Мы из параллельных вселенных

Очень хотелось вновь уснуть, но это уже будет перебор. Поэтому в тот день мне пришлось заниматься повседневными делами. Я сходила к научному руководителю, которая постаралась скорее от меня избавиться. Ведь с дипломом всё было идеально — мы обе это знали. Через несколько дней защита, к которой я на сто процентов была готова ещё месяц назад, волноваться не о чем. А в моем сне дипломная и все курсовые работы давались мне с большим трудом. Отчасти из-за нехватки времени и сил — мне приходилось постоянно подрабатывать, чтобы сильно не напрягать родителей с деньгами; отчасти из-за какой-то необъяснимой лени. Возможно, эта проблема была от нервов. Как и кожная болезнь. Это были красные шелушащиеся пятна на коже головы, которые иногда переходили и на лицо, они появлялись только тогда, когда я сильно нервничала. Я посмотрела на свое реальное лицо в зеркале. Никаких лишних пятнышек. Просто идеально. После университета мне захотелось навестить родителей. Папин офис находился как раз рядом с их домом. К счастью, было как раз время обеда, мама накрывала на стол. В обеденное время все телефоны отключались, на фоне играла легкая музыка. После еды отцу незамедлительно пришлось встать и убежать работать. — Мам, знаешь… мне приснился сон, там было всё по-другому. Папа смотрел телевизор во время обеда, и не только. Это было его хобби, — неожиданно для себя начала я рассказывать свой сон. — Хорошее хобби, ты считаешь? — Нет, конечно. Телевизор отнимает так много сил и времени, как и эти социальные сети. Лучше бы их вообще не было. Или были бы, но в другом формате. — У тебя все хорошо с Анатолием? — Нет, мы в ссоре. Мне кажется, это не мой человек и я не хочу с ним больше встречаться. — Оля, я не буду тебя заставлять с ним мириться, но хочу только попросить не принимать поспешных решений — ты потом можешь пожалеть, а обратно ничего не вернуть. Ещё не забывай об отце. Он может резко негативно воспринять некоторую информацию. Помни — у него сейчас много забот и нервов. Но если тебе нужен совет — обращайся. Помогу, чем смогу. — Пистолет есть? — вспомнила я старую шутку из детства. — На этот раз есть. Поможет? — Мама! — ужаснулась я, — откуда у тебя пистолет! И в этот раз он точно не поможет. Мама обняла меня. Эта часть моей жизни была неизменна и во сне. Мама меня всегда любила, старалась относиться с пониманием абсолютно ко всему. Оставшуюся часть дня я решила провести в тренажерном зале, чтобы измотать себя до последней капли. Делая растяжку, я сравнивала свою жизнь со своим сном. Во сне не было тренажерных залов. Для меня это было слишком дорого. Зато я много ходила пешком, старалась делать растяжку у себя в комнате, хотя на это было мало мотивации. Ведь гораздо веселее и безопаснее делать это с профессиональным тренером, а не по разным дешёвым и непроверенным видеокурсам. Зато тот парень, в которого я влюбилась во сне, с легкостью мог сесть на шпагат, это выглядело очень удивительно при его высоком росте. Он всё детство ходил на какие-то танцы. То ли народные, то ли спортивно-бальные… это, наверное, выглядело бы смешно, когда парень гораздо более гибкий, чем его девушка. Я занималась усерднее и дольше обычного, поэтому после тренировки мне едва хватило сил принять душ и добраться домой. Кровать показалась мне невероятно мягкой и пушистой, я сразу уснула. *** Во сне я испытывала чувство голода. Мы ходили с любимым по магазину и искали самые дешёвые продукты, которые были. В кармане сто рублей. Мне хотелось плакать, потому что фрукты так восхитительно пахли, а дома была только соль и сахар. Любимый крепко сжимал мою руку и обещал, что мы справимся, и настанут лучшие времена. Я ему верила и старалась не плакать, ведь ему тоже приходилось нелегко, а ещё ему хотелось есть больше, ведь он больше работал руками, а физический труд требует много сил. Но он всегда делил всё ровно пополам, не смотря на мои протесты. *** Мой сладко-горький сон перебил телефонный звонок. Это была жена брата, и она слёзно просила приехать к ним. Я удивилась, но потом поняла — это не она рано звонит, а я проспала до часу дня. Когда я пришла к брату Саше и его жене Насте, я увидела настоящий балаган. Сашка шумно чинил балкон. Казалось, он просто забивал гвозди в стену. Настя так же громко мыла посуду, заливая кухню мыльными брызгами. По всей квартире носились их игривый кот и чихуахуа, видимо думая, что сегодня им все позволено, раз хозяева сами так суетно себя ведут. В зале не менее громко работал телевизор, и туда-сюда летали какие-то вещи. Это Ксюша метала свои нужные вещи в чемодан и ненужные из чемодана. Притом из одной категории в другую вещей могла перейти несколько раз. Увидев меня, она разревелась. — Что ты тут делаешь? Ты мне совсем не поможешь! У тебя хороший богатый парень из приличной