Часть 8
16 февраля 2023 г., 19:23
Уэнсдей
Дело в том, что школа готовила еду для Уэнсдей, и она должна была верить, что они не убьют ее намеренно. Время от времени Уэнсдей чувствовала легкое покалывание на языке из-за перекрестного загрязнения какой-нибудь не вымытой должным образом посуды, но она еще не сталкивалась ни с чем, вызывающим проблемы. То есть до одного обеда. Уэнсдей только сунула ложку супа в рот, как остановилась, сразу заметив, что в нем было что-то необычное. Она держала суп во рту, пытаясь различить, что в нем было не так, как в другие разы. Может быть, дело было в отсутствии чеснока? — Все в порядке? — Йоко подняла бровь, когда заметила, что Уэнсдей держит ложку во рту. Уэнсдей вытащила ложку, переворачивая суп во рту, прежде чем выплюнуть его обратно в тарелку. Разговор за столом немного утих после этого действия. Инид, Йоко, Бьянка и Юджин бросали на нее взгляды. Затем она взяла миску и вылила суп на свой поднос, используя ложку, чтобы распределить его и просеять содержимое. — Уэнсдей! — Предостерегла Инид, когда суп расплескался по краям подноса. Уэнсдей сразу же почувствовала покалывание ее языка и глубоко вздохнула. Она повернулась к остальным за столом. — Меня отравили, — заявила она. Группа немедленно выпрямилась, на их лицах были растерянность и ужас. Уэнсдей обнаружила неприятный предмет в своем супе, зачерпнула его ложкой и поднесла к свету. — Кто-нибудь знает, что это такое? — Поинтересовалась Уэнсдей. Остальные наклонились вперед, чтобы осмотреть это. — Это… — Юджин наклонился вперед, поправляя очки, чтобы убедиться, что он видит все правильно. — Это шафран… — Кто-нибудь из вас знает, для чего используется шафран? — Спросила Уэнсдей, ее грудь уже начала сжиматься. — Кто-нибудь? — Желтые красители… — Инид в ужасе выдохнула, ее глаза расширились. — Верно, — Уэнсдей положила ложку на поднос и встала, потянувшись за своей сумкой. — Если вы извините меня… Она сделала паузу, когда заметила, что остальные встали вместе с ней. Она вопросительно подняла бровь, отмахиваясь от них. — Со мной все будет в порядке, — заверила их Уэнсдей, пытаясь сделать шаг в сторону туалетов, когда группа тоже сделала шаг, чтобы выйти из-за стола и присоединиться к ней. — Доедайте свою еду. Я пойду разберусь с этим и вернусь. Йоко усмехнулась. — Я знаю, что ты не настолько глупа, чтобы сказать мне, что у тебя будет аллергическая реакция, когда, если что-то пойдет не так, никто не найдет твое тело. Инид тихонько заскулила, подтверждая это, а Уэнсдей зарычала, но повернулась на своей ноге и все равно продолжила, не обращая внимания на группу, следовавшую за ней. Уэнсдей нырнула в женский туалет, наполовину ожидая, что Юджин войдет вместе с другими девушками, которые последовали за ними. Реакция была не такой страшной, как если бы на нее вылили целую банку краски, по крайней мере, с точки зрения кожной реакции. Но из-за того, что она проглотила его вместо контакта с кожей, у Уэнсдей было больше трудностей с дыханием, чем обычно. Она задавалась вопросом, сможет ли она выйти сухой из воды, выдержав это, вместо того, чтобы вводить себе адреналин. Когда она пошла закрывать дверь в туалетную кабинку, чья-то рука просунулась между дверью и остановила ее. — Что я буквально только что сказала? — Йоко распахнула дверь, пропуская Инид в кабинку вместе с ней. — Ты приняла свой эпипен? — Спросила Инид, наклонившись вперед и слегка нахмурившись. — У тебя губы какие-то распухшие. — Я в порядке, — прокомментировала Уэнсдей, не обращая внимания на онемение губ и покалывание языка. — Ваша компания не нужна. — Боже ты мой, Аддамс, просто прими помощь, — фыркнула Бьянка, появляясь рядом с Йоко со скрещенными руками. — Я в порядке, — фыркнула Уэнсдей, прислоняясь к стене, чтобы опуститься на пол. — Это едва ли можно назвать реакцией. Несколько кусочков шафрана — это ничто. — Но на этот раз ты к нему не притронулась, ты его съела, — отметила Инид. — Я держала кусок во рту, я его не проглотила, — упрямо возразила Уэнсдей. — Со мной все будет в порядке. Инид покосилась на нее, прежде чем сесть рядом. Уэнсдей не потрудилась сказать ей, чтобы она