ВОРОНеж

Оставить У меня никогда не было привычки зариться на чужие вещи. А то, что эти таблетки принадлежали другому человеку, подтверждали два вскрытых отсека. Звонок. Здесь он особо громкий и противный. Мои уши свернулись в трубочку, и я поспешила спрятаться от этого отвратного звука в классной комнате под нумерацией "222". Класс не представлял из себя особого зрелища, обычное помещение, потрепанное временем и учениками. Осознав, что у меня пока ещё нет места за партой, как и смысла проходить дальше тоже, я неловко затисалась в дверном кроме, явно мешая находившейся позади меня толпе пройти. Я вплотную прижалась к деревянной двери, давая проход своим возможно будующим одноклассникам. В конце оравы безразличных лиц вальяжно цокала каблуками пожилая женщина, которая судя по всему являлась моей классной руководительницей. Дойдя до меня, она одарила мою персону озадаченным взглядом. - Нина Гнездова? - преподавательница вопросительно вскинула бровь. - Д-да, - запинаясь, нелепо ответила я. - Чего в проходе жмëшься? Проходи, садись за крайнюю у окнаокна, сейчас отмечу тебя, - учительнтца прошлась глазами по раскрытом у журналу, который она несла в рукахруках, после чего указала ладонью моё место за партой. - Спасибо, - еле слышно отозвалась я и прошмыгнула на своё место так аккуратно, как только могла, потому что осознавала, что привлекаю и без того много лишнего внимания. Сев за деревянную парту я словила на себе пару или тройку, казалось бы, равнодушных взглядов, но преподаватель требовала полной тишины и внимания на своём предмете, поэтому разогнала всю подростковую заинтересованность ко мне... Таким образом прошëл весь учебный день без сучка и задоринки. Уроки протекали относительно быстро, из-за статуса новенькой, учителя меня не дëргали... Ученики изредка поглядывали на меня, но никто не захотел со мной познакомиться. Признаюсь честно, я ожидала иного, в один момент даже сама хотела заговорить с кем-то, кто "побезопаснее" выглядел, но в последний миг застенчивость брала верх. Отсутствие новых знакомых в школе меня немного расстроило, хоть здравый смысл и пояснял мне, что: " Не всë и не сразу! ". Из класса после завершающего урока я вышла поникшей. Настолько поникшей, что по всей видимости перепутала коридоры и вместо выхода приплелась к туалету. Я оторвала глаза от пола, как только почувствовала запашок хуже, чем от компостной кучи и увидела перед собой стену, обложенную плиткой. Сразу поняв ситуацию, я крутанулась на каблуке своих балеток в обратную сторону и уже собралась выходить, как вдруг... Крик Он был не дольше секунды, словно его насильно оборвали. Я приложила ухо к кафелю в надежде расслышать диалог, который бы прояснил происходящее. Глухие кряхтение раздавались с мужской стороны туалета и перебивались хохотом вперемешку с потоком неразличимых обзывательств. Для меня не было секретом, что парни решают все свои вопросы "раз на раз", но судя по тому, что я услышала, схватка была неравная - не было двух протестующих сторон, были лишь нападающий и жертва. Смех стал затихать, мной уловился отчетливый звук чьего то падения. Я потеряла бдительность, пока строила догадки... Запертая ранее дверь резко распахнулась, чуть не заехав мне по носу. Я выглянула из-за дверных петель и направила слегка испуганный взгляд на выходящих людей. Подростки раза в два выше и шире меня переговаривались между собой на грубых тонах, они даже не обратили на меня внимания... В любой другой ситуации меня бы это оскорбило, но в данной - очень даже радовало. С ложным облегчением я прикрыла глаза и полностью вышла из-за за своей "крепости". - Ты чего здесь ошивается? - я врезалась во что то твердое. Я подняла голову, чтобы рассмотреть преграду на своём пути. Самые нежеланные догадки подтвердились, это был один из представителей местной шпаны. Его голос звучал за стеной чаще остальных, не удивлюсь, если он был зачинщиком. - Что по твоему я могу делать в туалете? - в минуту, что так воняла керосином, я поражалась своей дерзости. - На мужской половине? Не знаю, - от оппонента за версту несло грубым сарказмом. - И не стыдно тебе над девушкой такие допросы проводить? - я скрестила руки на груди, присутствовало чувство, что меня размажут по полу, если я хоть на секунду сдам позиции. - И правда, что у меня дел других нет? - парень повысил тон, но после этого сразу же удалился из моего поля зрения. Простояв на этом месте ещё какоето время, я смягченно выдохнула. Эта битва харизмы была выиграна! В победном настроении я твёрдо зашагала внутрь мужского крыла туалета. Задача стояла донельзя простая : найти пострадавшего и оказать, пока ещё не придуманную мной помощь. Уже находясь в стенах недавнего ринга, я заметила рыженькую девчушку, которую видела перед первым уроком. Она валялась в углу и ежесекундно предпринимала бесполезные попытки подняться. Зрелище вызывало противоречивые