Апартаменты

***

Добро пожаловать в Настольную Игру Администратора!

С вами играют Администраторы прошлого. За одну игру с вами играет один Администратор.

      Цель игры — отгадать загадку Администратора.       Краткое содержание игры:             Получить загадку и карту игры.             Сотворить големов.             Начать играть с огнём             Выстоять при вероятном столкновении с чудовищем             Ответить на загадку Администратора до последней Песчинки Времени.       1.1 Получите письмо от Администратора прошлого. В нём содержится текст загадки. Также загадка может быть составлена в виде рисунка, шифра, карты и тому подобного. Чтобы получить письмо, нынешнему Администратору Апартаментов следует вслух прочитать это:       Следите за почтой. После того, как вам пришло письмо, прочитать загадку вы не сможете. Используйте кровь, воду или огонь.       Если загадка на крови, картой вашей игры является             «‎ТАЙНЫЙ ЗАМОК»       Если загадка на огне, картой вашей игры является             «‎ТАЙНЫЙ ГОРОД»       Если загадка на воде, картой вашей игры является             «‎ТАЙНЫЙ ОСТРОВ».       2.1 Сотворите големов для каждого живого игрока. Для этого насыпьте в Печь созидающей глины и залейте немного творящей воды, а в ящичек положите части тел игроков. (Для удобства и комфорта живых игроков предполагается, что подходят сколь угодно малые частички их тел, отданные добровольно).       Разожгите Печь с помощью огня и сухих веток плодового дерева, например, яблони. Через минуту можете встретить и забрать големов и чудовищ у ворот Печи.       3.1 Выставите големов и чудовищ на отведенные для них места на карте.       Подождите немного.       Можете встречать блуждающие огни, но опасайтесь чудовищ!       Игроки начинают кидать кубик и продвигаться к блуждающим огням.       Огни хотят, чтобы игроки их нашли, если перед этим огни не потеряли к ним доверия (см. пункт 4.1).       Когда игроку удастся подойти к блуждающему огню, игроку выпадает возможность поиграть с огнем. Будьте внимательны, проверяйте почту и радио.       Если блуждающему огню всё понравится, он даст вам подсказку для решения загадки Игры Администратора. Собрав подсказки от всех блуждающих огней, у вас существенно повышается шанс разгадать загадку от Администратора.       4.1 Пока вы преследуете блуждающие огни, вас преследуют чудовища. Если один из игроков находится в смертельной опасности, другим игрокам следует незамедлительно помочь погибающему игроку. В противном случае, блуждающие огни будут активно убегать от предателей.       5.1 На картах расположены Песочные часы. Когда вы получаете загадку от бывшего Администратора, Песок Времени начинает отсчитывать время вашей игры. Если вы не успеете дать ответ до истечения Песка Времени, загадка навсегда исчезнет и игра закончится.

