Хогвартская мистерия

Остановившись у личных комнат, где когда-то жил его крёстный, Драко нервно пригладил рукой волосы. Он собрался с духом и постучал, ощущая, как охранные чары узнали его в тот же момент, как он коснулся двери. Две минуты спустя дверь приоткрылась, и он столкнулся с насмешливым взглядом синих глаз. — Очень поздний визит, Драко, — Гринграсс улыбнулась и отступила, пропуская его внутрь. — Здравствуй, Дафна. Боюсь, другого времени у нас не будет, — он проследовал за ней вглубь комнаты, отстранённо отмечая переливы света на её серебристой ночной рубашке. Она набросила на плечи тёмную шерстяную мантию, но отчего-то не застегнула её, открыто демонстрируя стройное тело, лишь прикрытое полупрозрачной тканью. Они подошли к камину с двумя креслами и низким столиком, уютно стоявшими рядом, и Дафна жестом пригласила его садиться. — Огневиски? — Откажусь. — Нет, он не думал, что она попытается его отравить, скорее, цеплялся за иллюзию контроля над происходящим. Дафна улыбнулась уголком губ, подняв хрустальный графин, налила себе полбокала и расположилась в кресле напротив Драко. Каждый плавный изгиб её тела, подсвеченный серебром, как чешуя змеи, завораживал. — Что я могу для тебя сделать? — спросила она. «Сложно», — это было сложнее, чем Драко представлял себе. Но ведь он пришёл к ней не как аврор, а как старый друг? Семь лет они проводили вечера, точно так же сидя вместе у камина в гостиной Слизерина. Взгляд Драко упал на бокал в её руках, и он заметил бледные пятна от зелий на её пальцах, так похожие на чернильные пятна на пальцах Грейнджер. Только последняя не прятала их ото всех под перчатками. Эта странная мысль придала ему решимости. — Расскажи, что ты делала в кабинете Грейнджер, — Драко внимательно следил за выражением её лица, но Гринграсс внешне осталась спокойной. — Грейнджер-Грейнджер, снова она. Неужели мы не найдём более приятной темы для беседы? — она с полуулыбкой смотрела ему прямо в глаза. — Даф, завтра тебя будут допрашивать авроры, это твоя единственная возможность объясниться, — Драко скривился от собственных слов: они звучали по-гриффиндорски жалко. — О, милый Дрэй, не расстраивайся, злые авроры ничего мне не сделают, — с шутливым сочувствием протянула она. — На Грейнджер совершено покушение, злоумышленница… — Драко сделал многозначительную паузу, — использовала зелье. Через два дня Поттер поднимет списки всех, кто покупал соответствующие редкие ингредиенты. — Какое облегчение, что у моей семьи собственный бизнес и частные поставщики, — фыркнула Дафна. — Тебя допросят с сывороткой правды, — раздражённо указал ей Драко. Он не понимал, в какую игру она играет. — Предупреждён — значит вооружён, — скучающим тоном отразила она и, забросив ногу на ногу, стала раскачивать носком серебристой шёлковой туфельки. — Я нашёл твой волос на полу у думосбора, — сдался Драко. Туфелька замерла, и Дафна посмотрела на него полными нежности синими глазами: — Поразительная наблюдательность. Драко закрыл глаза и сжал переносицу. Весь этот разговор не имел смысла, Гринграсс сошла с ума, и его проклятая сентиментальность и верность слизеринской традиции защищать своих только отнимали время и силы. Раздался звук отставленного бокала, шелест ткани, и Драко ощутил ладони на своих плечах. Присев на подлокотник кресла, Дафна наклонилась к нему и начала массировать напряжённые плечи, как она делала много раз в прошлом после тренировок по квиддичу. Она разминала сведённые мышцы, её пальцы