Тёмная душа

Глава 1: Нежить в темнице

— Бум-звяк! Бум-звяк! Бум-звяк!.. Приятный сон прервался далёкими звуками ударов с едва слышимым скрежетом металла, что резал слух, но сонливость всё ещё затуманивала разум, мешая воспринимать происходящее адекватно. Время шло — удары не прекращались. Мне не хотелось открывать глаза, вокруг всё равно лишь одна темнота. Ночь это время для сна. Наверное, что-то случилось у соседей. Должно быть, столь ранним утром они решили устроить ремонт. Одно ясно точно: при таких условиях спать крепким сном невозможно. Противный шум сильно раздражал. Нужно вставать, но… так лень, даже глаза открыть выше моих сил. Сегодня ведь выходной. Можно поваляться подольше. Как хочется спать, не двигаться, не думать, только лежать и спать… — Ы-ы-ы-а-а-я-я!!! — душераздирающий вопль мгновенно раскрыл мои глаза. Вскочив с каменного пола, я лихорадочно принялся осматривать своё окружение: стены из серого камня, пара маленьких окон, одна ржавая решетчатая дверь, на потолке квадратный люк. Увидев всё это, в моём горле застрял немой крик! «Где я мать вашу?! Это что за казематы?!» — гремели мысли в моём разуме, пока я тщетно старался не поддаваться нарастающей панике. — Бум-звяк! Бум-звяк! Бум-звяк!.. — возобновившиеся удары привлекли внимание, заставив замереть от страха. Чувства обратились в лёд, оставив только чистый разум — моя привычная реакция на сильный стресс. Медленно, с осторожностью, не издавая лишнего шума, я зажался в углу, ожидая сам не знаю чего. Всё моё естество замерло в напряжении: глаза смотрели в полумрак, а уши улавливали малейший шорох. Разум спокоен, сосредоточен и чист. Так я и замер, вслушиваясь в темноту, где периодически раздавались жуткие удары с металлическим скрежетом. Страх… страх сковывал лучше любых цепей, а в этот момент, мне было до ужаса страшно привлечь внимание неизвестного, что издавал столь жуткие звуки откуда-то из темноты. Постепенно время шло, а опасность всё не появлялась, это чуть-чуть успокаивало. Я всё еще продолжал прижиматься к углу, наблюдая за тьмой, что виднелась сквозь прутья решетчатой двери. Это был единственный выход из моей комнаты, не считая люка на потолке. Но время шло, страх всё меньше и меньше сковывал мои мысли, и потихоньку я начал по-новому осматривать помещение, в котором невольно оказался. Старые стены из камня, им подобные я видел разве что на развалинах столетних построек прошлого. Два окна с ржавыми прутьями, некоторые из которых отсутствовали; такая же ржавая решётка вместо двери; из настенных окон виднелись тёмные коридоры какого-то подземелья. На потолке ещё одно окно, из которого прорывается солнечный свет, позволяя мне видеть. Также за верхним окном виднелось серое небо полное тёмных туч. Пока меня пронизывала дрожь, мои глаза быстро привыкали к тёмной комнате и постепенно я начинал видеть то, что скрывалось в тенях. На полу лежало нечто мохнатое, размером с толстую кошку. Присмотревшись, я понял: это всего лишь труп большущей крысы. В двух углах по кучке старого сена, а в оставшемся углу — парочка мешков с ведром из гнилой древесины. Наверное, местный туалет и спальня для заключённого. Глаза продолжали привыкать к свету, позволяя мне разглядеть всё больше и больше подробностей. На покрытых трещинами стенах прорастал мох, лишай или даже плесень. На полу валялось несколько цепей вместе с парочкой ржавых колодок и кривыми стержнями, что были вырваны из окон. И… жуки? Увидев несколько жуков, я отскочил от угла словно ошпаренный! Почувствовав как по телу что-то ползает, нервно стряхиваю с себя противных насекомых. «Мерзость!» — эхом пронеслось в разуме, пока я в очередной раз осматривал стены собственной камеры. Как же много здесь обитало