IV. Игры на верфи
10 ноября 2025 г., 08:00
Когда Дафна проснулась и не застала Дамьена дома, то сразу почувствовала неладное. Он был не в том состоянии, чтобы уходить в свои излюбленные ночные скитания, но у двери не висел его дорожный плащ. Никакой записки для неё он не оставил. Дафна хорошо знала вещи, которые он брал с собой в походы, и быстро осмотрела дом на их наличие. Она не нашла ни сумки, ни тёплой одежды, ни меча, ни бурдюка для воды. Если Дамьен собрал дорожную сумку, значит, ушёл надолго. И Дафна почему-то поняла: навсегда. В ином случае он бы её предупредил.
Прежде чем она успела разобраться, что ей делать, раздался стук. Она бегом оказалась в коридоре, не зная, на что и рассчитывать, открыла входную дверь. Перед ней стоял лорд Гиллингтон в сопровождении двух высоких вооружённых стражников.
— Я хочу поговорить с Дамьеном.
Тон, которым судья сказал это, не предвещал ничего хорошего. Выражение его лица было очень грозным, и Дафна почувствовала укол страха.
— Его нет дома, милорд, — промолвила она в ответ, но Гиллингтон сделал свободный жест рукой, указывая стражникам на дверь.
— Обыщите.
Один из них, проходя в дом, подвинул Дафну, словно лёгкую куклу, и она едва не упала с крыльца. Она не понимала, что происходит. Руки задрожали почти так же, как у Дамьена вчера.
— Что случилось? — слезливо спросила она Эйтиса, но он оставался холоден и беспристрастен.
— Вчера утром капитан Ралуа исчез с поста. — Пугающая интонация мужчины заставляла Дафну нервничать ещё больше. Глаза начинали наполняться слезами. — Он не вернулся в казармы, не появился дома. Его не видели и сегодня. На его поиски была поднята большая часть гарнизона. Тело капитана Ралуа было обнаружено в одном из неприметных городских закоулков. Ему нанесли две раны: в горло и в сердце.
Дафна всё-таки заплакала.
— Милорд, это не Дамьен! Он не мог сделать этого!
— У него одного был мотив.
Она сбежала с крыльца и схватила руки лорда Гиллингтона, моля его поверить ей.
— Вы были вчера у нас! Вы сами видели, что Дамьен целый день провёл с нами, а как только вы ушли, он отправился спать. Он сослался на усталость и ушёл в комнату. Я заглядывала к нему поздней ночью, беспокоясь о его самочувствии, и, клянусь вам, он спал. Он никак не мог совершить это преступление.
Эйтис высвободил руки и сделал шаг назад.
— Утром он уходил на рынок, — припомнил он.
— За молоком, да. Но вы же не думаете, что за это время он мог успеть убить человека? Он поставил кофе на огонь, я помню, и вернулся прежде, чем напиток успел закипеть. Это всего несколько минут.
— Капитан Ралуа был убит длинным прямым мечом шириной примерно в пол-ладони. У Дамьена именно такой меч, и наш кузнец подтвердил, что вчера Дамьен приходил к нему с просьбой выправить заточку.
Дафна отчаянно мотала головой, отказываясь это слушать и верить в это. На улице перед их домом собралась толпа соседей.
— Мало ли в Нортпойнте таких мечей? У него самый обычный меч, такой можно найти в любой оружейной лавке!
Стражники вышли на улицу, один громко сообщил:
— Дома его нет.
Эйтис Гиллингтон внимательно посмотрел на плачущую Дафну и требовательно спросил:
— Так где он? Если, по твоим словам, он всю ночь был дома, то где же он сейчас?
— Я не знаю, — практически неслышно отозвалась она. — Когда я проснулась, его уже не было.
— И ты не знаешь, куда он мог пойти?
Дафна плакала, слова давались с огромным трудом.
— Дамьен любит уходить из города, каждый об этом знает. Может, он на маяке или пустился в горы смотреть на звёзды. Иногда во время шторма или северного сияния он ходит к морю.
Гиллинтон приказал своим стражникам:
— Отправьте людей в эти места отыскать его, — а потом обратился к Дафне уже более мягко: — Я ещё не уверен до конца, что это он. Более того, я надеюсь, что мои опасения не подтвердятся, поэтому мне нужно поговорить с ним. Если ты что-то знаешь, но умалчиваешь…
— Нет, милорд! Клянусь Девятью, я знаю не больше того, что уже рассказала.
— Хорошо.
Гиллингтон кивнул и, развернувшись, гордой властной походкой пошёл прочь. Соседи громко шептались. Дафна, ничего перед собой не видя, убежала в дом, захлопнула дверь и села прямо на пол, уже не пытаясь сдерживать слёзы. Её трясло от обиды и страха. А ещё — от понимания, что Дамьен правда мог это сделать. Иначе зачем он, уходя вчера, взял с собой меч, а потом спрятал его в углу? Почему его руки так дрожали, когда он вернулся? Почему он так легко согласился обо всём забыть? Почему, в конце концов, он тихо ушёл сегодня, собрав вещи и ни о чём не сообщив?
Дафна плакала на полу и молила Богов, чтобы всё это оказалось неправдой. Она верила, что вот-вот откроется дверь, Дамьен вернётся, удивится происходящему, успокоит её, а потом во всём разберётся.
