Let Love Bleed Red

- Келлин! - крикнула мама громко и пронзительно. Мои глаза резко открылись. Я сел, но заметил, что простыня прилипла к руке. Она была вся в крови. Схватив её и резко дернув, я заново открыл засохшие порезы. Черт! Должно быть, вырубился. Вскочив с кровати, я начал искать свою черную коробочку. Она лежала на моей подушке, а окровавленная бритва лежала не так далеко от нее. Потянувшись и схватив повязку, я обернул её пару раз вокруг руки, прежде чем завязать. Бросив бритву обратно в коробку, закинул её под кровать и накрыл кровь покрывалом. - КЕЛЛИН! - нетерпеливо крикнула мама. - Иду! Подожди! - воскликнул я в ответ. Проверив повязку, коробку и кровь еще раз, прежде чем выбежать за дверь, я остановился в коридоре перед зеркалом. Мое лицо все еще выглядело ужасно: огромный синяк под глазом, шрам на губе стал больше, и теперь она вся была вспухшей, нос выглядел сломанным. Я рыкнул с отвращением к себе, но оставил временно эту проблему, заходя в мамину комнату. Она сидела на кровати, сложив ноги и собирала белый порошок в чистые ровные линии вещью, похожей на лезвие. Убрав грязные светлые волосы с лица, она взглянула на меня. Я сделал шаг назад, гадая, заметила ли она пропавшие сигареты. - Что произошло между тобой и Грегом? - спросила она. - Кем? - я поднял бровь. Она закатила глаза: - Грег! Парень, который был здесь! Он сказал, что ты наставил на него нож! Я кивнул: - Да, и что дальше? - Что дальше?! Келлин! Что с тобой не так, блять? Почему ты не даешь мне быть счастливой?! - кричала она. - Счастливой? Мам, он пытался тебя изнасиловать! ДВАЖДЫ! А потом он пытался то же самое сделать со мной! Она закатила глаза: - Прекрати врать, Келлин. - Я не вру! Она подошла к столику и села напротив зеркала, закручивая долларовую купюру, которую держала в руках: - Прекрати врать, Келлин, кто захочет тебя насиловать, в любом случае? - Проблема не во мне, мам! Она в тебе! Тебе нужно больше заботиться о себе самой! - Нет, Келлин, проблема в тебе: ты ненавидишь жизнь со мной, ты ненавидишь то, кем я являюсь, ты ненавидишь меня! - повернулась она ко мне с сердитым лицом. Я подбежал к ней: - Нет, мам, я лишь пытаюсь помочь тебе! - Я сделал глубокий вдох и сдул весь белый порошок на пол. - Келлин! - задохнулась мама от возмущения. Я выставил свои руки в защиту, как только она вскочила со своего места, но это не помогло. Я не мог бить в ответ, она была моей матерью, и я не мог ударить её при любых обстоятельствах. Её рука ударила меня по уже вспухшим щекам, а длинные накладные ногти царапали мою кожу. Вскрикнув от боли, я упал на пол, держась за лицо. Слыша, как она выдохнула от шока, я взглянул на нее и увидел, что она смотрит на меня безумно сожалеющими голубыми глазами. Мы оставались в таком положении секунд 30, просто смотря друг другу в глаза. - Прости, мам, - прошептал я. Встав на четвереньки, я подполз к зеркалу, взял немного алюминиевой бумаги, которую сдул на пол вместе с наркотиками. Я пытался собрать на нее столько, сколько смогу. Мама тихо присела на край кровати. Я чувствовал, что она смотрит на меня и ждал, когда она что-нибудь скажет. Что угодно, мне даже было неважно, если бы она снова начала кричать. Все, что я хотел — чтобы она говорила. - Иди обратно в кровать, Келлин, - наконец она пролепетала. - Уже поздно. Кивнув и завернув то, что смог собрать в фольгу, я положил её на столик и, опустив голову, вышел. Захлопнув дверь уже в своей комнате, я глянул вниз на часы и понял, что встал слишком рано. На них было 2 гребанных часа утра. Я развернул повязку и присел на кровать: какой же я отвратительный. Мама была права: кто захочет меня насиловать? Моя бледная кожа даже не собиралась позаботиться о моих шрамах. Она лишь стала вся красной с черными, синими и фиолетовыми пятнами вокруг. Единственной хорошей новостью было то, что порезы каким-то образом зажили. Снова завернув запястье, я вспомнил, что мне надо было привести в порядок постель. Убрав покрывало, я сморщил лицо от отвращения к тому, что увидел и сбросил покрывало на пол. Это действие вызвало боль в запястьях, но