мокриц! И все такие большие, размером не меньше пальца. «Как отвратительно», — успокоившись и осознав, что в ближайшее время мне ничего не угрожает, я наконец-то принялся обдумывать ситуацию и только продолжающиеся удары вдали нервировали моё сознание. Боже мой, какой ужас. Как я здесь оказался? Последнее, что помню, — это то, как я засыпал в своей уютной квартире, а теперь проснулся в какой-то тюрьме из прошлых эпох! Как такое возможно? Это не похоже на шутку или сон — всё слишком реалистично. Но отвечать на мои вопросы никто не собирался, а кричать и привлекать внимание как-то страшновато. Мало ли, какие личности обитают в этом месте, а я полностью безоружный и… «Что с моей кожей? Нет, что с моими руками? Я что… превратился в мумию?» — прогремели мысли в голове, пока глаза не веря рассматривали чужие руки, но это были мои руки, чувствовались как мои родные, шевелились от одной только мысли. Пальцы сжимались, кисти гнулись, но бурая кожа и болезненного вида худоба мешали воспринимать конечности как родные. Заинтересованный руками, я начинал активно рассматривать самого себя. Первое — я оказался абсолютно голым и лысым. Второе — меня теперь сложно назвать человеком. Тело было ужасно худое, словно его месяцами, если не годами, морили голодом. Едва удалось отыскать кусок ссохшегося мяса, что когда-то являлся членом. Ужасное зрелище… Выглядело это всё так, как будто на кости натянули кожу с тонкими мышцами. На левой части груди, в том месте, где располагалось сердце, нащупывалась какая-то шишка, состоящая из переплетений вен. Я легко разглядывал каждую косточку, сустав и мышцу с сухожилием. И помимо этого вся кожа была буро-гнилого оттенка, потёртая, морщинистая, с маленькими дырочками, что открывали вид на тёмно-розовое мясо. Ощупывая тело, я чувствовал подбирающийся к горлу ком. Не хотелось верить своим глазам, своим рукам, своему разуму! Хотелось взять и проснуться. Это ведь не может быть реальностью?! Это всего лишь кошмар! Но, сколько бы я не трогал выступающие рёбра, сколько бы я не щипал себя за мерзкую кожу, сколько бы я не молился всем известным богам… ничего не происходило. Абсолютно ничего. Всё оставалось прежним. Мерзкое тело, старая тюрьма и страшные звуки в темноте. Чувства… все мои чувства говорили только об одном — я проклятая нежить! Осознание этого факта повергло меня в пучины депрессии. Звуки больше не волновали, не волновали и ползающие всюду жуки с фактом моего заточения. Сев по центру комнаты, я тщетно старался осознать своё новое положение, не обращая ни на что внимания. Только молился про себя о прекращении этого кошмара. Так продолжалось минуту… две… пять… десять… Ветер легонько ласкал кожу, ненавязчиво отвлекая от ужасных мыслей, постепенно мне более-менее удалось совладать с шоком. Ощущения по-прежнему были ужасны, но теперь отвратное самочувствие не мешало мне действовать. Сидеть в ожидании чуда в любом случае не выход. Это я уже проверил. Атеизм нисколько не помешал мне встать на колени и помолиться о помощи свыше. Наивно. Словно наверху есть кто-то, кому не безразличны мои страдания. Почти тридцать лет живу, давно пора понять: чудес не бывает, поэтому рассчитывать можно только на себя. О прошлой жизни я почти не вспоминал. Двадцать девять лет: ни жены, ни детей, ни других родственников. Кошку только жалко, но думаю: о ней позаботятся соседи, а даже если и нет, то и сама сможет выжить: умное животное. Имелись кое-какие увлечения, цели и мечты, но… теперь это всё кажется слишком мелочным и неважным. Изменить что-либо я в любом случае уже не могу. Ведь судя по всему, я таки стал попаданцем. Мечта исполнилась, но совсем не так как я себе это представлял, а ведь почти дождался третьего