Он ходит в белом

Завтрак Женька благополучно проспал, после такого вкусного и сытного ужина последнее, о чем он думал, была еда. Манная каша и рядом не стоит с таким потрясающим деликатесом, которым его вчера накормил врач. Мальчик довольно потянулся, не спеша прерывать теплые воспоминания и сладкую утреннюю дрему. Но из сна его все равно вырвал очередной порыв кашля. Мальчишка уже устал постоянно драть глотку в надежде, что интервалы между хрипами станут меньше. Кашель все никак не прекращался, все остальное уже прошло, усталость спала, в груди больше не кололо, но этот противный полусухой кашель… То, что завтрак уже прошел, Женя понял не сразу. На небе сгустились темные снеговые тучи, поэтому подросток думал, что еще рано вставать. Но нет, в коридоре уже все бегали и разговаривали, раннее утро явно уже прошло. Мальчик даже с кровати встать не успел, как за дверью раздались шаги. Он и кровать сложить не успеет, чтобы хоть как-то скрыть следы своего небольшого нарушения. – Доброе утро, почему на завтраке не был? – Врач сонно зевнул, нарушая утреннюю тишину в палате. В руках он держал горстку таблеток, бутерброд с сыром и стакан какао. На автобус вчера он опоздал, пришлось идти пешком, а потом долго сушить вещи. Стоит ли говорить, что он совершенно не выспался. – Проспал, а уже всё, поздно? – Подросток переполз к столу и потянулся за какао. Пить хотелось невероятно, а что-то сладкое сейчас будет как раз. – Да, вот принес немного, чтобы не натощак таблетки пить. А то с твоими пропусками приемов пищи совсем лечиться не хочешь. – Богдан встряхнул градусник и обыденно отдал его мальчику, пока тот расправлялся с перекусом. – Как чувствуешь себя? – Он устало сел рядом, закрывая глаза на несколько секунд. Пока пациент ест, он может немного покемарить. – Норм, – с набитым ртом говорить было неудобно, но и молчать не хотелось. Все-таки парень вчера пошел к нему навстречу, как-то обижать его не хотелось. Подумай он об этом при их первой встрече, точно бы рассмеялся сам на себя. Почему к этому врачу Женька так особенно относится? Он ему не противен, не бесит, а наоборот, он ждет каждого его прихода. – Какой неожиданный ответ, – Богдан тихо хмыкнул и забрал градусник. Почти при каждом осмотре он задавал один и тот же вопрос, а мальчик давал один и тот же ответ. Они уже даже не обращали на это внимания. Температура держалась в норме уже несколько дней, усталость и головокружение прошли. Врача сейчас волновал только кашель, с этим нужно было что-то делать. Мокрота все никак не хотела отходить и скапливалась в легких мальчишки. Послушав легкие, он лишь подтвердил свои мысли. Хрипы все еще держались, периодически выливаясь вместе с сухим кашлем, но не исчезая полностью. Назначенные ингаляции должны были начаться сегодня, и врач надеялся, что завтра улучшения появятся. – Ложись, – парень убрал стетоскоп и сонно кивнул на кровать. Всё, чего ему сейчас хотелось – где-нибудь поспать, глаза невозможно слипались. Кажется, в кабинете завалялась пачка быстрорастворимого кофе, как бы добраться до неё и не заснуть. Женька боязливо потупил взгляд. Уколы он все еще не выносил, сколько бы ему их не сделали, мальчик все равно трусил. Лечь пришлось, но как-то совсем к стенке, подальше от рук доктора. Богдан незаметно улыбнулся, но тянуть не стал, ему и самому хотелось закончить это все побыстрее. Он обыденно приспустил штаны, протер ваткой место будущего прокола, расслабляя мышцу, и ввел иглу. Мальчишка как-то слишком резко дернулся и закрутился на кровати – Аааай! Больно! – Раньше он так не кричал. Парень вмиг очнулся от полусна, кажется, он не дождался, пока мальчик полностью расслабиться, и укол получился болезненным. Он положил руку на спину пациента, продолжая вводить лекарство. Женька вот-вот был готов