***

      Как известно, существует два способа, которыми Апартаменты указывают на Администратора. Только эти два знака однозначно и просто выделяют его среди прочих жителей. Это табличка с его именем в главном холле, та самая «До скорой встречи в Апартаментах Дориана Растуса!» (кстати, отсюда и следует то, что сами Апартаменты называют себя Апартаментами). Как только предыдущий Администратор умирает или отдает должность, на табличке будет написано уже новое имя - так жители узнают, кого теперь избрали Апартаменты.       Вторым знаком силы, если хотите, является настольная игра Администратора. Сами правила гласят, что только Администратор способен начать ход игры, и я участвовала в таковой однажды вместе с Чарли, Дорианом и его друзьями. Членам Ордена такой привилегии не оказывалось, а прочие жители попросту боялись в неё играть. И я их понимаю.       В гостиной горел камин. Кресла сдвинуты вокруг стола. Людвиг и Дориан внесли потрепанный чемодан и тяжело водрузили его на стол. Внутри оказались разные вещицы. Во-первых, миниатюрное здание с выхлопной трубой из красного кирпича, распашными воротами и башней с часиками, над воротами висели металлические литеры: “ПЕЧЬ”. Дориан аккуратно поставил печь на подоконник. Еще раз нырнув в чемодан, он извлёк оттуда почтовый ящик, уже в натуральную величину.       Вскоре к нам присоединились Змей, Уилл и Чарли, катающийся на мускулистой собачьей спине. Испачканные в земле, с застрявшими листьями в шерсти и волосах, они повадились бегать в Оранжерею, где играли “в джунгли”. Наскоро лазили по деревьям, скакали по лианам. Иногда с ними увязывались старшие из детей племени гнельфов. Змей словно пантера скакал по ветвям, играя хищника. Остальные играли в выживание, делали убежища, таились, устраивали рискованные вылазки.       Как-то раз я сама играла с ними и здорово перетрусила. Не было ни одного случая, чтобы можно было сомневаться в Змее, в том что он безопасен для нас. И всё же мой инстинктивный страх во время шутливой погони никуда не девался. Я чувствовала себя травоядным беднягой, на спину которого вот вот спрыгнет черная дикая кошка. Мы оставляли Змея с закрытыми глазами считать до ста, а сами бросались врассыпную. Я зажимала рукой рот, чтобы не смеяться, и неслась между стволов деревьев, перепрыгивая через корни, уворачиваясь от ветвей. Случайно выбежала к плотно засеянному участку земли, в центре которого росло небольшое деревце, вокруг цвели цветы и зеленела высокая трава. Сам Гедиз сидел неподалеку своего сада на корнях могучего дерева, переводя дух после работы. На нем не было рясы, только нательная пропотевшая рубашка и короткие штаны. Он запрокинув голову, закатал рукава. Я настолько растерялась, что на несколько минут забыла, что вообще делаю в Оранжерее. Гедиз не ушел. Развернулся ко мне и застыл. Наши взгляды встретились, и окружающий мир показался первобытным раем. Я поправила волосы, которые сбились при беге. Солнечные лучи пробивались сквозь кроны деревьев, касались волос Гедиза, в которых запуталась веточка. Мы смотрели на друг друга долго и молча. Потом я ушла.       Не только Гедиз, но и Змей, судя по всему, частенько бывал в Оранжерее подолгу один. Предупреждал Дориана и Людвига и уходил в чащу на несколько дней. Скрывался от чьих-либо глаз. Рассказывал, что наверху самого высокого дерева у него есть уютное гнездышко под открытым небом, где по ночует под тысячами звезд на вершине Апартаментов.       Вечер настольной игры начался, и каждый из игроков подошел к Дориану, который состригал по волосу (или кусочек ногтя в случае Людвига), потом вложил это вместе в конверт и просунул в печь. Вынул из чемодана заготовленный хворост из веток яблони и тоже положил в специальный отсек. Наконец осталось засыпать в отверстие для запекания глину. Когда приготовления закончились, он зажег ветки обычной спичкой. Через некоторое время Дориан открыл дверцы печи и вынул оттуда пропеченных големов. Это были мы, маленькие статуэтки каждого игрока. И следом статуэтки неясных черт, внушающих суеверный страх. Это были демоны и монстры для партии в самую странную из всех существующих игр. Их плоть состояла из глины и золы. Но меня озадачивает другая вещь: сами чудовища сотворены с нами, вместе с големами от плоти наших тел.       