Апартаменты

– Что значит не доверяешь? Мне? Господи, да оставь Уиллу. Кое-кто проболтался, что ты ничего не понимаешь в этих бумажках.       Карандаш перестал скрипеть, и на меня метнулся взгляд Администратора. – Так значит, да? Людвигу это не сойдет с рук.       Я сжала зубы. Всё утро прождала, пока Дориан уладит свои важные администраторские дела по закупке туалетной бумаги и продлению банковского вклада. Кажется, это требовало от него две подписи. – Это правда, что Игра может дать полезную подсказку? – Какая разница, – смотрел он не иначе, как плутовато. – Ведь ты не играешь.       И стал ходить от меня по своим апартаментам из комнаты в комнату, не желая слушать. В те дни царило спокойствие. Жителей, кроме заключенных разумеется, приглашали отпраздновать день рождения Администратора всем вместе. Несмотря на разногласия, все обещали явиться, и теперь усиленно готовились. Чарли писал сочинение у миссис Козы. Вот мы и таскались вдвоем с Дорианом. Если бы это было в радость!       Нечего делать, я ходила за ним и уговаривала. На лице Администратора то и дело закрадывалась улыбка.       Черкнул карандашом. Подошел к столу. Переложил. Взгляд Дориана пробежался по бумажке, потом встретился с моим, и затем упал обратно. И так пару минут пялился на листе в одну точку. – Игра подсказывает судьбу – это правда? – Может быть, – иронизировал. – Санджар убедил меня, что это то, через что я лучше пойму Апартаменты. Или Линду. Она считала Апартаменты даром, которым нужно просто уметь воспользоваться. – Нет. Ты еще слишком боишься, - Дориан закусил в зубах карандаш. – Я боюсь, что теряю время, Дориан. Он вынул карандаш и стал махать, как дирижер палочкой: – Возможно, со временем ты как раз таки вспомнишь. Линду, что она там делала. Почему отправила тебя сюда. Такое бывает. Нечасто сюда попадают и теряют память, но иногда случается. Месяц, другой, быть может… – Ладно, – устало потерла я лицо, думая что же будет, если кончится этот месяц и вернутся мои приступы.       В глаза словно засыпали песок.       Накануне я рассказала Бэт, как меня выручил Гедиз. Она ужасно заинтересовалась, ведь я краснела, и предложила классную идею: угостить его чем-нибудь вкусненьким. Мы пекли пирог. Да, рацион у монашеской братии обычно скромный, но, как заметила Бэт, во-первых, я могла не знать об этом, а во-вторых, главное не подарок, а внимание. Готовили вместе, вышло удачно. Шептались и хихикали. Потом я подкараулила Гедиза, когда он спускался из Оранжереи в обычный час, и сунула в руки сверток, протараторила что в знак благодарности за спасение от мерзости. И убежала счастливая.       А этим же вечером обнаружила на ручке своей двери бутылочку с запиской. Он отправил мне ответ, где просил не общаться и не присылать ему подарки. Я прорыдала всю ночь, а на утро еле проснулась, кое-как оделась и постучалась к Дориану.       – Всё нормально? - спросил Дориан, разглядывая моё лицо. – Лучше не бывает.       Я плюхнулась на кресло. – Не знаю, что делать. И меня это уже бесит. Вы все думаете, что Линда избрала меня. Вот когда Апартаменты избрали тебя Администратором, что ты почувствовал? – Я был в ужасе, – согласился Дориан.       Он перестал возиться с бумажками и сел напротив меня. – Не знал, что и думать. Цель, о которой ничего не известно. Да, это тяжко, я знаю. Полный привет. – И как ты справлялся? – Кошмарно. В Апартаментах началось бог знает что. Парни помогали как могли. Сражались с каждым жителем уговорами, криками, приказами, когтями и кулаками. Я читал впопыхах все, что находил от предыдущих Администраторов, которые что-то записали, - вспоминал Дориан. - Полная каша, а не знания. Год пришлось учиться отличать бесполезные советы от пространных метафор. “Дыши с домом одним воздухом” (а каким я еще могу), “Учись постоянно считать доли и доли секунды, отмерять их своим внутренним временем” (то есть не только когда бегу до туалета). Однажды по совету, записанному на полях, я случайно запер все двери в Апартаментах, прищемив троим жителям конечности. Короче если применяешь советы в других условиях, чуть ошибаешься - и результат бывает до того… Короче плакать хочется. Никогда не мог выкинуть из головы опрометчивое стремление Шейна открыть портал в лучший мир. И что из этого вышло… Прекрати зевать. – Прости, надо взбодриться. Что бы почитать? - я обвела взглядом корешки книг рядом с его столом, - Что-то вроде “Юный Администратор” или “Администратор: пособие для чайников”.       