Но дверь не открылась ни через час, ни через два, ни после полудня. Дафна боялась выходить на улицу и даже боялась пошевелиться. Её родной город вдруг ополчился против неё, и ей казалось, что только в этих стенах она могла чувствовать себя в относительной безопасности.
Она не знала, к кому пойти и у кого просить помощи и совета. Единственным человеком, которому Дафна доверяла, была леди де Лерон, но едва ли Урсула знала, куда пропал Дамьен, и вряд ли бы помогла найти хоть какие-то доказательства, чтобы опровергнуть подозрения судьи. Всем было ясно, что слишком многое указывает на виновность Дамьена.
Дафна могла бы просить помощи у Карлоса, бывшего капитана стражи, который хорошо разбирался в таких вещах и всегда был благосклонен к их семье, но она не хотела обременять его проблемами и, возможно, подвергать опасности. Да и не настолько он был дружен с их отцом, чтобы ввязываться в эту историю.
Ещё был Янник, хороший друг Дамьена, но молодой норд сам стал жертвой случившегося.
Дафна перебирала в голове знакомых ей людей и не могла вспомнить никого, к кому можно было обратиться. А через какое-то время она поняла, что думает не о тех людях.
Был один человек, который не просто мог ей помочь, но и даже знать, где её брат.
Приободрённая этой догадкой, Дафна взяла себя в руки и вышла из дома. Её провожали взгляды прохожих, но она не обращала на это внимания и уверенно направлялась к западным городским воротам, откуда вела дорога на Нортсолт. Когда по левую руку показалась незаметная уводящая в лес тропинка, Дафна свернула на неё.
Ей давно не приходилось бывать в этом месте. На подходе к лесной церкви Дафна заметно замедлила шаг и шла, оглядываясь по сторонам. Её окружали пихты, кедры и массивные серые валуны. Под ногами мелькали камни и корни деревьев. Вскоре появилась небольшая полянка с ветреницами, и Дафне вспомнилось, как Дамьен, вернувшись, сорвал для неё одну. Слёзы снова подступили к горлу.
На территории приората было тихо и безлюдно. Громко пели птицы, и шуршал травой лёгкий ветер. Дафна сразу увидела хромого послушника, он сидел на скамье, сильно сжимал ладонью правое бедро и морщился. Было похоже, что он перетрудил больную ногу.
Он тоже заметил Дафну и собрался встать, но не сумел и остался сидеть на скамье. Дафна подбежала к нему и опустилась на колени на сухую твёрдую землю, чтобы не смотреть на мужчину сверху. Ей казалось, что он опечален её приходом.
— Десмонд, я сестра Дамьена.
Десмонд утешительно ей улыбнулся, преодолев терзающую его боль. От его улыбки почему-то стало так тепло, что Дафна поверила в лучшее.
— Я помню тебя, милая. Надо же, ты стала такой взрослой.
— Десмонд, пожалуйста… я молю тебя, скажи, что он к тебе приходил, скажи, что ты его видел.
Мужчина взял её руку и крепко сжал. Его пальцы были сухими и тёплыми. Он молчал совсем недолго, но для Дафны эти секунды растянулись в вечность.
— Он хотел, чтобы ты осталась в Нортпойнте и продолжала жить, как раньше. Не знать, где он, тебе безопаснее. Если бы он хотел, чтобы ты знала, он бы сам сказал тебе обо всём.
— А тебе? Он сказал тебе что-нибудь?
— Он сказал мне не так много.
Послушник не собирался давать ей однозначных ответов, но Дафна знала, как сильно Дамьен доверял этому человеку. Он проводил с Десмондом столько времени, сколько не проводил с семьёй. Он тренировался с ним в бое на мечах, иногда они вместе уезжали куда-то на несколько дней. В Нортпойнте и окрестностях нет человека, который знал о Дамьене больше этого послушника.
— Это ведь не он убил Гилберта? Он ведь не мог сделать этого?
Во взгляде Десмонда, глубоком и мудром, темнела беспросветная бездна. Вопреки доброму голосу, глаза этого мужчины пугали Дафну сильнее грозных слов городского судьи.
Десмонд ответил не так, как хотелось бы:
— Иначе зачем ему скрываться?
Дафна всё-таки заплакала и почувствовала, как коловианец ещё сильнее сжал её руку.
— Он больше не вернётся?
— Так он сказал.
— Почему он бросил меня? Он оставил меня на растерзание Имперскому Легиону, а сам сбежал. Почему он так поступил со мной?
— Легионеры тебя не тронут, — уверенно проговорил Десмонд. — Может, будут допрашивать несколько дней или даже недель, но в итоге поймут, что ты ничего не знаешь. А спустя месяцы все забудут о том, что случилось. Ты продолжишь своё обучение и присоединишься к Гильдии Магов, как и задумывала. Дамьен хотел, чтобы для тебя ничего не изменилось.
— Я не справлюсь без него. Он должен был взять меня с собой, мы бы сбежали вместе!
— Ты знаешь своего брата, Дафна. Он всегда был изгоем для этого города, всегда был бродягой. Дорога — вот его дом. А тебе не место в грязных отдалённых трактирах и дорожной пыли.
— Скажи мне, где он. Я прошу тебя.
