Чувствуешь?

Мона спешно закрыла ветхую входную дверь. За ней стоял какой-то незнакомый человек, на вид в дорогих заморских нарядах. Его широкополая шляпа затмевала всё, казалось, даже саму луну и звёзды. Мона постояла, тупо глядя в дверь и переваривая информацию где-то с минуту, так ничего и не поняв. Может, это шутка? Это точно шутка, ведь кто может прийти к ней в такой поздний час? Да, закрывать дверь перед чьим-то носом довольно грубый жест, но для слегка пьяной, не отошедшей от вина головы всё воспринималось одновременно серьёзно и в шутку. За дверью послышался раскат грома. Странно, в прогнозе не говорилось о дожде… Или это незваный гость с собой притащил погодный катаклизм? В дверь снова постучали. Грозно насупив брови, Мона резко отворила молящую о пощаде дверь. Начал потихоньку идти дождь. -У меня три вопроса, - цыкнул незнакомец. – Ты слепая, глухая или просто тупая? Он приподнял полы шляпы, на которую капали тяжёлые капли дождя, и Мона увидела его глаза. Эти глаза… Красивые, тёмные, глубокие, как мирской океан глаза. Незнакомые, пронзительные до боли в груди. Она никогда не видела такие “правильные” черты лица: ровный маленький, слегка вздёрнутый нос, тонкие бледные губы, узкие глаза, спадающие иссине-чёрные волосы с какой-то маниакально аккуратной укладкой. Даже брови были такими аккуратными, что любая девушка позавидовала бы ему. До того, как тучи затмили небо, в свете луны кожа ночного гостя казалась чистым серебром. Вот только эта улыбка… Нет, эта ухмылка давала знать, что её хозяин был в пассивно-агрессивном состоянии. Снова это странное чувство. Она никогда не видела этого человека, но в её глазах словно промелькнула молния воспоминаний, когда она всмотрелась в индиго радужек незнакомца. Она словно знает его, но уверена, что никогда не встречала раньше. -Что? – пока Мона рассуждала в голове, кто этот человек, нагло рассматривая его лицо и одеяния, она пропустила его вопрос мимо ушей. -Всё ясно, - вздохнул он и улыбнулся ещё шире и кивнул самому себе, - Тупая. -Ты кто такой и как ты смеешь меня обзывать? Нахал. -Мимо проходил и вспомнил о твоём жалком существовании, ведьма. Он поправил свою и без того ровную чёлку и смотрел на девушку напротив с вызовом. Его забавляла её реакция и надутые алые губы, словно Мона обиженный ребёнок. А эти нахмуренные брови так и кричали о её недовольстве. Странник рассмеялся и театрально взялся за живот. -Хаха! Ты бы видела себя! Ну и умора, - он также показательно стёр несуществующую слезинку и его лицо в миг стало серьёзным, на лбу прояснились еле заметные морщинки, а тонкие губы скривились. -Начинается дождь, и я не шутить сюда пришёл, Астролог Мона Мегистус. У меня к тебе дело, – резкая смена тона испугала Мону, а глубина его голоса выдавала серьёзность ситуации. Хотя какой ещё ситуации? Тут просто какой-то странный человек у её дома ведёт себя как маньяк, а Моне его ещё слушать? Кажется, он просил “погадать на прошлую жизнь”. Ну уж нет. -Убирайся, у меня нет времени на клоунов на пороге моего дома. – девушка поспешила закрыть дверь, но не вышло, так как парень поддел её ногой и открыл уже сам. Мона охнула от возмущения и, по правде говоря, испугалась ещё больше. А вдруг это действительно маньяк и он пришёл убить её или обокрасть? -Клоун прибыл в цирк, Мегистус, - заявил он и нагло вошёл в дом. -Я же сказала, убирайся отсюда! Незнакомец одарил Мону самым, что ни на есть, холодным взглядом. От этого у неё пошли мурашки по коже. Словно рой муравьёв танцует у неё на спине и не хочет заканчивать своё представление. Мона съёжилась под его взглядом. Что ж, если умирать, так с песней. Ну и бедной, этого уже не изменить. -Я повторю ещё раз: ты кто и что тебе нужно? Эй, обувь сними, я только полы помыла! – она тут же жестом указала на небольшую тумбу у входной двери, где покоилась вся её обувь. Он с ухмылкой глянул на Мегистус. -А, ну да. Где же мои иназумские манеры… Я забыл, когда там был в последний раз. Даже