Он приподнял бровь и не сдержал улыбку. – Какой бред. Ты меня вообще слушаешь?       Пока Дориан возился в шкафу, я рассматривала его личную библиотеку, которая делилась на рабочую и беллетристику. В числе прочего стояло целых пять любовных романов. Лучший - «Червивое сердце», автором из Зверемирья некоего Гога Причерса, рассказывает о непростой и героической истории любви молодой пары птиц с букового леса. Дориану больше нравится вторая часть. Там происходят самые драматические повороты: появляются птенцы, одного они трагически теряют, пара испытывает трудности на фоне безработицы и неурожая зерна. Дориан настаивает, что во втором томе больше раскрываются характеры и конфликты птичьего общества той эпохи. Я же думаю, что не последнюю роль сыграли более подробные описания супружеских отношений, безо всяких этих застенчивых «напорхнул, сотворив с ней любовь», как в первой части.       Я подумала, что надо бы кусочек пирога принести Дориану. Не верю, что подействовало бы, Бэт и Джон и так всех балуют.       Мне оставалось баловать его только вниманием.       Для начала я просто смотрела на него, отчего он продолжил заниматься своими делами, чуть чаще убирая волосы от лица. Наверное, как современник Дориана, я должна дать его словесный портрет для будущих жителей Апартаментов. Даже не знаю. Самодовольный, особенно когда трезвый. Но к его чести он почти никогда не занимает собеседника своим хвастовством долго, предпочитает изящно и прямо указать на свои достоинства и успехи, и на этом успокаивается. За ритмичным самолюбованием стоит отточенное чутье. Хвастуны нелепы и смешны, когда не замечают, что окружающих воротит - Дориан не таков. Положим, на этом всё, не дай бог он прочтет это. Еще Дориан любит костюмы и пиджаки старого кроя, и вся его одежда всегда аккуратно сложена или висит на вешалках. Восхищаюсь подобной силой воли.       Кстати в насмешку над своею любовью к чистоте Дориан иногда делает композиции элегантного бардака. Как-то раз он додумался положить носки (слава богу чистые) на самое видное место, как и полагается свободолюбивому разбрасывателю носков. А на следующий день на носках появилась записка, собственноручно написанная Администратором: «Убери сейчас же». Кажется, Дориан даже испытывал своего рода удовольствие, не подчиняясь. Чем чаще я бывала у него, тем больше становилось забавных шуток. Причины драмы, разыгравшейся между Дорианом и его вещами, не знаю, но обожаю каждый раз искать в комнате подобные штуки.       Закончив поиски в шкафу, Дориан положил передо мной на стол большую тетрадь с переплетом. Это была инструкция, которую он писал по ходу своих открытий в области того, как и по каким законам существуют материя, пространство и время в стенах Апартаментов. Разумеется, опирался он на знания предыдущих Администраторов, но практические шаги детальнее всего описал сам Дориан.       На первой развороте лежал лист со вступлением: “Давным давно посреди густого леса кто-то построил большой дом, который никого и никогда не выпускает наружу. Жители называют этот дом Апартаменты, и здесь происходят удивительные вещи. Апартаменты выбирают Администратора и даруют ему сверхъестественную силу взамен за заботу о доме и других жителях - существах из разных миров и измерений. Кто может стать Администратором? Только хитрец и мудрец, который выживет среди чуждых ему созданий и установит между ними гармонию”. – Так говорила и Линда. Чарли рассказывал, – вспомнила я, вертя в руках тетрадку и перелистывая страницы.       Они были исписаны рукой Дориана вдоль и поперек. Много зачеркиваний, в залитой чернилами череде страниц закрадывались схемы положения рук и ног, чертежи комнат и рожицы на полях. Словом, не инструкция, а грязная писанина трудолюбивого троечника. – Это кстати слова леди Кэтрин, я немного переиначил, вышло неплохо. Такие же сказки когда-то рассказывал её дедушка. Она любила перечитывать свои детские дневники, – улыбнулся Дориан.       Я тоже подумала, что было бы любопытно их почитать. Дориан продолжил: – А мне рассказывал всё Виктор, когда я был мальчиком. Когда только попал в Апартаменты. По правде, это только одна из сказок. Некоторые жители всегда верили в иное. Жители первого этажа, Орден. Они считают, что смысл жизни Администратора - великое открытие, именно на него дается благословение Апартаментов. Короче есть много версий. Даже то, что кто-то снаружи контролирует выход и назначает избранных.       