выскочить из-под шприца из-за сводящей ногу боли. – Всё, закончил, расслабляйся. – Этот вскрик парня заметно пробудил. Глаза перестали слипаться, а лишь виновато поглядывали на затылок ребенка. Ему срочно нужно взбодриться, а то от его недосыпа уже страдают пациенты. Мальчишка жалобно уткнулся в подушку и скулил от медленно проходящей боли. – Осталось совсем немного уколов, скоро все закончится. – Угу, – Женька свернулся клубочком на кровати, отворачиваясь к стенке. Когда это, наконец, закончится? Каждый день по три раза терпеть эту ужасную ненавистную боль. Парень виновато сжал губы, ему срочно надо просыпаться. Он молча вышел из палаты, тихо прикрыв за собой дверь. Мальчика сейчас лучше не трогать, пусть придет в себя. Подросток продолжал лежать на кровати, боль постепенно отходила, отдавая лишь тягучим неприятным покалыванием. Он распрямился, вытягиваясь во весь рост на матрасе, так мышцы расслабились, и боль окончательно отпустила. Теперь Женька просто валялся на кровати, уставившись в потолок. Врач сказал, что осталось совсем немного. Получается, скоро уколы прекратятся и его выпустят отсюда? Или нет? Кашель все еще был сильный, но больше же ничего его не беспокоило. А обычно этот самый кашель проходил сам без всякого лечения. Значит ли это, что он почти здоров? От размышлений оторвал очередной стук в дверь. И почему кто-то приходит именно в тот момент, когда он никого не хочет видеть? Да и кто мог прийти? Врач же только что ушел. Он бы не стал еще раз стучаться. Женька напрягся, усаживаясь подальше в свой любимый угол кровати. – Привет, – на пороге возникла молодая девушка в белом халате. Её мальчик раньше никогда не видел. Что она тут делает? И зачем пришла? Ему же уже сделали укол… Женя молчал, с опаской разглядывая нового человека. Сколько же врачей в этой больнице? И почему их всех так тянет в его палату? – Пойдем дышать вкусным воздухом? – Не услышав от мальчика ответа, она замешкалась, но продолжила. Эта девушка была явно моложе всех остальных медсестер, и казалась даже доброй. Чем старше, тем они становятся злее? И его доктор тоже станет злым через какое-то время? Бедные его будущие пациенты. – Куда? – Женька недоверчиво смотрел на медсестру. Каким еще воздухом, о чем она говорит? Врач сказал про какие-то ингаляции, это оно и есть? Мальчишка медленно слез с кровати и встал рядом со столом, не решаясь подходить к девушке. Он все еще придерживался своего плана держаться подальше от всех медиков. – В кабинет с таким специальным воздухом, тут недалеко. Пойдем? – Она по-доброму улыбнулась и протянула Жене руку. Мальчишка с сомнением взглянул на этот жест, чуть отшатнувшись назад. Нет, за руку он её точно брать не будет. Подросток проигнорировал предложение и пошел за девушкой к выходу, засунув руки в карманы. Не хватало еще, чтобы его как малолетку за ручку куда-то вели. Всю дорогу до кабинета он боязливо поглядывал на медсестру. Что это за процедура, куда его ведут? Вдруг это окажется больно? Всё в этой больнице болезненное и неприятное, это он уже запомнил. Но фраза про простой воздух обнадеживала. Это же не может быть больно? Нужный кабинет был соседним с той самой злосчастной процедурной. Поначалу Женька испугался, что они идут именно в ту страшную комнату, но девушка свернула раньше, открывая светлую и небольшую комнатку. Около стен стояли стулья и столы, на которых располагались странные агрегаты. Похоже на какую-то коробку с трубками и кнопками. На конце трубки висела прозрачная маска с резинкой, Женя такие видел по телевизору. Их надевали на больных, когда они лежали без сознания. – Садись, сейчас я просто надену масочку, а ты подышишь. – Женя робко сел на указанный стул, прижимаясь спиной к стене. Он следил за каждым движением девушки, не упуская из вида ни одного