мне было все равно: главное - убрать все это. Я скомкал простыню и кинул к двери, собираясь позже постирать её. Перестелив все, я решил, что лучшей вещью для меня сейчас будет душ. Раздевшись, я зашел в кабинку, даже не заботясь о том, что у нас не было горячей воды. Она приносила приятные ощущения моей горящей коже. Издав стон, я опустился на пол и прислонился к стене. Я взял кусок мыла начал оттирать присохшую кровь, заодно убирая ту, которая все еще сочилась. - Идиот, - пробормотал я про себя. - Ты чертовский тупой. Холодная вода наконец привела меня в чувство. Когда я начал уже дрожать, я быстро выпрыгнул из душа и закутался в теплое полотенце. Услышав шаги, поднимающиеся по лестнице, я положил руку на ручку двери и повернул её, пережидая, пока незнакомец пройдет. Это опять был Грег. Он озорно улыбнулся и подмигнул мне. Закатив глаза от отвращения к этому человеку, я направился к себе в комнату. «Рада снова тебя видеть, Грег», - услышал я слова матери. Он рассмеялся: «Я тоже тебя, Саманта. Итак, где мы остановились в прошлый раз?» Мама заигрывающе рассмеялась: «Я думаю, я помню где» Я захлопнул дверь, зная что сейчас будет, достал наушники и включил айпод на полную, чтобы заглушить звуки, которые разнеслись по коридору . Я позволил музыке забрать меня из этого мира, строчки пролетали через уши и понемногу овладевали моим сознанием. Включились My Chemical Romance , песня с их последнего альбома: The Kids From Yesterday. Каждое слово сжимало мое сердце, я просто хотел сбежать от этого ада. Оставался еще один год, прежде, чем я смогу. Желудок заурчал и я прижал руки к нему, пытаясь уменьшить боль, но это не сработало. Я был очень голоден и вряд ли нашел бы что-нибудь в шкафах внизу. - Келлин прекрати, - шикнул я на себя. - Есть люди, у которых нет еды, а ты сегодня съел шоколадный пудинг, этого должно быть достаточно! Кроме того, тебе не надо есть, ты уже достаточно толстый. Я опустил голову и согласился с голосом в голове. Толстый. Толстый. Толстый. Толстый. Толстый Педик! Я вырвал наушники и бросил их на пол. Я был зол, мои руки дрожали от ярости. Взглянув на них, я сорвался и кинул айпод через всю комнату. Он врезался в стену с громким треском. Падая на кровать и закрывая лицо руками, я проклинал себя за то, что сейчас сделал. Сделав глубокий вдох, я подошел к айподу и поднял его, молясь, что он будет в порядке. К моему сожалению, он не был: экран был полностью разбит и выглядел нерабочим, кроме того, не подлежащим ремонту. Ты просто идиот! Я вздохнул и уронил айпод обратно на пол. Подойдя обратно к кровати, я упал на нее и начал выводить круги на голом животе, расслабляя себя немного. Закрыв глаза и свернувшись в клубок, я слышал маму, которая кричала от удовольствия в соседней комнате. Я закрыл уши руками, пытаясь убрать этот звук, это было последнее, что хотелось сейчас слышать. Закопав лицо в подушку и сильнее прижав руки, я пытался убрать это из головы. Писк часов заставил меня проснуться. Мои глаза были уставшими и отказывались открываться ближайшую минуту, но я нажал кнопку на часах и быстро поднялся. Я уже принял душ рано утром, так что мне не надо было делать это еще раз. Просмотрев снова свои вещи, на этот раз нашел майку с выцветшим американским флагом и джинсы, порезанные спереди. Пройдя в ванную, я открыл шкаф в поисках маминой косметики. Найдя основу и кисть, с которой она лежала вместе, я начал покрывать лицо, скрывая все шрамы, которые смогу. Взглянув на свое отвратительное отражение, я был горд своей работой. Сделав это впервые, я все еще выглядел собой. Взяв с собой основу, я прошел обратно в комнату и бросил её в сумку. Она мне понадобится позже, в случае, если она быстро стирается. Одев вансы и накинув ту же кепку, я взял две сигареты, которые не докурил вчера, бросил в задний карман и спустился вниз на кухню. - Доброе утро. Я взглянул на Грега, допивающего стакан апельсинового сока: - Оно было таким, пока вы не оказались здесь. Он усмехнулся и громко поставил стакан на стол, от чего я подпрыгнул и заставил его смеяться еще громче: - Боишься, не