семьи! И ты не залетела от него в семнадцать! — Подожди, ты говоришь…? Разве вы не только познакомились? — Два месяца назад! Это что-то для тебя изменит? — У твоего парня фамилия не Лабурец случайно? Ксюша мгновенно затихла и перестала шмыгать носом. — Откуда ты знаешь? Я никому этого не говорила, совсем никому! Я решила рассказать весь случайно подслушанный разговор. А потом до меня дошла другая информация: — Ты беременна! — Да, я же тебе раньше сказала. А насчет того телефонного разговора — у нас с ним такая договорённость: никому не говорить о беременности, а сказать, про любовь с первого взгляда и всё такое. Но твой мозговыносящий брат меня раскусил, гад! — А ты… хочешь ребенка? — Вообще-то нет! Но не могу же я пойти на такой грех и избавиться от него! — Зато взять на себя всю ответственность можешь?! — вклинилась в разговор Настя. — Могу! Я ухожу от вас. Мы легко сами проживем! — Да ни черта ты не можешь! Даже помыть за собой посуду не можешь! — А ты — старородящая! — решила Ксюша ударить сестру по больному, но неожиданно была награждена пощёчиной и разревелась, — ты не придешь ко мне на свадьбу! И племянника моего никогда не увидишь, ты поняла меня! Меня одолевали противоречивые чувства. Ксеня действительно была маленькой, рано залетевшей дурочкой. Да и это было подло с ее стороны, так задевать Настюшу, зная её больное место. С другой стороны, её было жалко. Ну, родит она, будет питаться дешевой едой, сидеть дома у мужа на шее. Никаких развлечений в ближайшие пару лет. Я помогла ей спустить чемоданы и вызвала такси. — Оля, ты приглашена на нашу свадьбу. Она будет через две недели. Приходи обязательно. Будем отмечать у Витали дома. Адрес скину позже. И ещё… — она опустила взгляд и шаркнула ножкой, — ты не могла бы мне одолжить пару тысяч? Сама понимаешь, молодая семья, всё такое. «Долг» мне вряд ли бы мне вернулся, поэтому сунула ей в руки одну тысячную купюру: — Больше нет с собой. — Спасибо, — прошипела она. Ксюша села в машину и уехала, вместе с ней уехали мои жалость и сочувствие. Осталось только раздражение и неприязнь, но я попыталась поскорее отделаться от этих чувств и не портить себе настроение. День был жаркий, и я решила позвать Нику в аквапарк, ведь уже давно хотела поплавать и искупаться. Мы веселились весь день, я очень хорошо отдохнула. А вернувшись вечером домой, я осознала, что весь день не вспоминала ни Толю, ни свои ночные грёзы. Стало даже немного стыдно перед Толей, но чувство стыда не смогло заставить меня позвонить ему. Мне всё ещё не хотелось к нему возвращаться. Было так легко и спокойно, не приходилось ни перед кем отчитываться, почему я ездила куда-то кроме универа, и почему в аквапарке на мне был такой открытый купальник. С этой мыслью, я выпила таблетку для сна и легла навстречу мечтам. *** В этот раз сон не был наполнен теми приятными ощущениями. Я стояла за кулисами, а любовь всей моей жизни танцевал на сцене танго. Его партнерша была высокая, ему подстать, в длинном красном платье с откровенным разрезом на бедре. Они двигались невероятно красиво и чувственно, словно танцевали друг с другом всю жизнь, хоть это было не так. Я испытала в груди странное чувство жжения, до сих пор мне не знакомое. К сожалению, в русском языке нет слова, которое бы с точностью описало это ощущение — смесь ревности и зависти. И с одной стороны, это было бессмысленно, но даже от осознания этого жжение никуда не уходило. Завершив танец, пара поклонилась и за руку ушла за кулисы. Он смотрел на меня и улыбался, ждал похвалы. Несмотря на ревность, я сделала это со всей искренностью — ведь танцевал он действительно шикарно. После мероприятия мы отправились гулять по ночному городу, и я сказала ему, что тоже хотела бы так танцевать. — Не вопрос! Иди в «Альтаир». Скоро как раз начнется осенний набор. — Но мне сложно будет найти партнера. А хотелось бы именно в паре танцевать. — Запишись сначала, может партнер подберется. Или на начальном этапе походишь одна. — А может… — я смутилась, шумно выдохнула, и слёзы навернулись на глаза, — ты потанцуешь со мной? — Нет, любимая. Мне будет скучно. И мы не подходим по росту. Мне с тобой будет неудобно. Мы никогда не будем партнерами по танцам. Он был прав, в каждом своем слове прав. Мне не дойти до его уровня, надо заниматься много лет, но это было нереально при отсутствии партнера. И еще эта дурацкая разница в росте… я встала перед выбором — либо идти одной и учиться хоть чему-то, либо осознать, что мной, по большей части, движет ревность, и отказаться от этой мысли. — Пожалуйста! Научи меня ты, — стала выпрашивать я, хотя пора было остановиться и закрыть тему. — Я не тренер. Я умею только танцевать, а не учить. Я разозлилась на него за кажущееся безразличие. В том сне мы сильно поссорились, было очень больно. Это был самый худший кошмар.