Отдел тайн

Мы шагали по мощеному переулку. Я шел, немного щурясь от яркого солнца. Впервые за неделю не шел проливной дождь. Я отвык от солнца: оно не вызывало бурной радости, и я хотел скорее уже дойти до кафе, где я раньше часто пил кофе по вечерам. Аннабель задумчиво поглядывала на меня, прикрывала лицо краем рукава своей маггловской кофты, чтобы я не заметил её внимательного взгляда. Я пожал плечами: мне было не комфортно рядом с Соулман. Не дело было не только в магловской одежде, в которой она шла в кафе по магическому переулку. Хоть мантию догадалась надеть, и на том спасибо. Я всё вспоминал и вспоминал мои дурацкие издевки над Соулман в школе, и из-за этого становилось всё больше не по себе. Я считал, что я не прав - но не прав только в том, что говорил ей это отчаянно злобно. Я бросил Аннабель ответный взгляд: девушка резко отвернулась. Я прищурился: по крайней мере, я старался сделать вид, что мне все равно, а Соулман, как обычно не умела притворяться. - ”Куда мы идем?" - наконец спросила Аннабель, не отрывая взгляда от дорожки. Я отряхнул мантию и заявил: “Мы уже пришли. Пожалуйста”, - я придержал для нее дверь, и Аннабель закатила глаза, “Вот то, чему чистокровные матери учат своих отпрысков? Действовать на нервы?” - “Ты бы предпочла, чтобы я был похож на твоих троллей-друзей?”, - я поднял бровь, убирая палочку во внутренний карман своей мантии. Я улыбнулся девушке, но ей видимо всё это претило. В том числе и субботнее утро. - ”Троллей-друзей?“, - повторила она, ее глаза выглядели задумчиво, - "Я должна разочаровать тебя, Найл. У меня нет друзей.” - “А с кем ты была в клубе?”, - поинтересовался я, отодвигая стул для нее. - ”Не твое дело", - фыркнула Аннабель, - “Что это за место? Я никогда здесь не была”, - протянула девушка. Она заметила косые взгляды и переспросила: “Почему они так на меня смотрят?”. Она вздрогнула, ссутулившись, как будто ей было неловко. - “Потому что ты пришла сюда в маггловской одежду, Соулман”, - я сел напротив нее, и добавил: “Расслабься, им нужно о чем-то болтать, и в основном они бы сплетничали обо мне, так как вчера в Пророке про меня написали потрясающую статью. Надо было проверить, верно ли написали фамилию.”,- я фыркнул. Послевкусие от выпитого осталось, и я жестом попросил официанта принести один стакан воды. Соулман убрала прядь волос с ее лица: ”И как часто ты так развлекаешься?" - ”А что? Завидуешь?“, - ухмыльнулся я, а затем вздохнул: ”Тебя не это интересует, не так ли?" Официантка подняла стакан в воздух и наполнила его водой до краев. Я сделал глоток, а затем повернулся к ней: “Стандартный поздний завтрак, пожалуйста”. “Конечно, мистер Фьерн. А для спутницы?, - она искоса взглянула на Аннабель. - “Это для спутницы”, - я поджал губы. Соулман попыталась возразить, но я остановил ее быстрым жестом. - “И чашку кофе, черного, пожалуйста”. Официантка кивнула и направилась обратно к стойке. - “Ты помешан на власти, Фьорн. Это вредно для здоровья”, - захныкала девушка, играя с кольцом для салфеток на столе. Я мрачно усмехнулся: “Как будто ты нет!” - ”Нет, я точно нет“, - она покраснела, и я рассмеялся, послав ей недоверчивый взгляд, - "Соулман, ты меня не обманешь. Кто играл со мной в собачку несколько часов назад?” Девушка вздохнула: “Я протестую!” - ”Хм", - констатировал я, делая глоток из стакана, - “Понятно. Я думаю, тебе будет труднее, чем мне признать тот факт, что ты помешана на власти. Мы даже в чем-то похожи с тобой. Не находишь?» Неловкое молчание снова наполнило комнату. Я постучал пальцами по глянцевой поверхности стола, изучая девушку. “Я должен сказать, что ты хорошо выглядишь, Соулман.", - я задумался, “Я серьезно. Я знаю, ты мне не поверишь, назовешь меня подлизой и льстецом, мне все равно.” Я поморщился от солнечного луча, отклоняясь на спинку стула. Аннабель склонила голову набок: “Спасибо, Найл”. Она вздохнула: “Возраст тебе к лицу. Ты как бы... Неважно”, - она на секунду замолчала и потом резко сменила тему: “Ты ничего не помнишь из прошлой ночи?” Я закатил глаза: “Ни секунды. Можешь, будешь так любезна и расскажешь мне, что я делал прошлой ночью?”