об обычаях забыл. – он покачал головой и стал неспешно снимать сандалии. Как оказалось, чтобы их снять, нужно было расшнуровать верх этих белых… носков? (Мона не знала, как они называются), снять их, а потом расшнуровать низ. Какая запутанная система. Пока незнакомец разбирался со шнуровкой, Мона продолжила расспрос. -Так ты из Иназумы? -А по мне не видно? – смутился он, вопросительно зыркнув на хозяйку дома. – Дааа, ты точно тупая. – всё также театрально он повёл головой то влево, то вправо. -Ещё одно обзывательство и я точно вышвырну тебя из дома! -Жду не дождусь. – съязвил парень, обнажая белые зубы, разглядывая свои ноги. Похоже, вдобавок он забыл как они выглядят без обуви. Мона удивилась. Этот иназумец был немного ниже неё… Это же настолько высокая подошва у его сандалей, раз уж без неё он стал карликом. Мона ухмыльнулась, но постаралась тут же подавить улыбку. -Можешь взять мои тапочки, - предложила девушка, снимая с себя пушистые розовые домашние пинетки, на что иназумец тут же стал отрицательно махать головой. -Оставь свои розовые сопли на себе, у меня к тебе дело есть. – в очередной раз словесно кольнул Мону парень и стремительно пошёл на кухню. Её было не сложно найти, ведь дом был очень маленьким и, можно сказать, компактным. Оставив свою слегка промокшую от дождя широкополую шляпу на одном из стульев, иназумец плюхнулся на другой. -Хочу чай. – тут же сказал он, выжидающе глядя на Мегистус за дверью. Мона быстро прошла за ним на кухню, пристально наблюдая за тем, чтобы он не стащил чего. Хотя на кухне украсть нечего. На самом деле, стоило бы спрятать астролябию и прочие “космические” пренадлежности подальше. Мало ли что можно ожидать от этого… парня. На вид ему лет 16, не больше, ведёт себя, как разболованный ребёнок, а говорит, как повидавший жизнь мужчина. Вот это экземляр… Мона вздохнула. Ну и ночка… Девятнадцатый день рождения она себе не так представляла. Она лениво подошла к кухонному столу, выискивая нужную баночку из-под всего, что только есть. Девушка всегда оставляла красивые баночки из-под чая, дорогих конфет, ароматного и дорого кофе, чтобы потом в них хранить, например, крылья кристальных бабочек, концентрат слайма, или чай. О, а вот и чай! Мегистус поставила перед собой две керамические чашки, разрисованными ею акриловой краской в виде звёздного неба, и отсыпала в каждую по чуть-чуть чая. За этим пристально наблюдал гость, сужая свои и без того узкие глаза в наигранном (или нет) отвращении. -А покрепче чая не найдётся? – возмутился он, кривя губы. Мона оглянула его через плечо. -Нет, чай у меня в дефиците, поэтому я экономлю. Потом она устало набрала воды в керамический чайник, того же комплекта, что и чашки, и поставила на огонь. Мона устало развернулась к гостю, облокачиваясь на кухонный стол, скрестя руки на груди и молча глядя на парня. Он молча смотрел на неё в ответ, не изменяясь в лице. -Я говорю покреп… -Нет, у меня нет другого чая, я же сказала! Вы все в иназумцы такие невыносимые? – плеснув возмущённо руками, тут же прикусила язык Мона, вспомнив одного очень доброго и милого человека прямиком из Иназумы. Казуху нельзя сравнивать с этим типом, который сверлит Мону холодным взглядом уже пять минут. -А я хочу ещё крепче! Почему здесь так мало чая, что за неуважение к горечи жизни? Мегистус нахмурилась. Так, минутку, что здесь вообще происходит? Она свела пальцы к переносице, больно сводя брови рядом друг с другом и начала вспоминать всё от начала и до конца. -День рождения, подарки, выпивка, Альбедо и его намёки, выгон всех из дома, потому что ну его в Бездну, дошло бы ещё до чего-то посерьёзнее, чем раздевание глазами… Так, потом я пыталась уснуть – не вышло. Пошла убирать в доме – всё шло хорошо. До момента, пока в дверь не постучал вот этот расхититель чая и не сказал какой-то бред про прошлую жизнь, а потом… -Ты закончила? – сидя за столом, закинув ногу на ногу, и отпив немного горячего напитка, с ней заговорил