ночь меня избавит от моих оков

— Хочу быть первым, кого ты увидишь с утра. Римус смеётся. Не заливисто или громко. А еле слышно и будто даже смущённо. Если бы Сириус сказал что-нибудь глупое, какую-нибудь чушь — тот бы посмеялся точно так же. — Правда, — Сириус пытается не улыбаться, но он — здесь. Он лежит рядом с любимым человеком. Он собирается уснуть с ним в одной постели и действительно быть первым человеком, которого тот увидит, только открыв глаза. Сириус чувствует мурашки, когда рука Римуса касается его кожи на щеке. — Хорошо, тогда я тоже хочу быть первым, кого ты увидишь. — Хочу, чтобы ты думал только обо мне и ни о ком больше. Римус двигается ближе к Сириусу и соединяет их носы, касаясь ими. А потом шепчет: «А если я и так ни о ком не думаю, кроме тебя?» На что Сириус лишь ухмыляется, поудобнее устраиваясь в объятиях Римуса. Тот снова хихикает. — А что ты будешь делать, если я уйду посреди ночи? — Сириус чувствует жар своих же щёк и ему кажется это забавным. — Расстроюсь, что твоё желание не выполнено, — губы Римуса шевелятся, медленно говоря эти слова, а руки притягивают ближе к себе чужое тело. — Шучу, я хороший человек, — голос Сириуса как никогда мягкий, и он сам удивляется этому факту. — Или просто не выживу, если не увижу, как ты улыбаешься, когда проснёшься. — Хочешь видеть мою улыбку? — Римус фальшиво опускает уголки рта, дразня Сириуса. — Очень, — соглашается тот и поднимается, чтобы сесть на Римуса сверху. — Хочу выебать тебя — так, чтобы ты кричал и плакал, — вдруг говорит он, резко хватая того за запястья. Римус, если честно, сначала не понимает, говорит ли Сириус всерьёз или просто шутит, поэтому ничего не отвечает. Но тут губы Сириуса начинают подрагивать, сдерживая смех, и Римус шумно выдыхвет со смешком и отворачивается. — Я же шучу, ты чего? — Сириус ложиться головой на грудь Римуса и чувствует его сердцебиение, которое, как ему кажется, участилось. — Это прозвучало страшно, — шепчет тот, зарываясь своими пальцами в волосы Сириуса. — Как я могу искупить свою вину? — М-м-м, поцелуй! Сириус пытается его поцеловать, но получается только рассмеяться друг другу в губы. — Ты придурок, Сириус! — Зато я сделаю все, что угодно для тебя, — резонно отвечает он, — всё, чего бы ты только не захотел.