Я долистала до самой малоубедительной гипотезы: модель дерева. Это когда лестница в центре здания является стволом с разрастающимися ветвями-этажами, в соответствии с этим этажи как кластеры помещений со схожими структурами каких-то энергетических потоков. Я не ученый, но очевидно, что отличительные особенности каждого из этажей просто исторически сложились: что пятый этаж отведен полностью под кладбище из-за особенностей климата в открытом портале, что наверху разбита оранжерея из-за достаточности светового потока под стеклянным куполом, и так далее. Мне запомнились монстрические формулы с подписью “вычисление разницы течения времени на разных этажах”. Ничего различного в течении времени я ни разу не наблюдала, и не наблюдал никто из нынешних жителей Апартаментов. Как это проверить? И проверял ли это тот, кто её придумал? Сведений об этом у нас нет. – Я читал проповеди Ордена, – продолжил Дориан. – В их понимании Администратор вступает в мистическую связь с невидимым Разумом, что заключен в этом месте. Стать Администратором - значит подвергнуться тяжкому испытанию.       Дориан следил за моим хмурым лицом. – Ну, – продолжил он, – ещё у кое-кого закрадывались сомнения, мол, может всё это и не имеет никакого смысла. – То есть?       Я долистала до следующей гипотезы, которая говорила об эволюции Апартаментов. Что это был обычный дом с каким-то одним единственным эффектом. Дом подпитывали обитатели, их жизненная энергия, поступки, слова обогащали каким-то образом разум, во владениях которого они собственно и проживали. В один момент Апартаменты мутировали и перестали выпускать постояльцев, или же сначала появились порталы, а затем только Апартаменты закрылись. Короче говоря, час от часу не легче. – Почему все считают, что Администратор вообще что-то должен? – гнул своё Дориан. – Эй, эй, не смотри так на меня! Это всё Змей, честно. Но даже он соглашался, зачем-то же имя Администратора всё таки пишется на табличке. И почему-то открываются сверхъестественные способности, которые помогают контролировать пространство внутри дома.       Повисла тишина. Дориан спросил, какая из версий мне больше нравится. – Никакая, – призналась я. – Думаю, Администратор должен защищать существ друг от друга и устанавливать порядок. Наверное идея великой жизненной миссии, стремление к большему, чем просто существование, тоже неплоха, но... Но предназначение Администратора - тайна, которую нельзя постичь изнутри Апартаментов, вот что я думаю. Вот в чем фокус. Единственный способ всё понять - это выйти наружу.       Дориан кивнул и задумался. Я взглянула на него и почему-то стало грустно. Мне стало казаться, что, если забывается, его накрывают какие-то тоскливые мысли. И тогда я стала говорить с ним.       Узнала, как Дориан попал в Апартаменты еще ребенком вместе с Джонатаном. Оба работали на торговом судне, когда случился смертоносный шторм. Дориан говорил, это было похоже на конец света. Джонатан и Дориан, мужчина и мальчик, держались друг друга, когда их смыло огромной волной в океан и почти убило. Однако они оказались здесь, в Апартаментах, целые и невредимые.       Дориан рассказал, что на четвертом утраченном этаже осталась та самая дверь с потрескавшейся желтой краской, а за ней - затопленная комната с порталом мира Дориана. Разумеется, только в одну сторону. Это картина с морским пейзажем. В морской комнате в углу у окна намывало песчаный островок, за раму то и дело переливалась морская вода и даже мелкие рыбешки.       Дориан рассказал, что в детстве они с Уиллом иногда играли там в высадку на необитаемом острове и разрисовали стены. На песчаном бережке смотрели на пальмы, зеленые лианы, цветы и красного попугая, вспорхнувшего с ветки. – Я мало что помню из прошлой жизни. Но я помню море. Мне до сих пор оно снится.       Мы замолчали. Дориан думал о своем, я снова листала его тетрадь.       Вычитала, как кто-то предположил, что стены это не поле, это какое-то пространство со замерзшим временем. Якобы в стене между внешним и внутренним пространством дома по периметру проходит граница остановленного времени, тем самым время идет снаружи, идет внутри, но пересечь границу нельзя, так как никакие процессы на границе не происходят, ведь время стоит. Но как тогда в Апартаменты через окна проникает внешний свет?              