взмаха рукой. Медсестра сняла маску с фиксатора и осторожно надела на нос пациента. Прибор громко зажужжал, а внутри заработал шумный насос. Из трубки стал выходить пар какого-то странного белого воздуха. Мальчик не мог толком понять, чем пахнет. Запах вроде и был, но как-то его описать он не смог. Но он явно был не противным, просто странным. Вдыхая его, Женька чувствовал, как дышать становится легче. Легкие впервые за долгое время смогли нормально вдохнуть воздух в полном объеме, не сбиваясь на кашель и хрипы. Эта штука правда помогала, значит, можно было и потерпеть. К тому же, ничего страшного и болезненного в этом нет. Девушка отвлеклась, замечая в дверях другую медсестру. Они приветливо друг другу кивнули и сели за соседний от мальчика стол. Он прекрасно слышал весь их разговор, даже сквозь жужжащий прибор. В маленькой комнатке звуки различались хорошо, а больше ничего интересного тут и не было. – … вчерась хохма такая приключилася, – зашедшую медсестру Женька тоже видел впервые, это была женщина преклонных лет, и говорила она как-то по-странному. Но ушки мальчик навострил, что у них там случилось? – Что такое? – Медсестра внимательно посмотрела на коллегу, закидывая ногу на ногу и готовясь слушать. – Мальчонке вчера анализы брала, так он заартачился поначалу, игрушку свою все тыкал, а потом как отложил, так и запамятовал про неё. Соскочил с кабинету, да и убёг. – Женька с трудом разбирал, что она говорит. Какую игрушку можно тыкать? Его лицо настороженно посерьезнело. Не приставку ли? – Я его кликать пошла, а того уж и след простыл. Куды он отсель делся, не знаю. Отколь пришел тоже, вот и пришлось эту игрушку тама оставить. Блестючая с кнопками какая-то. Мальчик замер, она говорила про вчерашний случай. Как какой-то мальчик забыл приставку в процедурной и убежал. Его как громом ударило, так вот что произошло. Этот придурок её просто забыл, а все свалил на Женьку, чтобы ему не досталось за потерянную вещь. Подросток с силой сжал мягкую трубку в руках, пережимая поток воздуха. Звук изменился, привлекая внимание двух медсестер на пациента. – Пережамши шнурочек то, – пожилая медсестра указала пальцем на шнур, и мальчик тут же его отпустил. Он слишком погрузился в свои мысли и не контролировал свои действия, от несправедливости и злости хотелось на кого-нибудь накричать. – Ну и что дальше? Нашел? Дорогая эта вещица. – Девушка убедилась, что с ингаляцией все хорошо и вновь заинтересованно вернулась к диалогу. – Да, вечером маменька его прибегла, побранилась, но забрала. Вот ребятьё, что-то посеют, а потом мы виноваты. – Женщина пожала плечами, к таким родителям они, видимо, уже привыкли. Дальше медсестры переключились на другую тему, но Женьку это уже не волновало. Получается, приставку нашли, а перед ним так никто и не извинился? Вещи перевернули, ударили, накричали, и даже не извинились… От этой мысли стало еще обиднее. Лучше бы эту приставку реально кто-то спер, а так получается, что этому гаду вообще ничего плохого. Несправедливо, из-за него он чуть не лишился такого потрясающего ужина. – Можешь снимать масочку, хватит на этот раз, – спустя какое-то время девушка отвлеклась от разговора и аккуратно сняла с Женьки устройство. Дышать стало значительно лучше, хрипы почти не беспокоили, хотя горло немного першило. – Дойдешь сам до палаты? Дорогу знаешь. – Да. – Мальчик кивнул и, мельком посмотрев на вторую медсестру, вышел из кабинета. И все же эта женщина была странная. Интересно, она всегда так общается? В палате Женя, наконец-то, смог расслабиться. Все проблемы позади, пусть и всплыла такая неприятная новость, неприятный кашель немного отпустил, а на тумбочке его ждет недочитанная история про девочку Алису. История его затянула, и чем она закончится, уже не терпелось узнать. С