— Я не могу. Ты должна смириться с тем, что Дамьен больше не вернётся. Однажды он всё равно бы навсегда ушёл. Его место не здесь, Дафна. Он думал, что дождётся, когда ты уедешь в Вэйрест, но судьба распорядилась иначе.
— А как же моя судьба? — шёпотом спросила Дафна. — Почему за меня всегда решают другие? Почему я не могу бросить всё, чтобы быть с братом? Если он решит отправиться на край света, я хочу быть с ним. Почему он готов идти ради меня на жертвы, а я вынуждена принимать их и терпеть? Я не хочу чувствовать себя обязанной кому-то. Я хочу сама выбрать свою судьбу.
Десмонд коснулся её растрёпанных волос, убирая с лица прядь. Хмурясь от непрекращающейся боли, он не переставал по-доброму улыбаться. Он вздохнул, и Дафна поняла, что его следующие слова будут жестокими.
Так и вышло.
— Милая, а почему ты думаешь, что для него это жертва? Может, для него это предлог?
Дафна переспросила:
— Предлог?..
— Он никогда не покидал полуостров ради тебя и отца. А ему хотелось. Дамьен давно уже взрослый мужчина. Он хочет иметь собственную семью.
Дафна вспомнила ту девушку, о которой он как-то случайно обмолвился. Её настолько это поразило, что она не сумела больше ничего сказать. Тогда Десмонд предложил:
— Если ты боишься оставаться в Нортпойнте одна, ты можешь пожить здесь, пока не вернётся твой отец. Я не дам тебя в обиду, в этом не сомневайся.
— Я правда могу приходить к тебе?
— Разумеется.
Дафна поднялась с земли, отряхнула пыльное платье. Она всё ещё не могла поверить, что больше никогда не увидит Дамьена.
— С ним всё будет в порядке?
— В этом я даже не сомневаюсь.
— Десмонд… спасибо тебе.
— Иди. Легион продолжит тебя допрашивать — всё отрицай. Поняла?
Дафна кивнула. Они могут её даже пытать. Она никогда не выдаст Дамьена.
В город Дафна возвращалась медленно. Мысли путались, настоящее казалось слишком нереальным. Будто всё это происходило не с ней. С ней никогда такого не должно было произойти. Но вот: она бредёт одна в пустой дом, а её брат-убийца где-то скрывается от Имперского Легиона, и она даже не знает, где он и жив ли ещё. И больше никогда его не увидит.
Умом она понимала, что Десмонд прав. Дамьен и так слишком долго был с ней и слишком долго откладывал ради неё собственную жизнь. Умом понимала, но сердцем признавать отказывалась. Она хотела быть рядом, хотела видеть его счастливое лицо, когда он поведёт в храм свою возлюбленную, хотела стать самой лучшей на свете тётей для его детей, хотела учить их, если они унаследуют дар магии. Всё это ещё ждёт его впереди, Дафна не сомневалась. Но она уже не будет частью его жизни. Она должна суметь построить собственную. Только из чего строить, когда вокруг — рухнувшие обгоревшие обломки?
У дома её ждал стражник. Дафна приготовилась к неприятному для неё диалогу, подняла голову и приблизилась. Она знала этого парня, это был сын одного из гребцов на корабле её отца. По взгляду молодого стражника, Дафна поняла, что он и сам не рад быть на той стороне, на которой был.
— Тебя хочет видеть Гиллингтон.
— Тогда не будем заставлять его ждать.
Стражник кисло улыбнулся и свернул на улицу между домами. Он вёл Дафну к дому судьи, а не в допросную комнату городской тюрьмы, и она ещё крепче поверила в утешительные слова Десмонда: от неё рано или поздно отстанут, Дамьен сумеет скрыться и найти своё счастье, и всё будет хорошо.
Дворецкий Гиллингтона проводил её в библиотеку, где за большим письменным столом работал судья. Он поднял взгляд на Дафну, отложил бумаги и сплёл пальцы, ожидая, что она начнёт говорить первой. Дафна поздоровалась:
— Добрый вечер. Вы хотели со мной поговорить?
— Я надеялся, что это ты захочешь мне что-нибудь рассказать.
Дафна пожала плечами, показывая этим, что рассказывать ей нечего, и попросила:
— Могу я присесть?
Он позволил ей небрежным движением руки.
— Где ты была?
— В церкви, сэр. Молилась.
— От твоего брата по-прежнему никаких вестей?
— Никаких.
Гиллингтон снял со стопки бумаг небольшой безликий конверт и достал из него письмо.
— Пока тебя не было, у твоего дома перехватили курьера. Это письмо от Дамьена. Я уже прочитал его.
Дафна напряглась. Если Дамьен и правда решил отправить ей письмо, то он поступил крайне опрометчиво.
— Могу я взглянуть?
Судья передал ей бумагу, и Дафна вдумчиво прочитала письмо от начала до конца несколько раз. Оно было написано рукой другого человека, почерк которого совершенно не был похож на почерк Дамьена. Но была ещё одна деталь, которая сразу выдавала подделку.
Дамьен, много путешествуя и общаясь с разными людьми, быстро осваивал языки других народов. Он знал родной бретик, тамриэлик, свободно говорил на эльфийском и даже мог изъясняться на та’агра. Но ему редко приходилось писать. Сложную письменность родного языка он так и не освоил, поэтому предпочитал писать на общем, в котором не делал так много ошибок.