На камин Людвиг выставил футляр, вынул звукофон или что-то вроде раритетного радио. В уголке красовалось название фирмы «Озираз». Рядом Чарли заерзал в нетерпении, шепотом перечитывая правила. Он поинтересовался, правда ли с нами играет Администратор прошлого. – Да кто его знает! - беззаботно улыбнулся Людвиг, отряхивая пылинки со корпуса радио. - Администраторы придумали вопросы потомкам, вот мы и возимся.       Думаю, все понимали, что Чарли надеялся, что с нами мог связаться Виктор Шейн. Он никогда не называл его “отец” или “папа”, потому что стеснялся.       Змей запрыгнул на край стола. – Я давно говорил Дориану внести какую-нибудь дурацкую зашифрованную надпись в завещание. Пусть его последователи ломают голову. – А ещё просил завещать тебе после смерти мою люстру, - ответил Дориан. – Дорогой друг, я так рад, что ты помнишь об этом! Так ты внес это в завещание? – Нет.       Усы Змея встопорщились. Он глянул на Уилла: – Ба-а. Что же с нашим бравым Красавчиком? Как никак не рад?       И действительно. Уилл словно тяготился предстоящей игрой, участвуя только из чувства долга или вроде того. – Мне хватило прошлого раза. – Ну ладно тебе. Помолись, чтобы в этот раз все прошло удачно. – Я молюсь каждый день перед сном. Еще с детства. – Н-да? – повел ухом Змей. – И как? – Разумеется никак. Всегда молил об одном - чтобы Змей носил хотя бы брюки. – Аминь, – кивнул кот.       Я взяла в руки свою фигурку. – Почему другие боятся играть? - аккуратно рассматривала я уменьшенную версию себя из теплой глины .       Кажется, что она оставалась теплой все время игры, но наверняка я все путаю. Ни в чьих мемуарах не упоминается этого эффекта, просто фигурки не холодны, и только. – Суеверия, - усмехнулся Уилл. – Мол, нет ничего хорошего, если голем от твоей плоти погибает в игре. Кажется так говорят.       Меня это нисколько не повеселило.       Дориан поднялся во главе стола и все затихли. Затем он произнес слова, которые не доступны для понимания никому, кроме Администратора Апартаментов. Они были написаны прямо в инструкции, но мы, обычные жители, их не видим, и не понимаем языка, на котором говорит в этот момент Администратор. Это было то самое, о чем говорил Санджар.       Я очень удивилась, что тайное знание произносилось каждый раз при партии в игре, только мы не могли понять Администратора. Апартаменты скрывали от нас содержание сакральной фразы. После я интересовалась у Дориана, понимает ли он, что значит эта неведомая фраза, и он отвечал утвердительно. Однако если я просила его перевести, сказать своими словами, что там говорится - он не смог этого сделать.       Раздался щелчок.       В почтовый ящик упало письмо из небытия. Дориан подошел, буднично достал конверт, с помощью ножичка извлек его содержимое и показал нам - это был пустой лист. – Первым делом всегда проверяем воду.       Дориан свернул лист в трубочку и опустил в графин с водой. Затем достал и развернул. Пусто. После этого он намеревался подсушить. Прикрепил железной прищепкой лист загадки к кочерге и сунул в горящий в камине огонь. Я молча ожидала, что вот-вот бумажка вспыхнет, быстро высохнув в жаре пламени. Однако ничего не случилось. Бумага высохла, и пламя лизало её, не оставляя ни следа, словно это была и не бумага, а металл.       Оставался последний вариант. Администратор извлек из внутреннего кармана пиджака небольшой чехол. Внутри оказалось тонкое лезвие. Деловито прорезав кожу на безымянном пальце левой руки, наклонил ее, и две крупные кровяные капли упали на лист, мгновенно впитаваясь. В этот момент на бумаге стали проступать очертания загадки.

