One Step at a Time

***

Чимин вздохнул, отключившись от звонка. Быть преподавателем по вокалу было здорово, пока тебя не пригласили на рекрутинговую конвенцию в Японию. А ещё замечательнее, когда все его няни — Тэхён (у которого был грипп), Чонгук (который жил с ним), Намджун (который был дежурным медбратом) и Сокджин (который не мог закрыть ресторан на неделю) — были заняты. И он также не мог взять её с собой.

Чимин

Пожалуйста, скажи мне, что тебе не обязательно ехать в Японию.

Хосок К сожалению, да. Я не был там последние два года, так что теперь настала и моя очередь.

Чимин

Чёрт.

Никто не может присматривать за Союн.

Тэ болен, все заняты.

Хосок Прости. Я хотел бы, чтобы они были более снисходительными.

Чимин

Ух. Я что-нибудь придумаю.

Хосок А как же Юнги?

Чимин

Не знаю. Возможно, Союн может быть слишком для него.

Хосок Не стоит недооценивать Юнги. Думаю, это пойдёт ему на пользу, ведь мы уедем на неделю. Обычно я не уезжаю так надолго, но бывало и так. Он владеет фирмой, поэтому может сам выбирать часы работы.

Чимин

Хорошо. Я спрошу его.

Чимин не знал, сможет ли Юнги справиться с Союн, если он будет до конца честен. Не то чтобы он не доверял Юнги, он доверял. Но он не мог себе представить, как справится с ребёнком, находясь в инвалидном кресле. Тем не менее, у него не было другого выхода.

Чимин

Привет. У меня вопрос.

Юнги Стреляй.

Чимин

Итак, меня вызвали на рекрутинговую конвенцию в Японию на неделю.

Тэхён заболел, и все заняты.

У меня нет никого, кто мог бы присмотреть за Союн.

Юнги Хосок рассказал мне об этом. Он тоже уезжает на неделю. Хочешь, я посмотрю за Союн?

Чимин

Тебя это не затруднит?

Пятилетние дети — это сложно.

Юнги Я знаю. Я практически продвинутый социальный работник. Тебе подходит?

Чимин

Да, конечно. Я доверяю тебе.

Юнги Когда ты уезжаешь? Хосок мне этого не говорил.

Чимин

…завтра. Я понимаю, если это слишком рано.

Я всегда могу спросить у родителей.

Чимин не хотел спрашивать своих родителей. Они по-прежнему были не в лучших отношениях, и он не очень-то хотел, чтобы они смотрели за его ребёнком. Он доверял своим родителям, но не хотел иметь дело с головной болью. Юнги Ты хочешь привести её сегодня вечером или завтра утром?

Чимин

Мой рейс в 04:00. Думаю, сегодня будет лучше всего.

Юнги Я буду готов. У нас нет дополнительной комнаты, но она может остаться в комнате Сока. Там нет ничего такого, о что она могла бы пораниться. И вряд ли он сегодня вернётся домой.

Чимин

Спасибо, Юнги. Я привезу её около семи.

— Союн! — позвал Чимин с кухни. — Ты можешь подойти сюда? Его дочь вошла на кухню с улыбкой на лице и плюшевым мишкой в руках. — Что, папа? — спросила она. — Детка, могу я тебя кое о чем спросить? Она кивнула. Чимин поднял её на руки. — Папе придётся уехать на неделю в Японию… Дядя Тэхён не может забрать тебя к себе. Как ты смотришь на то, чтобы остаться с Юнги? — Тебе обязательно ехать, папа? — она надулась. Чимин ненавидел оставлять её одну, и неделя показалась ему целой вечностью. — Да, крошка. Это всего на шесть дней. И если тебе что-нибудь понадобится, дядя Джуни и Джини будут на расстоянии одного телефонного звонка. Союн задумалась на мгновение: — Я могу остаться с Юн… Ю… Юни. — имя получилось не совсем правильным, но было достаточно близко. — Ладно, крошка, — кивнул Чимин, — пошли соберём сумку. Мм… хорошо? Союн кивнула. Собрав сумку для Союн, Чимин усадил её на диван. — Малышка, мы можем поговорить перед тем, как пойдём к Юнги? — Конечно, папочка. — она похлопала себя по ногам и посмотрела на него. — Крошка, ты правда должна вести себя хорошо. Дядя Хоби уезжает со мной в Японию. Юнги не может ни ходить, ни бегать, ни стоять, ты знаешь, что это значит? — Что, папа? — Это означает, что тебе придётся быть очень осторожной. Не взбирайся на него и не садись к нему на колени. Ты можешь сделать ему больно, хорошо? — Хорошо, папочка. — Кроме того Юнги очень важен для меня, принцесса, — улыбнулся Чимин, — так что, пожалуйста, не рассказывай ему неловких историй о папе. Не говори о его проблемах с животиком, хорошо? Союн засмеялась: — Но, папа, это смешно. — Союн, — ругает Чимин, — просто будь хорошей. Не суетись, ложись спать, когда он тебе скажет, не спорь и ешь ту еду, которую он тебе даёт. Юнги может позвонить мне, когда ему нужно, а это значит, что ты тоже можешь попросить его позвонить мне. Если ты будешь хорошо себя вести, я преподнесу тебе сюрприз. — Сюрприз? — Да, ты просто должна быть хорошей девочкой. — Хорошо, папочка! — завизжала Союн. — Я буду хорошей девочкой!