Однако в данном письме от лица Дамьена на высоком аристократичном бретике очень грамотно сообщалось, что он убил капитана Ралуа прошлым утром и теперь вынужден скрываться. Он просит Дафну оставаться в городе и делать всё возможное, чтобы сбивать с толку имперских служащих и, в особенности, судью Гиллингтона.
— Мой долг — обнародовать эту улику, — продолжал размеренно говорить Эйтис. Дафна поняла, что она больше не боится. Она злится. — После чего Дамьен будет объявлен в розыск во всём Хай Роке и, возможно, даже за его пределами. Его в любом случае поймают и казнят.
Может, ещё утром такая угроза подействовала бы на неё. Дафна спокойно вернула лёгкое письмо на стол и сложила руки на коленях. Её спина оставалась прямой, а лицо не выражало никаких эмоций. Каждый в Нортпойнте знал, что убитый капитан Ралуа приходился родственником Гиллингтону. И это дело для Эйтиса стало не обычным преступлением, а личной местью. Он сделает всё, чтобы схватить Дамьена и повесить его на глазах у всего города. И любая ложь будет ему прощена.
— Тебя же, Дафна, — говорил он, предчувствуя победу, — посадят в тюрьму как сообщницу. В письме чётко сказано, что ты тоже в этом замешана. Но если ты согласишься сотрудничать, я могу сделать так, чтобы вам обоим облегчили наказание. Скажи мне, где он, Дафна.
Даже если бы она знала, она никогда бы его не выдала. Гиллингтон смотрел на неё жестоко, с неприкрытой ненавистью. В его взгляде Дафна отчётливо читала, что он ни перед чем не остановится. Но она часто играла с ним в шахматы. И почти каждый раз победа оставалась за ней.
Дафна не отрывала спокойного взгляда от Гиллингтона.
— Хорошо, милорд. Я отведу вас нему.
Эйтис стоял на своём.
— Скажи мне, где он.
— Он в Нортсолте. Но без меня вы его не найдёте.
— Он собрался уплыть из Хай Рока?
Дафна кивнула, подтверждая, и Гиллингтон резко встал, отодвинув тяжёлый большой стул. В каждом его действии проглядывались сила и решительность. Он убрал письмо в нагрудный карман и распорядился:
— Тогда идём. И давай без глупостей.
— Какие глупости? — серьёзно переспросила Дафна. — Моему брату грозит смертная казнь. Я сделаю всё, чтобы оградить его от этой участи.
Эйтис остался доволен её словами и приказал седлать лошадей. Он взял с собой всё тех же двух стражников, с которыми приходил утром в дом Терребиусов. Видимо, считал, что они вполне способны справиться с Дамьеном. Дафна же в этом сомневалась: ему приходилось сражаться и против троих.
Они выехали из города в спешке. Дафне дали старого невысокого мерина под неудобным женским седлом, и один из стражников сам повёл её коня. Вечерело.
Тем не менее до портовой деревни они добрались весьма быстро и спешились в центре. Приставленный к Дафне стражник спустил её на землю.
— Так где же он прячется? — Гиллингтон, подойдя к ней почти вплотную, бросил взгляд за её спину, на здание трактира.
Дафна опровергла его безмолвное предположение:
— Он на верфи.
Она всё детство провела на этой верфи. В свободное от торговли время отец любил заниматься судостроением. Он чинил собственную каракку, шлюпки, корабли прибывающих издалека капитанов, он придумывал чертежи лёгких изящных каравелл и мечтал обогнуть на такой весь Тамриэль. Его мечта была омрачена гибелью супруги, потом — отягощена новой женитьбой и мелкими проблемами. Но несколько месяцев назад отец вспомнил про свою каравеллу. И сейчас в сухом доке Нортсолта стоял крепкий остов — скелет судна без обшивки.
Дафна до сих пор любила бывать здесь с отцом. Конечно, сейчас она уже не лазила по верфи, влекомая любопытством и жаждой изучить каждый уголок, но прекрасно помнила, что всколыхнуло её сердце в детстве. Играя, она представляла, что у этой верфи есть какая-то мистическая тайна. И однажды Дамьен открыл её сестре.
Он сказал, что по легенде, под верфью есть место, где очень давно капитан пиратов спрятал сокровище. Дафне было восемь. И сокровища они отыскали.
Дамьен всегда придумывал для неё столько интересного…
Дафна поднялась по деревянной лестнице на верфь, обошла строящуюся каравеллу и остановилась у края, перед водой, где спускали стапели. Гиллингтон заинтересованно смотрел по сторонам.
— И где он?
— Внизу, — уверенно отозвалась Дафна. — В этом месте под водой есть тоннель в пещеру. Затоплен только вход, дальше есть просторный грот. Об этом многие знают.
Гиллингтону было непросто принять решение, и он долго думал, наблюдая за тем, как поднимаются на море волны. Он всё-таки приказал:
— Проверьте.
Стражники боязливо переглянулись, но всё-таки стянули кольчуги и сняли сапоги. Гиллингтон болезненно взял Дафну под локоть. Наверное, чтобы не убежала.
— Мне ни к чему обманывать, — заверила Дафна. — К тому же выбора у меня нет.
Эйтис молча согласился. Его прихвостни осторожно, держась за деревянный край, спустились в воду. Здесь сразу было очень глубоко, что давало возможность подводить к верфям корабли, и стражники, набрав в грудь воздуха, нырнули.