точными движениями спускались вниз вдоль его спины, и он позволил себе ненадолго расслабиться и раствориться в знакомых прикосновениях. Приятно прохладная ладонь сжала шею, пальцы поднялись выше и мягко потянули за волосы… Ему следовало немедленно её остановить. — Даф, — выдохнул Драко, — зачем ты пыталась убить Грейнджер? — Я не пыталась её убить, — впервые за их беседу в её голосе послышалось раздражение. — Я хотела её проучить, эта выскочка считает себя самой умной, но даже не проверяет, куда суёт голову. Буквально, — усмехнулась она. — Это стоило того, чтобы разрушать свою карьеру? — Драко откинулся на спинку кресла, всё ещё позволяя Гринграсс играть со своими волосами. Она задумчиво пропускала пряди между пальцев. — Моя карьера в твоих руках, — улыбнулась Дафна. — Я хорошо знаю тебя, Драко. Ты ведь ничего ей не сказал и сразу пришёл ко мне? Драко резко отстранился от её рук и повернулся, чтобы видеть её лицо. — Не понимаю, на что ты рассчитывала. Завтра утром я дам полный отчёт Поттеру, и тебя вызовут на допрос. Какого драккла ты всё это устроила? Грейнджер могла умереть. — По её собственным словам, её охраняют лучшие авроры. Уверена, ты легко справился с невинной шуткой. — Хватит! Она издевалась над ним, но он по-прежнему не мог понять её мотивов. Месть? Зависть? Дафна всегда соревновалась с младшей сестрой за внимание отца. Она верила, что если станет лучшей во всём, то её заметят и полюбят, но, чем большего она добивалась, тем сильнее отдалялась от семьи. Что-то зацепило её в Грейнджер, привело к этой идиотской опасной выходке, и то, что Драко не мог определить её целей, оставляло иррациональный, зловещий привкус. Он собрался вставать, но Дафна, уловив его намеренье, положила руку ему на плечо. — Останься, — предложила она. — Уже поздно. Он встал, легко сбрасывая её руку. — Увидимся на допросе. Пересекая комнату, он чувствовал её взгляд и даже приготовился отражать возможную атаку, но её не последовало. Драко вышел за дверь, не оборачиваясь, и быстрым шагом направился прочь из подземелий, чувствуя необходимость оказаться как можно дальше от Гринграсс. Возле Большого зала он наконец остановился. Нужно было принять решение: тревожить Грейнджер и снимать блокировку с её камина не хотелось, вариант обратиться к Макгонагалл он даже не рассматривал, оставалось тащиться до точки аппарации в Хогсмиде. «Может, взломать чулан и одолжить метлу?» — устало подумал он. — Доброй ночи, — раздался голос из-за спины, и Драко резко развернулся на месте. Позади него стояла мечтательная Луна Лавгуд. Она куталась в вязаную шаль из радужной шерсти, в одном ухе у неё болталась серёжка в виде Сатурна с вращающимися кольцами, а в другом — в виде светящейся Луны. — Доброй ночи, Луна, — приветствовал её Драко. С Лавгуд он уже много лет состоял в переписке — с тех пор, как, выйдя признанным невиновным из суда, веером рассылал извинения пострадавшим от рук его семьи. Она на удивление легко его простила. — Ты здесь на дежурстве? — Нет, дежурства давно закончились, — Луна оценивающе смотрела на него, склонив голову набок. — Нарглы сказали мне спуститься и забрать того, кто потерялся, — она светло рассмеялась. — Не думала, что это окажешься ты. Пойдём, я угощу тебя рябиновым чаем, и ты можешь переночевать на диване в моём кабинете. — Спасибо… Тебя точно не обременит моё присутствие? — он чувствовал себя неловко, среди ночи свалившись на голову девушке. — Ничуть, пойдём, пока мозгошмыги не убедили тебя ночью идти в