Переживая

Чувство охмеления всегда приносило свободу, мысли развеивались, растекались и, даже если очень сильно хотелось их поймать, они выскальзывали сквозь пальцы при малейшем контакте. Леви пьянел красиво, без отягчающих последствий. Движения становились чуть свободнее, но природная аккуратность и плавность оставались с ним при любой кондиции. Он смягчившимся взглядом рассматривал раскрасневшуюся Ханджи, чей нездоровый блеск в глазах слепил всех окружающих. Она задорно смеялась над историями Эрвина, похлопывая его по плечу. Ханджи была невозможно тактильной личностью. — Как мальчишка-то этот? — Дурит. На самом деле это было буквально единственное слово, которое могло описать происходящее. Эрен испытывал нервную систему Леви так, как давно себе никто не мог позволить. Причём, что было самым не смешным в этой ситуации, делал этот абсолютно бессознательно. Внешне мальчишка выглядел слишком взрослым, от чего та дурость и какая-то даже детская наивность, что проскальзывала в каждом его движении, казались просто неуместными. — На гормонах все дурят, не душни, — Ханджи высунула язык и толкнула Леви в плечо. Аккерман поморщился. Дурят, конечно же, далеко не все. Леви понимал, что отчасти в одной из неловких ситуаций был виноват он сам, но соглашаться с этим все-таки не хотелось. Зайдя на обходе к нему в палату, он не ожидал его не обнаружить. Пустая койка, полнейшая тишина и выключенный свет в туалетной комнате, будто пацан сбежал. Чему бы Леви не удивился. Слишком нежный возраст, слишком мало осознанности. Аккерман собирался выйти из палаты, дать сигнал сёстрам и санитарам, чтобы начали поиск этого дурного мальчишки, когда услышал шорох из туалетной комнаты. Резким движением Леви открыл дверь, включил свет и увидел испуганного мальца, руками вцепившегося в пачку салфеток и детского крема. Леви вопросительно поднял бровь, в очередной раз забывая, что для диалога требуется участие обеих сторон. Присмотревшись внимательнее, Аккерман понял, что пацан выглядит как нашкодивший щенок, пойманный на месте преступления. — И что происходит? — В туалет ходил, — пожалуй, такого высокого голоса от него Леви ещё не слышал. — В темноте? Эрен отчаянно покраснел, бросил пачку салфеток на туалетный столик и остервенело начал мыть руки. Вода лилась из крана чересчур холодной, но это, видимо, было и к лучшему. Мальчишка посмотрел в зеркало над раковиной, чувствуя на себе крайне недовольный взгляд. Он ощущал в равной степени неловкость и злость от сложившейся ситуации и поведения бестактного врача. — Ты дрочил, что ли? Эрен схватился за раковину, резко разворачиваясь и делая агрессивный шаг навстречу. — Так ваше же поручение исполняю. Леви поднял бровь: мальчик решил показать зубы. — Серьезно? Застал пацана за дрочкой в туалете? — Ханджи искренне засмеялась. Леви откинулся на стуле назад и потянулся за сигаретой: — Собирал материал для криоконсервации. — Причиной отсутствия маленьких Йегоров будет хмурая рожа его лечащего врача. Леви улыбнулся, было нечто очаровательное в воцарившейся атмосфере на кухне. Это были те редкие моменты, когда не хотелось оставаться в одиночестве, потому что было комфортно. От мыслей его отвлёк раздавшийся звук присланного сообщения на телефоне. Ленивым движением Леви разблокировал экран. 23:02 Эрен Йегер (пациент) Я проблевался уже 4 раза. Кажется, что единственное чувство, которое у меня осталось, — это сраная тошнота ((( Леви вопросительно поднял бровь. Серьезно? 23:03 Леви Аккерман Для подобных проблем существует дежурный врач, позови его. 23:03 Эрен Йегер (пациент) Просто хотел, чтобы вы были в курсе: ( — По шкале неудовольствия на лице — сейчас у тебя 9 Леви из 9. Что там такое? — Ханджи потянулась к мужчине, ловким движением выхватывая телефон из рук. — Очень важная информация. А с каких это пор ты даёшь свой личный номер пациентам? — Тебя не касается. — С тех самых пор, как застаёт больных за дрочкой, — смеётся Эрвин.