У Дафны было совсем немного времени, однако она перестраховалась и убедилась, что мужчины скрылись под водой и, вероятно, нашли ту пещеру. Гиллингтон не отпускал её руку. Не отрывая взгляда от горизонта, Дафна сжала запястье старика свободной ладонью и строго произнесла:
— Дамьен не писал это письмо. Это вы его написали, чтобы подставить. — Дафна по-прежнему смотрела на море. Её лицо становилось хмурым от напряжения. — Даже если вы отыщете Дамьена, вы не сдержите слово. Вы хотите казнить его, не разобравшись, действительно ли он убил Гилберта. — Эйтис глухо вскрикнул и начал слабеть. Дафна не позволила ему упасть и продолжила крепко держать его руку. — Тогда я бы осталась для вас угрозой. Меня вы не боитесь, что очень легкомысленно с вашей стороны, но вы боитесь моего отца. Как только он вернётся и обо всём узнает, вам несдобровать. — Лицо судьи покраснело и опухло. Дафна сжимала его запястье длинными пальцами. — Поэтому вы и от меня неизменно бы избавились. Я не раз играла с вами в шахматы. Я знаю, как вы мыслите. И сегодня, милорд, вам — мат.
Дафна с большим трудом смогла удержать обмякшее мужское тело. Опасная магия проникла под кожу Гиллингтона, по капле вытягивая жизнь из жил, и, когда его сердце перестало биться, он рухнул на Дафну всем весом. Она перехватила Эйтиса под руки и потащила к дальней стене дока, к большим ящикам для инструментов и материалов. Здесь неизменно нашёлся бы пустой.
Расчёты Дафны подтвердились, она сумела затолкать тело судьи в один из ящиков и вытащила из его кармана письмо.
Потом она плотно закрыла крышку, сожгла письмо в руках и побежала. Она отвязала двух лошадей и пустила их по дороге на восток, но сама осталась пешей, потому что в платье ехать верхом было неудобно, да и стражники, являясь куда более опытными всадниками, легко могли её догнать. Поэтому Дафна сошла с дороги в лес и, опасаясь появляться на открытой местности, начала быстрым шагом, а иногда и бегом пробираться к Нортпойнту.
Она надеялась, что у неё ещё много времени, но всё равно торопилась. Из пещеры под верфью вёл не только этот подводный тоннель. В паре миль южнее был проход через скалы, и стражники наверняка пошли до конца, чтобы исследовать каждый камень. Когда они вернутся на верфь и не обнаружат ни её, ни Гиллингтона, то решат отправляться назад в город. Дафна не оставила никаких следов, а труп среди горы ящиков обнаружат ещё нескоро. Так что Дафна была на шаг впереди.
Незадолго до полуночи она вернулась в дом, переоделась и собрала самое необходимое в небольшую сумку. Она никогда не покидала пределы окрестностей Нортпойнта и не знала, что именно может понадобиться в дороге. К тому же она очень торопилась, поэтому пошла налегке.
Её никто не видел. Дафна знала заклинания, отводящие чужой взгляд, и умело пользовалась своими знаниями. Она впервые применяла магию не в стенах дома Урсулы, а в реальных условиях.
Уже ночью она вернулась к приорату. В церкви никого не оказалось, тогда Дафна осмелилась приоткрыть незапертую дверь в кельи и сразу отыскала Десмонда. Он не спал.
Увидев Дафну, он обеспокоенно поднялся на ноги, с трудом удержав равновесие. Вдвоём они вышли на улицу, и Десмонд заботливо поинтересовался:
— Что-то произошло? Ты?.. — Он сразу заметил, что она одета для дороги и даже взяла с собой кое-какие вещи. Его это встревожило.
— Я иду за Дамьеном. — Дафна не сомневалась в своём решении. Её голос был твёрдым. — Поэтому мне нужно знать, куда он отправился.
— Мы уже говорили с тобой об этом. Останься в Нортпойнте.
— Не могу, — ответила она. И настойчиво добавила: — Я убила лорда Гиллингтона.
— Во имя Шезарра… — только и сумел промолвить Десмонд и огляделся, ища ближайшую скамью. Стоять на ногах ему было трудно. Когда он дохромал до сада и сел под кустом вишни, то спросил: — Как это случилось?
Дафна села рядом и обо всём рассказала. О поддельном письме, о намерении Эйтиса во что бы то ни стало разыскать Дамьена и отомстить ему, об угрозах Дафне и о шантаже. О том, как она привела их на верфь, избавилась от стражников и вытянула из Гиллингтона жизнь иссушающим заклинанием.
Десмонд слушал молча и мял пальцы. Дафна знала, какое чудовищное преступление совершила, но ей не было страшно, ей не было горько и совестно. Она лишь хотела отыскать брата и сбежать из предавшего их города.
Послушник затерянной в лесах церкви не торопился её осуждать. Он долго молчал, буравя взглядом землю, а потом неожиданно посоветовал:
— Беги, милая. Как можно дальше и как можно быстрее. Я дам тебе одного из своих коней, и ты прямо сейчас отправишься сначала на юг, а после Фэлс Рана свернёшь к Старому Орсиниуму. Дальше по заброшенному тракту пройдёшь по южному побережью Великой Бухты и окажешься в Ротгаре. Потом — на север. Дамьен сказал, что отправляется в Скайрим. Найди его и расскажи обо всём. И постарайтесь исчезнуть.
