившейся ленты, развязал её, Лань Ванцзи протянул ему гуань, что до этого лежал на полу, и демон собрал новую причёску, аккуратную, подходящую Ханьгуан-цзюню.       Лань Сычжуй понаблюдал за ними и потрепал Цзян Чэна за плечо.       — Шишу, просыпайтесь, папа с шисюном уже вернулись.       Лань Ванцзи поднялся, чтобы привести себя в порядок, Вэй Усянь перехватил его за руку и погладил пальцы, а когда на него посмотрели, усмехнулся и отпустил ладонь.       — Ничего, Лань Чжань. — отмахнулся демон. — Просто захотелось тебя коснуться.       Цзян Чэн еле слышно простонал.       — Почему я должен слушать с утра именно это? — возмутился он и сел, бросая недовольный взгляд на брата.       Вэй Усянь посмотрел на него и рассмеялся, поднимая указательный палец.       — Какой ты лохматый, А-Чэн. Пол Цзэу-цзюня такой неудобный, что ты вертелся всю ночь и волосы себе спутал?       На самом деле всё было не настолько плохо, обычные распущенные волосы после сна, но Вэй Усянь уже привык к прямым волосам Лань Ванцзи, которые утром даже расчёсывать не нужно, да и позадирать Цзян Чэна лишним не будет.       Пока глава ордена Цзян ругался с Вэй Усянем и при этом пытался собрать причёску, вернулся Лань Сичэнь.       — Всем доброго утра. — пожелал Лань Вэймин, следуя за шисюном.       — Ванцзи, Сычжуй, Саньду Шэншоу. — со всеми поздоровался Лань Сичэнь. — Господин Вэй, вы, кажется, хотели сами рассказать.       — Без вас, Цзэу-цзюнь, я начинать не собирался. — дёрнул губой Вэй Усянь с доброй усмешкой.       Лань Вэймин и Лань Сычжуй начали убирать спальные места.       — Что ж, я и Цзэу-цзюнь объявили эвакуацию Облачных Глубин. — проговорил для всех Вэй Усянь. — К сожалению, она ещё продолжается, но дети, старики и... — Лань Сичэнь подошёл, и он замолчал. Первый Нефрит протягивал листок. — Что это?       — Имена тех, чьё было дежурство на входе в тот день.       Вэй Усянь забрал список и пробежался взглядом, это мало что дало ему, только одно имя было знакомо ему, о остальных же он никогда не слышал.       — Спасибо. — тихо поблагодарил он. — Что я говорил? — он оглядел остальных, пытаясь вернуть ускользнувшую мысль. — В общем, мне не нравится, что всё так медленно. Людей в Облачных Глубинах много. У меня есть мысль по этому поводу.       — И какая же, господин Вэй? — спросил Лань Сичэнь, он сел за столик и потёр глаза, этот жест очень отличался от того обычного поведения главы ордена. Неужели совсем устал?       — Минши. У вас же она есть? Старику нужен я. Когда расцветёт, я пойду в минши, он должен последовать за мной. Я запечатаю нас внутри, а вы снаружи. Там темно, как-нибудь, справлюсь с ним.       — Ты уверен? — с сомнением спросил Лань Сычжуй. Цзэу-цзюнь выглядел чуть удивлённым и задумчивым, он в самом деле начал рассматривать это предложение.       — Нет. — произнёс Лань Ванцзи. — Мы справимся и без этого.       — Это самый верный план, никто не пострадает. — ответил ему сурово Вэй Усянь. — Если он может победить меня сейчас, просто выманив из дома днём, то, значит, с лёгкостью разорвёт любого из вас. — он смотрел строго на Лань Ванцзи. — У меня чувство, что из рук всё сыпется, у меня не получится удержать всё сразу. Лучшего я не придумал.       — А чем плох план с минши? — не понял Цзян Чэн.       — У папы там будет преимущество, — ответил Лань Вэймин. — Но это не значит, что он быстро победит. Это может случится и через пару дней, и через несколько лет. Я правильно понимаю?       Вэй Усянь отвернулся, но всё же кивнул. Умные дети — горе в семье, если бы не Лань Вэймин, то он бы мог ещё переубедить Лань Ванцзи, но теперь куда уже? Несколько лет — могут стать десятилетием, для человека это много.       Наконец и Цзян Чэн понял.       — Придумаем что-нибудь другое. — сказал он.       — Легко тебе говорить. — ядовито кинул Вэй Усянь и вздохнул, пытаясь успокоиться. Он встрепенулся и вернул демонический облик, забрезжил рассвет, нужно было беречь силы. — Раз так, то вы должны дать мне время. Сегодня будет тяжёлый день и вы должны пообещать мне, что не помрёте от рук старика или его прихвостней-оборотней. — он обвёл всех красным взглядом. — Первый Нефрит Цзэу-цзюнь, тебя это тоже касается, понял?       — Да, господин Вэй. — усмехнулся Лань Сичэнь. — Раз все против вашего заточения, то я могу вам это пообещать. Буду беречь свою жизнь и жизнь Вэймина и Сычжуя.       Вэй Усянь дождался кивков остальных под своим испытующим взглядом и удовлетворённо вздохнул.       — Если нарушите моё обещание, я вас из-под земли достану, вы знаете, я смогу.