. Аннабель вспыхнула, ее щеки снова стали ярко-алыми. Это меня удивило. Я всегда считал Соулман смелой, дерзкой, лишенной хороших манер, а теперь она опровергала мои догадки своей реакцией. Я снова наполнил стакан водой и немного отпил: “Соулман? Ну так что? Расскажешь, что мы делали прошлой ночью?” Она резко вдохнула, а затем прошептала: “Фьорн, ты полный придурок!” - “Я уже знаю этот факт, ты твердила мне это со второго курса”, - я лениво размял предплечья, - “Итак, это слишком очевидно”. - “Я все еще думаю, что ты притворяешься, что ничего не помнишь. Я могла бы воспользоваться этим преимуществом. Я могу сказать тебе, что у нас был секс прошлой ночью, и ты не смог бы это проверить.”, - она ухмыльнулась, и я нахмурился, перебив Аннабель: “Но по какой-то причине ты решила не тратить на это время. Почему?” - “Ну, признаться, мысль о сексе с тобой мне отвратительна”, - пожала плечами Аннабель. Я вздохнул. Опять же, она пыталась задеть меня, и я бы обиделся, если бы услышал от неё это раньше. На этот раз мне было скорее неприятно, чем оскорбительно. Я задумчиво посмотрел в окно на мощенный переулок и тихо сказал: “Наверное, можно сказать, что я привык к твоим подколам, раз, я ожидал, что меня обидят, и ни капельки не обиделся”. Соулман скривилась: “Я не собиралась тебя задеть, Это просто моя точка зрения. Я уверена, что кто-то может воспринимать тебя как самого сексуального мужчину на свете.” Официантка вернулась с завтраком и поставила поднос прямо перед ней. Я взял палочку и разделил блюдо на две части, переложив одну из частей на тарелку Аннабель. Она подцепила кусок яичницы-болтуньи с беконом и медленно начала ее есть. “Я могу готовить лучше”, - заявила она, - “Ладно. Ничего между нами не было, если ты беспокоишься об этом. Но я могу сказать только за себя. Я не следила за тобой всё время, так что, возможно, я пропустила, как ты вешался на кого-то. Хотя, я видел, как ты целовал Электру.", - Соулман проглотила ещё порцию яичницы и продолжила: “Я бы сказала, Электра выглядела крайне довольной. Возможно, ты ей нравишься”. Я почувствовал, как запылали щеки, и сменил тему: “Хватит о Блэк. Что еще? Ты, кажется, очень заботилась обо мне.” Она пожала плечами: “Знаешь, когда ты подошел к моему столику, и буквально набросился на меня, неся чушь о том, что я твой любимый кошмар, у меня было только два варианта. Я сгорала от желания отравить тебя, но потом решила, что мне слишком дороги отношения с твоей сестрой, а бесславная безвременная кончина погубит ее”, - заявила Соулман слишком обыденно. Она доела свою часть блюда и налила кофе в мою и свою чашки. - “Я тоже не понимаю своего мотива. Странно, что я помогаю тебе. Тебе! Ты, который издевался надо мной почти все время учебы. Я не забыла, Найл. И твои шалости на грани с темными искусствами...” Я нахмурился. Я вспомнил последнюю штуку, которую я сыграл над Соулман в конце пятого курса. Я нашел это заклинание в запретном разделе домашней библиотеки на пасхальных каникулах. Я стремился победить Эшберна и стать лучшим в дополнительном зачете. Соулман просто прогуливалась неподалеку. Я хотел ударить в стену, там, где стояли рыцарские доспехи, в холле на 8 этаже. Я произнес заклинание, не задумываясь. В описании говорилось, что эффект должен закончиться достаточно скоро: получатель просто погрузится в глубокий сон, а моем случае, доспехи бы просто развалились. Все пошло наперекосяк, и я перестал вспоминать о последствиях, с которыми мне пришлось иметь дело позже. - «У меня не было намерения причинить тебе боль. Ты просто случайно оказалась поблизости”, - пропел я, чувствуя как стыд подкатывал к горлу. Аннабель нахмурилась: “Знаешь, я не хочу об этом вспоминать”. - “Я тоже.», отметил я, - «Спасибо, что помогла мне, Аннабель. Я, если честно, не ожидал.”,- я