One Step at a Time

***

— Давай, Чимин, ты можешь привести с собой Союн, — заскулил Тэхён в телефон, — Там не будет ни капли алкоголя. Всё будет хорошо. Намджун и Джин хотят её увидеть, да и тебя, если уж на то пошло. — Не знаю, Тэхён, — вздохнул Чимин. Он был в ситуации: — Союн хотела поехать к моим родителям на выходные. — Давай, Чимин? — спросил Тэхён. — Слушай, ты должен мне, да? Ты сказал, что если я присмотрю за Союн, когда ты в последний раз встречался с Юнги, то ты отплатишь мне. Что ж, теперь время пришло. Я в поисках своей платы. Чимин вздохнул в трубку: — Хорошо, Тэхён. Я буду там. В следующий раз хотя бы предупреди мне за день, а не за час? — Ты же знаешь, что этого никогда не случится. А теперь поторопись и тащи сюда свою задницу! — Ага-ага. Чимин не стал стучать в дверь, когда пришёл туда. Он никогда не делал этого, когда его приглашали. Теперь, когда его не пригласили, он знал, что нужно постучать, потому что иначе был бы шанс, что Тэхён отсасывает у Чонгука на кухне. После этого инцидента Чимин всегда стучал. Его дочка вывела его из задумчивости, когда она задала ему вопрос. Чимин покачал головой и очистил её от любых образов, которые не хотел вспоминать. — Папа, а торт будет? — спросила Союн, держа его за руку. — Хм, я не уверен, тыковка, — ответил Чимин, — может быть. — Если торта не будет, ты принесёшь мне торт? — Союн, люди подумают, что ты избалована, если я буду приносить тебе пирожные каждый раз, когда ты захочешь. — Чимин знал, что его дочь избалована. Но между избалованным привередой и добрым избалованным ребёнком была разница. — Я знаю, папочка, — покачала головой Союн, — Просто я очень люблю торт. — Я знаю, крошка, — засмеялся Чимин, — может, Тэхён купил торт. Нам просто нужно будет посмотреть. Его дочка засмеялась и потянула его за руку. — Пойдём, папочка! Я хочу пойти к дяде Тэ. Чимин улыбнулся, и они двинулись к квартире Тэхёна и Чонгука. Когда они вошли, Союн подбежала и обняла Тэхёна. — Эй, божья коровка, ты сегодня красивая. Союн воспользовалась этим как возможностью продемонстрировать платье, которое недавно купил ей Чимин. — Папа купил мне новое платье, — снова покрутилась она, — Папа сказал, что это платье цвета моих глаз, поэтому он просто обязан был купить его для меня. — Тэхён и Чонгук посмотрели вверх на Чимина, а затем снова на Союн. Они не могли скрыть своего хихиканья. — Союн! — сказал Намджун, выходя из коридора. — Дядя Джуни! — Союн подбежала и прыгнула к нему в объятья. Намджун поднял её в воздух. Когда-то это заставило бы Чимина нервничать, но теперь он доверял Намджуну. С возрастом мужчина стал менее неуклюжим. Надеюсь, так и останется. Сокджин, вышедший из кухни, подошёл к своему партнёру. — Эй, ну-ка! Ты же не можешь забыть обо мне, не так ли? — Дядя Джини! Чимин смеялся, наблюдая, как его дочь поглощает внимание, которое ей уделяют эти двое мужчин. — Вот видишь, разве ты не рад, что пришёл? — Тэхён подтолкнул Чимина. — Она очень счастлива, знаешь? — Да, да, — сказал Чимин, — а завтра, когда она раскапризничается из-за недосыпа, я отправлю её к тебе. — Я не против. Мы с Куки… — слова Тэхёна прервал звонок в дверь. — Кто это? — спросил Чимин. Он знал только, что их будет пятеро. Тэхён проигнорировал его и подошёл к двери. Когда он открыл ее, Чимин был шокирован, увидев, как Хосок входит в дверь, а затем был потрясён ещё больше, когда в дверь вкатился некий блондин: Юнги. Глаза Чимина расширились. Он и не подозревал, что Юнги будет здесь сегодня вечером. Он подошёл к дивану и незаметно притянул Чонгука к себе. — Вы двое не сказали мне, что Юнги будет здесь сегодня вечером? — Да, Тэхён не упомянул об этом? — Нет, Чонгук, он не сказал. Союн ещё не знакома с Юнги! — резко прошептал Чимин. Он не был глупцом, он упомянул Союн, что она скоро познакомиться с его новым другом. Он даже сказал ей его имя, но не ожидал, что сегодня вечером она встретится с ним. — Уф, какая разница, — тихо простонал Чимин. — Прости, Чим, я не подумал об этом, — Чонгук опустил глаза, — Мы не подумали об этом. — Всё в порядке, Чонгук… — его слова были прерваны, когда