гость. Мона взвыла. -Я что, всё это сказала ВСЛУХ? – астролог в отчаянии закрыла лицо руками, постыдно отвернувшись от иназумца и чуть ли не падала на колени. -Да. Пока меня не было, тут такие страсти приключились. А что там про раздевание глазами? Меня это ну прямо-таки… - смешок и издевательская улыбка, – заинтересовало. – Он снова невозмутимо отпил чаю. -Аргх! – Мона тут же поднялась с пола и села прямо напротив миловидного парня. Что за ночь: то один красивый мальчик с волосами цвета льна, то теперь другой – под стать лунной ночи, облачённый в приятные холодные цвета. И оба от неё что-то хотят, а она ведь даже всё ещё не отошла после выпитого алкоголя! -Слушай, - выдохнула Мона, - Я не знаю, кто ты и что ты от меня хочешь, но предупреждаю, если ты попытаешься украсть у меня мои вещи… -Зачем мне обворовывать нищебродов? – вопросительно вскинул бровь парень. -Не перебивай! – Мона злостно уставилась в глаза цвета индиго напротив, и сложила руки на столе вместе, немного помолчав и собрав мысли в голове. Голова немного болела.- И почему ты думаешь, что я могу тебе чем-то помочь? Незнакомец громко выдохнул и отложил чашку с чаем, что всё это время покоилась в его руках. Он задумчиво отвёл взгляд, его рука потянулась куда-то рядом с его лицом, словно по привычке что-то поправляя, но этого чего-то не оказалось рядом. Возможно, это была его шляпа, которую странник положил поодаль себя на соседний стул? В любом случае, немного подумав, он нагло улыбнулся в лицо хозяйке дома. -Ты ведь по звёздам гадаешь, знаешь то, чего не знают другие. Великий астролог Мона Мегисус, шарящий по небесным просторам и просирающий свою жизнь невесть на что, просто чтобы доказать кому-то, - он тут же перешёл на шёпот, - всем, - и снова нормальный тон, - что ты самая лучшая, самая сильная и самая умопомрачительная. Странник поправил выбившуюся прядь волос на лбу, просто подув на неё. На удивление, этого ветра с одного вдоха хватило, чтобы причёска как будто сгладилась и приняла прежний аккуратный вид. Мона с нескрываемым недоверием смотрела на собеседника. Похож на… -Я знаю, что ты думаешь, что я похож на идиота. Но Мегистус, уж поверь мне. Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь, а знаешь, почему? – иназумец тут же взял в руки чай, поднеся кружку к губам, но выжидал, пока Мона ответит на его вопрос, прежде чем отпить горячего напитка. -Нет? – ответив вопросом на вопрос, нахмурилась Мегистус, потирая лоб. Кажется, нужно меньше пить. -Потому что мы знакомы, – парень самодовольно улыбнулся, потягивая чай. Глаза Моны от удивления расширились. Похмелье словно рукой сняло. -Ты совсем больной или притворяешься? Знаешь, я не врач, я не могу тебе помочь с проблемой в башке. -А вот если бы ты погадала мне, то узнала бы, что я ещё хотел тебя убить! – он противно захихикал. Мона шумно встала из-за стола, ударив по нему кулаком, и вдохнула в лёгкие как можно больше воздуха. -То есть ТЫ, хрен пойми КТО, заявился ко МНЕ в дом в три часа ночи, нагло воруешь МОЙ чай и говоришь, что ТЫ знаешь МЕНЯ и что ТЫ хотел МЕНЯ УБИТЬ? – она тыкала пальцем то на себя, то на гостя, а резкости её движений позавидовали бы стрелы Венти, местного барда и алкаша. Странник лишь кивал и пил чай. -Дааа, тебе бы в драмкружок, стала бы там лидером, я уверен. Не думала стать актрисой? – спросил он, склонив голову на бок. -А не охренел ли ты?! – подойдя к незваному гостю настолько близко, насколько позволяли приличия, и лицом, полным презренного возмущения, чуть ли не выкрикнула последние слова Мона. Странник промолчал и держал с девушкой зрительный контакт, даже несмотря на то, что её серо-зелёные глаза были готовы испепелить его. Он даже мысленно задался вопросом, почему Мегистус обладает гидро глазом бога, а не пиро. Ей бы пошло. Вокруг образовалась неловкая тишина, которую словно нож резали на куски капли из кухонного крана, падающие в пустую раковину. Тик. Тик. Тик. -А гадать когда будешь уже, а? – парень