***

Ладони Чимина вспотели, когда он постучал в дверь квартиры Юнги. Союн будет в порядке. Юнги будет в порядке. Всё будет хорошо. Ведь так? — Заходи! — он услышал крик изнутри. Чимин выдохнул и крепче сжал сумку Союн. Он ещё никогда не был так далеко от Союн. Конечно, он уезжал на день или два, но не неделю никогда. У него было нехорошее предчувствие в животе. Всё будет хорошо. Выбрось из головы Чим. Подумал он про себя. Если бы это был Тэ, то он был бы в порядке. Но это его возможный будущий бойфренд, партнёр, чёрт возьми, кто знает, во что это может обернуться. Он толкнул дверь, и Союн вбежала внутрь, где находился Юнги, машинально заметив белого кота, сидевшего у него на коленях. — Папочка! Папочка! Это котёнок! У Юни есть котёнок! — она радостно завизжала, напугав кота, но Юнги крепко держал его в руках. — Юни? — тихо спросил Юнги Чимина. Чимин пожал плечами: — Джуни, Джини, Тэ, Куки, Хоби, теперь Юни. Думаю, это означает, что теперь ты часть семьи. — Чимин заметил, как слегка расширились глаза Юнги, — Это если, по крайней мере, ты хочешь, чтобы тебя считали членом семьи. Она, вероятно, скоро начнет называть тебя дядей, но в нашей ситуации я не уверен, что меня это устраивает. — Часть семьи — это хорошо. Юни — в порядке. Дядя… ну, это зависит от тебя, делай с этим, что хочешь. — Юнги кивнул, словно всё ещё был удивлён. — Итак, я принёс небольшой блокнот, который сделал для Тэ, когда он стал моей няней на полную ставку. В ней всё, что Союн можно, чего нельзя делать и как справляться с её истериками. Её накормили и искупали на ночь. Если ты хочешь помочь с купанием, просто позволь ей это сделать. Её нужно будет просто помыть и подержать за руку, она должна суметь выйти из ванны. Если тебе неудобно, позвони Чонгуку, он придёт после работы и поможет. Он не возражает. Иногда ей снятся кошмары, и она попытается забраться к тебе в постель. Не позволяй ей. Пожалуйста, если ты не следуешь ни одной из моих заметок, следуй вот этому… — Чимин, — Юнги протянул руку и взял у него книгу и сумку, — я в инвалидном кресле. Я не некомпетентен. Не волнуйся. С Союн всё будет хорошо. С тобой всё будет хорошо. Это всего на несколько дней. Чимин издал небольшой смешок: — Я знаю. Просто я никогда не уезжал так надолго. Я волнуюсь. Я даже не собираюсь быть в Корее. — Чимина сейчас дрожал. — Эй, эй, — Юнги поставил Шугу на пол, — Чимин, всё будет хорошо. Мой физиотерапевт, Субин, живёт менее чем в пяти минутах ходьбы. Если что-то случится, у него есть медицинское образование и личная машина. Чонгук и Тэхён живут в двадцати минутах ходьбы, а Намджун у меня на быстром наборе. И мой врач-онколог любит меня и тоже на быстром наборе. Когда я говорю, что Союн более чем в порядке под моим присмотром. — эти слова утешили Чимина больше, чем что-либо другое в этот день. Чимин наклонился и обнял Юнги. — Спасибо тебе, Юнги. — тихо сказал он: — Если бы мы были одни, я бы расцеловал тебя с головы до ног. Это если бы ты тоже хотел меня. И, может быть, я бы сделал немного больше. — Чимин даже в такое время был возбуждённым засранцем, и от этого Юнги хотелось ёрзать на кресле. Юнги со смехом оттолкнул Чимина: — Стоп, не подкидывай мне никаких идей. Иди, обними свою дочь, а потом уходи, пока я не слишком завёлся. Чимин кивнул и подошёл к Союн. Он наклонился и поднял её на руки. — Тыковка, папе пора уходить. Я вернусь раньше, чем ты успеешь оглянуться. Она обвила руками его шею: — Ты уверен, что тебе нужно идти, папочка? — Да, Со, но помнишь, что случиться, если ты будешь вести себя хорошо? — Сюрприз! — громко завизжала она. — Да сюрприз. Ты помнишь, что тебе нужно сделать? — Быть хорошей для Юни! — И? — Не рассказывать ему о проблемах с животиком у папочки, — хихикнула Союн. Чимин закатил глаза, смотря на дочь: — Будь умницей для меня, дорогая. — он поцеловал её в лоб: — Мне пора идти. Помни, если тебе что-нибудь понадобится, я на расстоянии телефонного звонка, как и все остальные. Позвони Джуни и Джини, а потом всем остальным. Союн кивнула. — Хорошо, папа, я позвоню.

