Стать красивым NPC в бесконечном потоке/Became an Infinite Game Beauty NPC

Как бы он ни маскировался, изменить рост и телосложение было невозможно, тем более что Жуань Цин и не пытался маскироваться. К тому же его шея была перебинтована, а эта отличительная черта была слишком заметной — его могли узнать при первой же встрече лицом к лицу. Лучшим решением было разминуться и не столкнуться с ним; Жуань Цин опустил глаза, скрывая выражение в глубине. «Ах.» Е Цин, казалось, не привык к многолюдным местам, поэтому так разнервничался, что, сделав первый же шаг на лестницу, случайно споткнулся о ступеньку. Доктор отреагировал молниеносно: в то мгновение, когда Жуань Цин начал падать, он обхватил его за талию и с силой притянул к себе в объятия, не дав упасть на пол. Тело юноши слегка подрагивало. С лицом, полным запоздалого страха, он уткнулся в грудь доктора, по-видимому, сильно испугавшись. Доктор одной рукой обнимал тонкую талию юноши, которую нельзя было обхватить и одной горстью¹, а другой нежно похлопывал его по спине, успокаивая человека в своих объятиях: «Всё хорошо, как же ты так неосторожно.» Угол, под которым юноша уткнулся в него головой, как раз полностью скрывал рану на его шее, и со спины он выглядел просто как хрупкий юноша. Поэтому, когда Цзи Янь небрежно спускался по лестнице, он даже не взглянул на этих троих в начале лестницы и прошел мимо. А вот Вэнь Ли слегка повернул голову и бросил на него невесомый взгляд. Только услышав, как шаги становятся все тише и отдаляются, Жуань Цин смущенно высвободился из объятий доктора. В его глазах все еще читался остаточный страх: «Пр-простите, я не смотрел под ноги. Спасибо вам, доктор.» После того как Жуань Цин отстранился, Вэнь Ли по-джентльменски убрал руку и улыбнулся: «Раз уж мы вышли оттуда, не называй меня больше доктором. Меня зовут Вэнь Ли. Я, должно быть, на несколько лет старше тебя, так что зови меня просто Вэнь Ли-гэ.» Сказав это, Вэнь Ли не дал Жуань Цину возможности отказаться и тут же спросил: «Кстати, я ведь до сих пор не знаю твоего имени?» Жуань Цин робко произнес: «Е Цин.» Доктор улыбнулся: «Е Цин, какое красивое имя. Оно тебе очень подходит.» Жуань Цин немного смутился от похвалы, но в то же время обрадовался. Он взглянул на человека перед собой и тихо сказал: «Имя доктора тоже очень красивое.» Вэнь Ли великодушно принял комплимент: «Спасибо за похвалу.» Сказав это, он сделал паузу и продолжил: «Я очень рад, что ты так говоришь.» Произнося эти слова, Вэнь Ли немного понизил голос. В его низком, хрипловатом тоне звучала необъяснимая сексуальность и даже явная улыбка, словно проникая в самое сердце и заставляя бессознательно утопать в нём. Словно самец павлина распускает хвост², в этом таился некий соблазн. Услышав этот голос, Е Цин на мгновение впал в транс, и на его лице вновь появился красивый румянец. К счастью, он был в маске, так что этого не было видно. А зрители в прямой трансляции были просто взбешены до полусмерти. 【Чертовски бесстыдно! С одной стороны отвергаешь признание моей жены, а с другой — постоянно соблазняешь её!】 【Быть шлюхой, но при этом настаивать на воздвижении мемориальной арки целомудрия³! Разве ты сам не знаешь, почему ты нравишься Цинцину?】 【Разве симпатия, полученная путем гипноза, называется симпатией?! Это просто обманывать себя и других⁴!】 