Хогсмид. — Хорошо, — улыбнулся он, сдаваясь. Они направились к Астрономической башне. Поднимаясь наверх, Драко подавил неприятные воспоминания. Дамблдор был давно мёртв, и он не раз приходил сюда на седьмом году обучения, но сегодня он как будто потерял контроль над собственными чувствами. Место, где он почти стал убийцей, было кульминацией драматичного дня, и он решил, что ему всё равно. Он измотан настолько, что готов был бы лечь спать даже у могилы бывшего директора. Ступени закончились, пройдя по круговому коридору, огибавшему башню, они остановились перед дверью. Над ней на гвоздике висел букетик лаванды. Не успел Драко спросить, чего они ждут, как бронзовая ручка в виде птичьей головы ожила: — Меня легко дать другим, но сложно — себе. Я несу любовь, но не забвение. — О, я скучала по своей гостиной, поэтому придумала этот маленький фокус, — жизнерадостно пояснила Луна в ответ на поднятую бровь Драко. — Меня легко дать другим, но сложно — себе, — повторила она задумчиво. — Очень подходяще, как ты думаешь, Драко? Драко думал, что время близилось к часу ночи, и Равенкло — это диагноз. — Если ты так считаешь, Луна, — устало согласился он. — Прощение, — произнесла она. — Мудрый ответ, — похвалила её бронзовая голова, и дверь отворилась. Драко отметил, что, наверное, это очень терапевтично — по несколько раз в день получать комплименты своему интеллекту. Впрочем, на эту конкретную загадку он бы долго искал ответ. Комната Лавгуд оказалась уютно устроенной: на стенах висели колдофото в цветочных рамках, в шкафах вдоль стен вперемешку с книгами виднелись кристаллы и статуэтки. На полу у камина были разбросаны голубые подушки, стояли кружки с недопитым чаем, лежали цветные писчие перья и раскрытые астрономические карты. В конце комнаты была импровизированная кухня. Усадив Драко за стол, Луна зажгла магическую горелку и поставила на неё ковшик с водой. Тихо напевая под нос, она достала из шкафчика три жестяные банки в голубой горошек, зачерпнула из каждой по ложке трав и ягод и добавила в воду. — Ждать всего пять минут, — приободрила она Драко. Скоро Лавгуд разлила напиток и поставила перед Малфоем большую фиолетовую кружку, из которой поднимался ароматный пар. Несколькими взмахами палочки Луна призвала с полок на стол вазочки с печеньем и кексами. Сделав глоток, Драко блаженно прикрыл глаза: тепло отвара разливалось по телу спокойствием, кислота рябины уравновешивалась присутствием сладкой малины. — Попробуй с печеньем с шоколадной крошкой, будет ещё вкуснее, — предложила Луна. Они сидели в уютной тишине, пили рябиновый чай, и каждый думал о своём. — Спасибо, Луна, это ровно то, что мне было нужно, — улыбаясь, Драко поднялся из-за стола. — Конечно, Драко, — она посмотрела на него с грустной улыбкой. — Заходи, если станет совсем тяжело. — Договорились, но я редко бываю в Хогвартсе, последняя неделя — исключение. — Всё может измениться. Когда случится то, что должно, не вини себя, ты не можешь всё контролировать. — Я слишком устал, чтобы разгадывать загадки. — Верно, и нарглам нужен отдых, — легко согласилась она. Луна проводила его до дивана, стоящего недалеко от камина, выдала одну из голубых подушек, плед и, пожелав хороших снов, скрылась в соседней комнате. Драко думал, что после всех событий и переживаний долго не сможет заснуть, но волшебный отвар Лавгуд привёл его в состояние радостной безмятежности. Он прошептал «Нокс», сосредоточился на треске поленьев в камине и скоро соскользнул в сон.