— Спасибо. Спасибо, Десмонд.
Он вывел из стойла пегого коня, наспех водрузив на него старое неудобное седло, и помог Дафне сесть верхом. Она положила перед собой сумку, а потом, ещё раз поблагодарив послушника, пустила скакуна размашистой рысью по знакомой лесной тропе.
Утром она домчалась до Фэлс Рана и ещё какое-то время ехала без остановок, пока не поняла, что ей и коню нужен отдых. Дафна была прекрасно знакома с географией Хай Рока и неплохо знала карту всего Тамриэля, поэтому не опасалась заблудиться. Она помнила, что незадолго до горного хребта, за которым брал начало заброшенный тракт на Старый Орсиниум, находилось большое озеро. Там она планировала сделать остановку. Она торопилась и не собиралась задерживаться в пути, к тому же, чтобы перевести дух, ей следовало добраться до таких отдалённых мест, где о нортпойнтских происшествиях ещё не слышали.
По её подсчётам, Дамьен как раз должен был свернуть на восток. В отличие от Дафны, он шёл пешком. Но если она придерживалась дорог, то Дамьен мог срезать путь через леса и горы, она знала, как уверенно он чувствует себя в таких нелюдимых местах. Дафна не сомневалась, что отыщет его.
У подгорного озера она провела несколько часов. Конь Десмонда напился воды и заинтересовался сочной травой на берегу, а Дафна смогла перекусить тем, что успела захватить из дома. Снедь была небогатой и быстро уменьшалась.
Сон Дафна решительно к себе не подпускала, хотя тело болело от верховой езды, а глаза слезились от ветра. Когда она отдыхала, по тракту, что находился совсем рядом, промчалась группа из пяти всадников. Дафна осмелилась выглянуть и увидела сияющие на солнце доспехи Имперского Легиона. Почему-то в том, что этот отряд ехал в Нортпойнт, она не сомневалась. Один из всадников вдруг посмотрел в её сторону. Они задержали друг на друге взгляд, и Дафна успела заметить, как мужчина заинтересованно улыбнулся.
Это событие взволновало её. Пропустив отряд стражников, Дафна быстро собралась и продолжила путь. Поначалу она снова пустила коня рысью, но потом перевела его на спокойный шаг. Ночью она приблизилась к Вестмаркским пустошам. Дафна держала путь на Старый Орсиниум.
* * *
В падь на западе Ротгарианских гор Дафна въехала уже совсем без сил, изморенная голодом и бессонными ночами. Здесь располагалась небольшая деревня с чарующим названием Инеевые Зори, и её окрестности были усыпаны высокой травой с замершими каплями росы. Влага переливалась искрами света, словно всё поле было устлано осколками звёздных камней. В паре миль на юг возвышался стройный еловый лес. В зарослях деревьев пугающе каркал ворон. Вскоре он снялся с места, чем-то взволнованный, и Дафна наблюдала за его царским размахом крыльев, даже с земли впечатляющим своими размерами. Она уже была очень далеко от Нортпойнта и в тихой деревне не боялась показываться людям. Миновав несколько крепких жилых домов, Дафна увидела небольшое здание постоялого двора и неторопливо спешилась. Всё здесь ей было незнакомо. Она впервые была совсем одна среди чужих людей и так далеко от дома. Только можно ли было теперь, после всего случившегося, считать Нортпойнт домом? Тосковать она будет потом. Сейчас ей нужно было отдохнуть и поесть. В таверне Дафну встретил приятно удивлённый взгляд полного бородатого мужчины лет сорока, который, судя по всему, и содержал это заведение. Он занимался уборкой опустевшего зала и обернулся на припозднившегося посетителя, явно не ожидая увидеть приезжую пятнадцатилетнюю девушку. Это удивление прозвучало и в его простом вопросе: — Ты откуда здесь? Дафну смутила снисходительная интонация его громкого голоса. — Я ищу одного человека, — нерешительно сказала она. — Это молодой мужчина, высокий, худой. У него тёмные волосы. Путешествует пешим. Она специально не называла имён, зная, как быстро разлетаются слухи. Хозяин таверны провёл рукой по щеке, зашуршав бородой, и утвердительно кивнул. — У меня сегодня остановился один парень. Под твоё описание подходит. Я ещё удивился, чего бы тут делать странникам, дорог-то отсюда, считай, нет. — Я должна с ним увидеться. — Да, по лестнице первая дверь. Мужчина обладал очень звучным голосом и, поднимаясь на второй этаж, Дафна услышала, как он вздохнул: «Вот бы и за мной такие красавицы бегали». Первая дверь. Как только Дафна перешагнула последнюю ступеньку и свернула за угол, её схватили чьи-то сильные руки, и она даже не успела взвизгнуть, потому что большая ладонь плотно прижалась к её рту. Дафна смогла издать только непонятное мычание, но нападавший почти сразу её отпустил. — Даф? — Она повернулась. Дамьен был потрёпан дорогой, но даже в таких условиях он выглядел куда лучше, чем в Нортпойнте. Она молча вцепилась в него объятиями. — Какого даэдра ты тут делаешь? Его слова звучали тихо и растерянно. Дафна знала, что