он услышал свою дочь. — Хоби! — завизжала она. Чимин повернул голову, чтобы посмотреть, как его дочь подбегает к Хосоку. — Привет, Союн, как ты поживаешь в этот прекрасный день? — У меня всё замечательно, Хоби! Посмотри на моё новое платье, которое мне купил папа, — покрутилась Союн для него, как она делала это с Намджуном и Сокджином. Его дочь остановилась, когда заметила Юнги. Его дочь определенно не была застенчивым человеком. Он научил её быть уверенной в себе, но также она была достаточно умна, чтобы опасаться незнакомцев. Чимин подошёл к дочери, которая продолжала разглядывать Юнги. Чимин присел рядом с ней. — Союн, это Юнги. Союн посмотрела на отца: — Новый друг папы? — Да, милая, новый друг папы, — Чимин посмотрел на Юнги и улыбнулся, — Почему бы тебе не поздороваться, Союн? Союн посмотрела на Юнги: — Привет. — Чимин втянул воздух, и казалось, что мир на мгновение остановился. Что, если его дочери не понравится Юнги? Что, если они не подходят друг другу? — Привет, Союн, у тебя очень красивое платье. — Юнги улыбнулся девочке. — Правда! Ты так думаешь? — Чимин выдохнул, когда увидел, как засветилось лицо его дочки. — Да, — кивнул своей головой Юнги, — Оно очень подходит к твоим глазам. — Папа сказал то же самое! — Союн посмотрела на отца и улыбнулась: — У меня голубые глаза, потому что я только наполовину кореянка. Поэтому я не похожа на своих друзей или дядей. — Всё в порядке, — заявил Юнги, — Ты не обязана выглядеть как все. Я думаю, что у тебя очень красивые глаза. Союн хихикнула. — Почему ты сидишь в этом кресле? Лицо Чимина вытянулось: — Союн, не груби! — отругал он. Он редко ругал свою дочь, и то, как она вздрогнула, заставило его чувствовать себя плохо. Юнги поднял руку к Чимину. — Нет, всё в порядке. — Юнги вздохнул и продолжил: — Я сильно заболел и теперь я не могу ходить. Это кресло помогает мне передвигаться. — Это потому, что ты не ел овощи? — невинно спросила Союн. — Папа говорит, что если я не буду есть овощи, то заболею. — Твой папа прав. Тебе нужно есть овощи, Союн. — Юнги не ответил на её вопрос, но то, как её лицо изменилось, означало, что она решила, что он сказал «да». — Ладно, Союн, хватит вопросов, — хлопнул в ладоши Тэхён, — Джин приготовил домашнюю пиццу, а она скоро остынет. — Тэхён подхватил Союн на руки и понёс её на кухню. Чимин встал с того места, где он сидел на полу. — Привет, — сказал он, немного застенчивее, чем планировал. — Привет, — улыбнулся Юнги, — Твоя дочь очень красивая. Она очень похожа на тебя. Чимин почувствовал, как его щёки запылали. — У неё также нет фильтра, если ты не заметил. — Меня это не беспокоит. Я люблю слушать детей, они могут рассказывать истории, которые никто другой не может. — Я очень рад, что вы наконец-то встретились, — сказал Чимин, — Хорошо, что всё так получилось. Надеюсь, ты не против, что встретился с ней так скоро? — Нет, конечно нет. Я хотел, вообще-то, но я не хотел нарушать твою зону комфорта. Я знаю, как трудно родителям-одиночкам знакомить своих детей с особенными друзьями. Чимин кивнул. — Давай, пойдём возьмём пиццу, пока она не остыла. Остаток вечера они провели за столом, разговаривая и смеясь. Союн была в центре развлечений и поглощала всё внимание, которое могла привлечь. Чимин наблюдал, как она легко открылась Юнги, без конца рассказывая ему истории, болтала с ним о своих платьях и даже в какой-то момент села к нему на колени, чтобы прокатиться с ним. Чимин не мог поверить, как легко они нашли общий язык. Его дочери часто требовалось время, чтобы узнать кого-то получше, прежде чем открыться так скоро. Чимин не мог не почувствовать облегчение от увиденного перед ним зрелища. К концу вечера Союн начала закрывать глаза. Чимин мог сказать, что она устала, и ей уже давно пора спать. Чимин пожелал им всем спокойной ночи, прежде чем отправиться домой. Поездка была недолгой, и когда он добрался до дома, Союн уже отключилась. Чимин решил, что просто искупает её утром вместо того, чтобы возиться с ней вечером. Уложив её, он почувствовал, как его телефон зажужжал в кармане. Юнги Хэй, ты добрался до дома?

