Мераки

      Неоново-красное освещение въелось в глаза, каждая нитка на рабочем костюме пропахла сладким запахом электронных сигарет и алкоголя, а улыбка до ушей привычно застыла на лице. Обычный вечер в баре «Вдали» идёт своим чередом. Работа барменом имеет свои недостатки, но Михайлова не жалуется. Она привыкла работать в таком стиле и ничего менять не собирается. Её жизнь только начала налаживаться и она рада, что ей больше не приходится трястись за собственное существование каждый день. Да, маленькая она не думала о том, что будет раздавать выпивку. Меленькая она мечтала о независимости и успехе. Но, в итоге, Настя сейчас проебала и то, и то, сначала связав свою жизнь с мафией, а теперь работая черт пойми где. В любом случае, прошлое осталось в прошлом, ей следует лишь жить и радоваться тому, что она вообще может это делать.       — виски колу, Саш. — Заказал мужчина за барной стойкой. Михайлова видит его не впервые. Интересный человек, учитывая то, что каждый раз заказывает всё самое разное и, желательно, сладенькое. Ко всему прочему, называет её «Саша» или «Сашенька».       — конечно. Как поживает ваша жена? — Невзначай спросила она, забросив кубики льда в стеклянный стакан. Она помнит всю информацию, которой с ней делились клиенты. Во-первых, это интересно. Во-вторых, разве не замечательный способ завлечь их сюда ещё раз? Послужить им опорой и хорошим собеседником, которому можно доверится… Всегда приятно, когда тебе доверяют.       — ей лучше, — С печальным вздохом произнёс мужчина и улыбнулся. Он рассказывал, что жена его слегла в больницу от вируса. Теперь на несчастном мужчине и работа, и дети, и дом. Проживает он жизнь еле как, даже в красном неоне можно разглядеть его синяки под глазами. — я боялся, что больше не увижу её. Но она идёт на поправку, по-крайней мере мне так сказали.       — рада за вас, — Михайлова поставила стакан перед заказчиком. — уже навещали её?       — завтра.       Настя не к месту смеётся:       — вот почему вы пришли? Не думали, что тогда лучше взять что-то безалкогольное?       — ой, замолчи ради Бога, — Сказал он в перерыве между медленными глотками виски. — я волнуюсь.       — не переживайте, всё пройдёт замечательно, я уверена. Уже взяли букет?       — белые розы.       — надеюсь хоть нечётное количество. — Настя тихо посмеялась.       — ровно пятнадцать, её любимое число.       — вы очень любите её. — Заключила Михайлова. Она завидует. Она тоже хочет любить. Она тоже хочет быть любимой.       — а как же. — Он улыбается, глядя на своё отражение в стакане.       — детишки с вами поедут?       — нет, пусть лучше дома с ней встретятся, чем шататься им со мной по этим больницам… — Он задумчиво поднял голову, так и перебирал воспоминания, смотря в потолок. — Они тоже скучают, давно её не видели, уверен повиснут на ней долго-долго. — Он вернул весёлый взгляд на барменшу. — весь месяц спрашивают у меня «где мама, где мама», даже плакат ей нарисовали в честь возвращения и дом украсили.       — вы им правду говорили, когда они спрашивали про маму?       — да, я сознался, что она приболела, но пообещал им тогда, что она обязательно быстро выздоровеет. — Он глухо посмеялся и допил остатки напитка со дна. — Молился каждую ночь, чтобы так и случилось. Как видишь, сбылось.       — я рада. — Настя улыбнулась и забрала пустой стакан. Тема родителей никогда не была для неё любимой, но она не могла остановиться, когда речь шла о ней. Больно интересно какого это получать родительскую заботу. Особенно для той, что всё детство пробыла в детдоме. — Может чего-то безалкогольного? Да спать пойдете, вам нужно выспаться, завтра важный день.       — да, давай. Мохито клубничный и всё с меня.       Настя молча кивнула и приступила к работе.       Когда коктейль был готов, в бар зашли новые посетители. Настя мельком взглянула на потенциально новых заказчиков и поставила коктейль перед мужчиной. Она задумалась, замерев на какое-то время. Мысли как в тумане, она не уверена от чего: то ли от разговора, то ли от усталости. Ей показалось что-то. Что именно, она пока не может понять, но что-то явно нехорошее. Какие-то до одури знакомые расплывчатые лица мелькали перед глазами, а тени прошлого так и погружали на дно тёмных воспоминаний, вгоняя в тревогу. И когда картина сложилась перед глазами, Настя слишком резко повернула голову в сторону зала.       Полина с Никитой непринужденно вели разговор с судьёй Валерией Дмитриевной, сидя за вип столиком.       — Саша? Что-то случилось? — Спросил мужчина в недоумении, чем вывел её из транса.       — да так… Ничего… — Она повернулась, бегая глазами по полу. Мафия нашла её.       Настя судорожно искала маску в карманах и, когда нашла, натянула до носа. Сидящий напротив удивлённо наблюдал, потягивая мохито через трубочку.       — я совершенно забыла, что сама сейчас болею. — Она обманчиво улыбнулась глазами и демонстративно закашляла. — Было бы очень глупо, если бы я вас заразила, когда вам жену из больницы завтра встречать, правда? Мне следовало быть осторожнее.       — а что же ты сегодня на работе? — С заботой спросил мужчина.       — да это только сегодня началось, завтра неверное пойду на больничный, пока не критично.       — поправляйся. — Он улыбнулся, продолжив попивать напиток.       Михайлова тупо уставилась в пол, прищурившись. «Нужно бежать. Нельзя, но нужно. Жизненно необходимо. А можно ли? Определённо можно, если от этого зависит вся твоя жизнь.» Она бросила взгляд на выход и отвернулась. Нет, нельзя, она создат ещё больше шумихи и только привлечёт к себе внимание мафии. Нужно действовать осторожно. Отпроситься у босса? Притвориться больной? Нет, рискованно. Нужно… Нужно слиться с массовкой, просто продолжать буднично разливать напитки, не привлекать к себе внимание. Они ведь даже не разу не посмотрели в её сторону, да? Михайлова сглатывает и дрожащими руками начинает протирать стакан. «Ну же, всё что тебе нужно — это успокоится. Хищник чувствует страх жертвы на расстоянии.»       Ощущение, словно все взгляды в баре направлены на неё. Все упиваются её волнением и смеются, все готовятся напасть, стоит ей только поднять взгляд. Она всеми силами старалась отогнать желание посмотреть в сторону вип столиков и проверить, но её интерес всегда был сильнее здравого смысла. «Просто позвольте убедиться, что всё это выдумка, позвольте убедиться, что я в безопасности». Она медленно подняла взгляд, стараясь сфокусироваться на лицах.       Кровь стынет в жилах, в глазах мутнеет, рубашка становится какой-то слишком тяжёлой, а воротник неприятно давит на горло. Время натурально замедлилось. И всё, что способна услышать Настя в своей голове — это сердцебиение. Бешенно быстрое сердцебиение.       Полина смотрела в ответ. Полина улыбалась.