***

События развивались до смешного предсказуемо. Поттер сидел в кресле за рабочим столом Грейнджер и, по мере рассказа Драко, всё сильнее хмурился и сжимал челюсть. Невилл задумчиво стучал кончиком пера по блокноту. Грейнджер, которая в самом начале встречи рвалась на работу в Министерство и была непостижимым образом остановлена Поттером, нетерпеливо расхаживала по комнате. — Я хочу посмотреть воспоминания о произошедшем, — заявил Поттер. — Никакой легилименции от тебя, в последний раз ты чудом не выжег мне мозги, — поморщился Драко. Ментальная магия всегда была слабой стороной начальника аврората, но, кроме того, он совершенно не хотел показывать коллегам, как вчера заботился о Грейнджер. — Мы можем пройти к думосбору в кабинете Минервы, благо он совсем рядом, — настаивал Поттер. — Давайте вы отложите просмотр увлекательных воспоминаний на потом, когда я, наконец, смогу заняться своей работой, — внезапно вмешалась Грейнджер. — Твои воспоминания также понадобятся, нам важна каждая деталь, — строго посмотрел на неё Поттер. — Покушение на жизнь — это уже не шутки, Гермиона. — О, да ради Святой Магии! Малфой же сказал, что нашёл волос Гринграсс на полу, дело раскрыто! Есть куда более важные вещи: я получила вчера последний ингредиент, мне нужно приступить к варке зелья. — При всём уважении к твоему исследованию, Гермиона, мы пока точно не установили, что именно Дафна Гринграсс зачаровала твой думосбор, — воззвал к её разуму Невилл. — Мы даже не знаем наверняка, её ли это волос. Мы не знаем, связана ли она с проникновением в твою лабораторию и какими могут быть мотивы у неё и её сообщников… — Ну, насчёт её мотива у меня есть догадка, но она требует проверки, — она словно впервые заметила присутствие Драко в кабинете, смерив его задумчивым взглядом. — Даю вам время до обеда, после я отправлюсь в лабораторию, — выдвинула она ультиматум. — Отлично, джентльмены, вы слышали условие, чоп-чоп, — Поттер дважды хлопнул в ладоши, и Драко закатил глаза. — Для допроса Гринграсс может потребоваться легилимент, — предположил Невилл. — Сейчас я вызову Долиша, — быстро отреагировал Поттер, опередив возражения Драко, и тут же отправил Патронус с приказом немедленно прибыть в Хогвартс. Драко был рад, что ему не предложили допрашивать Дафну. Но, с другой стороны, почему ему этого не предложили? — Я займусь оформлением дела, — объявил он и взял у Невилла бланки. Если они не доверяют ему — тем лучше, пусть разбираются с Гринграсс сами, ворох бумаг в кои-то веки сгодится как прикрытие. — Гермиона, изложи, пожалуйста, свою версию событий, я зафиксирую её в протоколе, — попросил Невилл и настроил самопишущее перо. — Пфф… Вчера примерно в половине двенадцатого я решила пересмотреть несколько своих воспоминаний… — Сколько, каких? — дружелюбно уточнил Невилл, и Драко насторожился. — Не могу сказать, это связано с работой и не имеет отношения к делу, — нахмурилась Грейнджер. — Когда последнее воспоминание подходило к концу, я решила закончить чуть раньше и попробовала выйти… Дальше Драко уже не слушал, отфильтровывая голоса, как шум. Рассказ Грейнджер повторял его собственный и был подчёркнуто нейтральным. «Так, две срочных заявки на экспертизу в лабораторию, для волоса и для осколков думосбора…» — заполнял он бумаги. Он продрался через треть форм, когда камин загорелся зелёным, и аврор Долиш неловко ступил в кабинет, засыпая пол золой. — Отлично, — оживился Поттер, подскакивая с кресла. — Долиш, мы с тобой отправляемся в подземелье за подозреваемой. Лонгботтом, заканчивай с Гермионой и готовь вопросы для Гринграсс. — Постойте-ка, а ничего, что это моя личная комната? — вмешалась Грейнджер. — Устройте