Апартаменты

Казалось, что все поголовно ошибаются на счет главы Ордена. Великий целитель или алчный ученый? Мудрый духовник или лицемер? Слова то еще какие. Я бы сказала проще и короче, чтобы было понятно: подходящий на должность Администратора. Он вошел в лабораторию со стороны кельи, петляя между рабочими столами по направлению к нам. Санджар выглядел помято, опухший после дневного сна. Он жил в отдельном помещении, своем кабинете, а в других узких кельях по левой стороне жили остальные члены Ордена. — И что здесь? — глава Ордена посмотрел на мою перевязанную руку. Буквально только что я кричала на весь Храм, теперь стало неловко. Семейство Козлов и Орден не ладили, поэтому приплетать Рози к назревавшему объяснению не собиралась: — Простите, господин Санджар. Дверь была открыта, и мы с Чарли… — Понял. Думали, это сработает? Санджар покачал головой и наклонился к Чарли: — Я уже вкурсе, что пришил Дворецкому твой глаз. Глава Ордена распрямился, сводил в кучу брови и прикрикнул на Гедиза: — Выкинь её отсюда. Тащила мальчишку на случай, если поймают. Как ты вообще пробралась сюда? — Это я не закрыл, — сказал Гедиз. — Хватит, — выдохнул Санджар. — Любопытство это не грех, — продолжал Гедиз. — Любопытство к чему? К женщине? Гедиз быстро отвернулся, так что я не могла разглядеть его лица. Глава Ордена сосредоточенно осматривал мерзариум, на мгновение позабыв о нас. — Нужно закрепить новую, — заключил он о трубке. Гедиз коротко кивнул, сразу отправившись за поручением вглубь лаборатории. Санджар повернулся к нам вновь, и вдруг Чарли сказал: — Это я привел Дори сюда. Хотел посмотреть на жуков. Санджар вытащил из кармана три зеленые бутылочки с черепами на этикетках и поставил их на стол рядом с собой. — Это яд? — разволновалась я. Он мрачно уставился на меня, как если бы молил своего бога никогда не получать тупых вопросов и теперь обиделся. — Обезболивающее. Поморщившись, Санджар присел на краешек стола и закрыл глаза. Вот почему он остался в Апартаментах, когда все ушли — ему становилось всё хуже и хуже. — Послушай сюда, мальчик. — Меня зовут Чарли. — Чарли. Заруби на носу, ты и эта твоя дама, что в Храм запрещено таскаться когда тебе этого захочется. — А зачем вы впускали Дворецкого? — спросил Чарли. — Он слуга Администратора. Принес мне глаз. Заплатил. Обычное дело. Сказал, что он достал его сам и никто не узнает. Всё. Я был уверен, что глаз нечеловеческий. — И это «обычное дело»? — скрестила я руки на груди. Санджар перевел на меня красноречивый взгляд. — В Апартаментах — да. — Вы не боялись, если Администратор узнает… — Послушай, дорогуша, — выходил из себя Санджар. — Однажды этот старик спал себе мирно, когда на него спустилась мерзкая голодная крыса и выгрызла глаз. Знаете, сколько ему лет? Сколько он прослужил в этом доме? Старикан, немощный, пришел в слезах, рассказал Администратору. Но как известно, когда речь идет о борьбе, Дориан всегда на стороне зверей. С полминуты мы стояли в тишине, слушая как он отвинчивал крышечку от бутыли с лекарством. — Болезни преследуют от самого рождения, — крутил Санджар. — Отнимают счастье, радость и крохотные мгновения, что мы называем жизнью. Дворецкий? Да у него ничего нет, только этот дом с вечно грязными полами. Санджар взболтнул бутылек из стороны в сторону, как покачивающийся пьянчуга в самом конце вечера. — И после всего произошедшего Администратор похлопал его по плечу и выписал десяток досок, чтобы он как следует заделал все дырки в потолке и прохудившемся полу. Чтобы крысы не беспокоили его. А ведь крыс надо травить, между нами говоря. Он выпил содержимое зеленой баночки и посмотрел на меня. — Вижу, вам плевать на старика, — и вытер губы. — Мне нечего на это сказать, — повела плечом я. — Я понимаю, — вмешался Чарли. — Лишиться глаза очень больно и страшно. — Как и оставаться одному с недугом, — кашлянул Санджар и перевел взгляд на мальчик. — Поэтому я и помог ему. Чарли кивнул. Санджар замолчал, теребя в руках бутыль с обезболивающим. Он разглядывал его одноглазое лицо. — Так и… что тебе здесь было интересно? — У меня тоже есть жуки, они живут в Жучином городе. Сейчас там пятьсот двадцать четыре жителя. Но таких, как здесь у вас, я никогда не видел. — Сколько-сколько? Сам считал что ли, — хмыкнул Санджар. Чарли кивнул и потер носком пол перед собой. Я заметила тень улыбки на его лице. С того момента мне стало казаться, что он начал понимать, как это работает. Его способности впечатляли взрослых.       