он злится, очень злится на неё, но она продолжала его обнимать, и Дамьен не решался её отчитывать. Он был слишком потрясён её появлением. — Никогда больше не бросай меня, — невнятно проговорила она. — Не смей. — Даф… — Ему всё же стало совестно. Дамьен приобнял её одной рукой и утомлённо выдохнул. — Идём. Он завёл её в комнату, посадил на кровать и, присев напротив, повторил вопрос уже более спокойно: — Что ты тут делаешь? Как нашла меня? — Десмонд сказал мне, куда ты отправился. — Десмонд? — Дамьен знал, что послушник никогда бы не сделал этого, если бы ситуация не вышла из-под контроля. — Что случилось? — Когда ты исчез… там… там весь Нортпойнт… — Успокойся. — Дамьен держал её руки и не отрывал взгляда от её глаз. Теперь, когда он был рядом, Дафна больше не могла сдерживать слёз. — Я знаю, что поступил подло, оставив тебя. Я каждую секунду корю себя за это. Но у меня не было выбора. — Выбор был. Ты мог не убивать Гилберта. Боги, Дамьен… — Она наклонилась и уткнулась лбом в его руки. Дамьен же был совершенно спокоен. — Зачем? Он мрачно признался: — Я не мог спать, пока он был жив. Дафна снова всхлипнула, выпрямилась и тихо произнесла: — Уж мне ли тебя обвинять? — Не дожидаясь, пока брат попросит её пояснить, Дафна глубоко вдохнула, успокаиваясь, и собралась с мыслями, чтобы всё ему рассказать. — Утром к нам в дом пришёл Гиллингтон со стражей. Они разыскивали тебя, обвиняли в убийстве. Я сразу догадалась, что это действительно сделал ты, но у него были лишь подозрения. Я была так напугана, что не знала, как теперь быть. Я разыскала Десмонда, мы поговорили, он убедил меня не волноваться за тебя. Но когда я вернулась в город… Гиллингтон тебя подставил. Он написал письмо, якобы мне от тебя, в котором ты сознаёшься в убийстве и выставляешь меня сообщницей. Дамьен отпустил её руки и отстранился, прислоняясь к стене. Ему не хотелось верить в услышанное. — Гиллингтон всегда был так верен закону и справедливости. — Как оказалось, до тех пор, пока жажда мести не затмила рассудок. Он пообещал, что объявит тебя в розыск по всей Империи, а меня отправит в темницу, если я не выдам ему твоё местоположение. — Поверить не могу, что он пошёл на это. Так ты сбежала от него? Дафна подняла взгляд на брата и едва слышно призналась: — Дамьен… я его убила. Он молчал. Он долгое время смотрел на Дафну и в этот момент напомнил ей Десмонда: был таким же тихим и задумчивым. Но реакции Дамьена Дафна по-настоящему боялась. Он мог разозлиться на неё и прогнать прочь. Ведь теперь из-за неё ему пришлось бы бросить свои планы. Ей показалось, что он тоже думал именно об этом. Вместо долгой речи, к которой уже приготовилась Дафна, Дамьен коротко сказал: — Так. Ладно. — Он что-то для себя решил и поднялся на ноги. — Поешь и ложись спать. Тебе нужно отдохнуть. Утром мы пойдём дальше, и приготовься к тому, что эта дорога лёгкой не будет.* * *
Она проснулась оттого, что Дамьен легко тряс её за плечо, и почти сразу услышала какой-то шум снаружи. Встревоженно ржали кони, доносились оживлённые мужские голоса. Дафна резко поднялась и обратила внимание на то, что за окном было ещё темно. Мерцали отблески факелов. — Это её конь! — громко сказал кто-то. Дафна подбежала к окну, выглянула и сумела различить лицо того молодого легионера, который видел её у озера. Дамьен уже пристёгивал к поясу меч. Это был не его меч, этот клинок был выкован эльфийскими мастерами. Сквозь тонкие стены было слышно, как распахнулась дверь в таверну. — Их двое, — шепнул Дамьен. Он уже открыл тяжёлую створку отсыревшего окна. — Но лучше с ними не связываться. Давай. Убедившись, что на улице чисто, он подсадил Дафну, помогая ей перелезть через окно. Здесь было не слишком высоко: уцепившись за край можно спрыгнуть точно на тюфяки с сеном. Прежде чем Дафна разжала пальцы, Дамьен приказал: — Беги в сторону леса. Я догоню. На лестнице уже слышался топот солдатских сапог. Как только Дафна оказалась внизу, Дамьен сбросил ей их сумки с вещами, и Дафна подхватила обе. Она слышала, как громко открылась дверь в их комнату. Дамьен оставался там. Но один из солдат вдруг выругался: — Проклятье, сбежали! Дафна успела броситься к лесу до того, как высунувшийся в окно легионер увидел её на улице. Она бежала так быстро, что не слышала шелеста травы под ногами из-за бешено колотившегося сердца. Она знала, что ей не удастся найти укрытие прежде, чем преследователи окажутся на улице, поэтому прибегла к заклинанию, спасшему её в Нортпойнте. Вспомнив сложную формулу, Дафна спряталась от погони за иллюзией невидимости и осмелилась оглянуться. Дамьена нигде не было. Легионеры приняли решение рассредоточиться и начали обыскивать деревню, не думая, что Терребиусы рискнут ночью бежать в лес. Пока густые заросли деревьев не сомкнулись за спиной плотной