Чимин

Да, я только что уложил Союн.

Она уснула ещё до того, как её голова коснулась подушки.

Юнги Она, должно быть, устала.

Чимин

Точно.

Я решил, что сегодня мы пропустим купание вместо того, чтобы сражаться.

Юнги Я хотел кое-что узнать.

Чимин

И что же это может быть?

Юнги Я хотел спросить, не хочешь ли ты поужинать у меня дома? Я неплохо готовлю, по крайней мере, так мне говорит Хосок. Чимин посмотрел вниз и трижды перечитал сообщение. Готов ли он пойти к Юнги… один? Он не знал, готов ли он к такому развитию событий. Он снова посмотрел на свой телефон и чуть не подпрыгнул, когда тот снова пискнул. Юнги Я также хотел узнать, не хочешь ли ты взять с собой Союн? Раз уж я встретился с ней сегодня вечером, я подумал, что это может быть нормально? Ну такого я точно не ожидал. Как я могу сказать нет, сейчас? Ничего не случится, если я возьму с собой Союн. По крайней мере, ничего такого, с чем бы я не смог справиться.

Чимин

Конечно, мы с удовольствием.

Когда ты планируешь?

Юнги У тебя есть чем заняться в среду вечером, может быть, в 4 или 5 часов? Среда была через три дня, и у него не было никаких дел на тот вечер. Напиши ему, тупица. Перестань думать и напиши ему ответ.

Чимин

По-моему, 5 отлично звучит.

Юнги У Союн или у тебя есть какая-нибудь пищевая аллергия, о которой я должен знать? Чимин был, мягко говоря, в шоке до такой степени, что он разинул рот. Неужели даже Тэхён раньше не задавал ему такой серьёзный вопрос? У Союн не было пищевой аллергии, поэтому Чимин никогда не задавался этим вопросом.

Чимин

Ты в тайне отец???

Юнги Нет, а что?

Чимин

Не знаю, у тебя хорошо это получается. Но нет, у Союн нет аллергии.

Спасибо, что спросил, это правда много значит, что ты подумал о чём-то подобном.

Юнги Я рад. Значит, в среду в 5?

Чимин

Да.

Юнги Хорошо, доброй ночи.

Чимин

Доброй ночи.

Чимин улыбнулся, смотря в свой телефон. Он не мог поверить, насколько заботливым был Юнги. Он не мог не чувствовать себя немножко радушным в этой ситуации. Он разделся и натянул пижамные штаны. Его кровать была приятной на ощупь, простыни — прохладными, но уютными. Он ничего не мог с собой поделать, но его нижняя часть тела начала пробуждаться. Прошло уже больше месяца с тех пор, как он в последний раз кончал. И по какой-то причине его тело очень хотело этого сегодняшним вечером. Он посмотрел в свой телефон, чтобы проверить время, прошло тридцать минут с тех пор, как он уложил Союн. Может быть, он сможет облегчить себе душу, когда ему это нужно? Будучи отцом-одиночкой, он усвоил три вещи: 1. Взрослеть было трудно; 2. Ему не нужна была сексуальная жизнь, и у него действительно никогда не было времени на мастурбацию; и 3. Пользуйся своими, немногочисленными и далеко не всегда удачными шансами, потому что они выпадают не часто. Он наклонился и достал из ящика комода немного смазки. Если он собирался сделать это, тем более, что это могло быть последним на какое-то время, он собирался сделать это правильно. Он осторожно спустил штаны, но не снял их. Если бы ему пришлось остановиться, было бы проще всего быстро натянуть штаны обратно. Он потянулся вниз и слегка погладил себя насухую. Его руки были грубыми, но тёплыми. Достаточно тёплые, чтобы с его губ сорвался лёгкий стон. — Чёрт, — тихо сказал он, выдавливая немного смазки на руки, чтобы разогреть её. Он взял себя в руки, его член уже болел. Он так давно не прикасался к себе, что даже не хотел дразнить. Его тело хотело разрядки. Он хотел позволить своим мыслям разгуляться, но если бы он отвлёкся, его мысли вернулись бы к крошечному человечку, который каким-то образом пробрался в жизнь Чимина. Он ещё не дошёл до этого состояния, ему не нужно было думать о Юнги в таком ключе. По крайней мере, не сейчас, не до того, как он его поцелует. Вместо этого Чимин сосредоточился на ощущении своей руки. Ему нравилось, когда он мокрый, с изгибом при движение вверх. Он хотел, чтобы захват был плотным и быстрым. Он не любил медленных движений, не тогда, когда он сам себя возбуждал. И уж точно ему не нравилось, когда ему отказывали в оргазме. Прошло совсем немного времени, прежде чем Чимин начал двигаться навстречу его руке. Его тело, за постыдное количество времени, уже гналось за разрядкой. Через несколько минут он кончил в свою руку. Его сперма забрызгала его живот и стекала по его кулаку. Она было густой, что было связано с тем, что он не кончал больше месяца. Он наклонился и взял салфетку из коробки, которая невинно стояла на углу прикроватной тумбочки. Он вытерся и выбросил салфетку в мусорное ведро рядом с тумбочкой. Теперь его тело стало тяжелым, его глаза искали темноту. Он чувствовал себя спокойно и не мог дождаться среды. Что-то с появлением Мин Юнги изменило его жизнь, и, честно говоря, он не мог нарадоваться.