развёл руками и облокотился на спинку стула. Это было его ошибкой, потому что стул был готов отойти в мир иной в любой момент, а вот такие “тяжёлые” движения в его сторону были не очень кстати. Поняв, что он откинется, как и сам стул, странник тут же принял прежнюю позу, сжав и без того тонкие, как стебель цветка-сахарка губы. -Да. – кивинула Мона самой себе, - Ты охренел. – выдохнула она и положила руки на бока. Парень встал и повторил за ней, скопировав её позу и эмоцию. -Нет, - кивнул странник Моне, - это ты охренела. Я пришёл сюда из самого Сумеру, а ты даже одну мою просьбу выполнить не можешь, только и делаешь, что пустословишь. Делай дела и не задерживай меня. – он сомкнул руки на груди и демонстративно отвернулся, задев подбородок. Мона сначала вздохнула, подумав о том, что этот странный человек, возможно, действительно нуждается в её помощи, а потом выдохнула, осознав, что этот человек требует(!) её помощи. Биполярный какой-то. -Ладно, - Мона опустила руки и отвела взгляд. Кажется, она совсем забыла о том, что она злится на этого молодого человека за всё сказанное раннее, лишь глянув на него и его обиженное лицо. – Я тебе помогу. Но не сейчас. Сейчас поздно, небо не звёздное из-за грозы, и я устала, не отошла от всего произошедшего с момента моего пробуждения. Мона села за стол и устало взглянула на чашку своего чая, к которому так и не прикоснулась за всё это время. Она думала, что сойдёт с ума от такого количества неожиданных сюрпризов, подаривших ей её горячо любимые звёзды на её день рождения… -Скажи, - она взглянула на близ лежащую на соседнем стуле шляпу странника и глазами водила по золотым узорам на ней, - Как тебя зовут? Незваный гость, всё это время стоявший в той самой театрально обиженной позе, вдруг резко посмотрел в сторону Моны, сощурил и без того узкие глаза и в очередной раз пытался поправить отсутствующую шляпу на голове. Он цыкнул языком от досады. -Не знаю. -Как это? – искренне удивилась астролог и её взгляд тут же зацепился за парня. За окном блеснула молния, и это секунды хватило Моне, чтобы разглядеть собеседника. Он выглядел не менее озадачено, чем она. -Лучше просто называй меня странником. - он развёл руками и снова сел напротив Моны, желая допить свой чай. -Я хочу называть тебя придурком, - усмехнулась девушка. -Вот узнаешь меня получше, тогда и думай называть меня придурком. – заявил парень. -Хочешь сказать, что ты здесь на долго, раз думаешь, что я узнаю тебя получше? – Мона подозрительно смотрела в его сторону. У этого иназумца какие-то странные мотивы. Может, он реально пришёл закончить начатое – убить её – и просто с ней играет? Хотя, наверное, у убийц не такой взгляд. И не такие повадки. А ещё он походу из богатой семьи, не зря Мона молча офигевала от золотых украшений на его шляпе, а его одежда точно из шёлка. -Да, я собираюсь здесь задержаться. Моя наставница сказала мне попробовать изучить мир и посмотреть на всё с другой точки зрения. – он мимолётно улыбнулся. Хотя на фразе “изучить мир” состроил воздушные кавычки короткими пальцами, -Я уверен, буду только жалеть о том, что пришёл именно в запертый город. Из-за тебя. -Да почему ты такой грубый?? – Мона шумно выдохнула и залпом выпила холодный чай, после чего стукнула ладошкой по столу и встала. – Всё, ты меня достал, я иду спать. А ты спи где хочешь, хоть на потолке, мне без разницы! Стелить я тебе не буду! Не заслужил! – с этими словами она отвернулась и уже хотела пойти в сторону спальни, но низкий тон голоса за её спиной её остановил. -Даже не боишься, что я могу тебя убить, пока ты сладко-сладко спишь в своей тёплой-тёплой кроватке, хм? – Мона была готова поклясться, что этот негодяй сейчас во все тридцать два улыбается… -Если бы хотел убить, давно убил бы. А ещё тебя моё гадание интересует, так что этой ночью я спокойно посплю. Чао. – она махнула рукой и скрылась за шаткой дверью кухни, держащейся на одной петле. Мона тут же вернулась. -И ещё: если