её обожествляют люди

      Неплохой фокус, мелькнуло у меня в голове. – Загадка на крови значит, что игра состоится в подземельях тайного замка.       Дориан развернул морщинистую карту с темным рельефом, на которую с трудом попадал окружающий свет. Затрудняюсь назвать материал этой карты. Словно кусок полотна, у которого волокна сплавились. Мне известны феномены дубенения, окостенения тканей, сукна, бумаги, кожи и дерева. Возможно, это было оно.       Свой ход каждый игрок осуществлял с помощью игровых костей – небольших многогранников неравной формы. На каждой из угольных граней поблескивали золотистые символы. Значение почти всех из них утрачены. Я очень удивилась, когда оказалось, что ходы являли в какой-то степени ожидаемую неожиданность. Каждый бросок сопровождался необъяснимой тяжестью выпадающих символов. Мне казалось, каждый из них определяет мою судьбу. Но ничто и никто не мог мне открыть их значение. Парни же говорили, что после стольких лет и партий они привыкли и нечасто ощущают подобное.       В одном древнем труде отмечается, что знаки многогранников значат что-то, но не в этом мире. Что в ином измерении существуют копии Апартаментов, и мы творим свое вмешательство в судьбу тем, что подкидываем игровые кости.       Через десяток ходов я спохватилась. Мне показалось чрезвычайно важным начать записывать все символы. Однако Чарли меня успокоил – оказалось, что он точно помнит каждый бросок и поможет мне восстановить всю партию. И он действительно не подвел. Как-то раз кто-то из парней бросил мысль, что кому если не Чарли придется стать однажды великим Администратором. Дориан согласился, что это очень вероятно. Иногда я смотрю на этого ребенка и думаю, как однажды он совершит открытие, которое никто не мог совершить до него. Потому что Чарли - дитя этого мира, дитя Апартаментов. Я пишу это, вновь ощущая, что Линда и Чарли – наследники исчезнувшей цивилизации. Исчезло всё, но их разум, то что они несли в себе, в устройстве своего мозга, в анатомии. Тела всех в Апартаментах были рождены для других измерений. И Чарли, и Линда таковы, что беречь их значило беречь самую развитую расу из всех известных нам.       С того самого дня, когда я познакомилась с Чарли и мы смотрели за его жуками в туалете, я чувствовала, что этот ребенок являет собой особое существо. На игре он решил загадку, которая могла бы выпасть Линде. Так сказали парни.       В один из ходов фигурка Чарли набрела на огонек, и в то самое мгновение само включилось радио. Я, Чарли и даже Людвиг вздрогнули, и все повернулись к источнику звука. Из динамика исходили частотный шум и тихий треск. Все молчали, прислушиваясь к звуку.                                                             В на ча ле……       Я почувствовала, как волосы на голове встают дыбом. Шёпот из радио лился буднично, однако в комнате разлилось ощущение потустороннего присутствия.

Вначале я беру простое

И легкомысленно ломаю.

Ломаю части, а потом

Ломаю остальное.

Так я ломаю много раз.

“Ломать” - здесь лишь пример.

Я получаю результат

Геометрических афер.

