Сердце снегов (часть 2)

За три триместра, проведённые на руднике, Босу-ван привык к своему положению. Он быстро забыл время, когда был капризным подростком, перед которым все пресмыкались и старались угодить. Теперь на нём лежала ответственность не только за работу рудника, но и за жизни вверенных ему обото-хаар. Несмотря на то, что жизни рабов ничего не значили на этой планете, он старался сберечь каждого, и облегчить их тяжёлую участь. Свой рабочий кабинет Босу-вану не нравился. Он был слишком большим, даже несколько горшков с цветками баксунта и аквариум с рыбками не делали его уютнее. На стене, позади большого рабочего стола, висел экран с интерактивной схемой рудника, на котором можно было видеть все происходящие процессы и сосчитать количество работников, задействованных в добыче натория. Стена напротив была сделана из толстого стекла, через неё был виден балкон и сам котлован. На боковых стенах висели доски с графиками, а на столе стоял компьютер с прозрачным экраном. Босу-ван прошёл по кабинету и уселся в мягкое кресло, утопая в нежном запахе баксунта. Только в этом кресле Босу-ван чувствовал себя легко и свободно, вдыхая аромат цветов и слушая тихий шум аэратора в аквариуме. О-ги втолкнули в кабинет перепуганную дикарку и, поклонившись хозяину, удалились, закрыв за собой прозрачную дверь. – Ты понимаешь наш язык? – спросил Босу-ван у девушки. Та нахмурилась и гордо подняла острый подбородок, всем своим видом показывая, что просто так не сдастся. У Босу-вана защемило сердце от вновь нахлынувших воспоминаний. Именно так смотрел на него Нои-ди в их первую встречу. Босу-ван устало вздохнул и, положив локти на колени, опустил голову вниз. Чем больше он ходил или стоял, тем тяжелее становились остатки крыльев, а когда их тяжесть становилась невыносимой, Босу-ван садился в такую позу, чтобы расслабить уставшую спину. За утро ему пришлось обойти почти весь рудник, и сейчас ему казалось, что сзади у него огромный рюкзак, набитый камнями. – Значит, языка ты не понимаешь, – сказал он тихо. – Ну а имя у тебя есть? – он поднял голову и как можно миролюбивее посмотрел на дикарку. – Меня зовут Босу-ван, – о-ми хлопнул себя по груди и медленно повторил: – Босу-ван. Дикарка посмотрела на него с интересом и, положив руку на свою грудь, сказала: – Босу-ван… – Нет, – покачал головой о-ми, – я – Босу-ван, – и он сильнее хлопнул себя по груди. – Я – Босу-ван, - повторила девушка, ударив себя в грудь. – Это бесполезно, – сказал Босу-ван и махнул рукой. Дикарка вздрогнула и, присев на корточки, закрыла голову руками. – Не бойся! – сказал Босу-ван. – Я не причиню тебе вреда. Напротив, я хочу тебе помочь. Ты совсем на него не похожа… – прошептал о-ми, – он никогда бы не склонился и не испугался. Это всего лишь внешнее сходство, которое объясняется этническими особенностями вашей расы. Я просто не могу его забыть, вот мне и мерещиться всякое, – Босу-ван устало откинулся на спинку кресла и, глядя вдаль, продолжил свой монолог. – Мне нужно его отпустить. Су-лан прав, если я этого не сделаю, то сойду с ума. Но… я не хочу этого. Если я забуду те короткие минуты счастья, которые у нас были, то меня поглотит пустота. Я просто глупец, который надеялся на счастье. Акаарытык… – закончил он и тяжело вздохнул. Девушка убрала руки с головы и с интересом посмотрела на Босу-вана. Поднявшись на ноги, она положила руку на грудь и сказала: – Хаар Ман-ан, – и сделав шаг в сторону Босу-вана, ткнула в него пальцем. – Акаарытык. – Нет, – улыбнулся тот, – Босу-ван. – Босу-ван, – кивнула она и снова повторила, – акаарытык. – Можно и так сказать, – рассмеялся о-ми. – А знаешь… я кажется знаю, чем тебя занять. Ты станешь прислуживать мне и Су-лану. Будешь перестилать кровати, носить нашу одежду в чистку, приносить ужин и убираться в комнатах. Пока всё это делал Су-лан, но мне больше нужна его помощь в руководстве рудником. Так что теперь это твои обязанности. Босу-ван нажал на сенсор браслета и вызвал надсмотрщиков. Приказав им отвести дикарку в свои покои и объяснив им её новые обязанности, он уселся за рабочий стол. Пора было составлять отчет, который Босу-ван должен был завтра предоставить матери. Через час в его кабинет влетел рассерженный Су-лан и, плюхнувшись на стул напротив, возмущённо заговорил. – Ты совсем сошёл с ума? Что делает в твоей комнате эта дикарка? И да, я заметил её сходство с Нои-ди. Решил повторить прошлую ошибку или у тебя просто едет крыша без секса? Кстати, когда он у тебя был в последний раз? – Не помню, – задумчиво покачал головой Босу-ван. – По-моему, у меня был мокрый сон десять лунных циклов назад. – Десять лунных циклов? – округлил глаза Су-лан. – Тогда понятно, откуда такой интерес к этой дикарке. – Ты не так всё понял, – улыбнулся Босу-ван. – На неё не хватило защитного костюма, и я решил, что пусть она лучше заботится о нас, чем сгорит на руднике за один триместр. – Ты взял её в служанки вместо меня? – подскочил Су-лан. – А я… Я больше тебе не нужен? – Ты нужен мне даже больше чем раньше, – сказал Босу-ван, вставая и подходя к брату, – как друг и как компаньон. Мне нужна твоя помощь здесь, – и Босу-ван похлопал брата по плечу. – Ладно, – кивнул головой Су-лан, – ты меня убедил. Но обещай, что ты сегодня же займёшься сексом. Не забывай, для банегири он очень важен. – Обещаю, – Босу-ван сделал серьёзное лицо и положил руку на грудь, – я сегодня же достану из шкафа свой VR-шлем с костюмом и доставлю себе удовольствие, а ты найди для нашей новой служанки комнату и раздобудь приличную одежду вместо её тряпок. Поздно вечером Босу-ван вернулся в свою комнату и, поковырявшись палочками в остывшем ужине, отставил миску в сторону. Вспомнив о данном Су-лану обещании, он открыл шкаф, достал из него шлем и костюм. Надев их на себя, он дотронулся до сенсора на перчатке. Сеть на руднике ловила плохо, и даже в его комнате, которая находилась на верхнем ярусе, сигнал был слабый. Изображение зависало и шло волнами. Босу-ван снова оказался в своей комнате в замке и, устроившись в своем любимом зелёном кресле, посмотрел на дверь. Она открылась, из неё вышел Нои-ди, одетый в тонкую струящуюся ткань, обмотанную красной верёвкой…