этим придурком он еще как-нибудь разберется, так просто подросток это не оставит. *** К вечеру мальчишка почти дочитал книжку, оставалось всего ничего. Несколько десятков страниц и все, произведение закончится. Придется идти к тому мальчику и выпрашивать у него еще что-то интересное. Но Женька думал, что тот не откажет. Не может же он читать все книги одновременно. По-любому есть ненужные рассказы, которые мальчишка сможет одолжить. Довести эту историю до конца он не успел, вечерний осмотр пришел раньше. – Привет, – врач, на удивление, выглядел бодрее и активнее, чем утром. Он либо выспался, либо совсем недавно зарядился большим стаканчиком кофе. Глаза у него уже не слипались, а взгляд был довольно бодрым. – Как дела? – Нормально, – Богдан улыбнулся и сел на кровать, терпеливо дожидаясь, пока мальчик убирает книгу. Когда пациент уселся, парень тут же протянул ему градусник. – Как ингаляции? Понравились? – Процедуру мальчику за сегодня сделали уже два раза, и изменения в состоянии он уже почувствовал. Дышать стало проще, но сухой кашель все равно никуда не делся. – Скучно, просто сидеть и ничего не делать. Даже книжку почитать не разрешили. – Это было обидно, на вечерний сеанс Женька хотел взять с собой книгу, но медсестра попросила оставить ее в палате. Пришлось сидеть и скучать. – Неудобно же её читать будет, – температура у ребенка была в норме, что не могло не радовать. Острого состояния нет, значит нет и противопоказаний к дальнейшим запланированным им процедурам. – Подними футболку. Ингаляции действительно оказывали положительный эффект, хрипов стало поменьше. Но кашель все еще был сухой, а это доставляло пациенту мучений. Мокрота никак не желала отходить, скапливаясь внутри комками слизи. Нужно помочь от нее избавляться, и одним из лучших способов являлся массаж. Заметив, что врач убирает стетоскоп, Женька потянул футболку вниз, но парень его остановил. – Нет, сними её полностью и ляг на живот. – Женька замер, испуганно уставившись на врача. Почему такая странная просьба? Раньше этого не было. Сейчас же должен быть укол, но для чего снимать футболку? – Зачем? – Мальчик недоверчиво приподнял края футболки, но избавляться от одежды пока не торопился. – Массаж сделаю, чтобы кашель уменьшить и увлажнить. Ложись. – Богдан помог пациенту стащить футболку и уложил на кровать, кладя руки ребенка под голову. Мальчишка закрутил головой, следя за каждым действием врача. Что еще за массаж? Как он может помочь справиться с кашлем? Парень достал из кармана какую-то мазь и выдавил немного на руки, распределяя по всей поверхности ладоней. – Расслабься, это не больно. – Врач начал с легких поглаживаний по спине, повышая приток крови к нужной области. Женька спокойно лежал и расслаблялся, это было даже приятно, но думалось, что это только вначале. Вдруг дальше будет больно. Руки парня также поглаживающими движениями спустились к бокам и ребрам, делая массаж уже интенсивнее и начиная растирать кожу. Мальчишка тут же напрягся, сминая в руках край подушки, и плотно сжал зубы. Нет, это было не больно, проблема заключалась в другом. На лице расползалась предательская улыбка, которую он тут же прятал в подушку. Доктор, не замечая никаких изменений в настроении пациента, продолжал делать массаж. В университете им рассказывали правильную технику выполнения такой процедуры. Сначала поглаживающие движения, потом начать растирать до легкого покраснения кожного покрова, и переходить к вибрирующим движениям и постукиваниям между ребрами для отхождения мокроты от стенок. Парень все делал по инструкции, но как только он начал растирать ребра, мальчик резко дернулся в сторону. Неужели боли в груди еще не прошли, и ребенку каждое прикосновение дается так болезненно? – Больно? – Он снова вернулся к