себе штаб в другом месте. — Гермиона… — начал было спорить Поттер. — Я не хочу видеть здесь эту стерву, — она скрестила руки на груди. — Имею право после вчерашнего. — Я понял, — Поттер взлохматил волосы на затылке, на его лице отразилась борьба беспокойства за Грейнджер и нежелания её чрезмерно опекать. — Долиш, иди один, а я пока договорюсь с Минервой, чтобы мы могли расположиться в её кабинете. «Срочный запрос в Отдел контроля за опасными и редкими зельями, пока пропуск — мы не знаем состава…» — Драко пытался сосредоточиться, и это ему почти удавалось. Долиш и Поттер ушли, Невилл пересматривал свои записи. Грейнджер заняла место во главе стола и, откинувшись в кресле, скорбно смотрела в потолок. Весь её вид кричал о том, что она хотела бы быть в другом месте. «Результаты магического сканирования места преступления, анализ, сравнение с предыдущим сканированием, если таковое производилось… Конечно, проводилось, а что толку…» Дверь в кабинет приоткрылась, внутрь заглянул Поттер. — Мы готовы начинать, — он пропустил Невилла в коридор. — Малфой, ты идёшь? — Я присоединюсь, как только закончу, — отстранённо ответил Драко, а потом вспомнил, что Грейнджер выгнала их из своего кабинета. Он поднял взгляд от бумаг на неё. — Малфой может остаться, — со вздохом подтвердила она для Поттера. — Спасибо, — поблагодарил Драко, как только они остались одни. — Не за что, — она снова запрокинула голову и уставилась в потолок. — Мне приятно, что не одна я боюсь с ней сталкиваться. «Боится? Грейнджер только что призналась, что кого-то боится?» — Драко в изумлении поднял брови, пытаясь понять, чем вызвана эта странная откровенность. — Кстати, Малфой, пока я не забыла, — она вернулась в нормальное положение и прожгла его взглядом. — Где ты ночевал сегодня? Я не заметила, чтобы ты утром воспользовался камином, и эта мантия сильно напоминает вчерашнюю. Драко поражённо замер. Бестактность Грейнджер не знала пределов, и он нашёл бы этот вопрос забавным, если бы не тревожный подтекст. В чём именно она его подозревала? В сговоре с Гринграсс? Ему трудно будет объяснить свой вчерашний визит к ней, особенно теперь, когда он умолчал об этом при первом докладе Поттеру. Однако Грейнджер не могла о нём знать, она строила отчасти верные догадки, но ошибалась в главном. — Всё ясно, можешь не трудиться объяснять, — пришла к своим выводам Грейнджер. — Хм, ты интересная ведьма… — Драко отложил перо и приготовился наблюдать её реакцию. — Я ночевал у Лавгуд, на диване в её кабинете. Он с удовольствием отметил её изумление и сведённые в размышлении брови — вот так просто он смешал Грейнджер карты: как только она убедится, что он сказал правду про Лавгуд, она почувствует стыд за свои подозрения и больше не вернётся к этой мысли, даже если появятся новые факты. — Не знала, что ты общаешься с Луной, — она продолжала хмуриться, но в её интонации появилось что-то новое. — Я спрошу у неё… — Спроси, конечно, но ради Мерлина, Грейнджер, подбери более тактичную формулировку. Она слегка покраснела, и он почувствовал себя победителем в этой идиотской игре. Ему нужно было вернуться к бумагам, но он уже вошёл во вкус и не мог перестать дёргать нунду за хвост. — Кстааати, пока я не забыл, — протянул Драко, ухмыляясь. — Что за зелье ты собираешься варить? Я уже знаю один из ингредиентов, и когда ты собрала остальные. — Больше болтай, Малфой, и вылетишь из этого расследования быстрее, чем Нимбус пять тысяч, — прошипела она. Неделю назад он воспринял бы её угрозу всерьёз, но сейчас он слишком много знал о её проекте, чтобы она так просто его отстранила. — Практика показала, что тебе требуется помощь. Я пока отлично справляюсь, так что