***

      Ты ужасный человек.       Ты предатель, Настя, ты знала?       Я не имею больше и малейшего желания находиться с тобой в одной комнате.       Ты отвратительна.       Я тебе ведь когда-то доверяла, знаешь?       Не убей меня теперь только.       Держись от меня подальше.       Не смей больше попадаться мне на глаза.       Сгинь.       Сгинь.       Сгинь.       Сгинь.       Сгинь…       Слова заело пластинкой, и прокручивалась она бесконечно. Настя не смыкала глаз всю ночь. Она осталась в том же положении, что и 5 часов назад: на стуле, обняв себя руками и уставив взгляд в потолок. Тихо, слышно лишь стук пальцев по клавишам клавиатуры.       Это место ей уже стало вторым домом — кабинет Никиты. Он работает в каком-то офисе. Программистом что-ли? Не так важно, главное у него есть свой личный кабинет, где она с Полиной проводят большую часть своего времени вне заказов мафии. Однушка, которую снимает Михайлова вгоняет её только в более суицидальное настроение, а здесь она хотя-бы может почувствовать себя обычным человеком. Не сейчас. Сейчас белые стены, удобные кресла и изрядное спокойствие вызывают лишь прямую ассоциацию с психбольницей.       — ку-ку? — Полина помахала рукой перед её глазами и села рядом. — Сколько ты ещё собираешься вот так смотреть в потолок? — На руках её небольшой мопсик. Полина завела его недавно и упросила Никиту поселить его в своём кабинете. Было тяжко, но под предлогом того, что собака особо не линяет и лежит себе спокойно, уговорить получилось.       — я ужасна. — Промямлила Настя, опустив голову.       — чего? — Степанова не поддельно разинула рот в удивлении.       — убиваю людей…       Настя не смотрела в глаза девушке, но готова была поклясться, что та раздраженно закатила глаза:       — ты только сейчас об этом задумалась, Насть, серьёзно?! А, или это стоило твоей подружке на тебя накричать, так ты сразу образумилась! — Она тяжело выдохнула. — Ты должна была быть готова к такому, если пошла в мафию, знаешь? Это тебе не листовки на улице раздавать.       Михайлова поджала губы. Полина посмотрела кратко то на неё, то на Никиту, которому было вообще до лампочки на этот разговор, и похлопала подругу по плечу:       — конечно, это нелегко, осознание не сразу приходит в твою голову. Ты совершила фатальную ошибку и исправить её у тебя уже не получится, ты в мафии. Тебе нужно пережить и принять, что ты — враг народа, как мы с Никитой. Да, Никита? — Никита поднял голову от ноутбука, явно не зная о чем вообще идёт речь, но всё равно кивнул. — Вот, видишь? Если ты уже с нами, у тебя нет пути назад. Мы тоже прошли через период отрицания, но, в итоге теперь харизматичные убийцы, как из фильмов, а? Разве не круто? К чему страдать, если ситуацию уже не исправить? Тебе нужно посмотреть на всё это с другой стороны и просто принять как факт. — Полина погладила девушку по голове, ероша волосы. — Все люди от тебя отвернуться, даже самые близкие, но по-другому и быть не может. Ты ведь знала на что шла. Тем более, у тебя есть мы. Да, Никита?       — что ты там так долго ей втираешь? Оставь человека в покое. — Никита поправил очки и удосужился глянуть в их сторону.       — да, Никита? — Уже грубее произнесла Полина.       Анищенко пожал плечами и снова уткнулся в ноутбук.       — ой, забудь об этом придурке. Я с тобой короче. Мы в одной тарелке и пройдём через это вместе, ага? — Настя быстро закивала головой, подав хоть какие-то признаки жизни. — Давай, не раскисай. Мы всегда будем рядом.       Легче не стало, но Михайлова почти смирилась. И правда, исправить всё уже не получится. Время не вернуть вспять. Теперь она навсегда в мафии, навсегда потеряла подругу и навсегда останется с клеймом убийцы. От этого не сбежать. Не сбежать ведь?       Дверь резко открылась с другой стороны. Некая девушка зашла в кабинет громко и без стука. Мопс протестующе загавкал. Все остальные ошарашенно уставились на неё. Она — на Никиту.       — какого чёрта?! — Вскрикнула девушка, вплотную подойдя к столу и оперевшись руками.       — Лиза, я говорил тебе не приходить больше сюда.       Настя не была с ней знакома, слышала пару раз, но вживую не видела. Если описать незнакомку одним словом — «огненная» подходит лучше всего.       — я говорила тебе не связываться с мафией, почему я слышу, что заказы не прекращаются?! Я звонила тебе, я писала, что за игнор в конце концов?! Объясняйся!       — не обязан, иди отсюда ради всего святого.       — ты сейчас о святых ещё умудряешься говорить?!       — откуда ты вообще знаешь чем мы занимаемся? — В разговор ворвалась теперь и Полина. — Это секретная информация.       — это сейчас не важно. — Отрезала Лиза. — Вы либо прямо сейчас завязываете с этим делом, либо-       — поздно уже завязывать. — Никита поправил очки, снова опустив взгляд в ноутбук.       — вы прямо сейчас идёте со мной, понятно? Я вытащу вас отсюда, будете жить у меня. Потом мы вместе уедем в другой город. Эта тупая ошибка останется в прошлом. Идём прямо сейчас.              Настя ошарашенно слушает весь разговор, боясь вмешаться. Сердце от чего-то стучит быстрее. Может это шанс?       — Лиза, нет. — Полина подошла к столу. — Не хватало ещё тебя подвергать опасности.       — вы не верите, что это возможно?! Я всё устрою, мафия вас никогда не достанет. Я смогу вас защитить, для чего иначе я здесь?       — Лиза, уйди. Мы сами для себя всё решили. — Никита поднял суровый взгляд.       — уверены, что сами? — Полина поджала губы на это заявление. — Расскажите мне обо всём, и я придумаю, что делать.       — это не твоё дело, Лиза.       — как это не моё дело? Мы связаны, у нас общее будущее.       — с каких это пор?       Лиза отошла на шаг, в непонимании нахмурив брови:       — вы не те друзья, которых я когда-то знала. Прогнившие рабы, аж тошно. Ждите весточки. — Лиза быстро уходит, хлопнув дверью.       Настя подорвалась с места, выбежав за ней:       — Лиза! Лиза, подожди! Забери! — Она подбежала, тяжело дыша. — забери меня с собой, пожалуйста!