поглаживаниям на спину. Может, стоит попробовать давить послабее? – Нет… – Женька тихо выдохнул, стараясь не выдать никаких лишних звуков. От легких прикосновений по телу пробегали щекотливые мурашки, будь проклят этот дурацкий массаж. Богдан вновь вернулся к растиранию, постепенно подбираясь к грудной клетке. Нужно надавливать довольно интенсивно, чтобы массаж был качественным. В этот раз мальчик не дернулся, а шумно выдохнул воздух и напрягся. Если ему не больно, то что тогда? Парень аккуратно надавил на межреберные промежутки, начиная мягкие постукивания. Женька пискнул и дернулся уже сильнее. Врачу показалось, или он слышал смешок? Кажется, он начал догадываться, в чем причина такой странной реакции. И от этого не мог не улыбнуться сам. – Жень, ты что, щекотки боишься? – Вопрос, наверное, прозвучал для мальчишки слишком внезапно и застал его врасплох. – Нет. – Как-то чересчур быстро и резко он ответил. Он бы ни за что не сознался в такой детской слабости, тем более врачу. Ну да, он немного боялся щекотки, хотя, может, и не немного. Ладно, щекотки он боялся сильно, но гордость ни за что не позволяла в этом признаться. Он уже взрослый, и смеяться от малейшего прикосновения - стыдно. – Ну-ну, – Богдан хмыкнул, хитро улыбнувшись. Специально щекотать мальчика, чтобы заставить его сознаться, он, конечно, не будет. Но и процедуру просто так прерывать не станет. Убедившись, что никаких болезненных ощущений он ребенку не доставляет, врач продолжил массаж уже увереннее, вспоминая всё, что им рассказывали про эту процедуру. Он методично растирал всю необходимую область, чередуя разные техники воздействия, от обычных поглаживаний до интенсивного разминания кожи. В какой-то момент мальчишка закашлялся, и этот кашель стал влажным. Получается, мокрота отходит от бронхов и выходит наружу. Массаж оказывается эффективнее и полезнее, чем врач себе изначально предполагал. Женька стоически кусал подушку, пытаясь больше так не палиться. Парень его почти разоблачил, а такого позора подросток бы не допустил. Врач будто специально задерживался дольше всего именно на ребрах, постукивая самые чувствительные места. Каких только усилий мальчишке стоило больше не сжиматься и не пищать от такого подставного массажа. – Со спиной всё, переворачивайся. – По инструкции массаж нужно провести с двух сторон, полностью размяв и проработав область легких. – Зачем? Это не всё? – Женя несмело перевернулся на спину. Тут нет подушки в качестве защиты, а его лицо прямо на виду у врача. Ну он же не может так спалиться. Мальчик попытался встать с кровати, но парень рефлекторно выставил руку. – С этой стороны еще нужно размять. Ты это куда? – Пациент как-то оробело отводил взгляд в сторону, придумывая весомую причину смыться отсюда. – Ээ, в туалет? – Прозвучало как-то слишком неубедительно, уверенности в голос он добавить не успел – Потерпи, закончим, потом сходишь. – Богдан уложил мальчишку обратно на кровать, выдавливая еще немного крема. Женька прикусил губу, пытаясь сохранить спокойное выражение лица. Массаж продолжился, но уже ненадолго. Мальчик слишком сильно напрягся, что дернулся от первого же ощутимого прикосновения к ребрам. Он схватил врача за руку, закрывая всю область воздействия. Эмоции у Жени скрыть не получилось, губы все равно растягивались в тонкую сжатую улыбку. – Не боится он, – Богдан тихо засмеялся, отодвигая руки мальчика в сторону, чтобы не мешать начатой процедуре. Подросток понял, что дальше уже смысла терпеть нету, врач явно всё понял. Женька стыдливо покраснел и отвел взгляд. Как же это позорно. – Ну давите посильнее, – по его мнению, доктор слишком слабо надавливал, и от этого как раз было ужасно щекотно. – Вот так? – Педиатр ощутимо растер средние ребра, создавая небольшую вибрацию. Это движение было