так ли?» - Объебись, - закатил я глаза. Отвернувшись от него, я открыл шкаф и начал искать какую-нибудь еду. Мои глаза наткнулись на батончик с мюслями у стенки. Улыбаясь, я достал его и практически разорвал упаковку. Оперевшись на стойку, мои глаза остановились на Греге, сидящем без рубашки. Какой же он все-таки отвратительный: раздутый живот, волосатая грудь с кусочками еды на ней, сок лился по его подбородку. Мама могла бы найти и получше. - Что?, - посмотрел он на меня. - Хочешь еще? Я откусил от батончика и прошел мимо него: - Исчезни. Рука Грега шлепнула меня по заднице и я, взвизгнув, рванул к двери. В это время мама,спустившись вниз, подошла ко мне и поцеловала в лоб. Я слегка улыбнулся пока она заходила на кухню. Глаза зацепились за её открытую сумочку, лежащую на диване, из которой торчали пять долларов. Я сделал глубокий вдох и прислушался к тому, что она сейчас делала. На кухне раздался стул отодвигаемого стула, это значит, что она села. Я бросился к сумке и выдернул купюру, чувствуя ужасную вину. Я был ужасным сыном, но мне нужны были деньги на еду. Выбежав за дверь, и захлопнув её, я изо всех сил бросился в сторону парка. Вик уже ждал меня, сидя на качелях. Увидав меня, на его лице появилась широкая улыбка и он помахал мне. Я посмеялся про себя и подбежал к нему. Сегодня он выглядел по-особенному. Большие белые солнечные очки, синяя футболка с челюстями и узкие короткие джинсы. Также его длинные коричневые волосы теперь были распрямлены и обрамляли красивое лицо. Мы сразу направились школу, снова разговаривая о наших интересах, споря о том, какой супергерой был лучшим. Продолжая врать о своей, так называемой, *роскошной жизни*, я чувствовал себя ужасно, зная, что если он узнает правду, то я потеряю единственную хорошую вещь, которая есть здесь. - Не хочешь позавтракать?, - спросил он. - Здесь есть одно замечательное кафе. Я улыбнулся, зная, что теперь у меня были с собой деньги: - Конечно. Вик взял мою руку в свою и я позволил ему вести меня, полностью доверяя ему свою жизнь. Как же это глупо звучит. Пройдя несколько поворотов, мы вскоре подошли к небольшому уютному кафе с приветливым освещением вокруг. Кроме нас здесь было еще много школьников, ожидающих свою дневную дозу кофеина. Когда мы подошли к женщине за прилавком, она приветливо нам улыбнулась. - Можешь мне тоже купить? Я пока займу место, - сказал он, отдавая свои деньги. - Без проблем, что тебе взять? Вик пожал плечами: - Удиви меня, милый. Я пытался спрятать горящие щеки, пока Вик проходил мимо меня на улицу. Мое сердце сильно стучало в груди. Он назвал меня милым? Скорее всего, это была просто ошибка, Келлин. У такого красивого парня, скорее всего, есть девушка, ну, по крайней мере, у него должны быть какие-то отношения. - Чем я могу помочь? - я понял, что стоял уже в начале очереди. - Можно, пожалуйста, мокко и карамельный латте? Она застучала пальцами по клавиатуре: - Да, сэр, это будет стоить 4.95 долларов, - я протянул ей свою пятерку. - Каким именем мне вас подписать? - Келлин. - Хорошо, Келлин, это займет какое-то время, присядь. Я улыбнулся и губами сказал спасибо, после чего вышел. Вик уже сидел за столиком в углу, играя с одним из сахарных пакетиков. - Держи, - я вернул ему его десять долларов. - Я плачу. - Тебе не обязательно было это делать. - Не глупи, это меньшее, чем я могу отплатить за вчерашний пудинг. - Да пудинг — это ничто. - Значит, и кофе тоже, - я сел перед ним. Вик нервно облизнул верхнюю губу, собираясь что-то сказать: - Келлин, эмм... - Что такое?, - сказал я, доставая одну сигарету из кармана. - Хочешь? Он покачал головой: - Воздержусь. Но, мм, могу я спросить кое-что? - Спрашивай, - сделал я затяжку. - Что...