На этот раз больше не произошло никаких неожиданностей, они благополучно поднялись на второй этаж и вошли в отдельную комнату. Звукоизоляция в комнате была довольно хорошей, звуков снаружи практически не было слышно. Официант подавал блюда очень быстро. Блюда начали приносить почти сразу, как только они сели, даже не было этапа заказа. Казалось, всё было заказано заранее. Блюд было много, они почти полностью заставили обеденный стол. Вэнь Ли первым делом положил немного еды в тарелку перед Жуань Цином: «В этом заведении готовят весьма неплохо. Попробуй, есть ли тут что-нибудь, что тебе нравится?» Мизофобию Жуань Цина нельзя было назвать легкой. При наличии выбора он не любил грязные вещи и то, к чему прикасались другие люди. Например, когда другие люди клали ему еду. Но Жуань Цин всё же опустил голову, и взял еду, которую Вэнь Ли положил ему в тарелку. Он откусил кусочек, а затем его глаза загорелись: «Очень вкусно.» «Если нравится, ешь побольше.» Вэнь Ли снова положил Жуань Цину немного еды: «Кстати, мне кажется, называть тебя Е Цин как-то слишком отчужденно. Могу я называть тебя А Цин?» Жуань Цин, покраснев, кивнул: «М-можно.» Вэнь Ли улыбнулся и снова положил еды Жуань Цину, а сам есть не стал. Один накладывал, другой ел. Это выглядело весьма гармонично, и их отношения, казалось, стали намного ближе. Вэнь Ли почистил креветку и поднес её к Жуань Цину, словно собираясь покормить его: «А Цин, попробуй это, она тоже очень вкусная.» Жуань Цин на мгновение замер, глядя на креветку перед собой, и смущенно посмотрел на Вэнь Ли: «Вэнь Ли-гэ, не обращай на меня внимания, ешь тоже.» «Сначала ты попробуй.» Вэнь Ли улыбнулся и пододвинул её ещё немного, почти к самым губам Жуань Цина. Жуань Цин посмотрел на креветку, его глаза заблестели. Покраснев, он слегка приоткрыл рот и прикусил её. Вэнь Ли смотрел, как человек перед ним послушно открывает рот и берет креветку. Когда он приоткрыл рот, можно было даже увидеть белоснежные зубы и розовый язычок. Манеры юноши во время еды были очень изящными. Он снял маску, как только вошел в комнату, обнажив утонченное и безумно красивое лицо. Длинные ресницы обрамляли большие глаза, такие живые, словно они умели говорить. Креветка была довольно большой, и когда он запихнул её в рот целиком, его щеки надулись. В этот момент он снова стал похож на хомяка, настолько милого, что было невозможно сдержаться. Вэнь Ли уставился на губы Е Цина. Его взгляд потемнел, и он слегка наклонился к нему. Он протянул руку и приподнял юношу за подбородок, слегка применив силу, чтобы заставить его повернуться к себе. Жуань Цин, чье лицо внезапно повернули, в замешательстве посмотрел на того, кто к нему прикоснулся: «Что случилось?» «У тебя что-то на лице.» Вэнь Ли с улыбкой протянул руку и нежно вытер уголок губ юноши. Жуань Цин широко распахнул глаза. Он поспешно схватил салфетку со стола, вытер лицо и, покраснев, тихо сказал: «Спасибо, Вэнь Ли-гэ.» Они были знакомы всего лишь одно утро, но атмосфера между ними была крайне двусмысленной. Это совсем не походило на обычные отношения, скорее на пару, которая только что вступила в отношения. На самом деле, с того момента, как Жуань Цин начал есть, взгляд Вэнь Ли ни разу не отрывался от него и даже был наполнен долей агрессивности. Его взгляд, падающий на воротник юноши, казалось, желал раздеть человека перед собой догола. Но когда Е Цин поднимал голову и смотрел на него, он вновь принимал нежный вид, ничем себя не выдавая. Дверь в комнату не была закрыта, это была дверь в виде ширмы*. И как раз в тот момент, когда взгляд Вэнь Ли становился всё более дерзким, внутрь вдруг вошел человек. Мужчина вошел, посмотрел на гармоничную атмосферу между ними и сказал пренебрежительным тоном: «Похоже, я пришел