притронешься хоть к одному звёздному инструменту – я тебя найду и самолично убью! Понял?! И снова ушла. Странник вскинул бровью. До чего же странная девица, он встречает её уже во второй раз и второй раз она забивает на него гвоздь. В голове странника скорее произнеслось “большой и толстый”, но это всего лишь мысли, которые озвучивать тут не кому, потому что хозяйка дома ушла. И всё же интересно, действительно ли она его вспомнит, раз уж у него есть глаз бога? Ну там созвездия, судьбы и всё такое… Лишний раз проверим, правда ли небо лживое и составляются ли кем-то на нём созвездия, или же оно настоящее и помнит всё. Помнит его. Чай закончился. Нагло шастая по чужой кухне в поисках вкусных трав, и с каждым случайным и не случайным взглядом и заглядыванием в банки из-под сахара, соли и прочих специй, а в последствии подвесных и не очень шкафчиков и даже самом холодильнике, странник убедился, что чая нет совсем. А ещё продуктов, кроме пары кусков хлеба и маленького кусочка масла не было ничего. Какая же бедная девушка. И до чего только гадания доводят… Хотя он теперь не лучше. Может, в Иназуме он может показать золотое перо, что мирно свисает с его нагрудного украшения, в котором находится его “божественная безделушка”, и ему бы за бесплатно отдали бы целый киоск со всякими овощами и фруктами, а когда он перестал был членом Фатуи, то и жил, на остатки денег, что ему платили. Хотя нет, кажется, у него даже эти деньги забрали, чтобы покрыть расходы, на которые его держали в темнице Сумеру. А потом он решил стереть себя с лица Тейвата, и тогда его путь почти не отличался от всего, что с ним произошло, за исключением того, когда он ушёл путешествовать, у него никогда в кармане больше тысячи моры не было. И шестым Предвестником он не становился. А эти одежды он приобрёл в Иназуме на свою стопроцентную скидку. Сейчас же у него почти нет денег, решил сэкономить, держа путь в Мондштадт пешком. Закатив глаза, странник чуть ли не упал на стул, всё поджимая губы от досады, что нет чая. А ведь так хочется запить их разговор с Моной горечью этого прекрасного напитка, ведь именно это он и чувствует после того, как астролог ушла. Даже как-то грустно. И почему он не может хоть раз повести себя нормально, а не как забияка из подворотник? Сидя на стуле в самой огорчённой позе, чуть ли не лежа на нём и шкребя пальцами не самый чистый пол, парень вдруг ухватился взглядом в полумраке кухни за светло-красное свечение, исходящее из-за шторки окна. И как он вообще мог не заметить это, пока рыскал на кухне? Тут же отодвинув рваную ткань, исполняющую роль шторки, глаза странника округлились. Это ведь... -Мой дневник? – риторический вопрос, адресованный то ли себе, то ли пустоте кухни. Дрожащие руки потянулись к книге. Он узнавал каждый узор, каждую вмятинку на позолоченных краях книги, вспоминал каждую царапинку, оставленную им в дороге. Вот только… Он делал записи в дневнике весь его долгий путь, от Кабукимоно до Сказителя, и оставил его в Иназуме в кошачьем святилище. Неужели его разграбили? Судорожно перелистывая страницы, вдыхая знакомый запах чернил и… не совсем чернил, ведь иногда их не было рядом, а записать свои чувства после очередного убийства человека, посмевшего неправильно посмотреть в сторону куклы, или же после сумасшедших и болезненных экспериментов Дотторе, второго предвестника Фатуи, приходилось писать кровью. Либо чьей-то, либо своей, а золотое перо всегда служило ему инструментом для написания всего пережитого им. Вопрос заключался в другом: книга не изменилась. Почему? Все записи остались, кровь не превратилась в обычные красные чернила, а почерк был его. Разве что какой-то идиот вырвал страницы с его научными записями про звёзды, созвездия и небосвод в целом, хотя придуманные им заклинания здесь остались. Странник оторвал взгляд от книги и отрешённо посмотрел в окно, разглядывая тёмные тучи. -Неужели… - вслух подумал он, - Я не был стёрт из этого мира полностью?