мм, - он нервно потер руки. - Что случилось с твоими запястьями? Черт! Я опустил взгляд на руки, лежащие на столе, которые было прекрасно видно. Я попытался спрятать их, но Вик остановил меня и взял их в свои, подтягивая ближе и изучая повязку. Я вздохнул: мы оба знали, что я сделал, просто никто не хотел это произносить вслух. Наши глаза встретились: его взгляд был настолько наполнен печалью, что я закашлялся дымом. Я отвернулся, потому что не хотел смотреть в его прекрасные обеспокоенные глаза снова. Моя рука поднялась вверх и он прижал её к своим губам, вызывая множество мурашек по спине. Я быстро перевел тему: - Тебе нравится карамельный латте? Вик улыбнулся, радуясь, что мы сменили тему: - Люблю его. А что ты заказал? - Простое мокко, ничего необычного. Он усмехнулся: - Ну, я думаю, ты необычный. Я покраснел и опустил взгляд на стол, надеясь, что основа, которая была на мне, скроет красноту моих щек. Вик провел пальцем по моей руке, мое сердце забилось и я задышал быстрей, молясь, чтобы он не услышал это. Опустив голову вниз , я смотрел на него сквозь щели своих свесившихся волос. - Келлин!, - позвала женщина за прилавком. - Келлин! Я подпрыгнул и затушил сигарету: - Кофе готов, сейчас вернусь. Вик откинулся на спинку и положил руки на колени, а я прошел в кафе, проклиная себя. Это было очень неловко. Я уверен, что Вик флиртовал со мной, а я просто сбежал. Закатив глаза, я поблагодарил леди и взял кофе с двумя ложечками со стойки. - Вот, - я поставил латте перед ним. - Надеюсь, тебе понравится. Вик засмеялся: - Он был бесплатным, пусть даже невкусным, но бесплатным. Сев напротив него, я открыл пластиковую крышку и приставил верхнюю губу к краю, ожидая пока пена достигнет моего рта. - Как тебе? Усы? Вик громко засмеялся, пытаясь сдерживать себя ладонью. Он покачал головой и я согласился с ним. Кроме того, у меня пока не получается вырастить усы. Посмеявшись, я вытер их рукой. - Пропустил немного, - прокомментировал он. - Где? - я провел пальцем вокруг губ. - Я уберу. Вик перегнулся через стол и положил палец на уголок моих губ. Я пытался сдержать стон, пока он проводил им по верхней губе. Вик начал приближаться, наши лица были так близко, он был так близко, его лицо было так близко, его губы...очень близко к моим. Я чувствовал его дыхание, я мог чувствовать их запах, кофе и что-то еще, но я не мог понять, что. Что-то сладкое и я понял, что если бы я сейчас стоял, то я, скорее всего, упал бы на колени. - Готово, - прошептал Вик прямо передо мной. Я чувствовал его горячее дыхание на своем лице. Оно пахло так сладко, что хотелось сохранить его навсегда. Он сел на место и я старался изо всех сил не показать разочарование на своем лице. Вернувшись к своему кофе, я поднял его к губам, надеясь, что этого было достаточно, чтобы спрятать лицо. - По-моему, нам пора понемногу продвигаться к школе. - Да, я не хочу опоздать, - согласился я. Кто-то засмеялся позади меня: - Ребят, посмотрите-ка, кто здесь. - Твою ж мать, - ругнулся я под нос. - Не наш ли это любимый педик? - его рука с силой приземлилась на мое плечо. Я слегка взвизгнул и посмотрел наверх: « - Привет, Майк. - Кофе, - Хайми взял мой стакан. - Оставьте его! - потребовал Вик. Троица не обратила на него ни малейшего внимания. Тони и Хайми стояли передо мной, пока рука Майка все сильнее сжимала мое плечо. Я сделал глубокий вдох и закрыл глаза, пытаясь себя успокоить. - Майк, блять! Оставь его в покое! - снова крикнул Вик. Майк наклонился прямо к моему уху: - Встретимся в автобусе, пидор? Я опустил голову: - Пешком гораздо полезней. Хайми усмехнулся, и дьявольская улыбка появилась на его лице. Он поднял меня за воротник: - Нужны упражнения? - Я предупреждаю тебя, Хайми, оставь его, - сердито сжимал и разжимал руки Вик. - Как кофе, Тони? - взглянул Майк на него. Я застыл и уставился на него. Он усмехнулся, глядя на меня: - Отвратительный. Я почувствовал горячую жидкость на своем лице, пока парни уходили, смеясь. Крича от боли и падая на пол я пытался закрыть лицо. Глаза горели, горло горело, все горело. Вик пытался взять меня за руку, чтобы помочь подняться. Я не хотел сопротивляться, но понимал, что если уберу руку от лица, то боль возрастет, так что лучше было оставить их на месте. Он обернул руки вокруг моей талии и поднял меня, унося подальше от глаз людей, которые в шоке пялились на меня. - Вик, мне очень больно, - всхлипнул я. - Не беспокойся, Келлин, я позабочусь о тебе, - пообещал он.