уходила, она знала, что девушка не послушает. Однако Уэнсдей знала, когда нужно уступить и смириться с поражением. Умереть от реакции в ванной было бы позорным выходом. Уэнсдей придвинула к себе свою сумку и сунула в нее руку, чтобы нащупать свой мешочек. Ее сердце упало в желудок, когда она почувствовала маленькую дырочку на дне сумки и отсутствие ее мешка. — Уэнсдей? — Обеспокоенно позвала Инид. — Ты в порядке? У тебя странно бьется сердце… — Я… — Уэнсдей перевернула свою сумку и вывалила ее содержимое на пол в ванной, и это то действие, которое напомнило ей о ее последней реакции. — Твоего мешочка здесь нет, — Йоко первой заметила очевидное. — Браво, Шерлок, — прохрипела Уэнсдей, свирепо глядя на нее. — Мне нужно… Одновременно перед ней появилось три ярко-желтых эпипена. Уэнсдей перевела взгляд с Инид на Йоко и Бьянку и отметил тот факт, что они всегда носили этот предмет при себе. — Хорошо, — Уэнсдей схватил ближайший, от Инид, и сняла крышку. — Ты не возражаешь? Они не собирались оставлять ее, это было очевидно, но они отвернулись, чтобы позволить Уэнсдей задрать юбку школьной формы и заняться этим. Уэнсдей бросила эпипен, когда он опустел, и одернула юбку, пытаясь сосредоточиться на своем дыхании. — Почему это не работает, как в прошлый раз? — Спросила Инид, ее голос повысился в тоне, чтобы передать ее панику. — Я проглотила это, — Уэнсдей взглянула на нее. — Не было никакого контакта с кожей. — Ты сказала, что не проглотила его! — Инид обвинила, ткнув пальцем в Уэнсдей, что Йоко пришлось оттолкнуть, чтобы успокоить ее. — Я этого не делала. Но одного того, что он у меня во рту, где я выделяю слюну, достаточно, — вздохнула Уэнсдей, двигаясь, чтобы потереть грудь, пытаясь уговорить свое жалкое тело правильно дышать. — Где Юджин? — Проверяет, чтобы никто не вошел, — ответила Бьянка. — Зови его. Приведите его сюда, — приказала Уэнсдей. Другие девушки не задавали вопросов Уэнсдей, и Юджина потащили в женский туалет. Его лицо было ярко-красным, когда он пытался не растечься в лужу от смущения. — Как ты себя чувствуешь? — Спросил Юджин, оглядывая ее, и смущение быстро исчезло, когда он заметил ее прерывистое дыхание. — Ингалятор, — Уэнсдей протянула к нему руку. — Отдай его. Юджин похлопал себя по карманам и через несколько мгновений торжествующе достал ингалятор с наклейкой «пчелы». — На. Уэнсдей хотела заползти в глубокую яму или, возможно, в пещеру, в какое-нибудь темное и маленькое место, где она могла бы просто справиться со своей удручающе неловкой реакцией в одиночестве. Ей не нужно было, чтобы другие парили рядом. Однако, несмотря на то, что они отвернулись, чтобы позволить ей делать то, что она должна, она, должно быть, каким-то образом дала им понять, что хочет, чтобы они были тут, потому что по какой-то причине они протиснулись вместе с ней в большую кабинку для инвалидов и сели на пол. Инид схватила ее за руку, и на этот раз Уэнсдей выдержала проверку, ее пальцы были довольно холодными на теплой коже Инид. Йоко внезапно прочистила горло, обращаясь к ним. — Я рада, что вы все смогли прийти на мою сегодняшнюю встречу, — сказала она с усмешкой. — Мы собрались здесь, на полу женского туалета, чтобы обсудить самую большую проблему в комнате. Уэнсдей подумала о том, как разозлилась бы Инид, если бы она ударила Йоко в живот. — Фетровые шляпы. — Йоко закончила. Это был не тот ответ, которого ожидала Уэнсдей. — Фетровые шляпы? — Недоверчиво повторила Бьянка, и Йоко послала ей широкую улыбку. — Фетровые шляпы, — твердо кивнула Йоко, взглянув на Инид. — Я не знаю, видели ли вы Аякса в последнее время, но он пробует носить новые шляпы. Инид поморщилась. — Фу, да. Я видела, что он пытался надеть шляпу, но потом сказал, что его змеям надоело стоять прямо, чтобы соответствовать дресс-коду. — По крайней мере, это было не так плохо, как ковбойская шляпа, — прокомментировала Бьянка, и люди вокруг Уэнсдей кивнули в знак согласия. — Или шляпа охотника, — вмешался Юджин. — Фетровая шляпа, которую он примеряет — это просто не работает, и я думаю, что кто-то должен сказать ему, прежде чем он поставит себя в неловкое положение, — ответила