очень эффективным для массажа, и по-хорошему так и следовало бы делать. – Айхахах! – Женя выгнулся дугой, а с его губ слетел предательский высокий писк, сменяемый приступом громкого влажного кашля. Это было ни разу не проще выдержать, щекотка стала лишь ощутимее. Мальчишка ужом попытался выкрутиться из-под рук врача, но тот быстро среагировал и прижал его обратно. – Да я до тебя даже дотронуться не успел, – парень улыбнулся такому детскому поведению со стороны сорванца. Эту его особенность он обязательно запомнит на случай очередных беспричинных капризов. – Ну и не надо меня трогать, – мальчик отпихивал все тянущиеся к нему руки, даже близко не подпуская к чувствительным местам. – Вот и как тебя лечить? – Процедура действительно была эффективной, мокрота послушно отлипала от стенок бронхов и выходила наружу вместе с кашлем. Это было именно то, что сейчас нужно пациенту. – Вот так не надо, – Женька такой радости от массажа не испытывал, хотя по нему было видно совсем другое. В противовес улыбке на лице, в мыслях было только напряжение, как бы ему не опозориться в этой ситуации еще сильнее. Лучше бы её вот-вот закончить. – Жень, убери руки, мне нужно закончить. – Богдан перехватил запястья сопротивляющегося мальчика и положил их обратно на кровать, вытягивая руки вдоль туловища. Ребенок шумно втянул воздух, зажмуривая глаза, но конечности оставались лежать в том же положении. Врач вернулся к массажу, надавливая, как можно сильнее, его цель - вывести мокроту из легких, а не поиздеваться над и так смущенным пациентом. Хотя и этот вариант он далеко не откладывал, но не сейчас. С каждым прикосновением Женька напрягался, до предела сжимая зубы и губы. Наружу уже просились предательские хихиканья, но он их игнорировал. Терпеть щекотку было тяжело, но он справится. Хотя уверенность пропадала с каждой секундой. Одно вибрирующее движение, и его рука тут же тянулась к туловищу. Массаж подходил к концу, все необходимые действия врач уже выполнил, поражаясь стойкости пациента. Судя по всему, он прилагал огромные усилия, чтобы держать себя в руках. Мальчишка сжался всем телом, напрягая до предела мышцы. Насколько же сильно он боялся щекотки, что так реагировал? То, что массаж закончился, пациент не понял, все еще жмурясь и ожидая новых прикосновений. На лице врача появилась хитрая улыбка, а руки сами потянулись обратно к туловищу. Вот только касания в этот раз существенно изменились. Он не простукивал и не растирал кожу, как делал до этого. Кончики его пальцев пробежались по ребрам ребенка, несильно их пересчитывая. Женька вмиг взвился и залился громким смехом, такое терпеть он уже не мог. Его руки тут же прижали пальцы врача к торсу, а ноги стали активно отпихивать врага. – Я закончил, – Богдан еле удержался от того, чтобы тоже не рассмеяться от такой реакции на его маленькую шалость. Коварная улыбка все равно украшала его лицо. Женька обиженно сцепил руки на груди и кинул свирепый взгляд на доктора. Он что, специально это сделал? От негодования мальчик надул губы, но окончательно убрать улыбку не смог. Он бы ни за что не хотел в этом признаваться, но, кажется, ему даже понравилось. – Вообще по-хорошему нужно провести от пяти до десяти сеансов, тогда массаж будет максимально эффективным. – Парень хитро взглянул на смущенного пациента. Женя тут же замотал головой. Нет, он ни за что не дастся. Никаких больше массажей, никогда. – Нет, ни за что. – На всякий случай, он отполз подальше от парня, все еще недоверчиво поглядывая на его руки. Мало ли, вдруг он решит продолжить сеанс. – Так и думал, ладно. – Ну не будет же он ловить ребенка и насильно растирать ему грудь, в этой борьбе не сложно пострадать и самому. Богдан убрал крем в карман, вспоминая об еще одном забытом ими действии. Мальчишка