***

То, что он оставил Союн, действительно причинило ему боль. Он знал, что она будет в порядке. В глубине души Чимин доверял Юнги так же сильно, как и всем остальным, даже если он знал Юнги не так долго, как других. Юнги был тем, кому Чимин стал доверять за короткое время. Он хотел сдаться этому человеку. После поцелуя, который произошёл почти две недели назад, Чимин почти каждую ночь просовывал руку в штаны, размышляя, каково это — войти на территорию, к которой он никогда раньше не приближался. Он не сказал бы, что любит Юнги, пока нет. Для чего-то подобного было своё время и место. Но он знал, что любовь подобна цветку. Его нужно посадить, потом вырастить, и однажды он расцветёт во что-то прекрасное. Даже если цветы умирали, их красота всё равно сохранялась в образах. Чимин ещё не любил Юнги, пока не любил, но цветок был посажен. Он надеялся, что она расцветёт. О, как он надеялся. Он надеялся, что после этого Союн почувствует то же самое. Его дочь была на первом месте. Она пришла превыше всего. Если ей не понравился Юнги, то он знал, что в конечном итоге не сможет остаться с Юнги. Вот почему он ещё не мог полюбить его. Минджун представлял себе будущее без Союн, и Чимин бросил его почти сразу же. Если бы Союн представляла себе будущее без Юнги, произошло бы то же самое. Чимин знал, что это будет несправедливо по отношению к Юнги, но его справедливость склонялась к свету его жизни. Чимин покачал головой. Они поладят. Юнги — хороший парень. Он понравится Союн. Я надеюсь. Я очень-очень надеюсь. Он будет беспокоиться об этом, когда вернётся. По крайней мере, полёт был недолгим. Тем не менее он купил пакет, позволяющий принимать звонки и смс. Он ничего не слышал от Юнги с тех пор, как уложил её спать. Он также не спал с тех пор, как получил сообщение. Но Юнги заверил его, что всё в порядке. Что они хорошо поладили. Пожалуйста, не дай миру рухнуть, когда я вернусь. Шесть дней — не так уж и много. Это всего лишь сто сорок четыре часа и пятьсот восемнадцать тысяч четыреста секунд. Мягко говоря, Чимин был немного одержим. Но он был отцом, так что кто мог его винить. Шесть дней пролетят быстро. Он и оглянуться не успеет, как всё закончится. И, по крайней мере, Хосок будет рядом, даже если он будет немного равнодушен к Чимину. В любом случае, Чимину нужно было перестать быть одержимым и просто позволить Юнги справиться с этим. Кого он обманывал, этого никогда не случится.