виновато опустил голову. - ”Надеюсь, ты не будешь после этого уходить в постоянные загулы, чтобы тебя все спасали“, - фыркнула она, - ”Найл, скажи мне, ты когда-нибудь пытался справиться со своими проблемами, просто работая? Не устраивая истерики и загулы? Может, тебе стоит пропить курс успокоительных зелий?" Я хитро улыбнулся: «Ты же знаешь, я не зельевар. У нас это семейное. Вот и приходится их покупать у Лиама.”, - Я отхлебнул кофе: “Работа-работа... Я не ухожу в загулы. Если ты не знала, главная по загулам - это Лета.". Аннабель широко улыбнулась: "Ах вот оно что. Кстати, я всегда хотела спросить. Почему Лета?". Я смутился: "Ну, Николетта - Лета. Логично же.". Соулман рассмеялась: "Допустим. Вы же одинаковые. Почему разные факультеты?". Я раздраженно поставил чашку с кофе на стол: "Соулман, я думаешь, знаю? Не надо задавать тупые вопросы.". Я молча пил свой кофе. Аннабель обиженно доедала завтрак. Нет, мне, конечно, всегда было интересно, как так вышло, что Лета попала на Гриффиндор. Резонанса в семье это не вызвало - матушка училась там же, её кузина, ещё какие-то родственники. - "Соулман, я понятия не имею, почему так. Лучше скажи мне, что было после поцелуев с Электрой?”, - я опустил голову. Соулман вздохнула: “ты решил, что ты очень хочешь поболтать, поэтому вы с Электрой мило щебетали прямо за моим столиком. Ты был угашенный, она скорее всего тоже, я не проверяла. Болтали и обжимались. Отвратительно”, - Аннабель снова отхлебнула кофе, спасаясь от разговора. Я вздохнул: я должен послать Электре сову, извиниться за неподобающее поведение. И какой позор для ее семьи, для самой девушки! Надеюсь, я хотя бы спросил Электру, хотела ли она этого поцелуя. Я продолжил пить кофе. Он помогал мне немного лучше сосредоточиться, собраться с мыслями. Аннабель уставилась на кофейную гущу в своей чашке и вздохнула: “Знаешь, я всегда любила прорицания. Жаль, что это вообще никому в жизни не сдалось.” Я мягко улыбнулся: “Ты преувеличиваешь. Мы собираем пророчества в Отделе.” Соулман покачала головой: “Но не те, что сделан на кофейной гуще и чайных листьях”. Девушка вздохнула: “Фьорн, у тебя есть талант очаровывать людей. Я не собиралась тут откровенничать с тобой, но ты не оставил мне шанса. Ты действовал мне на нервы всю ночь, увязался со мной.», - она скорчила кислую мину, - «а потом тебе стало плохо. Конечно же, я отправила тебя в туалет, но ты перепутал мужской и женский, распугал всех девиц там. Мы поскандалили, и решила отправить тебя домой и, к своему удивлению, обнаружила, что понятия не имею, где ты живешь. Тебя несколько раз стошнило, и я подумала, что ты откинешься прямо там, в клубе. Пришлось вести тебя ко мне. Повезло, что я живу рядом.” Я закрыл глаза и помассировал виски: “Наверное, я должен извиниться, Аннабель”. Аннабель ядовито рассмеялась, - “Ты пытался, когда я левитировала тебя в квартиру, а затем пыталась избавиться от твоей грязного костюма. Ты где-то посеял свою дорогущую мантию, прежде чем мы вернулись домой, и мне пришлось приманить твои вещи, благо, что твоя палочка была у тебя в руке. Ты цеплялся за это, как за самое дорогое, что есть в твоей жизни.”, она скорчила гримасу: “В любом случае, я прошла через ад, пока пыталась раздеть тебя. Большую часть времени ты был в отключке, но, Мерлин, я понятия не имела, что ты так много весишь! После этого ты заснул, как младенец, но проспал мало. Около пяти часов. И ты кстати разговариваешь во сне.», - она сморщилась, «ты все звал свою сестру.», Аннабелль саркастично усмехнулась. Она отставила от себя тарелку, осмотрелась и неловко поёжилась. Я снова густо покраснел: “Соулман, я тебе уже говорил, спасибо? Хотя, хотя я все еще не понимаю, почему ты решила помочь мне», - я пожал плечами. - “Я тоже”, - тихо сказала девушка, вяло тыкая вилкой в кофейную гущу. Некоторое время мы сидели в тишине, а затем Аннабель задумчиво произнесла: “Полагаю, меня восхитило как ты колдуешь. Ты же, даже угашенный постоянно