десятка, но видимо последний год играл решающую роль и вместо могущественного мага я оказался гнилым трупом. «Ужасная шутка…» — подумал я, невольно вспомнив, что за последний год я так ни разу и не почистил историю браузера, но теперь это неважно. Кое-как придя в себя, я вновь принялся осматривать помещение, в котором оказался заперт. И вместе с этим размышлял о возможных способах выбраться из клетки. Окна в стенах были слишком маленькие, чтобы в них могло протиснуться даже моё исхудавшее тело. Люк на потолке находился слишком высоко, добраться до него будет ещё сложнее. Оставались только решётка двери и каменные стены, но стены пусть и старые, но неизвестно еще какой они толщины, а решёточка уже проржавела. Самый лёгкий способ выбраться, это снять её с петель, но это будет очень шумно, а там в темноте и так, кто-то шумит. Однако… терять мне почти нечего? Верно? В любом случае, для получения ответов, мне потребуется выбраться из клетки, а это значит, что без риска никак не обойтись. Руки тряслись, тело дрожало, разум был взволнован, но вооружившись искривлённым заржавевшим металлическим стержнем, я стал чувствовать себя немного уверенней. «Теперь хотя бы вооружён», — крепче сжав импровизированный предмет самообороны, я подошёл к металлической двери. — Пс-с-с… эй! Эй! Здесь кто-нибудь есть? — но в ответ была тишина. Интересно, кто там так шумит? Охранник? Другой заключённый? Или эти звуки возникают сами собой? Неизвестно. Еще несколько раз, повторив вопрос в пустоту с разной громкостью, я ничего не добился. Меня не слышат? Возможно, а возможно просто игнорируют. В любом случае, я не намерен оставаться в этой клетке. Осмотрев ржавую решетчатую дверь, понимаю, что снять с петель не получится. Остаётся только выдолбить вместе с дверной коробкой. Камни большие, толстые, но крайне старые, а я вооружён металлическим стержнем — моя свобода это лишь вопрос времени. Правду говорят: любые оковы только у нас в голове. — Эй! Я тут побег замышляю, никто не имеет ничего против? — решил я крикнуть в последний раз. Ответа как всегда не последовало, только продолжительные удары с металлическим скрежетом раздавались во тьме коридора. Страшно, но вопросы требуют ответов, а значит, пора выбраться из этого места. Покрепче сжав стержень, прицеливаюсь к камню и бью со всей силы. Палка едва не выбилась из рук от силы отдачи, пока звонкий удар металла по камню разносился в подземелье. Из-за внезапного звука я и сам замер, со страхом вслушиваясь в тишину. — Бум-звяк! Бум-звяк! Бум-звяк!.. — раздался вскоре привычный шум из темноты, но в этот раз он успокаивал. «Никто не обратил внимания, значит всё в порядке можно продолжать», — подумал я и сразу продолжил долбить камень железным стержнем. Удары непрерывно сыпались на твёрдую породу, оставляя на ней слабые повреждения, но постепенно усталость дала о себе знать и я замедлился. Даже гнев не мог гореть вечно, насыщая силой мои тонкие руки. Процесс освобождения протекал медленно. Поначалу было очень страшно, но со временем от страха не осталось и следа. Если сначала я старался заглушить шум чужими звуками ударов, то постепенно перестал бояться, начав долбить так, как было удобнее, а не как безопаснее. Порой я прерывался на недолгий отдых. Оказывается, даже нежить может устать. Однако в камере больше совершенно нечем было заняться, поэтому мне оставалось только выдалбливать путь к свободе, стараясь не думать о своей плачевной ситуации. Тяжелая и однообразная работа прекрасно отвлекала разум от ненужных мыслей. Время текло медленно, мучительно медленно. Спустя час или больше, первый кирпич дал трещину, и вскоре я выломал его из каменной арки. До свободы оставалось еще минимум десяток таких же кирпичей…