ночь меня избавит от моих оков

Сириус не спешил закрывать шторы: ему нравилось наблюдать, как фонарь прямо под окном слабо освещал комнату, создавая атмосферу уюта. И Сириус просто смотрел в окно, пытаясь запомнить этот вид. Звёзд на небе не было видно, зато Сириус смог разглядеть где-то внизу на улице двух котов, которые спали в обнимку, примостившись на скамейке; один из них вытянул свою лапку и мягко положил её на второго. Исполненный романтическим настроением, Сириус представил, что эти коты — никто иные, как они с Римусом, и сам себе тихонечко усмехнулся. — Чего тут стоишь? — незаметно подкравшись к нему, спросил Римус. Сириусу было так спокойно на душе: ничто сейчас не испортит этот момент — он это знал. Было бы здорово постоять вот так вместе. Просто глядя в окно, держась за руки, проживать этот миг. — Видишь, вон там коты? — указал он на них, — это мы. Римус улыбнулся. — Да, — сказал он, — ты тоже так меня обнимаешь, когда спишь. Сириус не стал больше ничего говорить — придвинулся ближе, положив голову тому на плечо. Они стояли так не долго: Сириус, всё ещё чувствовавший нежность и тепло в груди, понял, что не простит себе, если не поделиться ими с Римусом. Он поднёс ладонь к своему лицу, прикрыв один глаз. — Это мой мир без тебя, — сказал он, улыбаясь. Римус, очевидно, не понял его задумки. Поэтому Сириус расцепил их руки и закрыл теперь чужой глаз. Он очень серьёзно посмотрел на Римуса, сказав: — вот. Это мир без тебя. Вроде бы все видно, но все равно чего-то не хватает, так ведь? Римус накрыл его ладошку своей, видимо немного растерянный словами и действиями Сириуса. Выражение его лица тоже стало серьёзным, сосредоточенным. — Хочется дополнить. какой-то не полноценный мир. Видишь? — Ага. Рука Сириуса скатилась ниже, обхватывая скулу Римуса, чтобы тот снова мог видеть полную картину мира. — А это с тобой, — подытожил Сириус. — Боже, — выдохнув, снова показал свою волшебную улыбку Римус, — я тоже тебя люблю, — добавил он через несколько секунд. Римус обнял его, вдыхая запах где-то в районе шеи. Сириус понял, что не ошибался, когда полагал, что Римус оценит его это нетипичное признание в любви. Фонарь все так же светил им в окно, коты всё так же спали на уличной скамейке; Сириус всё так же был счастлив, что связал свою жизнь с таким милым, ласковым человеком, как Лунатик.