      Это лишь гипотеза. Я думаю, Апартаменты запоминают голоса когда-то живших в них существ. Существа умерли, а голоса остались, только и всего. У нас всегда есть эта игра, и от неё есть только правила. На опыте мы знаем особенности игры, но её целей и механизмов не знает сейчас никто. Это очень древняя игра, мы находили упоминания о партии, которая случилась семьсот лет назад. Признаться, мы не уверены, что датировка именно такая. Но Виктор Шейн - а он был профессиональным археологом – так вот он сказал, что такое вполне может быть. Много лет назад был такой Администратор. Он писал о том, что однажды, играя, Блуждающий Огонь подкинул ему загадку в записке, которая была написана почерком его умершего друга. Дориан читал, что Блуждающие Огни - это мёртвые существа, решившие общаться с нами из загробного мира. Души, пожелавшие немного поиграть с живыми, позадавать им загадки и даже пошалить. Кто-то из них пугает, но обычно Огни добры и хотят просто поиграть и в каком-то смысле повзаимодействовать с миром живых.       Просто Мёртвый Игрок, которые играет за этого Блуждающего светлячка. Мёртвые связываются по всякому. Обычно они или говорят из радио, или присылают загадки по почте. Но бывают исключения. Однажды Мёртвый игрок написал на запотевшем стекле загадочную фразу, а другой переводил стрелки на часах в особом порядке. Людвиг рассказал, как один раз Огонёк разлил рядом со ним чай, тем самым загадав загадку в виде чаинок на дне кружки. Чарли молча размышлял над своей загадкой, облокотившись подбородком на сложенные на столе кулаки. В его глазе мерцал свет от Огонька. Что-то рисовал на своем листике. Затем радостно оглядел всех и поинтересовался, как нужно сказать ответ Огоньку. – Наклонись к нему и просто произнеси вслух. Огоньку либо понравится твой ответ, либо нет, – посоветовал Дориан       Чарли наклонился к Огоньку и сказал: – Эм… Мистер Огонек, я думаю, что правильный ответ - снежинка.       Огонек радостно вспыхнул. Всем было любопытно, и Чарли показал свой листик с рисунками. – Когда мы ходили на кладбище. Там я увидел их. Снежинка. Это подобие геометрических форм. Мама рассказывала мне про фракталы, когда линии ломаются и ломаются, повторяя многократно один и тот же узор.       Кстати записывать символы приходило в голову не только мне, но и многим игрокам прошлого. Думаю все, кто достаточно далеко заходил в библиотеке, упирался в большущий стеллаж из свитков. Все они действительно представляют из себя перечень выпадающих значков. Но почти никто из летописцев не высказал убедительного предположения, что всё это значит. Только разбросанные размышления о том, могли ли они значить судьбу игроков. Писали, быть может это отражения перемещений звезд над Апартаментами. Или что это сигналы алфавита мира мертвых, что с нами пытаются связаться Администраторы прошлого, как и указано в правилах.       Змей развернул свое загадочное послание и зачитал два предложения.

Наш смертный приговор отменен. В трёх частях.

\ХОХ/Х<XOX X X I X X X>X>X/X X\X/X/X X

      Змей задумчиво гладил лапкой подбородок, наклоняя голову то влево, то вправо, пытаясь посмотреть на загадочные символы под разным углом. Потом он шумно вздохнул, поднял переднюю лапку и обнажил острый коготь. Им он вырезал полоску символов, затем в два стремительных рывка разрезал загадку на три кусочка. Немного, он сложил кусочки друг под другом.                   *Три кусочка рисунка*       Дориан сообразил, положил блокнот и перерисовывал рисунок без крестиков, как сложил Змей. Змей же улыбался, почти смеялся. Но мне казалось, в его глазах стояли слезы, а взгляд держался на чем-то или ком-то невидимом. Словно он ушел в какие-то давние и личные воспоминания. Он ответил огоньку словом танец и огонек засиял.                   *Проявленный рисунок*       Тем временем, на нас то и дело стали нападать чудовища. Фигурки пугающих существ приближались, делали ходы, вынуждая бежать, спасаться или атаковать самому. Представляю все это наяву. Каждый из нас бредет во тьме коридоров с чудовищами, вокруг нас всё решали выпадающие невидимые золотые вероятности на многогранной каменной кости. Мы одни в темноте. И изредка мерцали огни, ведущие по дороге смысла в бессмысленном лабиринте мрака подземелий.       Почему символов не было в правилах? Почему не было описания игры как таковой? Что за странные правила? Почему.       Каждому из нас выпали испытания. Я не видела, что загадали Уиллу. Он вздохнул, тяжело, и ответил только, что это                                                                   рассвет        И огонек засиял, открывая фигурке Уилла путь во тьме. Я заметила, что Дориан тоже старался всячески увернуться от огней. В этом не было никакого смысла, если только он не хотел никаких загадок. Когда ему таки пришлось столкнуться с Огнем, он прочел загадку, брошенную в почтовый ящик и мрачно стал складывать её назад. – Дориан, что там? – Речь о чудовище, – с жестким выражением лица ответил Дориан. – О темном создании, которое победит любого Администратора. Которое побеждало не раз, и не раз ещё победит. Всем, в том числе и мне было известно, что Дориану в последних партиях приходили черные предзнаменования. Уилл вырвал листок у него из рук и торопливо прочел вслух, что там было сказано: Скучал. Слонялся.