не вовремя.» Услышав несколько знакомый голос, Жуань Цин замер, но в следующее мгновение он взял себя в руки, не поднимая головы и продолжая есть. Вошедшим мужчиной был Гу Чжаоси. Жуань Цин не особо запаниковал. В конце концов, пока что он не слишком сильно его обидел. Хотя он и просил одолжить денег, от начала и до конца он не оставлял ни банковской карты, ни способа перевода, поэтому, естественно, занять не удалось. Строго говоря, у него не было никаких отношений с Гу Чжаоси. И даже если он был убийцей из прямой трансляции «Комната ужасов», в присутствии Вэнь Ли он не мог просто подойти и напасть. Поэтому Жуань Цин просто проигнорировал вошедшего и продолжил есть. Вэнь Ли тоже не поднял головы, продолжая накладывать еду Жуань Цину. Однако он ответил на слова Гу Чжаоси, его голос был по-прежнему мягким: «Действительно, не вовремя.» Гу Чжаоси элегантным жестом пододвинул стул рядом с Жуань Цином, и положил на него свою одежду. Затем он сел и поднял глаза на Вэнь Ли, сидящего по другую сторону от Жуань Цина: «Доктор Вэнь не против, если я присоединюсь?» Хотя слова Гу Чжаоси и были вопросительными, на самом деле он лишь ставил перед фактом, совершенно не собираясь дожидаться согласия Вэнь Ли. По этому разговору было очевидно, что они знакомы. Жуань Цин искоса взглянул на Вэнь Ли: «Какое невероятное совпадение.» Цзян Сынянь знал его, и Гу Чжаоси тоже его знал. Вэнь Ли с улыбкой покачал головой: «Конечно, не против.» Как только Вэнь Ли договорил, Гу Чжаоси посмотрел на Е Цина, опустившего голову: «Деньги всё ещё нужны?» Жующий Жуань Цин замер, сначала быстро поднял голову и украдкой взглянул на Вэнь Ли. Увидев, что на его лице нет недовольства, он смущенно покачал головой, глядя на Гу Чжаоси, и неловко прошептал: «Не нужно, спасибо.» Когда в присутствии человека, который тебе нравится, кто-то заводит разговор о твоих долгах, это и впрямь крайне неловко. Но Гу Чжаоси, словно не понимая неловкости Е Цина, очень заботливо спросил: «Так у тебя ещё есть деньги? Ни в коем случае не строй из себя героя. Если нужны деньги, можешь сказать мне в любое время.» Жуань Цин смутился ещё больше. В его глазах собралась влага, а костяшки пальцев, сжимавших палочки, даже побелели: «Не нужно.» Гу Чжаоси, казалось, не замечал атмосферы. Подумав, он продолжил: «Тогда как ты собираешься разобраться с тем, что происходит в интернете?» На этот раз у юноши побелели не только руки; его лицо, которое только что было красным от смущения, тоже заметно побледнело, и он выглядел очень жалко. И вправду жалко. Если показать свою неприглядную и темную сторону перед человеком, который тебе нравится, этот человек наверняка посмотрит на тебя с отвращением. Не говоря уже о том, чтобы ухаживать, он, вероятно, лишится даже этой нынешней нежности. Наверное, Е Цин и сам это прекрасно понимал, потому что его лицо тут же побледнело ещё сильнее. Он даже не мог ровно держать палочки в руках. Увидев, что юноша отложил палочки, Вэнь Ли поднял бровь: «Что происходит в интернете?» Жуань Цин отложил палочки, опустил голову и прикусил нижнюю губу. Вероятно, почувствовав себя крайне неловко, он ответил срывающимся от плача голосом: «Ничего... ничего особенного.» Гу Чжаоси уже собирался что-то сказать, как вдруг почувствовал, что его потянули за край одежды. Это была рука юноши под столом; сейчас он крепко вцепился в край одежды Гу Чжаоси и не отпускал. Гу Чжаоси покосился на Е Цина, смотревшего на него покрасневшими глазами. Его тонкие губы, слегка покрасневшие от того, что он их кусал, были плотно