чувства, но чем глазеть, я лучше избавлю и еë и себя от этого. Я осторожно подошла к потерпевшей и присела напротив неё на корточки. - Как они тебя сюда затащили? - в голове ютились мысли одна мрачнее другой. Девушка посмотрела на меня нечитаемым взглядом... Вернее... Это была не девушка... Тонкая линия губ, форма разбитого носа и короткие рыжие ресницы выдавали в школьнике парня. Пусть я ещё и не обращалась к нему в женском роде, мне почему то стало невероятно стыдно. - А тебя? Какой бес тебя сюда тащил? - формулировка ответа была черезчур грубой, но голос, который её произнёс был тихим и жалобно хриплым. - Чего огрызаешься? Тебе помочь пришла... - оскорбляют - отвечай... Но такого побитого и униженного бранить совсем нет желания. - Как? - сухо отозвался парень и вновь безуспешно попытался встать. - Вот по ходу и придумаю... - одну руку я просунула ему под подмышку, а другой придерживала его плечо. Оппонент, пользуясь моей поддержкой, твёрдо упёрся ногами в пол. - Они тебе точно ничего не переломали? - сказала я, сверля взглядом непроизвольно подкашивающуюся правую ногу парня. - Не драматизируй, - он тоже обратил внимание на ногу, которая при всех его усилиях продолжала бессильно сгибаться в колене. - До лавки какой дойти сможешь? - с какой же жалостью я тогда на него смотрела, словно он был утомленным котёнком или щенком. - Зачем ты всё это делаешь? - на меня уставилась одна шартрезовая радужка, другую невозможно было увидеть за кудрявой челкой. - Не вижу смысла отвечать, - проблемы "котёнка" с самооценкой - самое последнее, что будет меня останавливать при его спасении. - Ты же понимаешь во что вляпалась? - мало-помалу мы начали движение в сторону коридора. - Ну объясни мне, раз уж такая пьянка, - он определённо преувеличивал негативные последствия моей помощи. - Здесь благотворительность не ценится... За эту помощь ты можешь завтра занять моё место, - говорил рыжик делая успешный шестой шаг. - Может быть, - мой энтузиазм слегка поумерился, - Тогда завтра ты меня до лавочки дотащишь, лады? - но после, по необъяснимой причине, вернулся обратно. А в ответ - тишина... Ну я и не ждала ответа, небось парнишку запугали будь здоров. Закончив свои пререкания, мы дошли до ближайшей парковки наших седалищ. - Сам усядешься? - вопрос звучал глуповато. - А есть предложение посадить меня на колени? - невесело пошутив, собеседник с горем пополам, наконец присел. Я плюхнулась рядом и сразу вцепилась в облик оппонента глазами, ибо появилась возможность разгядеть его получше... Личико и без детального рассмотрения ранее представало дрыщавой, а из за этого угловатой, композицией зеленого глаза, носа, отнюдь не густых бровей и прочего... На тонкой застиранной ткани кожи ютились синяки и царапины, нагло заходя друг на друга, они говорили о том, что с беднягой не в первый раз так жестоко обращаются. Опустив глаза чуть ниже, можно было полюбоваться на одежку парня, которая была ему велика далеко не на один размер. Зелёная кофта выглядела тёплой и скорее домашней, нежели повседневной. Про серые брюки сказать было нечего, кроме того, что они собирались огромными складками в коленях, над ботинками и на уровне паха. - Почему затихла? Наконец поняла, что совершила ошибку? - рыжие кудри качнулись, вместе с ними качнулось осознание того, что я аморально долго пялюсь на своего собеседника. - Не-не... Вот вспомнила, что не съела сегодня то, что мне в школу давали, - произнеся это, я расстегнула молнию на своей сумке. - И? - голос оппонента стал уж совсем тихим, отзывался усталостью. - Ну чего и?... Сейчас на пару и заточим, - я радостно вынула заботливо завёрнутые в пакет бутерброды. Глазки рыжика округлились, как только я настойчиво всунула ему в ладони хлеб с ломтиками варёной колбасы. - Вот только не говори, что не ешь такое... - не дожидаясь парнишку, я вовсю принялась наслаждаться маминой незамысловатой стряпней. - Да нет... Спасибо, - рыжик недоверчиво наложил на хлеб свои резцы, - Я уже говорил, благотворительнос... - Здесь не ценится! Слышала я уже эту оперу, - половина моего бутерброда уже была на станции "пищевод". С лицом: аргументов у меня больше нет, рыжик продолжил жевать. - М! Совсем забыла у тебя имя спросить! - меня осенило после последнего, по закону самого вкусного, куска. - Тась... То есть Стас, - закончив трапезу, собеседник неловко представился. - Тебя Тасей мама зовёт, или как? - запрятав пакет обратно в сумку, я задала Стасу вопрос. Внезапно брови парня сошлись на переносице, и атмосфера резко изменилась. - Нет. Ещё раз спасибо, мне пора, - черство поблагодарив меня, Стас встал и быстро заковылял на больной ноге в противоположную от меня сторону. За небольшое время нашего общения я не раз ставила его в ступор, но в итоге ошарашенной осталась сама. Бьюсь об заклад, что затронула больное... И вот что теперь делать?... Конец первого эпизода