Вернулся Гедиз. Я машинально схватила свою руку, представив вновь, будто он держит и перевязывает её. — Ну, что ж. У нас тут тридцать ящиков с городками насекомых… — Тридцать один, — едва шевеля губами поправил Чарли. Санджар удивленно вскинул бровью и вопросительно повернулся к Гедизу. Тот открыл мерзариум с ульем пчел и осторожно положил съестную смесь — горстку мелких личинок и цветы. Мы наблюдали за ним. Потом Гедиз улыбнулся Чарли и кивнул: — Всё так. Два с медоносными, девятнадцать обыкновенных, семь порхающих и три инкубатора. — Ну всё, — поднял вверх ладони Санджар и обратился к Чарли: — И в кого же ты такой? — Его маму зовут Линда Шейн, — сказала я. Санджар вновь удивился. — Слушайте, я всё никак не пойму. Я знал её. Линда исчезла много лет назад. Мы думали, она умерла или сбежала. Что же произошло на самом деле? — Не знаю. — Администратор бы не хотел распространяться об этом? — Ээ… Тон моего голоса стал выше. Санджар нетерпеливо погладил бороду. — По-видимому, он считает, что о подобном разумно умалчивать? — Может быть, — пожала плечами я. — Выдающаяся тактика. Мне не терпелось выболтать, что именно я последняя видела Линду. Мялась, что не знаю, чего она от меня хотела. Какой у неё был план. Санджар удивленно выслушал. — Странный план, отправлять незнакомку в путешествие к сыну в другое измерение. — Мне не по душе отсутствие билета обратно, — проворчала я. — Так. И вы копались в её бывшей лаборатории, — ворочал мысль Санджар. — Так куда, говорите, Линда уходила работать? Сейчас я не могу спросить Санджара, но тогда он рассуждал очень здраво. В его голову сразу пришли мысли, он уточнял, чем наполнена старая лаборатория, чем могла быть новая, случаем не скрытое пространство Апартаментов. У меня перехватило дыхание. Мы ему не сказали, но Санджар сам того не зная, догадался о потенциальных возможностях, тех же скрытых комнатах Чарли. Правда он размышлял о закрытом пространстве Апартаментов. — Несметное количество портального оборудования погребено на 4 этаже. Но десять лет назад он был запечатан, как вы наверняка знаете, когда вырвался Червеглот.       И в тот момент меня неприятно холодила мысль. Это был единственный этаж, куда не заглядывали вот уже столько лет. Что если именно там работала Линда, когда покидала комнаты Чарли? Именно там была её лаборатория, о которой она ему говорила? — Иногда мне кажется… Нет. Всегда казалось. Что Линда ошиблась. Вряд ли я тот человек, кто ей зачем-то нужен. Санджар выслушал и какое-то время размышлял. — И всё-таки. Линда умная женщина. Глупо отправлять к сыну человека, в котором она не была бы уверена. Как вам такое? Мда. История необычная. — Даже по меркам Апартаментских дел? — Вот именно, — увлеченно подхватил Санджар. — Есть только один шанс. Игра Администратора. Мы переглянулись с Чарли. Санджар повторил. — Ну как же? Всем известные шесть явлений мира Апартаментов. Первое — языки разных существ сливаются в один. Говорящие на разных языках, внутри Апартаментов мы мгновенно без усилий воли понимаем речь и письмо других цивилизаций. Мы с Чарли кивнули. — Второе — возможность всех созданий жить внутри Апартаментов. Заметьте, не наоборот. Другие вселенные могут обладать другими гравитациями, атмосферами, давлениями и прочими переменными бытия, оттого и жить там невозможно. Только внутри Апартаментов. Третье — случайные порталы, странные, редкие, некоторые иногда спасают погибающие души. Тоесть Апартаменты случайно выбирают существ из других миров и заключают в себе. Четвертое — избранный. Зачем Апартаменты выбирают Администратора? Пятое — невозможность выбраться наружу. Ну и наконец Игра. Шестое чудо Апартаментов. Партию игры может проводить только Администратор, но он может пригласить еще игроков. Говорят, что благодаря одной такой легендарной партии мистер Шимпанзе озарила блестящая догадка, и он создал