забился в угол, и как его доставать оттуда врач не знал. – Ложись обратно, у нас укольчик еще. Женька обреченно всхлипнул, ну что за несправедливость. Его со всех сторон сегодня замучают? Сначала ингаляции, потом массаж, теперь еще и укол. Он переполз обратно на кровать, утыкаясь лицом в подушку. То, что он все еще был без футболки - его напрягало. Краем глаза он недоверчиво наблюдал за каждым движением врача. – Отвернись, – не хватало еще, чтобы пациент увидел шприц. Какую тогда истерику придется успокаивать, парень даже представлять не хотел. Его пальцы мягко опустились на шею и аккуратно повернули голову обратно к подушке. Мальчишка напряг тело, явно страшась каких-то новых прикосновений к уязвимой коже. – Не буду щекотать, не бойся. Женя заскулил, доктор и правда переместился ниже и приспустил штаны. Что хуже, массаж или укол, он выбрать не мог. В обеих процедурах было что-то неприятное, чего хотелось бы избежать. Иголка резко разрезала кожу, втыкаясь в правую ягодицу. Это было менее болезненно, чем утром, но все равно неприятно. А еще, что странно, уколы в последнее время были не такими болючими, как в первые дни. Ну не может же он привыкнуть? Может, это просто какие-то другие? Или врач научился их нормально делать. Укол был сделан, а Женька уже обыденно расслаблялся на кровати, справляясь с тянущими последствиями инъекции. Богдан задерживаться не стал, он убрал шприц и, напоследок потрепав пациента по голове, собрался уходить. Мальчик лежал на животе, и врача уже не видел. Услышал лишь странный звук в коридоре за открывшейся дверью. – Бл*ть, смотри куда прешь, – этот голос мальчишка узнал тут же, это его "любимый" сосед, жертва воровства. Женька тут же подскочил с кровати, забывая про ноющую боль. Что там произошло? – А зачем ты встал под дверью? – Богдан совсем аккуратно открыл дверь, но мальчишку все равно задел. Он что, сидел прямо за ней и подслушивал? – Отъ*бись, – пацан поспешил смыться с этого места, напоследок бросая не самые лестные фразы в сторону чужого врача. От такой наглости парень обалдел, что у этих детей за тенденция сразу же хамить взрослым, как только что-то идет не так. – Что случилось? – К замершему в коридоре врачу тут же подлетела та самая полная медсестра, видимо, услышав шум от дальних палат. – Все хорошо, – парень задумался, этот мальчишка доставлял проблем уже не первый раз. Взять хотя бы вчерашний случай с приставкой. Её же нашли в процедурном кабинете на столе, а все стали валить на его пациента. Врач обернулся на Женьку, который уже переполз на самый ближний край кровати и увлеченно следил за развитием событий. Богдан вздохнул, надеясь, что его потом за это не прибьют. Хотя и лечащий врач того пацана на него не раз жаловался, он не должен быть против. – Давид Тагирович просил передать, чтобы вы его пациенту из тринадцатой палаты витамин B12 поставили. Анализы пришли, витаминов мальчику не хватает. Медсестра растерянно кивнула и поспешила за нужными лекарствами. Врачу же не показалось, или на ее лице он увидел довольную усмешку? Видимо, этот пациент успел напрячь не только их. – Угу, за его поведение ему хорошему витаминки, – Женька обиженно сложил руки на груди. Он считал, что это несправедливо, он тут терпит всякие неприятные и болезненные процедуры, а этому гаду витаминки. Принесут вкусную таблетку и все. – Тоже хочешь? – Со смехом произнес парень, вот такого он точно не ожидал. Чтобы его непростой пациент, который до ужаса боится уколов, сейчас завидует. – Это далеко не таблетка ведь. Мальчишка вскинул голову вверх, сталкиваясь с насмешливым взглядом врача. Кажется, Женька все понял, и на его лице тоже растянулась коварная улыбка. Этот гад получит по заслугам, хотя бы немного, но и от этого на душе уже потеплело. Хоть где-то есть справедливость