***

      Настя никогда не чувствовала себя в безопасности. Всё детство провела в приюте, жила в полной нищете и была волчицей одиночкой, если не упоминать Совину. Она была её единственной лучшей подругой в школьные годы. А потом Михайловой рассказали о мафии. Вот так просто взяли и пригласили в её ряды. Мол, сирота, хорошо физически подготовлена, так ещё и доверчивая — нам подходит. Настя не думала, она сразу согласилась. У неё не было выбора. (Не было ведь?). Босс ей лично сказала, что не было. Босс сказала, что это единственная работа, на которую её примут. Босс сказала, что это единственная работа, которая ей подходит. Босс… А потом, Настя просто сбежала. Побежала за Лизой, в надежде, что она одна сможет её спасти. И Лиза спасла, приютила к себе на какое-то время, помогла сменить имя и даже устроиться на работу.       И как же обернулась её жизнь? От неё отвернулись все: родители, лучшая подруга, Полина с Никитой, а позже и Лиза оставила её одну. Во всём этом лишь Настина вина и никого более.       Рабочий день окончен. Пинг-понг вместе с Валерией Дмитриевной давно вышли из заведения. Настя упорно смотрела в пол, отворачивалась и просто молилась больше не столкнуться с ними взглядами. И у нее вроде получилось. Нельзя быть уверенной, что никто не смотрел на неё, но, если уж она не смотрела в ответ, подозрений будет меньше. Вполне возможно ей показалось, что Полина улыбнулась в тот момент. Или может Полина вообще её не узнала? Приятно утешать себя этими мыслями. Однако, её смена окончена. Ей нужно идти домой в полной темноте. Настя бы могла вызвать такси для безопасности, но это будет странно, ведь она живёт буквально в соседнем здании. Нужно продолжать делать вид, что всё как обычно. Пинг-понг ушли уже час или два назад, ничего не заподозрив. Она в безопасности. Не нужно переживать.       Но она переживает, ужасно переживает как только выходит из здания. Нервно достаёт наушники, включает музыку и идёт быстрым шагом с опущенной вниз головой.       «Мы всегда будем рядом»       Она резко оборачивается, заметив шорох в кустах. Ветер. Быстрым шагом переходит через дорогу и идет, положив руки в карманы. Вдали мелькнула тень. Полина? Это было дерево, обыкновенное дерево. Она ускоряется, не слыша музыку в наушниках, только сердцебиение и неровное дыхание. Подъезд. Настя сглатывает и дрожащими руками достаёт ключи. Что-то пробежало сзади. Она резко поворачивается в сторону движения. Мопс? Это была обычная кошка, черная кошка, Настя, успокойся в конце концов. Она зашла в подъезд, быстро поднялась по ступенькам и нажала на кнопку лифта. Тот был предательски высоко.       9 этаж…       8…       7…       6…       5…       Остановился. Кто-то зашёл в лифт? Не может быть… Лучше пойти по ступенькам? Нет, глупая идея, она не доберётся до 8го этажа по ступенькам сейчас. Да и с чего бы мафии спускаться на лифте с 5го этажа в её же собственном доме. Так ведь?..       4…       3…       Так ведь?       2…              1…       Двери лифта медленно открываются. Настя поднимает взгляд медленно снизу вверх. Никита?!       — девушка, всё в порядке? — Просто мужчина в офисной одежде.       — да, да, всё в порядке, извините. — Она забегает в лифт, опустив голову в пол, с силой жмёт кнопку 8го этажа.       Только когда двери лифта закрылись, она, наконец смогла выдохнуть. Настя медленно спустилось спиной по стене и вытащила наушники, стараясь выровнять дыхание. А затем, почувствовала острую боль в горле, затем вдохнула аромат сладких духов, затем услышала тихий смешок, увидела чеширскую улыбку.       — девушка, всё в порядке? — Улыбается Полина Степанова, гордо крутя свой клинок в руках.       Настя моргает в надежде, что галлюцинация уйдёт, но она слишком реальна. Перед ней — Полина, в углу лифта — Никита. Она чувствует неуправляемое желание прикоснуться к своей шее. Мокро.       Кровь.       Полина наклонилась ближе, смотря уже абсолютно серьёзно, пугающе. Настя вжимается в стену.       — попалась мышка. — Она вновь поднимает клинок и ставит перед чужим горлом, Настя хватается за него дрожащими руками. Полина не действует.       — чего застряла? Давай уже покончим с этим. 5 этаж. — Сказал Никита.       — отстань, знаю я, подожди. — Смотрит то в один Настин глаз, то в другой.       Полина молчит, толком не стараясь вонзить клинок, просто смотрит, поджав губы.       — Полина, 7 этаж.       — отстань.       Михайлова отпускает рукоять ножа, не заметив никакой инициативы, смотрит то на неё, то на него. Двери лифта открылись.       Настя быстро отталкивает от себя девушку и сбегает к своей квартире. Она достаёт ключи, из всех сил стараясь быстрей открыть дверь. Но за ней никто не побежал.       — иди сама убейся, Настя, пока я не передумала.       — Полина ты с ума сошла?       Двери лифта закрылись.

***

      — в последнее время ты не можешь никого убить, Полин, что за приколы?       — замолчи, Никита, это не моя вина.       — хочешь поменяться ролями?       — замолчи, Никита.       — если ты продолжишь в том же духе.       — замолчи.