портал в Зверемирья, смог связаться и увидеться с родными вновь. А виктор шейн сделал большой рывок в познаниях, обретя вдруг уверенность. Незадолго до исчезновения Линды её муж, прошлый Администратор, стал все чаще обращать внимание к тому, что подсовывало окружающее пространство. Он в отчаянии искал ответы и нашел их в Игре. Вот что он выяснил. Твердил всем: его предали. Становился все более мнительным и озлобленным день ото дня. И вот представьте. Исчезает Линда. Жители шептали — это дом. Забрал её в жертву. Виктор сошел с ума, погибли оба, его друг и он сам. Санджар сложил руки на животе. — Или вот еще. Полгода назад пропадает козлиная доченька. Все бросаются её искать, сбиваются с ног, и очередной Администратор Дориан Растус обращается к той самой Игре вновь. То же видение, тот же призрачный враг. Тень мира Мерзости, подчинившая одного из обитателей здешнего измерения. И что же? Дориан мечется, ищет предателя. Чувствуете? Это уже было. Игра — это не то, чем кажется. Виктор состоял в должности целых пятнадцать лет до злополучного предзнаменования, Дориан уже как семь. Я думаю вот что. В какой-то момент оба не справляются со своей должностью, удача, если хотите, отворачивается, сгущаются тучи. Это ни что иное, как способ Администратору опомниться, что он отклонился от своего предназначения. И мне представляется, что есть выход. Администратор должен передать должность кому-то другому. Он может это сделать в любой момент. Да, Апартаменты защищают его, берегут, они верны, но так и есть — иногда Апартаментам нужен другой Администратор. Иногда путь именно таков. — Так Игра что же, помогает найти предназначение? — Я не утверждаю, но кажется, там приходят ответы. Я поверила в это. — И все-таки. Что такое Игра? — Духовное испытание, мистерия откровений. Не все справляются, — лукаво увел Санджар. — Но… — Знаете… Я думаю, Администратор бы не хотел распространяться об этом. Я нетерпеливо положила руки на талию. — Вы что, так преданно храните его тайны? — поддела я. Санджар ухмыльнулся в бороду, а секундой позже меня осенило. — Вы её сами не видели. — Нет. Администратор играет только с доверенными лицами. С теми, кто для него значит больше, чем просто постояльцы. Поэтому проявите такт. Как женщина, понимаете? — Ещё чего, — махнула я и быстро взглянула на Гедиза. — А вот это уже глупо с вашей стороны, — плутовато поднял бровь Санджар, — Покровительство Администратора — вещь полезная.       Мы с Чарли направились к выходу. Напоследок мы обернулись. Санджар сидел, грузно облокотившись на лабораторный стол. Веки Санджара устало закрылись. мы с Чарли невольно стали молчаливыми наблюдателями за больным, для которого мир живых постепенно прекращал иметь значение и лишь потому он позволял себе немощь при нас. Санджару было около пятидесяти, он не был стар, седина еще не тронула окладистую смолистую бороду. В его лысой голове находился мозг, который мог бы сослужить хорошую службу, сделать так много открытий. Но больше глава Ордена ничего не успеет. Жизнь ускользает от него. Лимфа отравлена, копится в раздувшихся узла, его частенько тошнит. Если бы существовала хотя бы малая возможность спастись, Санджар должен был постараться воспользоваться ею. — Ты был убедительным. Когда врал. Мы шли по коридору вдвоем и Чарли посмотрел на меня своим небесно голубым глазом. — Лгать надо уметь, — сказал он с какой-то недетской твердостью. — Тогда научишься разбираться во лжи. Однажды я уже поверил не тому человеку, и это лишило меня глаза. Когда я врал Санджару, мне было немного стыдно, но я потерпел. Показалось, так будет лучше, разве нет? Я шла и думала, что он научился врать у меня. Немного помолчав, Чарли поделился: — Я боялся, что правда всплывет наружу. У тебя бывало такое? — Ага. Чарли задумался. — Что тогда чувствуешь? — Хочется умереть. Его мама тоже утаивала правду, наверняка чтобы его защитить. Об этом наверняка думал и сам Чарли. И тогда же он высказал предположение: — Что, если все эти годы мама жила втайне от всех не по своей воле? Что, если она не могла, понимаешь? Что если это сделали с ней? — Кто сделал? Чарли оглянулся вокруг, наклонился и прошептал: — Апартаменты.