За дорогой следи

Первым отстраняется Антон. Ему это даётся тяжело. Будто рано утром отрываешься от тёплой постельки, которая кажется такой удобной и уютной, она будто притягивает тебя к себе изо всех сил. Нет. Это даже хуже, чем вставать утром. Арсений чувствует, что Шастун отходит, и делает пару мелких шажков за ним, пока не осознаёт, что стоит остановиться. Боже, как же тяжело оторваться от него. С ним так тепло и уютно. Хочется обниматься вечность… — Давай продукты принесём? — с улыбкой спрашивает Антон. — Давай. Арсений улыбается ему в ответ и идёт в коридор. Он приходит с пакетами в руках. — Тоша, начнём мы с самого простого. Спагетти. — мужчина достаёт из пакета упаковку длинных макарон. Он назвал меня Тоша? Мне не послышалось? — Думаю, можно к ним яичницу поджарить, чтоб совсем просто было. — Как вариант. Молодец, Тош. Блюда посложнее оставим на потом. Улыбаясь Антону он подмигнул. Бля… Это такой чистый намёк. Ещё и подмигнул чертяка. Твою мать. Держите меня семеро! Антон не может скрыть своё смущение. Он робко улыбается Арсению, слегка приподняв уголки губ. Что он со мной делает? — Итак. Для того, чтоб сварить спагетти, или пасту другого вида, сперва нужно поставить кипятиться воду. Антон внимательно слушает указания Арсения. — Где у тебя кастрюли? Шастун достаёт из ящика подходящую, по его мнению, посудину. — Идеально. Далее нам нужно налить в неё чуть больше половины воды. Замечая на себе заинтересованый взгляд, Арсений опускает голову и слегка смеётся. Так забавно… Наблюдать перед собой картину, как Шастун, с кастрюлей в руках, стоит и внимательно слушает советы каким образом нужно варить макароны… это бесценно. Антон с непониманием смотрит на Арсения. Чего он смеётся? Арсений поднимает голову и делает глубокий вдох. Соберись! Он не понимает с какой радости ты смеёшься. — Дальше всё делаешь ты. Я только помогаю. — Как я? Сам? Брови Шастуна взлетели, а глаза выпучились. Ну, видно, человек крайне удивлён. Я?! Всё сам? Ну хоть помогать будет. Не хотелось бы, в первый день готовки, кухню к чертям спалить. Все-таки она ему так понравилась, жалко будет. — Да, сам. А что? Мне кажется ты справишься. Я в тебе уверен. Арсений смотрит на Антона с улыбкой. Просто нужно делать то, что он скажет. Тогда всё будет хорошо. Это ж легче лёгкого, вашу мать. Я справлюсь. — Хорошо. Наливаем воду? — Угу. Наливаем воду. — Половину кастрюли? — Чуть больше половины. — Мг… хорошо… Антон наливает чуть больше половины кастрюли и ставит её на плиту. — Дальше насыпаешь туда столовую ложку соли и перемешиваешь. Антон делает все действия, которые озвучивает Арсений. Старается всё запомнить и ничего не упустить. — Теперь ждём пока закипит вода. — Ждём пока закипит вода. Угу… Арсений стучит пальцами по столешнице. Характерный звук заполняет тишину. Антон смотрит на Арсения достаточно странным взглядом. То ли спросить что-то хочет, то ли сказать. Не понятно в общем. Чего он так уставился? — Пошли смотреть телевизор? Не дождавшись ответа, Шастун хватает Арсения за руку, и тянет в гостинную. Он усаживает Попова на диван, а сам подходит к телевизору и наклоняется за пультом. Арсений созерцает прекрасную картину, проще говоря, не сводит глаз с жопы Антона. Блять. Почему я так на него пялюсь? Попов, пора давно принять, что он тебе нравится. Пора признаться себе и ему. Столько произошло, чтоб убедиться в том, что чувства взаимны. А если не взаимны? Что тогда? Блять. Просто скажи это ему и узнай точный ответ. Антон садится на диван и включает телевизор. Показывают какой-то непонятный фильм. — Оставим? В ответ тишина. — Арс? Шастун смотрит на Арсения, который в упор не замечает, что его тут вообще-то спрашивают. — Аууу Антон всем телом поворачивается к Арсению. Арсений проделывает тоже самое. Шастун смотрит на него взглядом по типу «Ты отвечать собираешься или как?» — Ты мне нравишься. Антон крайне удивлён такому признанию. Нет. Кого я обманываю? Он в ахуе. В смысле нравлюсь? Нравлюсь? Я? Если честно, ты мне тоже нравишься… очень даже. Ой, блядь. Ответить надо, ответиииить… Не дождавшись ответа Арсений продолжает. — Мне нравится в тебе всё, Тош, абсолютно всё. Антон смущённо опускает голову. Снова Тошей назвал… — То, как ты смущаешься, когда я тебя ласково зову, твоя улыбка, твои прекрасные глаза. Я не могу долго смотреть в глаза людям, а твоими я готов наслаждаться вечность. Объятия с тобой невероятно комфортные, будто меня укутали в самое тёплое одеялко, в них хочется оставаться как можно дольше, а лучше, вообще навсегда. То, как ты меня внимательно слушаешь. Что бы я не рассказывал, тебе всё интересно. От твоих касаний у меня по всему телу мурашки и голова кружится. Я хотел бы узнать что чувствуешь ты… Антон просто кладёт свою руку на щеку Арсения, поглаживая её большим пальцем. Тот, словно кот, нежно трётся щекой об его руку. Шастун так непринужденно улыбается. Он смотрит в голубые глаза и видит в них столько любви, которую раньше почему-то не замечал. Антон касается своим носом щеки Арсения. Рука спускается на шею и продолжает поглаживать. Слышно, как сбилось дыхание Попова. Он тяжело дышит, принимая каждое касание Антона. Шастун дотрагивается своими губами чужих. Нежно проводит языком по нижней губе Арсения, на что тот покорно приоткрывает рот. Антон переплетает их языки углубляя поцелуй. Нежные касания тёплых губ Антона сводят Арсения с ума. Он не может поверить, что это происходит. Попов поглаживает спину Шастуна, притягивая его ближе к собственному телу. Антон отстраняется, вспомнив, что ему был задан вопрос. Конечно, это очень важно. Разве нет? Я так давно хотел сказать эти слова… Когда, если не сегодня? — Арс, ты мне тоже очень сильно нравишься. Он ещё раз чмокает мужчину в губы и встает. — У нас там, наверное, вода уже вскипела. — И не только вода, — смущённо отвечает Арсений, одёргивая футболку вниз.