Зевал. Ковырялся.

Работал. Сидел.

Работать умел.

Увидел. Заметил.

Тревожно ответил.

Дышал. Напевал.

Как ребёнок играл.

Бежал. Веселился.

Дрожал. Матерился.

Лелеял. Мечтал.

Дарил. Проклинал.

Ругался. Боялся.

Метался. Смущался.

Стремился потрогать.

Разучился работать.

      Я удивленно посмотрела на Дориана, но он избегал встретиться со мной взглядом. – Боже, – нахмурился Уилл. – По правде, выглядит совсем не ужасно. Ты уверен про чудовище? Я бы решил, что это пьянство. – Это еще почему? – нахмурился Дориан. – Ну как, – замялся тот. – Человек сходит с ума. Сначала веселье, а потом всё это сказывается на…кхм, трудовой деятельности.       Людвиг захохотал, хваля прекрасную шутку, а потом уточнял, что такое “трудовая деятельность”. Змей тоже фыркнул, что Дориан накручивает. Все словно успокоились, но последнее слово оставалось за Дорианом. В конце концов он с мрачным видом наклонился к огоньку и пробубнел, вероятно надеясь, что никто не услышит:                                                                                                                    женщина       Меня удивило то, что выпало на долю Людвига. Он прокрался мимо полчищ монстров. Он стремился к огню, в отличие от тех же Уилла с Дорианом.       Для него играла музыка. Мелодия зазвучало тихо, потом чуть громче, прямо из динамика радиоприемника. Я не смогу достоверно указать, был ли это чейто голос, кому он принадлежал. Или это был неслыханный музыкальный инструмент, или эхо чего-то способного на создание мелодичных звуков.       Это была                   надежда                                так сказал Людвиг. У него и вправду не было слуха, получался только художественный свист. Эту мелодию я услышала вскоре вновь при других обстоятельствах.       А тем временем игра близилась к концу. Песочные часы, отмеряющие время игры, почти опустели. Все происходящее была как невыносимо загадачна и непознана, так и проста и близка. А многогранник все раскидывал странные малые грани, определяющие судьбу наших фигурок.       И тут Людвиг попал в западню. Голем скелета оказался в окружении четверых монстров. Навстречу уже спешили все игроки света, однако так совпало, что я была ближе всех. Мне было необходимо помочь, и в этот момент на помощь мне прилетел огонек и я вступила с ним в контакт.       Камень и золотая грань. Я брала в руки кости и рассматривала. Мне все время попадался на глаза один и тот же символ. И вот в тот самый момент это и произошло. Мне выпал этот символ, и подвернулась,как мне и всем показалось в тот момент, большая удача. Я настигла огни, и мне было направлено послание. – Дори, давай, – раздался голос Дориана, и я чуть не подпрыгнула от испуга.       У меня дрожали руки. Признаться, меня в тот момент это даже забавляло, потому что тело боялось, но до головы не доходило, в чем причина. Я ожидала ребус. Странную форму загадки, любое что было у ребят. Но у меня было нечто пугающее и странное. Рисунок, чьей рукой он был нанесен неизвестно. но в первое мгновение, к моему теперешнему ужасу, мне показалось что рисовала я. Хотя я готова поклясться, что никогда ничего подобного не делала.       Это была девушка, не то живая, не то мертвая. Она лежала посреди насекомых, самых разных видов и форм. Кроме лица и волос у самых корней везде кишели насекомые. Мне показалось, что мои мозги проткнула острая игла. Я что-то поняла, что-то стремительное, гигантское и ужасное. И меня парализовал бесконечный страх. Такого страха я не испытывала за всю жизнь. Словно я падала в огромную черную пропасть и кричала, ощущая что я умираю, падая с запредельно высокой скалы. Неотвратимость конца и бессилие. Чувство, когда ты узнаешь, что неожиданно умер твой друг. Дорогой друг. Ты идешь к месту, зная, что он там лежит мертвый, и мерзость обмана жизни заставляет невыносимо страдать и болеть.       