сжаты, а на изящном лице читались обида и мольба. Он умолял его больше ничего не говорить. Гу Чжаоси поднял бровь и промолчал. Но под прикрытием скатерти он схватил изящную руку юноши. Почувствовав, что его руку схватили, Жуань Цин широко распахнул глаза и подсознательно попытался отдернуть её. Руки юноши были небольшими, но изящными и длинными, с нежной белой кожей. И хотя суставы пальцев четко выделялись, отчего руки должны были казаться костлявыми, на ощупь они оказались мягкими. Поэтому, когда Е Цин начал вырываться, желая отдернуть руку, Гу Чжаоси не пошел ему навстречу. Он повел себя ещё более дерзко, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони юноши, что несло в себе какую-то непонятную двусмысленность. Е Цин забился ещё сильнее и выдернул свою руку. Гу Чжаоси тихо усмехнулся и, глядя на Вэнь Ли, медленно произнес: «Разве доктор Вэнь не знает? Недавно в интернете...» Услышав слова Гу Чжаоси, Е Цин широко распахнул глаза и тут же оцепенел, сидя на стуле. Заметив оцепенение юноши, Гу Чжаоси издал едва слышный смешок и продолжил: «Недавно в интернете одна звезда потеряла добродетель*, поднялась довольно большая шумиха. Это как раз любимая звезда Е Цина, поэтому я просто спросил невзначай.» Вэнь Ли посмотрел на Жуань Цина: «Это так?» «Д-да.» Е Цин, похоже, не умел лгать. С чувством вины он опустил голову, не смея взглянуть на Вэнь Ли. Он больше не осмеливался вырываться, боясь, что человек рядом скажет что-нибудь ещё. Вэнь Ли не стал расспрашивать о знаменитости, про которую говорил Гу Чжаоси. Казалось, ему это было неинтересно. Он посмотрел на Жуань Цина и ласково спросил: «А Цин больше не будет есть?» Жуань Цин слегка поджал губы и тихо ответил: «Я наелся. Вэнь Ли-гэ, ешь ты.» Жуань Цин съел не так уж много, но и не мало, так что сказать, что он наелся, было вполне нормально. Вэнь Ли всё это время кормил Жуань Цина и сам почти ничего не ел. Поэтому, после того как Жуань Цин сказал, что наелся, он взял палочки и неторопливо принялся за еду. На какое-то время воцарилась тишина. Атмосфера стала немного странной. Внезапно Гу Чжаоси, словно вспомнив о чем-то, поднял глаза на Вэнь Ли и с улыбкой спросил: «У доктора Вэнь, наверное, ещё есть дела во второй половине дня?» Вэнь Ли замер. Ему почему-то показалось, что улыбка Гу Чжаоси немного режет глаз. Он вежливо улыбнулся: «Не особо. Я не очень занят. А что?» «Ничего, я просто подумал, что если доктор Вэнь занят, то попозже я сам отвезу Цинцина домой.» Сказав это, Гу Чжаоси посмотрел на Жуань Цина: «Как раз у меня к нему есть небольшое дело.» «В этом нет нужды, уж столько-то времени у меня найдется. К тому же я ещё раньше обещал А-Цину отвезти его домой.» Вэнь Ли улыбнулся и нежно посмотрел на Жуань Цина: «Верно, А Цин?» Как раз в тот момент, когда Жуань Цин, смущаясь, уже собирался кивнуть, его тихонько потянули за край одежды с ноткой предупреждения. Жуань Цин широко распахнул глаза и в панике поднял голову, чтобы посмотреть на Гу Чжаоси. Заметив взгляд Жуань Цина, Гу Чжаоси склонил голову набок и расплылся в лучезарной улыбке. Но какой бы лучезарной ни была эта улыбка, она не могла скрыть таящихся в ней угрозы и предупреждения. Словно, если Жуань Цин не подыграет ему, он прямо перед Вэнь Ли выболтает то, что говорить не следует. Уголки глаз Жуань Цина тут же слегка покраснели, его длинные ресницы затрепетали, словно перышки. Обида и грусть давили его почти до слез. Но сейчас ему пришлось опустить голову и, подчинившись желанию Гу Чжаоси, тихо произнести: «Я всё-таки не буду утруждать