Full Circle

Звуки пианино звучали в одной из богатых квартир Вест-Энда: пустынной, пронизываемой сквозняком и находящейся в далеком тупике, вдали от большинства глаз. Некоторые кирпичи вывалились наружу, и дом потерял свой архитектурный облик, став похож на разрушенный особняк. В этом запустении терялись остатки роскоши, видевшие лучшие дни, когда знатные господа жили в уюте и покое. Теперь вокруг было больше руин, чем живых людей. МакКаллум ждал этого момента уже несколько часов. Каждый раз он посылал сюда патруль, и они не могли найти никого подозрительного, кто бы мог оказаться источником этих звуков. И если бы не эти слухи, которые стали предметом постоянных разговоров среди Стражи Привена, Джеффри даже не стал тратить своё собственное время на эту глупую затею. Однако, в глубине души, он не исключал, что это мог быть экон — возможно новообращенный, глупый и полный пустых воспоминаний о своей прошлой жизни. Но теперь всё было по-другому. Несколько часов ожидания изменили его судьбу, преподнеся жестокий удар в самое сердце. *** Охотник очнулся в незнакомом для себя месте. Он лежал, облокотившись верхней частью тела на стол, без каких-либо воспоминаний, что с ним случилось, и как он оказался здесь. «Да и произошло ли вообще что-нибудь?» — подумал мужчина. В его голове было пусто и гулко, как в тёмном и глубоком колодце. — Я нашёл ваше бессознательное тело, МакКаллум, в одном из заброшенных домов в Вест-Энде во время поисков потерянного кота, — знакомый голос доктора Рида звучал до ужаса близко. — Между прочим, возможно вы видели его? Его зовут мистер Бигглсуорт, черный кот с короткой шерстью, около 5-7 лет на вид? Голова охотника раскалывалась от боли, а в горле всё пересохло. Все контуры окружающего мира расплывались, и мужчина не был в состоянии даже подняться со стола, на котором он разлёгся. Ему не нравилось это состояние, поэтому он решительно выдал первый же вопрос, который пришёл ему на ум. — Ты пьян, кровосос?! — Джеффри не узнал своего голоса, что его сразу же напугало. Он попытался найти взглядом каких-нибудь людей, но, увы, поблизости больше никого не было. К глубокому сожалению самого МакКаллума, все его слова прозвучали неразборчиво и неубедительно. Чьи-то холодные ладони аккуратно передвинули его голову в более удобное положение, и теперь он мог увидеть ненавистное лицо вампира, которое было практически у самого его носа. От подобной близости охотник почувствовал себя неуютно, и неожиданно начал икать. — Я не знаю, что действительно случилось, но я полагаю, что после падения вы сильно ударились головой об пол, — спокойный тон голоса Джонатана словно вводил в гипноз, — и упавшее следом пианино сломало одну из костей левой ноги. Вы должны считать себя счастливчиком, очень немногие люди отделываются такими лёгкими повреждениями после падений с подобной высоты. Джеффри потянулся рукой к лицу доктора Рида. Его кожа была холодной, борода вызывала приятное покалывание в пальцах, а крупный нос был на удивление большим. — Ты грёбаное чудовище, ты это знаешь? — спросил Джеффри. — Почему ты не хочешь пойти в Стражу Привена, а? Все только и говорят, что они хотели бы учиться у тебя, — пробормотал охотник, и его рука упала на стол. — Или ты хочешь занять моё место? Забрать всех моих парней и послать их на поиск своего чёртового кота… Доктор аккуратно убрал со стола наполовину опустошенную бутылку виски и поставил её на пол. Он не мог знать, что МакКаллум настолько быстро опьянеет после подобных доз, но это был единственный способ, чтобы как-то нейтрализовать болевые ощущения из-за перелома ноги. И хотя у него не было достаточно времени, чтобы провести тщательный осмотр, но оставлять охотника в прибежище Шона он всё-таки не решился — ещё неизвестно, что подумают об этом Стражи Привена, когда увидят своего лидера в таком состоянии. — МакКаллум, — коротко произнёс Джонатан. — Кровосос, — следом прозвучал ожидаемый ответ. — Вам нужно немного отдохнуть, — было начал говорить доктор, но его прервал недовольный голос охотника. — Я слежу за тобой, и твой гипноз не сработает на меня! — в глазах Джеффри промелькнула гневная тень. — Каждую ночь я получаю отчёты о том, как ты зашатаешься по всем кварталам города и обнюхиваешь каждого прохожего… чтобы с возросшим аппетитом приставать с кровавыми поцелуями к моим парням! После каждой такой ночи обязательно найдётся кто-то, кто уходит из Стражей с травмой на всю жизнь!.. В баре никого не было. Том и Сабрина удалились из заведения, чтобы потренироваться в стрельбе из пистолета. Если бы кто-то из них в этот момент услышал бы их разговор, Джонатан покраснел бы от стыда: естественно, в том объёме, насколько это возможно для вампира. К счастью, сам Уоттс был понимающим человеком, и вряд бы серьёзно отнёсся к этим пьяным разговорам. Времени оставалось крайне мало. Несколько часов было потрачено на преследование Эдгара через Уайтчапел в Вест-Энд, и из-за многочисленных патрулей Джонатан в итоге потерял его след, пока случайно не наткнулся на своего старого знакомого. Врачебный долг не позволил бы его оставить в одиночестве в таком опасном месте, но в то же время он не мог сидеть с МакКаллумом до самого утра. Пытаться же заговорить с кем-то из патрулей Стражи Привена было сродни самоубийству — да и, к тому же, ещё неизвестно, что на всё это скажет сам Джеффри, когда он придёт в здравый рассудок. — Вы хороший человек, МакКаллум, — вампир легонько потрепал волосы охотника, окончательно не зная, как его наконец успокоить. — Стражи Привена… делают крайне важную работу, и мне пора собрать отчёты от каждого от патрулей. Почему бы вам не подождать здесь, пока я не вернусь обратно? Это не займёт много времени. Сказанные слова оказали на охотника весьма странный эффект, и теперь он смотрел на Джонатана полными невыразимой грусти глазами. Рид тоже некоторое время молчал, борясь с желанием обнять охотника, а потом очень тихо произнёс: «Я буду за тобой следить. Я обещаю». Ответный взгляд Джеффри был так красноречив, что вампир с облегчением понял — его игра удалась. Доктор в спешке попрощался с Томом, заверив его, что пришлёт кого-то за своим «близким другом». Поверил ли он в его рассказ или только сделал вид, уже не имело особого значения: чем быстрее закончится эта ночь, тем быстрее он сможет вернуться домой. В конце концов, и у этой истории когда-нибудь наступит логическое завершение. Когда-нибудь, но не сейчас.