Кто был первый - бог или его церковь? Допустим, бог. Но что если сама община породит бога, который действительно начнет существовать? Кто был первый - таинственный Архитектор или здание вокруг нас? Известный нам порядок вещей подразумевает, что архитектор спроектировал дом. Однако если изначально заложенное свойство дома - мы его не знаем, пусть это будет Х-свойство - так вот Х-свойство сделало само это здание меняющим заложенные в нем самом задумки архитектора. Словно как некое создание начинает использовать свою конечность, предназначенную для хватания добычи, совсем не для этого.       А еще есть теория, что Апартаменты познаваемы и наблюдаемы потому, как они сами познают и наблюдают за нами - населяющих их созданиями из разных миров. Пока мы рассматриваем в микроскоп частицы вещества стен и окон, мы сами под лупой, Апартаменты смотрят на своих исследователей.       Я прилегла подбородком на руки, сложив их на углу его администраторского стола. Подумала, откуда бы в Апартаментах все исследователи, такие как Линда, Виктор Шейн, мистер Шимпанзе и прочие могли брать энергию для своих экспериментов и опытов. – У нас нет электричества, Дори. Мне кажется, зря ты с ним носишься. – Что значит “носишься”?       Дориан снисходительно улыбнулся: – Ну, я хочу сказать, в твоем мире так, а здесь по-другому. – Тут тоже есть электричество. – С чего ты взяла? - перекладывая бумажки, поинтересовался он. – Мы состоим из атомов, между атомами есть электрические силы. Летают электроны, или типа… - уставилась я в пустоту. – Ты можешь мне показать? Электричество или электроны. – Нет, не могу. Они очень маленькие.       Он поднял руки, в немом жесте приглашая в таком случае закончить дискуссию. – Вы, девушки, наверно с ума сходите по этим электронам. Их не видно, но они творят волшебные вещи. Недавно Бэт попросила заказать ей три литра увлажняющего крема с ворсинками крапивы. Это же дикость. Сбривать крапиву. Изменилось хоть что-то на её лице? Конечно нет, но она видит невидимые улучшения в зеркале. Волшебство. Теперь заставляет покупать крем бидонами.       Дориан встал. Шаг, еще шаг, и еще. Дориан зачем-то подошел вплотную и навис надо мной, наклонившись. Я смутилась, а вот ему определенно нравилась моя реакция. – И зачем спросила. Все равно никто ничего не смыслит, - проворчала я. – Ну а ты ничего не смыслишь об электричестве, а носишься: “давайте подключим”, “где-то должен быть генератор”, “а вот у меня была домашняя коллекция электронов”.       Я улыбнулась. – Последнего я не говорила. – Было-было, точно помню.       Тут Дориан хлопнул себя по лбу. Забыл навестить заключенных. Мы пошли раздавать им еду. Бэт и Джон уже всё приготовили, мы вдвоем спустились на тюремный этаж, и, пока Дориан этим занимался, я рассказала Эмансу свою историю. Как проснулась в комнатах Чарли. Как сотворила топор. Как выбралась. – Кто-то держал запертой дверь в комнаты мальчика, – хмыкнул карлик. – Тот, кто умеет силой мысли запирать и отпирать любую дверь в Апартаментах. Дориан подошел к нам и скрестил руки на груди. – Хватит уже. Я понятия не имел, что там вообще есть комнаты. Так что не я закрыл его. – Ты правда это умеешь? – удивилась я. – Ну да. – Почему не говорил? – наблюдала я, как Дориан зарывает пятерню в волосы. – Просто он сам не знает, как это работает, – вставил Эманс. – Ой, да заткнись ты! – Я читала про теории бытия Апартаментов, – перебила я их. – Мне кажется, что абсолютно никто достоверно не знает, что они такое и как всё устроено. – Да. Дориан приносил мне рукописи Виктора и Шимпанзе. Я читал.       Как я и думала. Никто из мужчин, чтобы они из себя ни строили, не знали, что это на самом деле за место.       Мы уже выходили из тюремного блока, когда я опять заметила, что улыбка Дориана куда-то запропастилась. – Слушай. Любое человек на твоем месте искал бы помощи у других. Ученых, мудрецов. Спрашивал советы. Это разумно, я бы сделала так же.       Дориан молчал. - Ты обиделся? – наклонила я голову и легонько поддела его локтем.       Дориан закатил глаза. - Весь день таскаешься за мной. Улыбаешься. Думаешь, на меня это подействует? - Нет конечно, – удивилась я.       Подействовало.       По пути наверх обратно в комнаты мы встретили Чарли. Он как раз вышел с занятий миссис Козы. Он сразу поинтересовался у Дориана про Игру. И Дориан пообещал, что сыграет с нами как-нибудь.       Я встала в позу и приподняла брови как можно выразительнее. Чарли захихикал. Дориан потёр шею. – Да-да, сыграем. Я решил. Просто понимаешь, – стал оправдываться Дориан. – Ты такая нервная.