колдовал. Я много думала над этим, и должна сказать, что ты правда очень и очень талантлив. Хотя, как ты зависишь от своей палочки», - она покачала головой и хитро прищурилась, «а в чем заключалось талик предложение?», - она отмахнулась, - «Ладно, не важно. Мне кажется именно поэтому ты не умеешь придумывать заклинания. Твой мозг не привык думать в этом направлении.” Я напрягся: “То есть ты хочешь сказать, что я должен отказаться от магии вообще? Ты прикалываешь надо мной, Соулман?”, - я стиснул зубы и прошипел: “Это снова какая-то болезнь полукровок, с которыми ты не можешь справиться?” Соулман вздрогнула. Ее брови сошлись в тонкую линию, и она заявила: “Знаешь что, Найл! Этого достаточно! Возможно, я и терпела твои издевательства в школе, но теперь я выросла. это ты просил о помощи! Не хочешь, чтобы я тебе помогала, вали отсюда”, - она откинулась назад и закрыла глаза, тихо застонав: “Фьорн, зачем ты вообще свалился на мою голову! Я ненавижу тебя всем сердцем!” Я просто смотрел на нее. Моя голова была тяжелая, мысли путались, но я ничего не чувствовал. Должно быть, я растратил впустую свой эмоциональный запал. Подобное безразличие напугало меня, и я схватил Аннабель за руку: “Хорошо, Аннабель. Мне жаль. Мне действительно нужна твоя помощь.” - “Зачем?” - пропела она дрожащим голосом. Я собрался с мыслями и начал: “Все это касается моего рабочего проекта. Я заплачу тебе, как обещал, а я обычно держу обещания.” - “Уже расскажи, что там за твой секретный проект”, - она пожала плечами. Я взмахнул палочкой и создал записку. Она подлетела ближе к девушке. Аннабель схватила записку, быстро прочитала ее, и как только закончила, подожгла ее. “Тергео”, - я указал на остатки записки, и пыль втянулась в палочку. Глаза Аннабель выпучились. Она немного напряглась и выпалила: “Я никогда не представляла, насколько серьезной может быть твоя работа”. Девушка огляделась вокруг, а затем добавила: “Заклинание, которое может связать разум с событиями прошлого. Я в шоке. Ты когда успел стать таким серьёзный человеком, Фьорн?.” - “Заклинание полностью меняет то, как человек может воспринимать время. Я работаю над ним с августа. Но провалил тест. Чары не работают”, - я опустил голову. - “И ты решил попросить меня? Как ты думаешь, я смогу починить твоё заклинание?”, - она с неверием посмотрела на меня. Я пожал плечами: “Ты хороша в составлении заклинаний и чар. Я помню это. Признаться, я бы никогда не вспомнил, пока не столкнулся с тобой на улице.” Она покраснела: “Не надо об этом, идёт?” Я рассмеялся: “Как хочешь. Итак, Соулман, ты мне поможешь?”. Аннабель загадочно ухмыльнулась: “Подожди, ты просишь меня, полукровку, помочь тебе, чистокровному волшебнику, помочь? Я сплю?” - ”Нет,“, я закатил глаза, ”Отвечай быстрее, я все еще могу передумать!“. Соулман поджала губы: "Я должна отказаться по идее, но мне очень нужны деньги», - она постучала пальцами по столу, «я в деле. Но!!», - она ткнула в меня палочкой, - “Ты должен делать то, что я говорю! И я бы хотела получить половину недельной зарплаты прямо сейчас.», - она скрестила руки на груди. - “Ох, я начинаю жалеть, что связался с тобой”, - я закатил глаза. У меня не было другого выбора. Без Аннабель мне потребовались бы годы, чтобы закончить это задание. А у меня было не так уж много времени. Я должен был представить его прямо перед выборами, а их назначили на 22 декабря. - ”Этого будет достаточно?", я отсчитал пятьдесят галеонов и положил их на стол. Аннабель покраснела. Я поставил на них еще десять: “Считай это моральной компенсацией за вчера ”. Я встал с места: “В понедельник приходи в министерство. Обсудим все детали”. Соулман кивнула. - “И, пожалуйста, приди в нормальном виде? В мантии. Так что мне не придется ничего объяснять коллегам.”, - я сморщился и жестом подозвал официантку, оставив 5 золотых монет на столе. - “Ты просто очередной богатенький сынок, я просто в шоке”, - прокомментировала Соулман, и мы вышли из кафе.