стеной, Дафна поддерживала силу заклинания и старалась не шуметь. Только тогда, когда деревня осталась позади и скрылась из виду, она остановилась и перевела дух. Вокруг была такая плотная темнота, что путь не был виден дальше вытянутой руки. Она очень тревожилась за Дамьена. Успокаивала лишь мысль, что он каким-то образом сумел скрыться от легионеров, но удастся ли ему теперь её найти? А ещё Дафна понимала, что «хвост» привела именно она. Даже если тело Гиллингтона до сих пор не обнаружили, его исчезновение наделало много шума. И раз Дафна, с которой его в последний раз видели, тоже куда-то пропала, то она стала главной подозреваемой. Отряд легионеров, встреченный ею в дороге, несомненно направлялся в Нортпойнт, чтобы расследовать убийство капитана стражи. Легионерам описали внешность Терребиусов, а один из солдат припомнил, что заметил похожую на Дафну девушку на берегу озера у Фэлс Рана. Дальше отыскать её уже не составило труда. Командир отправил двух своих лучших всадников в погоню. В каждом населённом пункте представители Имперского Легиона могли сменить лошадь, поэтому не было ничего удивительного, что беглецов так быстро настигли. Дафна понимала всё это и не могла перестать винить себя за то, что из-за неё Дамьен оказался в опасности. Теперь ей было совершенно ясно, почему он не собирался брать её с собой и почему Десмонд не хотел ей рассказывать о его планах. Потому что от Дафны были одни проблемы. — Это я, — тихо предупредил знакомый голос, чтобы Дафна не запаниковала. Дамьен вышел из-за дерева, подошёл к ней и забрал сумки. Дафна облегчённо выдохнула. — Это я привела их, — виновато созналась она. — Я была так неосторожна. Брат будто и не собирался её осуждать. — Было бы странно, если бы нам дали так просто уйти. Порядок, Даф. Пока что мы оторвались, так что не будем задерживаться. Надо пройти как можно дальше на юг. Я знаю один перевал в горах, там и остановимся. Идти по ночному лесу было трудно и страшно. Однако Дамьен ловко ориентировался в слабом свете лун, обходил сломанные ветки, торчащие пни и держал лишь одному ему известный курс. Дафна, ещё недавно гордившаяся своими знаниями карты Хай Рока, совершенно не представляла, где они находятся и куда идут. Иногда она оглядывалась, опасаясь увидеть огни факелов, но за спиной было так же темно, как и впереди. К рассвету она уже еле переставляла ноги. Лес поднимался вверх по склону, под сапогами крошились крупные камни и упавшие шишки. На некоторых особенно крутых участках Дафна почти что карабкалась на четвереньках, хватаясь руками за корни и выступы породы. Дамьен был впереди, но иногда останавливался, давая ей отдохнуть. А иногда Дафна сама без сил падала на землю, чтобы отдышаться, а он этого не замечал и продолжал путь. Потом Дафна увидела солнце. Огромный пылающий диск всплыл на востоке и залил розовым светом лес, по которому они пробирались ночью. Теперь, когда вокруг стало светло, Дафна смогла оценить, насколько высоко они забрались. Инеевые Зори остались лежать в долине где-то далеко. Утро принесло с собой ещё одну приятную новость. Склон, по которому они карабкались всё это время, сгладился и превратился в неширокий плоский перевал. Идти по нему будет в разы легче. Но Дамьен вдруг бросил вещи и сказал: — Всё. Пора отдохнуть. Дафна опустилась на землю, положив сумку под голову, словно подушку. Дамьен, недолго думая, сел на один из горных камней и достал воду. — Дамьен, — позвала его Дафна. — Мы теперь всю жизнь будем бегать? Он сделал несколько глотков и плеснул себе в ладонь, чтобы умыться. Несмотря на их ночной побег, Дамьен выглядел вполне бодрым. — Надеюсь, что нет. Уйдём туда, где о нас никто не знает. Всё будет нормально. — Так куда мы теперь? В Скайрим? — Нет, — неожиданно ответил он. — Для начала — на юг, к побережью. — Хочешь найти корабль? — Он молча подтвердил это. — Зачем нам делать такой круг по морю? До Скайрима — рукой подать. — Мы не пойдём в Скайрим, — опроверг Дамьен. — Но почему? Ты же туда собирался? — Я — да. А что тебе делать на этой покрытой снегом земле? — Я не хочу, чтобы ты менял решение из-за меня. — А как иначе? Теперь я не один. Раз уж судьба так распорядилась, то надо думать не только о себе. Мы отправимся на Золотой берег. Услышанное потрясло Дафну. Золотой берег — это юго-запад Сиродила, центральной провинции Империи. Она не стала интересоваться, почему Дамьен решил именно так, но его решение ей нравилось. А потом он почему-то засмеялся. — Подумать только, ещё недавно я был обычным наёмником, а ты — подающей надежды молодой чародейкой. А теперь мы убийцы в бегах. Улыбка Дафны вышла слабой. Она понимала, что эти грехи им никогда не искупить. — Хватит сидеть, — приказал Дамьен самому себе. — Надо развести огонь, поесть и поспать немного. У нас впереди огромный путь.