Кажется, со мной разговаривали. Дориан обхватил меня и держал, кажется, я кричала. Наверное я выглядела и вела себя ужасно. Никто из присутствующих не говорил после об этом приступе. Только пристально смотрели.       Не ври, говорил голос чудовища внутри моей головы. На самом деле ты всё помнишь, но боишься вспоминать. Вспоминай. ВСПОМИНАЙ. Мой разум находился в странном расщеплении. Я одновременно знала ответ на загадку и искренне не знала его. Я запрещала себе знать и вспомнить. Говорят, внутри нас есть воля. Но внутри меня была могучая пара, одна и вторая воля, или даже больше. Мне казалось, я готова умереть, чтобы узнать правду, и одновременно прямо сейчас убить себя, чтобы ни за что и никогда её не узнать. Две скалы, два океана миллионов и миллионов тонн обрушились друг на друга, а я застыла, и мир застыл. Пока голос Дориана меня не вывел из начала времен.       Рисунок так и остался у меня, и до текущего момента я боялась посмотреть на него вновь. Мне хватило одного раза. Теперь же, записывая эти строки, понимаю, возможно это самое важное, что было со мной. Черты девушки были странны, и вот почему: в один момент тени под глазами выглядели так, словно глаза были закрыты, или она ослепла, а в другой момент глаза казались открытыми, но замутненными. Она лежала посреди насекомых, и волосы её скрывались под многочисленными лапками, хитиновыми тельцами, усиками и выпуклыми глазками.       Я вспомнила Марию, летний луг и жуков, которых она перечисляла по названиям из своей энциклопедии. Мне стало плохо, как будто смерть пришла за мной. Показалось, что я уже умираю, не хватало воздуха, дышать, еще немного дышать. Дориан успокаивал меня, обнимал за плечи, но ничего не помогало. Я села на пол, отползла от стола с игрой, и заходилась в ужасе. Я не могла ничего поделать с этим. Там на рисунке я видела муравьев. А за игральным столом на карте фигурка Людвига всё также безнадежно стояла в окружении монстров.              Людвиг взял меня за руку - я впервые ощутила его сухое тело на ощупь. Он и вправду был скелетом, я вздрогнула. Людвиг отдернул руку и воскликнул: – Прости меня, дорогая.       Небольшое, но тепло исходило из его рук. Он все таки живой, почему то размышляла я. Как и големы. – Людвиг, я не могу. Прости, – задыхалась я. – Это всего лишь игра, - успокаивал Людвиг.       Я все еще была в ужасе от произошедшего со мной. Я заплакала, мне хотелось чтобы все это поскорее закончилось. Мне казалось что Игра длиться вечность. – Всё хорошо, Дори, - улыбался Людвиг, но в его глазах стояла тревога.       Я не помогла Людвигу. Не сделала ход. Это словно требовало от меня каких-то чудовищных усилий. – Это всего лишь игра, Дори. Всё будет хорошо.       Надежда. Он не смотрел на поле игры, когда монстры набросились на его фигурку и она на моих глазах рассыпалась в прах. Остальные, Дориан, Уилл, Чарли и Змей пытались помочь, но было поздно, они были слишком далеко.       И всё же мне пришлось идти к ним. Огоньки вокруг меня гасли. В конце открылся портал. Спаслись все, кроме Людвига.       В конце концов игра подошла к концу. В конце было одно слово, которое произнес Дориан. Позже я спросила, понимали ли все, что он сейчас скажет. Мы не сговариваясь думали об одном и том же. Словно эта мысль пришла к нам одновременно, и это была разгадка Игры.

Красота.

      Я пишу эти строки и смотрю на закат в Апартаментах. Вижу его в окне над верхушками деревьев. Когда красота вторгается в жизнь, появляются чувство, что вопросов больше не существует. Она и есть ответ. Может ли быть, так что в самый первый миг рождения вселенной и последний в смерти существует только красота?