Йоко. Уэнсдей слушала, как группа погрузилась в случайные сплетни, в основном вращающиеся вокруг обкуренной катастрофы. Ее грудь постепенно разжалась, и покалывание на губах начало исчезать по мере того, как ее организм успокаивался. Прилив адреналина в ее организме ослабевал, и это оставляло ее истощенной. Она даже осмелилась поспорить о том, может ли она прямо здесь закрыть глаза на несколько мгновений. — Уэнсдей? — Мягкий тон Инид вырвал Уэнсдей из ее мыслей, и она пристально посмотрела на нее. В какой-то момент группа прекратила свою болтовню и все смотрели на нее. — Как ты себя чувствуешь? — Прекрасно, — Уэнсдей подавила желание зевнуть. — Я уверен, что ты сейчас чувствуешь выброс адреналина, — прокомментировал Юджин с сочувственной улыбкой, начиная подниматься на ноги. — Ты заслуживаешь вздремнуть. — Я буду прикрывать тебя в классе, — сказала Йоко Уэнсдей, опуская свои темные очки достаточно низко, чтобы Уэнсдей увидела, как она подмигивает. Уэнсдей слишком устала, чтобы угрожать им за то, что они были так добры к ней. Она встала на трясущиеся ноги и вышла из ванной. Инид последовала за ней обратно в их комнату и не сказала ни слова, когда Уэнсдей забралась в постель, не потрудившись переодеться. Инид, однако, переоделась в обычную белую пижаму, которую она специально выбрала, чтобы разделить постель с Уэнсдей. Уэнсдей закрыла глаза, когда Инид забралась к ней в постель, не желая признавать вслух, что она привыкла делить постель с девушкой и что сон без нее просто не будет прежним. Уэнсдей проспала остаток дня. Когда она проснулась, то увидела, что ее сумка лежит на столе рядом с пишущей машинкой, а Инид лежит рядом с ней и что-то прокручивает в телефоне. — Где ты взяла мою сумку? — Уэнсдей заговорила, напугав Инид, которая не поняла, что та проснулась. — Господи! — Инид вскрикнула от удивления. — Нет, это просто я, — прокомментировала Уэнсдей. Инид издала небольшой смешок, прежде чем покачать головой. — Дивина нашла твою сумку. Бьянка взяла ее и принесла. Как ты себя чувствуешь? — Я жива. — Для Уэнсдей этого было достаточно. — Я рада, что с тобой все в порядке, — сказала Инид с легкой улыбкой. Уэнсдей издала невнятный звук, улучив минутку, чтобы просто полежать с Инид. Она неловко поерзала в своей школьной форме, которая не была создана для сна. — Это напомнило мне, что у меня есть кое-что для тебя. — Серьёзно? — Спросила Инид, оживляясь и убирая телефон. — Да. — Уэнсдей вытащила коробку из-под кровати и положила ее на колени Инид. — Здесь. Инид с опаской посмотрела на коробку. — Ничто там не выскочит на меня, не так ли? — Нет. На самом деле, я думаю, ты получишь огромное удовольствие от того, что там содержится, — ответила Уэнсдей. Она наблюдала, как Инид осторожно открыла коробку, крошечная ухмылка появилась на ее лице, когда Инид взвизгнула от восторга. — О, Уэнсдей! — Инид вытащила из коробки черный пижамный комплект. — Это прекрасно! — Если ты настаиваешь на том, чтобы продолжать забираться в мою постель, тогда ты должна надеть для этого соответствующую одежду, — фыркнула Уэнсдей, отмахиваясь от благодарностей Инид. — Я могу перестать это делать, если тебя это беспокоит, — сказала Инид Уэнсдей, которая резко ответила отрицанием. — Если бы я не хотела, чтобы ты была в моей постели, я бы сама тебя выгнала, — фыркнула Уэнсдей, и Инид усмехнулась. Уэнсдей замерла, когда губы Инид в восторге прижались к ее щеке, когда она прижала пижаму к груди. — Спасибо, Уэнс. Ты самая лучшая, — затем Инид исчезла в ванной, чтобы примерить ее. Уэнсдей протянула руку, чтобы коснуться своей щеки, чувствуя липкий блеск для губ, оставшийся на ее коже. Позже Инид принесла свои извинения и попросила у Уэнсдей прощения. Уэнсдей отказалась от извинений, любуясь розовой пятнистой кожей в форме губ Инид, оставшейся на ее щеке от блеска для губ девушки в зеркале. Точно так же, как Инид перестала носить свитера с синтетическими красками, чтобы иметь возможность держать Уэнсдей за руку и прикасаться к ней, Инид внезапно перестала пользоваться блеском для губ. Уэнсдей еще не совсем понимала, что это значит. Она узнает об этом позже.