для нас обоих было бы проще, если бы ты рассказала мне больше. — Мне нравится твоё бескорыстное желание помогать ближним, Малфой, будь уверен, я скоро воспользуюсь твоим предложением. — Так и знал, что на зелье всё не закончится, — усмехнулся он. — Ты даже не представляешь, — закатила глаза Грейнджер. — Работа только начинается. И насчёт твоей помощи… Ты нарушил нашу договорённость, поставив чары слежения в моём кабинете. Мне это не нравится. — Не нравится, что только благодаря этим чарам ты ещё жива? — Тебе повезло, что они оказались полезны, только благодаря этому ты ещё здесь. — Нет, Грейнджер, это тебе повезло, что я выполняю свою работу на совесть, даже когда мне мешают, — разозлился Драко. — Если ты хочешь, чтобы договорённости соблюдались, тебе придётся идти на компромисс. — Больше никаких следящих чар без моего ведома. Ясно? Драко раздражённо посмотрел на неё, но ничего не ответил. При первой же возможности он обсудит эту проблему с Поттером. Грейнджер молчала, и Драко вернулся к отчёту. Когда он отложил последние листы, авроры всё ещё не вернулись. «Ну не пытают же они её», — он скривился от собственной нервозности. Темпус показал, что прошло полчаса — скорее всего, возникли какие-то сложности. Не выдержав неизвестности, Драко встал, собрал бумаги и, кивнув Грейнджер, вышел в коридор. У входа в кабинет директрисы стояла старая каменная горгулья, и Драко успел пожалеть, что не спросил у Поттера пароль, но тут винтовая лестница повернулась, открывая проход. Он поднялся на несколько ступеней, когда из-за поворота показалась спускавшаяся ему навстречу Дафна. Она хмурилась и была бледнее обычного, но, заметив его, заговорщицки улыбнулась. Он молча остановился, прижался спиной к стене, пропуская её, и она прошла мимо, на секунду коснувшись его запястья пальцами в бархатных перчатках. Драко поднялся по лестнице. Атмосфера в кабинете директора была напряжённой. Сама Макгонагалл отсутствовала, авроры расположились на местах для посетителей. — Она всё отрицает! — гневно провозгласил Поттер, заметив Драко. — Говорит, что никогда не варила и даже не слышала про зелье с таким эффектом. Что, даже если волос её, она не знает, как он попал в комнату Гермионы. — Мы установили, что она владеет окклюменцией, поэтому применять Веритасерум бессмысленно, — добавил Невилл. Вот он, удачный момент, чтобы предъявить свои воспоминания, где Гринграсс сознаётся в содеянном. Их не примут как доказательство в суде, поскольку воспоминания можно подделать, но этого будет достаточно для возбуждения против неё дела. Драко уже открыл рот, чтобы начать рассказ о своём вечернем визите… — Скользкая слизеринская гадюка! — высказался Долиш. — Не передавили мы всех после войны, и вот последствия! Сажать надо было в Азкабан весь этот гадский выводок. Увидев выражение лица Драко, он спохватился: — К тебе это не относится, Малфой, ты нормальный парень. Драко криво усмехнулся. Похоже, новая этика Грейнджер обошла стороной старого аврора. Он встречал много таких людей: сегодня Малфой был для него «нормальным парнем», а завтра окажется, что он «всегда знал, что Малфою нельзя доверять». Оправдывало ли это эмоциональное решение Драко промолчать о признании Дафны? С точки зрения закона, ничуть: он становился соучастником. Но он и не нуждался в оправданиях. — Я подготовил формы, могу доставить улики в лабораторию, — предложил он Поттеру. — Думаю, с этим справится Долиш. Я всё ещё хочу посмотреть ваши с Гермионой воспоминания, не думай, что я забыл об этом, — ухмыльнулся начальник. — А потом я обещал Минерве, что мы останемся на обед. Драко сомневался, что приглашение Макгонагалл относилось к нему, но не стал спорить.