Вэнь Ли-гэ. Я-я могу вернуться сам.» «Отсюда так далеко до места, где ты живешь.» Гу Чжаоси не согласился: «Лучше я отвезу тебя. Ты же знаешь, я работаю по ночам, а днем мне всё равно нечего делать.» Гу Чжаоси всем своим видом показывал, что заботится о юноше, и выглядел очень внимательным. Глаза Жуань Цина наполнились слезами. Вероятно, боясь, что это заметят, он опустил голову ещё ниже: «Спасибо, господин Гу.» Улыбка Вэнь Ли померкла. Он отложил палочки, взял салфетку и вытер рот: «Отвезти А Цина домой для меня совсем не проблема. К тому же у господина Гу специфическая работа, я не осмелюсь передать А Цина в твои руки. Лучше уж я отвезу его.» Улыбка Гу Чжаоси тоже потускнела: «Доктор Вэнь шутит. Эти слова говорят обо мне так, словно я плохой человек.» Вэнь Ли улыбнулся: «Не все, кто ходят в бары, плохие дети. Но хорошие дети обычно по барам не ходят.» «К тому же бар господина Гу — не самый обычный. Будет нехорошо, если А Цин наберется от тебя каких-нибудь дурных манер и привычек.» Гу Чжаоси бросил на Вэнь Ли равнодушный взгляд и неторопливо произнес: «Бар — это всего лишь место для развлечений. Доктор Вэнь, пожалуйста, не будьте таким предвзятым. К тому же я законопослушный гражданин. Чему такому плохому я могу научить Цинцина?» Хотя оба они улыбались, атмосфера была несколько напряженной. Ощущалось, что они идут острие против острия⁵, из-за чего Жуань Цин чувствовал себя так, словно сидит на иглах и войлоке⁶. «Неужели господин Гу правда считает бар легальным местом для развлечений?» Вэнь Ли не удержался от смешка. Эта улыбка, казалось, несла в себе легкую насмешку, но если присмотреться, она по-прежнему была нежной. На лице Гу Чжаоси появилась невинность: «А разве нет? Бар — это действительно легальное место для развлечений, у меня и лицензия на ведение бизнеса есть.» Улыбка Вэнь Ли не изменилась: «В обычном баре нет босса, который приходит без приглашения и с толстой кожей⁷ напрашивается отвезти человека домой. Господину Гу всё же лучше держать дистанцию с А-Цином. В конце концов, А Цин и господин Гу — люди из разных миров*. Твое поведение лишь доставит А Цину неприятности.» Гу Чжаоси изогнул уголки губ, обнажив фальшивую, фальшивее которой и быть не может, улыбку: «Разве доктор Вэнь тоже не из другого мира по сравнению с Цинцином? И всё равно вы прекрасно ладите.» Вэнь Ли с улыбкой покачал головой: «Мы с тобой разные. У меня нормальная профессия, и я не хожу по всяким нечистым местам.» Гу Чжаоси усмехнулся и многозначительно произнес: «Нормальная профессия ничего не значит. В конце концов, знаешь человека и его лицо, но не знаешь его сердца⁸. Некоторые люди внешне кажутся чистыми, а внутри невероятно грязны.» «Об этом господину Гу не стоит беспокоиться. Все, кто хорошо меня знает, понимают, что я за человек.» «Профессия доктора очень загруженная. Обычные люди, боюсь, не имеют возможности узнать тебя получше. Единственные, кто могут тебя понять — это твои пациенты. А тем, кто не болен, лучше не беспокоить тебя.» «Я не занят. К тому же, разве общение с А Цином может быть беспокойством? Мы ведь друзья.» «Вы знакомы всего полдня, какие же вы друзья?» Они наговорили друг другу кучу намеков, и в конце концов улыбки на их лицах стали невероятно фальшивыми. А Жуань Цин тем временем старался быть как можно незаметнее, не решаясь даже поднять голову. «Являемся ли мы друзьями, не определяется тем, как долго мы знакомы. Главное, чтобы А Цин считал меня другом.» Вэнь Ли изящным движением налил чашку чая и поставил её перед Жуань Цином: «А Цин, ты ведь так считаешь?» Жуань Цин: «...