***

Когда они вошли в Большой зал, обед только начался, но скамьи уже полнились детьми. «Авроры! Видишь алые мантии? Это авроры!», «Гарри Поттер?!» — раздавались однотипные реплики вокруг. — Дядя Гарри! — промчался вихрь, и Тедди Люпин повис на Поттере, обнимая. — Дядя Драко! — получил свою долю внимания Малфой, но мальчик не спешил отпускать Поттера, которого давно не видел. — Как дела, Тедди? Не возражаешь, если я сяду с тобой и твоими друзьями? — подмигнул Поттер и шагнул в сторону стола Гриффиндора. Невилл двинулся за ним, но Грейнджер прошла прямо к преподавательским местам. «Странно», — подумал Драко и, поколебавшись и ободряюще помахав рукой Тедди, выбрал следовать за ней. — Это Невилл Лонгботтом, — вещал Поттер где-то за спиной. — Я рассказывал, как он достал меч самого Годрика Гриффиндора из Распределяющей шляпы?.. Драко, как и в первый визит, остановился перед Макгонагалл. — Рада снова видеть вас, мистер Малфой, — улыбнулась она. — Спасибо, госпожа директор. Надеюсь, мы не злоупотребляем вашим гостеприимством, — Драко склонился в вежливом полупоклоне. — Хогвартс всегда приветствует своих выпускников, — тактично ответила директриса. Драко прошёл на своё место возле Грейнджер. И когда только у него успело появиться своё место? Искоса посмотрев на неё, он вдруг заметил, что Грейнджер закрепила на лацкане мантии брошь. Дымчатый лев смотрелся лаконично на тёмно-синей ткани, но цеплял взгляд внезапно вспыхивающими на свету камнями. Драко не смог сдержать довольную ухмылку: всё-таки ей понравился подарок настолько, что она его носит. — После обеда долгожданная свобода? — решил он завести разговор, параллельно нарезая бифштекс на одинаковые кусочки. — О да, хочется верить, что до ночи меня больше никто не будет отвлекать, — мило улыбнулась Грейнджер, чуть поворачиваясь к нему. «Она что, накрасила ресницы? — с удивлением отметил Драко. — Зачем Грейнджер наносить макияж перед тем, как отправляться в Министерство? — нахмурился он. — Не профессора Гиббса же она соблазняет». — Грейнджер, если у тебя изменились планы, ты ведь сказала бы мне об этом? — хмурясь, спросил он. — Конечно, папочка, — состроила рожицу она. — Я под твоим контролем целиком и полностью. — Как вульгарно, — тихо прокомментировал женский голос слева. Дафна снова незаметно оказалась рядом с Драко и в самый неловкий момент. Он не ожидал, что после допроса она рискнёт показаться аврорам и Грейнджер на глаза в Большом зале, но он явно недооценил хладнокровие принцессы Слизерина. К тому же Дафна знала, что он промолчал — как она и предсказывала. И это, наверное, подпитывало её чувство превосходства. Драко налил себе тыквенный сок и подумал, что если будет молчать, разделяя две воюющие стихии, как пассивный волнорез, возможно, он сможет пережить обед, а за ужином его уже не будет в Хогвартсе… — Ммм, Драко, налей мне, пожалуйста, тоже, — внезапно обратилась к нему Грейнджер. Он поднял бровь в немом удивлении, почему она решила перескочить на его имя, но послушно исполнил просьбу. — Прошу, Гермиона, — ответил он безукоризненно нейтральным тоном и поставил перед ней полный кубок. Гринграсс ледяным взглядом проследила за их обменом любезностями. — Интересная брошь, Грейнджер, — проронила она. — Неожиданно изящно для твоего вкуса. — О, это подарок, — Грейнджер как будто смущённо прикоснулась пальцами к броши и опустила взгляд, но Драко показалось, что уголок её губ дёрнулся в насмешке. — На Самайн, — добавила она после выдержанной паузы, поднимая глаза на Гринграсс. Зазвенела вилка, брошенная на тарелку, зашелестела мантия — Дафна поднялась из-за стола и быстрым шагом покинула зал, не проронив ни слова. — Какого драккла? — Драко в недоумении посмотрел на Грейнджер. — Ты что, пытаешься её спровоцировать? — Замечательный вопрос, Малфой, — она отодвинула полный кубок сока, придвинула себе пустой и налила в него простую воду. — А тебе нужно скорее определиться, на чьей ты стороне.