Д-да.» Как только Жуань Цин произнес эти слова, его край одежды снова с силой потянули, словно выражая недовольство его ответом. Жуань Цин нервно и беспокойно сжался, не смея сказать что-либо ещё. Гу Чжаоси посмотрел на жалкого юношу рядом с собой с легкой улыбкой: «Всего лишь друзья, а не какие-то там особые отношения.» Вэнь Ли засмеялся, его улыбка была очень нежной: «Не только друзья. В конце концов, А Цин раньше признавался мне в любви.» Тон Вэнь Ли не изменился, но для слушателя это прозвучало так, словно он хвастался. На лице Гу Чжаоси появилась улыбка, словно улыбаясь, но не улыбаясь⁹: «Доктор Вэнь, наверное, всё неправильно понял. Цинцин ещё мал и не может отличить, что такое настоящая симпатия.» «Верно я говорю, Цинцин?» Е Цин вдруг широко распахнул глаза и застыл на месте, боясь пошевелиться. Под углом, невидимым для остальных, в бок юноши упирался острый предмет. Похоже, это был нож. Неизвестно когда, но перед Гу Чжаоси пропал один столовый нож. Увидев, что Жуань Цин смотрит на него, Гу Чжаоси расплылся в лучезарной улыбке. Жуань Цин приоткрыл рот. От страха и ужаса он покрылся холодным потом. На его лице промелькнула борьба, но в конце концов он стиснул зубы и дрожащим голосом произнес: «...Нет.» Голос юноши был слишком тихим, и Гу Чжаоси не расслышал: «Что?» С покрасневшими глазами Жуань Цин, даже дрожа от страха, упрямо повторил чуть громче, чем раньше: «Это не так... .» Услышав возражение юноши, Вэнь Ли улыбнулся: «А Цин действительно ещё мал, но он не такой дурак, каким его считает господин Гу.» Взгляд Гу Чжаоси похолодел, но в следующее мгновение вновь стал обычным. С безразличным выражением лица он продолжил "ты приходишь, я ухожу"¹⁰ обмениваться репликами с Вэнь Ли, словно ничего не произошло. И хотя оба они казались мягкими и приветливыми, атмосфера почему-то была гнетущей. Жуань Цин поджал губы и неловко сказал: «Я-я схожу в туалет.» Внутри комнаты был туалет, но Жуань Цин словно не знал об этом, и, сказав это, сразу же вышел. Выйдя из комнаты, Жуань Цин надел маску и только потом по указаниям официанта отправился в общественный туалет. Поскольку в комнатах были свои туалеты, в общественном туалете почти никого не было. Жуань Цин стоял перед писсуаром; его движения были медленными, и он казался несколько рассеянным. На самом деле он не хотел перечить Гу Чжаоси. Но если бы он продолжил его мысль, это означало бы отрицание того, что ему нравится доктор. Это противоречило внушению. Он просто не мог сопротивляться силе этого гипноза, поэтому его мозг опередил рассудок и выдал возражение. Значит, эта симпатия настолько сильна, что ради неё он готов пойти на смерть? Жуань Цин опустил глаза. Похоже, даже под угрозой смерти он не мог нарушить внушение гипноза, даже если у него сохранялся рассудок. Из-за того, что Жуань Цин задумался, он не заметил, как кто-то подошел и встал рядом с ним, или, вернее сказать, не придал этому значения. В конце концов, это мужской туалет, и нет ничего постыдного в том, чтобы пользоваться им вместе с кем-то. Но Жуань Цин, погруженный в свои мысли, внезапно почувствовал на себе пристальный взгляд. Жуань Цин бросил мимолетный взгляд боковым зрением на стоящего рядом человека. В тот же миг его тело застыло, а волосы на теле встали дыбом. Это был Цзи Янь! Как он здесь оказался?! Но ещё страшнее было то, что Цзи Янь тоже смотрел на него боковым зрением. Однако он смотрел не на его лицо, а на место, где рука Жуань Цина... собиралась расстегнуть брюки. Казалось, он ждал его действий.